this heart, fossilized and silent (once was tender and once was violent)

      - Единение, - повторяет Эбби, глядя то на Лексу, то на Кларк. Голос у неё неуверенный, сомневающийся, и поскольку Кларк понимает это, она надеется, что сможет убедить свою мать довериться ей.       - Ледяная королева хотела свергнуть Лексу и взять под контроль кланы ещё до того, как Лекса сформировала коалицию, - объясняет Кларк, - но у неё не было достаточно сил для этого. У неё есть армия, самый большой клан из двенадцати, но этих чисел всё равно недостаточно, потому что другие кланы верны Лексе и будут стоять на её стороне. Но сейчас мы нейтральны, и она знает, что у нас есть причина держать обиду на Лексу и её людей.       - Вы повергли Гору, - говорит Лекса, вклиниваясь в разговор. - Это подвиг, который мои люди не могли совершить на протяжении десятилетий. Одно только это заставит кланы уважать вас, а некоторых даже бояться. Этот факт будет подкреплять власть, которой вы обладаете.       - Верно, - говорит Кларк, снова кивая. - Наши технологии. У людей Лексы нет таких технологий, которые есть у нас, или знаний, чтобы воспользоваться ими. При желании мы могли бы захватить Гору Везер и использовать их оружие, а такой силой обладаем только мы. Мы могли бы реактивировать кислотный туман, сбросить бомбу на любую деревню любого клана, если захотели бы, и именно такой силой хочет владеть она. Она хочет представлять такую угрозу, потому что с такой угрозой и численностью наших людей с обеих сторон, кланы склонятся; возможно, не все из них, но вполне достаточно для того, чтобы на наши плечи пала ещё одна война.       - Война, что приведёт к тысячным потерям, - говорит им Лекса, и Кларк кивает в знак согласия.       - И война, к которой никто из нас не готов, - добавляет она, смотря на свою мать. - Мы едва выбрались из Горы. Нашим людям нужно время, чтобы залечить раны.       - Чтобы склонить чашу весов в нашу пользу, - говорит Лекса, - мы должны объединить наших людей. Если мы сможем полностью устранить Небесных Людей в качестве одного из возможных вариантов, который она сможет использовать в собственных корыстных целях, то королева Ледяного народа вернётся к ожиданию нового подходящего момента, чтобы занять мой трон.       - Хорошо, - начинает Эбби, нахмурив в замешательстве брови, - но каким образом единение отличается от союза, который был у нас раньше?       - Это надёжно, - говорит ей Кларк. - Неизменно. Союз был больше похож на перемирие, а единение будет похоже на контракт.       - Какой именно контракт? - спрашивает Кейн, на что Лекса вынимает из-за своего пояса кинжал.       Кладя оружие на стол, она говорит:       - Скреплённый кровью.       - Надёжный, - повторяет Кларк, в то время как и Эбби, и Кейн с опаской смотрят на кинжал.       - Небесные Люди станут частью коалиции, - говорит им Лекса, слегка расслабляясь в своём кресле, когда Кларк придвигается ближе к ней. - Тринадцатым кланом.       Кларк даже не осознавала, настолько близко придвинулась к Лексе, пока её кресло не пошатнулось после одного особенно быстрого сдвига, а плечо не задело плечо Командующей. Она изо всех сил старается игнорировать наполовину раздражённое, наполовину изумленное выражение лица своей матери, и быстро прочищает горло, чтобы продолжить объяснение плана.       - Если мы войдём в коалицию, мы будем больше, чем просто в союзе с людьми Лексы, - говорит она. - Мы будем частью её людей. Это как слияние, которое означает, что мы получим полную, непоколебимую и гарантированную верность, а также все преимущества остальных двенадцати кланов.       - И что это в себя включает? - спрашивает Эбби, и Кларк кидает взгляд на Лексу, которая принимает это как за сигнал ответить на вопрос самостоятельно, будто они репетировали эту рутину часами, даже несмотря на то, что обсуждали это лишь несколько минут назад.       - Защита, - информирует Лекса, кивая. - Обучение, если того пожелают ваши люди.       Кейн поднимает бровь и спрашивает:       - Боевое обучение?       Лекса снова кивает, и Кларк возвращается в разговор.       - Охота и рыбалка, - добавляет она, чувствуя, как в груди вспыхивает искорка предвкушения. Чем больше они это обсуждают, тем решительнее она себя чувствует, тем больше она верит, что это может сработать; тем больше она хочет этого, не только ради себя, но и ради своих людей и людей Лексы. - Верховая езда, фермерство, кузнечное дело; всё, к чему кто-либо проявит интерес. В свою очередь, мы также можем научить их тем навыкам, которыми обладаем сами. Наша медицина и медицинские процедуры могут очень им помочь, а они могут помочь нам стать настоящей, процветающей общиной, а не просто группой людей, которые всеми доступными способами пытаются выжить.       Перегибаясь через стол, Кларк накрывает руку матери своей.       - Они могут дать нам стабильность и ресурсы, мам. То, чему мы можем научиться у них - бесценно.       - Как часть коалиции, вашим людям также будет предоставлен проезд в наши деревни, как и свободный доступ к торговле с другими кланами, - говорит Лекса. - Вы сможете торговать едой, одеждой, семенами, водой, деревом, металлом, искусством и оружием. Торговля позволяет нам делиться своими ресурсами и поддерживать друг друга в трудные времена.       - А другие кланы согласятся с этим? - спрашивает Кейн, и Кларк может сказать по его голосу, что в нём загорелся интерес.       - Я уверена в этом, - заверяет Лекса. - Небесные Люди заслужили большое уважение за свержение Горы.       - И за излечение Жнецов, - добавляет Кларк, и Лекса кивает.       - Вы даровали нам свободу от могущественного врага, и мои люди благодарны за это.       - Это правда, - говорит Кларк, кивая. - Я видела это. Когда я была в Полисе, люди там… они благодарили меня. Они дарили мне подарки. Они не смотрели на меня как на врага.       Кларк не упускает из виду, как на губах Лексы образуется небольшая улыбка, прежде чем лицо Командующей снова принимает серьёзный вид, и она говорит:       - Они также боятся того, что может произойти, если Небесные Люди начнут нападение. Единение успокоит этот страх. Могут быть и те, кто не согласиться с этим, но в конечном итоге они смирятся. Любой, кто попытается остановить это, поплатится своей жизнью.       На минуту в комнате повисает тишина, лишь неподдельная искренность в голосе Лексы витает в воздухе, пока Кейн не прочищает своё горло и не говорит:       - Это звучит прекрасно. Стабильность - это именно то, что нам нужно прямо сейчас, а те навыки, которым нас могут обучить твои люди, как и сказала Кларк, бесценны; однако если мы согласимся на это единение, то мы согласимся жить под твоим командованием, не так ли?       Кларк подготавливается. Именно эта часть её волнует больше всего, потому что даже несмотря на то, что это лучший вариант, она знает, что её люди будут бороться с передачей власти; переходом в новый образ жизни, в новую форму правления. Однако Кларк думает, что эта борьба вполне стоит того, и она гораздо предпочтительнее борьбы, с которой они могут столкнуться в противном случае.       Лекса не отвечает словами, а лишь быстро кивает, и Кларк тут же прочищает горло и говорит:       - Я думаю, все мы поняли, что дела на Ковчеге шли не совсем должным образом. Эти изменения могут оказать нам огромную, неоценимую помощь. Нам нужно это, и да, технически мы будем под командованием Лексы, но мы всё ещё будем отдельным народом. У нас будут всё те же права и свободы, что и у других кланов, а это значит, что у нас может быть свой собственный лидер, собственные методы работы на повседневной основе, собственные убеждения, собственная земля и собственные дома. Мы даже можем иметь свой собственный язык, если захотим, и посмотрите на то, какую пользу мы можем из этого извлечь.       - И нашей единственной альтернативой будет оставаться на нейтральной стороне, - говорит Эбби, - или заключить союз с Ледяным народом.       Кларк кивает.       - Скорее всего, мы всё равно будем втянуты в войну, если останемся на нейтральной стороне. Мало того, что мы, вероятно, потеряем огромное количество своих людей, так нам ещё и придётся продолжать жить так, как мы жили и прежде - едва сводить концы с концами; если мы, конечно же, вообще переживём все грядущие события.       - Вы не извлечёте никакой пользы от союза с Азгедой, - затем добавляет Лекса, и Кларк быстро соглашается.       - Ледяной народ уже является частью коалиции, что, как мы уже говорили, является контрактом, - говорит им Кларк, - и королева активно пытается расторгнуть его. Кроме того, мы знаем, какой она человек. Она пытает людей ради забавы, угрожает невинным ради своей выгоды. Она похитила брата Эхо и держит его в заложниках, чтобы заставить Эхо делать то, что ей нужно. Даже её план в заключении с нами союза состоял в том, чтобы убить Лексу и обыграть это так, будто это мы убили её, спровоцировав тем самым войну. И о чём вам это говорит? Это не тот человек, с которым мы хотим объединяться.       - Мам, - говорит Кларк, придвигаясь ближе к своей матери и снова хватая её за руку. - Пожалуйста, доверься мне.       Она смотрит на Кейна, а затем снова на Эбби.       - Вы не доверились мне раньше. Вы не послушали меня, и посмотрите, что произошло. Погибли люди. Лекса чуть не погибла, а она единственная, кто может нам сейчас помочь, а мы можем помочь ей. Это лучший вариант. Пожалуйста, доверьтесь мне.       - Эбби, - тихо произносит Кейн. - Мы можем поговорить наедине?       Эбби кивает, и они с Кейном вместе встают из-за стола. Пересекая комнату, они отходят в угол и начинают тихонько перешёптываться друг с другом, и Кларк не может сдержать тяжёлый выдох, исходящий из груди.       Прижимая лицо к рукам, она наклоняется в сторону Лексы, ища утешение в её теле, её теплоте.       - Нам нужно это единение, - шепчет она и удивляется, когда рука Лексы скользит по её бедру и сжимает.       Конечно, это действие скрыто от глаз, но Кларк не ожидала, что Лекса вообще когда-нибудь будет показывать физическую привязанность на публике. Это показало бы уязвимость, но тогда в её ушах звенят собственные слова Лексы. Это не слабость.       - Чему быть, того не миновать, - шепчет Лекса, её голос полон уверенности.       Кларк ухмыляется, поворачивая лицо в своих руках и располагая щеку на ладонях, чтобы посмотреть на Командующую.       - Знаешь, это совсем не помогает.       На губах Лексы появляется лёгкая улыбка.       - Я знаю, что моя мудрость успокаивает тебя, Кларк, - говорит она, и Кларк выпускает тихий, хриплый смешок.       Скользя своей рукой по руке Лексы, Кларк сжимает свои пальцы и шепчет:       - Это наш шанс начать новую жизнь. Наши люди могут работать сообща. Они могут быть счастливы, а ты и я… у нас может быть шанс. Это наш шанс, Лекса.       Слова прорываются глубоко внутрь, зарываясь в душу и цепляясь за неё лютой хваткой и ещё более лютой надеждой. Кларк хочет этого больше, чем может выразить словами. Это единение - их шанс, их единственный шанс; их лучший шанс. Он спасёт не только их людей, но спасёт и их самих. Они с Лексой не будут идти вразрез друг с другом. Они не будут противостоять друг другу или разрываться на части своим долгом и обязанностями. Ни одна из них не будет вынуждена выбирать своих людей вместо других, потому что люди Кларк станут людьми Лексы, а люди Лексы станут людьми Кларк. У них может появиться стабильность, мир, доверие. Они могут быть вместе без ограничений, без этой пылкой тревоги, грызущей их во всех местах, где они связаны, постоянно угрожая разорвать их на кусочки.       Это их шанс быть вместе, и Кларк полна решимости воспользоваться им.       Лекса долго молчит, буравя глазами Кларк, будто хочет похоронить себя в этой синеве, и блондинка не отводит их. Она не позволяет этим словам пошатнуться или развеяться в воздухе, упрямо смотря в глаза Лексы и переплетая их пальцы, а затем шатенка сжимает её руку и шепчет:       - Наш шанс.       На её губах, разукрашенных грустным, прекрасным голосом, это тихое предложение каким-то образом становится необъятным. Оно звучит словно молитва, эхом выкрикиваемая между протянутыми руками. Оно звучит словно военный барабан, призывающий их к революции. Оно звучит словно нужда и желание, надежда, потребность и решимость.       Кларк кивает, чувствуя, как в груди трепещет сердце.       - Наш шанс.       Когда минуту спустя Эбби и Кейн возвращаются к столу, взгляд Кларк отрывается от Лексы, а её трепещущее сердце переходит в более жёсткий ритм. Лекса не убирает руку с её бедра, и Кларк благодарна за комфорт и безопасность, которое ей дарит это прикосновение. Она не может прочитать глаза своей матери, а потому и перестать волноваться о том, что она может сказать в любой момент. Все вариации слова «нет» заполняют её разум ещё даже до того, как женщина начинает говорить.       - Итак, - говорит Эбби и удивляет Кларк, когда перегибается через стол и протягивает ей свою раскрытую ладонь. Кларк колеблется всего мгновение, прежде чем скользнуть по столу своей рукой и встретиться ею с рукой матери. Когда они соприкасаются, Эбби нежно проводит своим большим пальцем по костяшкам своей дочери. - Как нам это сделать?       Лицо Кларк расплывается в улыбке, а её тело пронизывает освежающая волна облегчения, заполняя все внутренности.       - Спасибо, - говорит она, вставая с кресла, чтобы подойти к своей матери. Она обнимает её, прежде чем Эбби успевает хотя бы встать, чтобы должным образом вернуть объятия. - Спасибо.       Когда они снова усаживаются на свои места, рука Лексы снова находит бедро Кларк, и улыбка Кларк только растёт при нежном сжатии. Чему быть, того не миновать.       - Ты сказала, что единение будет скреплено кровью, - говорит Кейн, привлекая их внимание обратно к сути вопроса.       - Да, - кивает Лекса. - Должна произойти официальная церемония, которую мы проведём в Полисе. Это наша столица. Там будут присутствовать лидеры остальных кланов, а жертва крови необходима как клятва.       - Клятва на крови, - говорит Кейн. - Кто сделает это?       Кларк кладёт руку на стол, будто голосуя:       - Я.       - Как и каждый лидер из двенадцати кланов, - говорит ему Лекса, а затем смотрит на Кларк, - и я.       Лекса и Кларк долго обсуждают условия единения с Эбби и Кейном, а также их план встречи Кларк с Ледяной королевой. Как только они заканчивают, Кларк проводит несколько долгих минут, обнимая свою мать, которая снова и снова заставляет её обещать, что она будет в безопасности.       Как только они выходят из комнаты, Кларк тихо говорит:       - Она должна умереть.       Она уже обсудила это с Лексой, а также решительно на это настроились. Они уже разработали план, но Кларк не может ничего с собой поделать. Она должна сказать эти слова вслух, должна напомнить себе, что так и должно быть. Только так и может быть.       Лекса поднимает бровь, но только кивает, и Кларк вздыхает:       - Это единственный способ покончить с этим навсегда. В противном случае, она просто выждет, как ты и сказала, найдёт ещё одну возможность, чтобы напасть.       Она говорит это так, будто пытается убедить Лексу, но знает, что ей это не нужно. Она убеждает саму себя. Она постоянно думает о телах на Горе Везер.       Это не одно и то же, говорит она себе. Она не невиновна.       - Она не согласится на клятву, - говорит Лекса, делая всё возможное, чтобы ещё сильнее успокоить девушку, и Кларк могла бы поцеловать её за это. Она пропускает через себя слова Лексы. Она знает, что она права. Ледяная королева никогда бы не забила гвоздь в свой собственный гроб. - Чтобы единение состоялось, клятва должна быть свободно принята всеми лидерами кланов.       - Нам придётся блефовать, чтобы выиграть время, - говорит Кларк, в то время как они направляются в сторону тюремной камеры, и Лекса снова кивает.       - Это единственный способ.       Кларк делает глубокий вдох, когда они заходят за угол, после чего говорит:       - А затем она умрёт.       - Я не могу забрать её жизнь, - бормочет Лекса, - без доказательств предательства. Лидеры кланов поднимут бунт.       - Я знаю, - говорит Кларк, рвано выдыхая. - Знаю.

***

      Когда они входят в тюремную камеру, она выглядит темнее, чем обычно, несколько ламп наконец проморгали до своих смертей. Эхо сидит в дальнем углу комнаты, прислонившись спиной к стене и опираясь руками о колени. Она медленно поднимается на ноги, когда к ней подходят Кларк и Лекса, и свободно опускает свои руки и раскрывает ладони, чтобы показать им, что она не представляет угрозы.       - Что-то случилось? - спрашивает она, и Кларк кивает.       - Я собираюсь встретиться с твоей королевой.       Поднимая бровь, Эхо спрашивает:       - С какой защитой?       - Без защиты, - говорит ей Кларк, коротко кидая взгляд на Лексу, чья челюсть сжимается при этих словах. - Она примет меня только при условии, что я приду одна, поэтому именно так я и поступлю.       - Это неразумно.       - Не беспокойся об этом, - говорит ей Кларк, выталкивая слова. Нервы блондинки уже на пределе, даже несмотря на то, что она твёрдо верит в их план. - У меня всё под контролем. Мы здесь, потому что нам нужно знать, можем ли мы тебе доверять.       - В чём?       - В общем, - говорит Кларк. - Нам нужно знать, на чьей ты стороне.       - Если начнётся битва, - говорит Лекса, её руки слегка опираются на рукоятку меча, закреплённого на бедре, - на чьей стороне ты будешь? Yu kwin o ai?¹       Эхо с минуту молча и неподвижно стоит на месте, но затем в два широких шага оказывается прямо перед Лексой, практически соприкасаясь с ней грудью. Кларк подготавливается, её рука дёргается в сторону пистолета, покоящегося в кобуре, но Лекса не колеблется. Она не вздрагивает. Она не шевелит ни единым мускулом. Она совершенно спокойна и просто свысока смотрит на Эхо, будто бы предлагая ей посметь выкинуть что-нибудь, что-угодно.       Не отрывая глаз от Лексы, Эхо медленно опускается на землю. Она падает на одно колено перед Командующей, а затем склоняет свою голову.       - Я буду сражаться за тебя, - говорит она, и Кларк не знает почему, но она чувствует, как глаза начинает покалывать от слёз, когда Лекса медленно протягивает руку и мягко кладёт её на голову Эхо. Она держит её там какое-то мгновение, а затем убирает, и Эхо снова медленно поднимается на ноги.       - Так значит, ты поможешь нам?       Эхо поворачивается к Кларк при вопросе. Когда она кивает, блондинка облегчённо выдыхает.       - Хорошо, - говорит она, - потому что ты нужна нам.

***

      Когда Кларк приходит на станцию Рэйвен, она обнаруживает, что Рэйвен и Монти склонились над большим устройством, которое выглядит так, будто сформировано из различных частей, которые не обязательно должны подходить друг другу. Рэйвен возится с устройством, в то время как Монти прищёлкивает что-то на место на гораздо меньшем устройстве, прежде чем поднять глаза и улыбнуться Рэйвен.       - Исправлено, - говорит он. - Всё в порядке.       Рэйвен кивает и хлопает рукой по столу.       - Тогда можно заняться и этим тоже.       - Надеюсь, ты говоришь о том, о чём я думаю, - говорит Кларк, дальше проходя в комнату.       Монти, как и Рэйвен, поднимает глаза, услышав её голос, и дарит ей широкую улыбку.       - Я не вся бум, знаешь, - дразнит Рэйвен, бросая своё полотенце для рук через всю комнату в Кларк. - Я же сказала, что смогу это сделать.       Когда Монти подталкивает её локтем, она прочищает горло и ухмыляется:       - В смысле, я сказала, что мы сможем это сделать.       Мягко посмеиваясь, Кларк говорит:       - Я в вас не сомневалась.       На мгновение комната погружается в тишину, троица просто улыбается друг другу, а затем Рэйвен снова прочищает горло и говорит:       - Мы слышали, что ты собираешься встретиться с какой-то королевой Землян.       - Уже слышали об этом, да? - отвечает Кларк, вздыхая и почёсывая заднюю часть своей шеи.       - У детей на воротах длинные языки, - говорит Монти, от чего все начинают смеяться, но Кларк слышит, какой смех пустой. В этом звуке нет настоящего веселья. Он слишком испорчен беспокойством.       Рэйвен хватает костыли, прислонённые к стене позади неё, и использует их в качестве поддержки, чтобы обойти стол и подойти ближе к Кларк. Она не носит свой бандаж, и Кларк думает, что ей, должно быть, нужна была передышка от него. Возможно, у неё болит нога. Когда Рэйвен добирается до неё, она прислоняет костыли к ближайшему столу и жестом указывает Кларк, чтобы та заняла место рядом с ней. Движение не похоже на вербальное предложение; фактически, Рэйвен ничего не говорит, но Кларк видит это - этот молчаливый способ Рэйвен спросить, всё ли в порядке.       Кларк кивает, а затем встаёт рядом с ней и облокачивается о стол. Когда они прижимаются друг к другу плечами, Рэйвен заметно облегчённо выдыхает и спрашивает:       - Ты уверена, что это хорошая идея?       - Думаю, мне просто необходимо сделать это, - говорит Кларк. - Мы должны выяснить, что она задумала; к тому же, если план сработает, то я должна сделать это. Это единственный способ.       - Кстати о плане, - говорит Монти, вклиниваясь в разговор, - ты расскажешь нам, что он из себя представляет?       Он улыбается Кларк, когда блондинка закатывает глаза.       - Полагаю, что мы принимаем в нём участие?       - Принимаете.

***

      - Все люди, которые должны были знать о плане, были проинформированы о нём, - говорит Кларк, в то время как они движутся в сторону выхода, - так что время пришло.       Кларк не удивляется, когда Лекса отводит её в сторону в последнюю минуту, прямо перед тем, как они выходят с Ковчега, чтобы встретить у ворот воинов Азгеды. Она позволяет Лексе придерживать её за спину, пытаясь не затеряться в блеске зелёных глаз, даже когда Командующая стискивает челюсть и стоит твёрдо и неподвижно, словно ствол дерева.       Линкольн, Октавия, Индра и Алгор, которые следуют за ними, отходят в сторону, чтобы дать им время, и Лекса понижает свой голос до шёпота.       - Кларк, - говорит она, - я должна попросить тебя пересмотреть своё решение.       - Я знаю, - шепчет Кларк. - Знаю, что должна, точно так же, как ты знаешь, что я должна пойти.       Лекса ничего не говорит, а просто рвано, быстро дышит через нос и сжимает рукоять своего меча, будто пытаясь сломать его.       - Я буду в порядке, - говорит ей Кларк. - Ты должна довериться мне. Довериться Рэйвен. Довериться Монти. Довериться Октавии и Линкольну. Довериться себе. У нас есть план. Он надёжный. Всё под контролем, Лекса.       Облизывая свои губы, Лекса ещё сильнее понижает голос, он звучит так тихо, что Кларк приходится наклониться, чтобы распознать слова.       - Я не могу потерять тебя, Кларк.       Кларк чувствует, как эти слова выстреливают по её сердцу, и она без раздумий тянется к рукам Лексы. Ей всё равно, кто смотрит. Эти люди и так всё знают.       - Ты не потеряешь, - обещает она, положив одну руку на руку Лексы, а другую на её грудь, прямо над сердцем, - Не потеряешь.       Лекса тяжело дышит под рукой Кларк несколько долгих секунд, после чего кивает и быстро поворачивается в сторону Линкольна и Октавии. Она вторгается в личное пространство Линкольна, буравя его взглядом. Крепко стиснув зубы, Командующая сурово говорит:       - Ты защитишь её даже ценой своей жизни, если желаешь обрести свободу.       Кларк знает, что она борется со страхом, растущим в её груди и глазах.       - Сделай это, и я прощу твои прегрешения.       Линкольн твёрдо кивает.       - Будет сделано, Хеда.       Двигаясь в сторону Октавии, Лекса подходит к ней даже ещё ближе, чем к Линкольну.       - Сделай это, - снова говорит она, - и я провозглашу тебя воином своего клана. Okteivia kom Trigedakru. Ты будешь почётным человеком среди нас.       Глаза Октавии блестят с надеждой, и она кидает взгляд на Индру, а затем так же твёрдо кивает.       - Будет сделано, Хеда.       Лекса глубоко вздыхает, прежде чем отступить в сторону, и Кларк знает, что время пришло. Она двигается в сторону выхода, но снова останавливается большой рукой, опустившейся на её плечо. Когда она оборачивается, то замечает Алгора, стоящего рядом с ней.       - В чём дело? - спрашивает она его, и он постукивает пальцем по её макушке, а затем разворачивает девушку, прижимая её спину к своей груди. Когда его пальцы быстро начинают распутывать её взлохмаченные косы, Кларк пытается повернуться. Однако он удерживает её на месте, прижимая одну руку к её плечу, как бы говоря ей, чтобы она оставалась стоять неподвижно.       - Эм, Алгор, - говорит она, - я знаю, что косы немного расплелись, но сейчас действительно не время для этого. Ты сможешь заплести мои волосы, когда я вернусь.       Алгор снова отвечает лишь постукиванием по её макушке, так что Кларк просто закатывает глаза и остаётся стоять на месте. Он работает быстро, заплетая её волосы в новый дизайн с искусной скоростью, и когда он заканчивает, Кларк поднимает руку, чтобы коснуться своих волос. Она скользит пальцами по новым, тугим косичкам и улыбается. Они замысловатые.       Однако когда она разворачивается, чтобы поблагодарить его, то отвлекается на реакцию людей, стоящих позади него. Лекса, Индра и Линкольн смотрят на неё с слегка расширенными глазами, а затем Командующая кидает взгляд на Алгора. Они смотрят друг на друга в течение долгого, напряжённого, молчаливого момента, прежде чем глаза Лексы наполняются пониманием, и она кивает, а Алгор снова поворачивается к Кларк.       Она не успевает спросить об их реакции, так как он неожиданно приподнимает её в воздух, обнимая. Кларк хрипит в его руках и постукивает по спине, как только может, а когда мужчина наконец опускает её на землю, она не может не улыбнуться. Она знала, что он привязался к ней.       Уклоняясь от странного момента, Кларк поднимает бровь и спрашивает:       - Что-нибудь ещё?       Когда остальные просто смотрят на неё, она кивает:       - Отлично. Тогда пошли.

***

      Солнце поднялось выше в небо и стало светить ярче, но утро всё ещё прохладное. Кларк идёт через весь лагерь вместе с Лексой, шагающей рядом с ней, а прямо за девушками следуют Индра и Алгор, повиснув на их хвосте. Линкольн и Октавия отделились от группы, чтобы незаметно выскользнуть из лагеря с другой стороны.       Кларк жестом указывает, чтобы охранники открыли ворота, и как только это происходит, она вместе с Лексой выходит навстречу воинам Азгеды.       - Я дам вашей королеве час, как только мы доберёмся до места, - говорит им Кларк. - Если я не вернусь сюда через два часа, мои люди пойдут искать меня, и они будут вправе атаковать. Это понятно?       Воин Азгеды, который говорил с ней прежде, кивает, и Кларк делает то же самое в ответ. Однако прежде чем она успевает сказать, чтобы они начали показывать ей дорогу, Лекса делает шаг вперёд. Она поочерёдно смотрит в глаза обоих воинов и говорит:       - Если ей причинят вред, лес окрасится в красный вашей кровью и кровью вашей королевы.       Оба мужчины ощетиниваются от этого заявления, но не отвечают, и Кларк думает, что это умно с их стороны, потому что Лекса на самой грани. Кларк не сомневается, что она бы тут же казнила этих мужчин своим мечом, если они хотя бы косо посмотрели на неё.       - Это понятно?       Оба воина кивают, и Кларк делает шаг вперёд. Проходя мимо Лексы, она коротко проводит своим плечом по плечу девушки и говорит:       - Хорошо. Ведите меня.

***

¹ "Yu kwin o ai?" - "Твоя королева или я?"