Когда цветут липы

Любить — это не значит смотреть друг на друга, любить — значит вместе смотреть в одном направлении. Антуан де Сент-Экзюпери, «Планета людей»

Она сидит на скамейке в парке и подкармливает изредка пролетающих голубей, кидая им хлебные крошки. У неё наконец-то подходящий настрой для того, чтобы собраться с мыслями и проанализировать всё, начиная от первой прогулки с Нуаром. Подумать только: июнь ещё не закончился, а столько всего успело случиться! Вокруг неё пляшет целый вихрь образов и обрывков случайных мыслей. Тёплый ветер ласково треплет волосы и обдувает шею, солнечные зайчики вспыхивают и гаснут на хвостиках и платье. Маринетт упивается дыханием липы, нависшей прямо над ней. Настало время сделать то, чего она так боялась: посмотреть в лицо холодной и неприкрытой правде. А в чём она — правда? В том, что Маринетт настолько уязвима в человеческом облике, что поддалась обаянию Кота; в том, что она до сих пор не исцелилась от симпатии к Адриану; в том, что ей больно колебаться и выбирать; в том, что Кот всё-таки одерживает сомнительную победу во внутреннем противостоянии… Но так не может продолжаться вечно. Не будет же он, в самом деле, всю жизнь являться к ней в костюме Нуара и уходить по велению сигнала? Маски требуется снять. Но Нуар не ищет лёгких путей. Она должна догадаться сама. Ему легче, он уже всё знает, а вот она то и дело возвращается мыслями к загадке масок. Может, будет легче, если она поступит так же, как он? — Откуда ты знаешь? — выплёвывает она, когда заверяет себя, что может издавать членораздельные звуки. — Я же не слепой, — следует обезоруживающий ответ. — Я наблюдал. Сопоставлял. Иногда провоцировал тебя. — Что?! — Тебя выдаёт твоё поведение. Ты не меняешь своей реакции на определённые вещи, когда превращаешься. Эти самые реакции, жесты, интонации, мимика — это всё заставляло задуматься. А знаешь, что послужило финальным штрихом? Она обескураженно качает головой. — Твои волосы. Поразительная смесь яблок и лип, и ты сама же мне её описала. Маринетт вздыхает. Вот так-то, Кот оказался гораздо умнее, чем она думала. Она прикрывает глаза, вспоминая, что может выдать Нуара.

***

Адриан пользуется получасовым перерывом в фотосессии и отпрашивается в парк. Натали ворчит, но отпускает, предупредив, чтобы он был на месте вовремя. Как только вернулся отец, распорядок пришёл в норму, и Адриану приходится с этим мириться. Он бредёт по парку, и счастливая звезда сталкивает его с Маринетт. Сталкивает и тут же разводит, потому что девушка уже уходит. Он не решается следовать за ней. Интуитивно юноша понимает, что его общество ей сейчас не требуется, равно как и общество Нуара. — Плагг, а есть вероятность того, что она вообще не догадается? — спрашивает он, сворачивая на боковую аллею. — В принципе, есть. И довольно большая. Квами смотрит на растерянное лицо своего хозяина и довольно хихикает. — Да ладно тебе! Она точно поймёт. — Ты уверен? — Видел бы ты тех клуш, которые догадывались, тоже говорил бы уверенно. — А… которые не догадывались? Плагг пожимает плечами. — Для тех всё разваливалось. Адриан поражённо застывает. Это не тот финал, которого ему хочется. — Ой, да перестань. Маринетт скоро всё сопоставит. Я бы на твоём месте волновался за то, как она себя поведёт. Бывало, что напарники раскрывали личности друг друга, но не могли с этим примириться. — Поэтому нам нельзя знать друг друга? — осеняет юношу. — Ага. Вроде как. За этим лучше обращаться к квами Ледибаг, она у нас своего рода юрист. — У вас есть юристы? — У нас есть Тикки, и этим всё сказано.

***

Он учится с ней в одном коллеже. Это точно. Она видела его квами, и Тикки подтвердила эту догадку. Нуар говорил, что он близко. Может, это кто-то из её одноклассников? Никого больше она не знает. Но кто? Маринетт задумчиво постукивает карандашом по блокнотному листу, на который она выписывает всё, что может привести её к разгадке. Почему только в таком положении оказалась она, а не Алья? Та бы быстро разобралась. Она звонит Алье, чтобы получить поддержку. И заодно свалить часть работы. — Привет, слушай, ты не выясняла, кем может быть Кот Нуар? — спрашивает она прежде, чем та успевает заболтать её до смерти. — Зачем тебе это? Подозрение. Как же иначе. — Вдруг захотелось самой поразмышлять, вдруг получится найти. Только вот… эээ… ну, в общем, не получается. Алья смеётся, и у Маринетт отлегает от сердца. Прокатило. — С чего ты начала? — Да ни с чего, по сути. Думала тщательно рассмотреть одноклассников, а потом искать дальше. — Одноклассников? — судя по молчанию, Алья размышляет, стоит ли это делать. — Ну ладно, давай. Нино отпадает сразу. Они смеются. Маринетт ожидала, что её подруга будет выгораживать Нино, но это чистая правда: он попадал под влияние акумы. — Значит, Нино отпадает. Хорошо. — Кто у нас ещё есть? Натаниэль? — Мимо, в него тоже вселялся акума. — Ммм… Ким? Хотя нет, и он был злодеем. Айван? Маринетт, поёжившись, вспоминает первое дело. Нет, не Айван. — Он был самым первым. — Тогда остаётся только Адриан. Она вспоминает то глупое подражание и морщится. — Точно не Адриан. — Ну-ну. Между прочим, он один не превращался в злодея. — Следствие хорошего самообладания. Да, Адриан не был злодеем. Но зато он говорил, что Тёмный Рыцарь сделал его своим солдатом. Но разве сама она не врала о том же, чтобы уйти от щекотливой темы? Раз так, что же могло помешать ему сделать так же? — Маринетт, — напоминает о себе та, — мне больше нечем тебе помочь, разве что помочь выстраивать невероятные теории. — До встречи, — прощается она с явным облегчением, и Алья первая вешает трубку. Алья знает. Всё знает. Она не могла не разобраться в том, что происходит с её подругой. Медленно, кропотливо, совсем по крохам, но она собрала необходимый материал. Она знает, что связывает Маринетт с Котом Нуаром и почему ей больше не приходится раздавать советы в духе «да-подойди-ты-к-нему-уже» касательно Адриана. Знает, почему Маринетт теперь так неловко в обществе Агреста. Знает и разыгрывает комедию для этих двоих, чтобы не вызывать подозрений. Она догадывается, кто скрывается под маской Кота, но ещё не время выкладывать карты на стол. Есть у неё и весомые подозрения по поводу Ледибаг. Она не хочет просто выложить всё, что ей известно. В этом нет никакого спортивного интереса. У неё свои планы на имеющуюся информацию. Она снова тянется к телефону. «Нино, она пытается выяснить, кто такой Нуар». «Удачно?» «Отрицает очевидное. В своём репертуаре». «Совсем-совсем глухо?» «Ага». Она тянется к заветным папочкам с досье, шуршит бумагами. Нет, не имеет она права обвинять Маринетт в слепоте, когда сама так долго ходила вокруг да около. А ведь она прилагала куда как больше усилий, чтобы докопаться до правды. Телефон вибрирует несколько раз подряд. «Мда, хуже лишь то, что Адриан так и не видел, что Маринетт в него по уши втрескалась». «Вот уж точно — два сапога пара:)» «Ты сегодня занята?» «Только этими двумя. Приходи?» «Десятиминутная готовность». Алья находит листок, появившийся совсем недавно. Общие черты. Аккуратным столбиком выписаны те самые совпадения, которые наводили её на правильные мысли. Знай она, что этим сейчас пытается заняться Маринетт, та бы тут же выросла в её глазах. Алья знает, что Адриан, как и Нуар, любит круассаны; что у них очень схожие повадки, когда они хотят чем-либо похвастаться или произвести приятное впечатление. Она видит, как они похожи друг на друга внешне. И в этом самая главная странность: почему никто этого не сообразил? Впрочем, это и есть пресловутая человеческая слепота. Она ведь и сама очень долго шла к озарению. А вот с Маринетт пришлось повозиться. Она чертовски осторожна. Когда Алья только-только узнала правду, её так и подмывало написать обо всём в блог. Она же только этим и грезила! Но, вопреки ожиданиям, она этого не сделала. Ей кажется, что этим она бы предала Маринетт. Поэтому она довольствуется тем, что для неё в этой истории больше нет неизвестных, а для остальных всё так и должно оставаться в секрете. Нино приоткрывает дверь, с самым что ни на есть таинственным видом заходит в комнату, а затем, прижимаясь то к стенам, то к предметам мебели, подкрадывается к Алье, которая сидит на кровати, скрестив ноги, и наблюдает за его перемещениями с нескрываемым интересом. Он подходит к ней почти вплотную. — Агент N прибыл. — Агент А заметил, — принимает она условия игры. — Никакой новой информации нет? — Об объекте новых сведений не поступало. — Ладно, агент N отлично поработал. С Нино в мгновение ока слетает образ секретного агента. Он садится на кровать. — Ты ещё что-то придумала? — Ага, — загадочно произносит она и улыбается, раззадоривая его. — Что? — Попробуй угадать. Он закатывает глаза. — Нет, вот это нечестно. Говори давай. Всё с той же улыбкой она говорит. Одними губами. — Ты издеваешься? Весь её вид говорит об этом. — Ладно, я попробую. Скажи ещё раз. Она беззвучно повторяет, но Нино не успевает разобрать. Она терпеливо произносит ещё раз. — Ммм… Ты меня любишь? — делает он вид, что пытается прочитать по губам. Она ошеломлённо моргает. — Что? — Просто шучу, — довольно улыбается он. Алья подаётся вперёд и целует его, но он не успевает ответить. Она уже сидит в прежнем положении и невинно улыбается, глядя на малость сконфузившегося парня. — Просто шучу, — передразнивает она его и вздыхает. Пора приниматься за насущные проблемы. — Маринетт решила узнать, кто такой Нуар. — Ты это уже сказала. — Она не верит, что это Адриан. — Ну, мне самому до сих пор не верится. Странно, видишь ли, узнать, что твой друг — супергерой. Они смотрят друг на друга и смеются. Действительно, кому это он говорит? — А Маринетт не могла заподозрить, что ты всё выяснила? — Это вряд ли. Ей сейчас не до маленьких несоответствий. А я ещё и для Адриана разыграла роль ничего не ведающей лучшей подруги. Я тебе говорила, что он только от меня узнал про чувства Маринетт? — Кучу раз. Алья шутливо пихает Нино, и тот щекочет её в ответ, прекрасно зная, что девушка боится щекотки. И в самом деле, она взвизгивает и отползает назад, туда, где она будет находиться вне досягаемости. Нино нетерпеливо хлопает в ладоши. — Так что ты придумала? — Я думаю, нам надо их свести. — Что сделать? — поражённо переспрашивает юноша. — Свести. Сами же они не в состоянии это сделать, вот мы им и поможем. — Ты будешь вмешиваться в чужую личную жизнь? — Нет. Мы будем. И не вмешиваться, а помогать. Нино чешет затылок, раздумывая, и протягивает Алье ладонь, которую та с готовностью пожимает. — По рукам. Разумеется, и план у тебя тоже есть? — Плана нет, зато есть ты. — То есть, самое сложное ты свесила на меня? Она корчит жалобную рожицу, и он сдаётся. — Ты же понимаешь, что мне необходимо много сладкого, чтобы провернуть идеальную операцию? Алья уходит в кухню и возвращается с шоколадкой и пакетом яблок. Глаза Нино вспыхивают задорными угольками. — Так-то лучше. Итак, что у нас есть? — Только список соответствий и знание того, что Адриан про Маринетт знает, а вот та про него — нет. Девушка смотрит, как он, откусывая шоколад прямо от плитки, сосредоточенно смотрит в лист бумаги, и её щекочет какое-то подобие нежности. Нино — тот ещё раздолбай, но он ей нравится именно за это. Без него ей скучно. Нино доедает шоколадку и рассеянно комкает упаковку, но от него по-прежнему нет и слова. Алья щёлкает пальцами у него перед лицом. — Ау, Земля вызывает! Ты ещё здесь? — Ага, — убирает он её руку из поля зрения и поднимает глаза. — Раз Маринетт не понимает толстых намёков, которые ей так глупо делал Адриан, они должны быть ещё толще, логично? — Напомни, что за намёки? — Он пытался показать ей, что он Нуар, да только она не отреагировала ни на поведение, ни на речь. — Это в коллеже-то? — Агась, я за углом прятался. — А намёки ещё толще — это… — …это зрительный образ. Они неотрывно смотрят друг на друга и говорят почти одновременно. — Раз она не видит Адриана, ей надо увидеть Кота. — Чтобы она поняла сразу, надо, чтобы он видел в ней Ледибаг. — Значит, надо… — …чтобы они… — …столкнулись как Маринетт и Адриан… — …и в то же время как Ледибаг и Кот Нуар! На мгновение повисает пауза, а потом взгляд Альи падает на плащ, который подшивала Маринетт. Девушка тянется к нему, выворачивает край рукава и смотрит на подклад — красный в чёрный горошек. В голове что-то щёлкает. — У тебя ещё много такой ткани? — Не очень, а что? — Она тебе нужна? — Я собираюсь шить себе платье. Тебе нужна ткань? — Да нет, просто интересно. Платье-то покажешь? Маринетт смеётся. — Если сошью — покажу, только бы не забыть. — Уж что-что, а забыть я тебе не дам. Алья хватает телефон. — Маринетт, привет. Слушай, помнишь, ты платье хотела сшить? А, уже сшила? Нино начинает понимать, к чему та клонит. — Покажешь, да? Когда? Ммм… давай попозже скажу, когда определюсь, ладно? Она кидает телефон на кровать и победоносно улыбается Нино. Тот практически зеркально отображает выражение на её лице. — А с Адрианом что прикажешь делать? — Хм… — она закусывает нижнюю губу, а потом вдруг радостно смеётся. — Знаешь, есть такие ободки на голову, с ушами? — Хочешь сказать, нам надо будет искать чёрные кошачьи уши? — Зачем искать, если таких хоть пруд пруди? Он замолкает, с головой погрузившись в поиски подходящего для встречи места. Алья видит только отблески от экрана в его очках. Нино разворачивает к ней телефон. — Как насчёт того, чтобы вчетвером сходить в кино? Завтра, в пять? Алья взвизгивает от восторга. «Покажешь завтра в кино. Сеанс в пять, мы с Нино идём покупать билеты:)» «Ну… хорошо, если ты так хочешь?» «Очень хочу». — Предупреди Адриана, — бросает она Нино, треплет его волосы и идёт переодеваться для прогулки. «Эй, бро, мы завтра идём в кино, и твоё присутствие не обсуждается. Встречаемся в четыре у Эйфелевой башни». «Ты когда-нибудь перестанешь решать всё за меня? :)» «Неа. Не опаздывай!»