"Бутылка"

      На литературе я, как обычно, сел один. Мне это просто казалось, или на меня действительно глазели больше чем вчера? Бета в третьем ряду слева, вместе с которым я посещал три или четыре предмета, пялился поверх плеча. Пара омег справа за первой партой о чём-то оживлённо спорили, то и дело косясь сквозь узкие щёлки глаз в мою сторону.       Хоть бы урок быстрее начался, — подумал я, и заметил, как в кабинет вплыл тот самый омега-блондинчик, который соблаговолил меня извинить однажды.       Уверенной походкой он пересёк класс и остановился прямо передо мной.       — Привет, — поздоровался он, словно делая мне одолжение. — Что у тебя с Ласом? — без предисловий спросил он, складывая на груди руки, словно учитель, собиравшийся наказывать нерадивого ученика.       В кабинете стало тихо, смолкли шепотки, все вытаращились на нас в ожидании. Я растерялся. Парень застал меня врасплох.       — У меня с ним ничего нет, — ответил я, пытаясь собраться. — А если бы и было, тебя это не касается.       Омега фыркнул:       — Очень даже касается. А вот тебе нечего вокруг него крутиться. Если проблемы не нужны. Ты меня понял? — Блондин убрал короткие волосы за уши — жест был полон нетерпения и раздражения.       Я молчал, хмуро окидывая взглядом наглого придурка.       Всё было просто, как дважды два. Лас, похоже, считался местным красавчиком. Это было не удивительно, альфа, хоть и вампир, был таким, словно сошёл с обложки молодёжного модного журнала. В моих предыдущих школах он бы без сомнения стал звездой. Сколько здесь было таких, как Лас, я понятия не имел — альфы никогда по-настоящему меня не интересовали. Периоды течек были не в счёт.       А этот выпендрёжник мог быть одним из воздыхателей или членов фан-клуба. Ещё хуже — он мог быть бывшей или нынешней пассией вампира.       Похоже, я всё-таки зря согласился на предложение Ласа.       Зря или не зря, уступать таким, как этот, было очень неприятно. Но я, может быть, и прикинулся бы идиотом, но всеобщее внимание лишало меня такой возможности. Если я сейчас проявлю слабость, жизнь в новой школе может сложиться ещё печальнее. Каждый решит, что может мною понукать.       — Если у тебя есть претензии к Ласу, можешь озвучить их ему. Меня это совершенно не интересует.       — К Ласу у меня нет претензий, — повторил мои слова омега, корча при этом идиотскую гримасу. — У меня претензии к тебе, выскочка.       В коридоре наконец-то прозвенел звонок. Учитель возник на пороге.       — В общем, я тебя предупредил, — предостерегающе сверкнув глазами, омега отправился на своё место.       Урок прошёл просто отвратительно. Учитель спросил меня дважды и дважды я мычал нечто невразумительное, пока остальные давили смешки. Повышенное внимание сопровождало меня на каждом уроке, но после откровенного наезда омеги плотина дала трещину, через которую полезло истинное отношение истретвильцев ко мне.       В коридоре стало даже хуже. Ребята, сбившись в группы, чувствовали себя уверенно, не сходя с места, чтобы уступить дорогу, и откровенно ухмылялись мне в глаза. Приходилось обходить их стороной.       Перемещаясь в один из классов, я споткнулся и чуть не расквасил себе нос. Корить гадские туфли не имело смысла — сам же их надел. Мерзкие смешки незамедлительно прыснули за спиной.       «Добро пожаловать в Истрет Хай», — гласила надпись над въездом на парковку. Да уж, добро пожаловать, — повторил я про себя приветствие, отыскивая глазами чёрный Шелби.       Машина стояла там же, где Лас оставил её утром. Сам хозяин направлялся к спорткару с другой стороны. На его пути неожиданно вырос тот самый омега, что докапывался до меня в классе.       С такого расстояния я не мог слышать, о чём они говорили. Омега стоял ко мне спиной, а вот лицо Ласа, который был гораздо выше парнишки, я отлично разглядел.       Судя по всему, разговор был приятный — вампир улыбался.       Я потоптался на месте пару минут и, развернувшись, пошёл с парковки прочь. Вампир был явно занят и отвлекать его я не собирался.       С трудом осилив половину пути до дома, я с вожделением отыскал скамейку и рухнул на неё. Ноги гудели. Ослабив шнуровку, я с трудом вынул пульсирующие стопы из «испанских сапожек» и стянул носки.       Ветерок приятно охлаждал кожу.       Шикарно-о-о.       После десяти минут я наконец согласился с доводами Энди-реалиста, что вечно здесь сидеть нельзя. Я даже всерьёз раздумывал, не идти ли дальше босиком, когда на улице послышался низкий рёв мотора.       Машина пролетела мимо, подняв облако пыли и заставив зажмуриться. Она недалеко унеслась вперёд, завизжали тормоза.       Тяжело вздохнув, я принялся натягивать носки, пока машина сдавала обратно.       Притормозила она прямо напротив. Водитель покинул сиденье, дверца оглушительно хлопнула в тишине пустынной улочки.       Лас обошёл машину, но ко мне подходить не стал, остановившись напротив. Он привалился спиной к пассажирской двери, наблюдая из-за тёмных стёкол очков, как я осторожно надеваю туфли.       — И как это понимать? — Недовольство в голосе звучало достаточно отчётливо, чтобы я сжал челюсть и, не завязав шнурки, выпрямился.       — Что именно?       — Мы же договорились, что я тебя подвожу.       Я пожал плечами, переведя взгляд на горизонт. Гипнотизировать очки вампира не было желания, а попросить снять, кажется, не было права.       — Ты был занят, и я решил, что если пройдусь, никто не погибнет.       — Занят?       — Общался с кем-то на парковке, — как можно безразличней отозвался я. Лас задумался только на секунду.       — Энди, ты не мог подождать меня две минуты?       — Я подождал три, — не глядя на вампира, ответил я.       Тишина Истрет Виль, нарушаемая редким чириканьем, создавала впечатление параллельной вселенной, а не захолустного городка, затерянного среди штатов.       Лас ответил не сразу.       — Отчего-то у меня странное ощущение, что я… провинился? — Вампир казался действительно удивлённым.       — С чего бы?       — Сам не пойму. Ты ведь сам отказался от свидания.       — Не смешно, — пробурчал я на дурацкую шутку.       — Я, как видишь, не смеюсь.       Лас оттолкнулся от машины и сел вплотную рядом со мной — о личном пространстве он, похоже, не слышал.       — Энди, давай ты больше не станешь нарушать обещание, а я не стану задерживаться.       — Мне домой пора.       — Энди?       — Хорошо, — сдался я.       Всё это время я раздумывал, стоит ли говорить о том, что мне доступно дали понять о нежелательности моей компании рядом с вампиром. Думал, но решил промолчать.       — Тогда идём?       Мы поднялись с лавки и шагнули к машине.       — Ай! — Нога подогнулась сама собой. Пульсирующая мозоль наконец лопнула. Чтобы не упасть, я схватился за руку Ласа.       — Что? — заозирался тот, не понимая, в чём дело.       — Ничего. Обувь дурацкая.       — Покажи.       — Вот ещё.       Глаз вампира я по-прежнему не видел из-за очков, но желваки на чужом лице чуть заметно дрогнули.       — Эй! Поставь меня на землю!       Вампир почти послушался, усадив меня обратно на скамейку. Я попытался воспротивиться, но он крепко схватил меня за ногу поверх ботинка, заставив взвизгнуть. Потянув за шнурок, осторожно высвободил ступню и принялся за носок.       — Ну что ты привязался? — почти с досадой взвыл я.       Нога болела страшно.       И выглядела не лучше. Свезённая во многих местах о жёсткие, лакированные, не разношенные и слишком маленькие туфли кожа горела под чужими пальцами.       — Не дави хотя бы.       Вампир взялся за стопу аккуратнее и я выдохнул.       Лас уставился на меня с непониманием.       — Только не спрашивай, — искренне попросил я, не находя сил объяснять собственную глупость. Лас молча снял с меня вторую туфлю вместе с носком. — Я так дойду.       — Испачкаешься, — ответил альфа и, легко подняв меня на руки, усадил на пассажирское сидение.       Я молчал, чувствуя себя третьесортным героем папиной мыльной оперы.       Выбраться самому мне тоже не дали, доставив прямо на хлипкое крылечко флигеля.       — Я бы мог перевязать, — предложил Лас.       — Я справлюсь. — Лицо и без того пылало румянцем. Куда деть глаза я не знал.       — Спасибо.       — Не за что.       Повисла пауза.       — Ну я пошёл.       — Ага.       — Энди, — окликнул меня Лас, дойдя до калитки. — На один или полтора размера малы?       — Как бы не на два, — пробурчал я тихо, уверенный, что вампир не расслышит. Но он развернулся, направляясь к машине, а через минуту гул мотора растаял вдали.