Под пепельными парусами

Иду на абордаж с насилием пиратским, Ты затаился там, за гребнем валунов. Зову тебя к себе неистово, по-адски, Ты слышишь или нет мои сирены слов? (c)

С самого утра погода совершенно нам не благоприятствовала. Дул ураганный ветер, и волны с громадной силой ударялись о борт. Но не только море было неспокойным. На «Арго II» тоже бушевал шторм в виде сумасшедшей Ла Ру. Я стоял себе спокойно и драил палубу, никому не мешая. Но канониру надо было целиться именно в мою сторону! Бутылка с недопитым ромом пролетела слева от меня, словно стрела. Нет, им всем точно надо было подлечить нервы. Меня удивляло, как они ещё не разнесли весь корабль. — Мы находимся на пути к верной смерти, а они перемешивают ром с вином! — орала Кларисса, как разъярённый бык. А братья Стоуллы вели себя до жути спокойно, что и раздражало Ла Ру. Я опустил тряпку в ведро и посмотрел на шрам, который стал темнее. «Ещё немного, — думал я, — и будет виден сквозь рубашку. Если это знак Посейдона, то что означает его смена цвета? Близость к морю? Или отдаленность от суши?» — Что, Джексон, и в море натираешь полы? Резкий усмехающийся голос заставил меня поднять голову. Окно в этой темной каюте было довольно маленькое, но я смог увидеть голубые глаза и шрам на половину лица. — Тебе какое дело? — огрызнулся я. Вот с кем-кем, а с ним мне хотелось разговаривать меньше всего. Лука поначалу виделся мне неплохим парнем, а на деле оказался сущим ублюдком, у которого от прежней чести осталось всего ничего. Кастеллан пожал плечами. — Мне-то никакого, а вот твой папочка был бы не очень рад, узнав о том, кем его сыночек стал. Моя рука невольно дернулась к мечу на поясе. Лука, заметив это, ухмыльнулся. — Не стоит так нервничать, Джексон. Иначе скоро станешь как Кларисса. Мне и не надо было становиться, я уже был таким. Только вот Лука об этом никогда не знал. — Думаешь, я о тебе ничего не знаю? Я нахмурился: «Он что, читает мои мысли? Брал уроки у ведьм? Похвально». — Ошибаешься. Мне известно то, о чём даже ты не догадываешься. В тот момент Лука больше всего походил на старика Льюиса. Был один такой в Нью-Йорке. Полный псих. Жил где-то за забором возле таверны Мистера Д., питался отбросами и спал на старой коровьей шкуре, которую считал драконьей. Льюис вечно нёс всякую несусветную чепуху про каких-то леприконов, тараканов-людоедов и летучих коров. Причём, если он начинал рассказывать об этом, его глаза вылезали из орбит, а сам он плевался слюной и истерически смеялся. То еще зрелище. — Думаешь, ты родом из Нью-Йорка? — продолжал Кастеллан. — Как же тогда твоя мамуля встретилась с Посейдоном? Владыка Морей очень редко подходит близко к берегу. А бороздит он больше всего по Атлантике. Секунд тридцать я осмысливал сказанные слова. Каким бы поганцем ни был Лука, я понимал, что он прав. Но от этого легче не становилось. — А ты вообще уверен, что Салли твоя мама? Или она, в самом деле, такая гулящая… Резкий удар кулаком по трухлявой двери каюты спугнул усевшихся неподалёку чаек. Как же мне хотелось набить морду этому ублюдку! — Заткнись! — прорычал я сквозь зубы, кипя от злости. Никто не смеет говорить так о моей матери. Я не позволю. — Перси, — на моё плечо легла хрупкая, почти детская ладонь. Хейзел смотрела на меня встревоженно и немного испуганно. Оно ясно, я ведь чуть не выломал дверь. — Он того не стоит. Я глубоко и тяжело вздохнул. Её светло-карие глаза отдавали каким-то необычным золотым цветом. Девочка с золотыми глазами. Это было так странно и одновременно удивительно. Будто вместо глаз у неё пенсы. — Спасибо, — хрипло сказал я. — Таких как Лука должны спускать по рее, — ответила Хейзел, а в её глазах блеснул сердитый огонёк. Я покачал головой. — Нет. Лука на самом деле вполне сносный, просто его ослепили деньги. — Деньги, — эхом повторила Хейзел, будто ни к кому не обращаясь. — Что в них такого ценного? Это обычные железки, которые только портят жизнь людей. Без них всё бы было куда проще… Хейзел, наверное, не было и восемнадцати, но мне уже представлялось, сколько трудностей свалилось на эти хрупкие детские плечи. Я понял, что её прошлая жизнь, до пиратов, была разрушена из-за денег. Я положил ей руку на плечо. — Всё будет хорошо. Вот увидишь! Хейзел посмотрела на меня своими золотистыми глазами. В них поблескивали слёзы. Вывел девчонку на грусть. Умеешь утешить, Джексон. Нечего сказать. — Слушай, — тихо и как-то надломлено сказала Хейзел. — Мне нужно тебе кое-что сказать… Ты должен… Она вздрогнула, будто боялась произнести слова. — Ты должен сейчас меньше доверять людям. Я, наверное, ослышался. — Меньше доверять? Хейзел, очнись! Мы находимся на пути к самой смерти, и ты говоришь, что нельзя никому доверять? — Просто понимаешь, — она замялась. — Тут на корабле… Корабль! От неожиданности я даже подпрыгнул. Но потом понял, почему Хейзел воскликнула так громко. По направлению к нам, с востока направлялся трёхмачтовый фрегат с потрёпанными кроваво-красными парусами. Мне захотелось забыть про пиратский кодекс и выругаться. А потом зарядить одну из пушек и направить её прямиком на этот корабль, на «Афродиту», а лучше сразу в Ареса, капитана корабля. — Проклятье медузы! — раздался яростный крик. Капитан собственной персоной вылетела на палубу, словно разъяренная фурия, готовая сию же секунду идти в атаку. Она достала подзорную трубу и посмотрела на «Афродиту». — Арес, да ты просто король! Прямо по расписанию! — усмехнулась Аннабет. «Афродита» оказалась совсем рядом, так близко, что я смог разглядеть лица команды, находившейся на борту. Все они были гораздо старше нас и, судя по шрамам, опытнее. У одного на глазу, у другого на губе, а у третьего даже руки не было. Бедолага, видать, получил свою долю дублонов. — Эй, капитан, как жизнь? — крикнул с корабля мужчина в алой рубашке, чёрных штанах и кожаном плаще. Привычная одежда для Ареса. Лицо его было самое свирепое и жестокое из всех мною виденных. Мои кулаки невольно сжались. Как же хотелось заехать по его нагло улыбающейся харе! — Не твоего ума дело, кальмарьи кишки! — крикнул Коннор и получил предупреждающий взгляд от Аннабет. — Просто превосходно, — ответила Чейз. — Зачем пожаловал, Арес? — О, ты же знаешь, салага, мы люди вольные, плаваем, где хотим, грабим, что хотим, — Арес медленно подходил к борту. — А мы-то при чём? — Неужели наша разумная капитан Чейз забыла о своём маленьком долге? — ухмыльнулся Арес. Казалось, в глазах Аннабет разъярился нешуточный шторм. — Нет никакого долга! Ты просто это выдумал! — воскликнула она. — Борода давно бы нашёл вас и пустил по рее за нарушение Кодекса! — Как жаль, но Бороды нет, поэтому наказать нас никто не сможет. Придётся отдавать долг, Чейз. Мгновение — и на «Арго II» перепрыгнули пираты. Их безжалостные улыбки выражали лишь одно: вы от нас не сбежите. — В уплату долга мы забираем ваш корабль, — процедил один. — Мачту вам в задницу, мерзкие старые крысы! — завопил Вальдес. — Вы получите его только через мой труп! — С превеликим удовольствием, крысёныш. Мы давно мечтаем тебя убить! Больно уж ты болтлив. Хоть кто-то это заметил. Пират набросился на Лео. Тут же подскочили ещё несколько человек вместе с капитаном. Осмотрев команду, Арес оскалился: — Да я вижу, у вас новенькие. И даже барышни, — он подошёл к Пайпер и дотронулся до её волос. Та, злобно фыркнув, откинула его руку. — Какие мы дерзкие, — усмехнулся капитан и взглянул на меня. — А ты, Джексон, каким здесь боком? Решил бросить свою мамочку и попытать счастье? Напрасно, салага, напрасно. Лучше беги от этих, — он указал мечом на Аннабет. — Одна баба на корабле к несчастью, а шесть — так всю жизнь проклятым ходить будешь. — Что-то ты об этом не задумывался, когда брал Аннабет на борт, — выпалил я. — Ох, не хотел я этого делать, — оскалился он. — Но придётся перерезать тебе глотку. И в этот момент с оглушительным рёвом команда Ареса ринулась в атаку. Их капитан вынул меч и направил его на меня. — За твою смерть мне обещали заплатить отличные деньги. Мы ведь не просто так сюда приплыли. Я сжал рукоять меча с такой силой, что костяшки пальцев побелели. «Кто-то хочет моей смерти, меня заказали, как вино в таверне, — с горькой яростью подумал я. — Ну, если они хотят вина, то пусть пробуют на вкус, оно не всегда может быть таким уж хорошим. Знать бы еще, кто это — они». Я поднял меч. — Ну так сразись со мной! Арес, видимо, задумался. Для него это была трудная работа, поскольку его мозг отказывается воспринимать такое действие. — Лучше бы тебе добровольно сдаться, — он привычно оскалился и рубанул своим мечом, который был длиннее моего на пару футов. Я отразил клинок и отошёл ближе к борту, готовясь нанести удар в спину Ареса, но капитан развернулся и отвёл его. Мы стояли близко к воде, и долетавшие до нас солёные брызги волн щедро орошали нас с ног до головы. Моё тело будто напиталось энергией, я почувствовал огромный прилив сил. Вероятно, это было от того, что мой отец Посейдон, и вода мне помогала. Я шагнул навстречу Аресу и сделал выпад. Но он ожидал этого и парировал удар с такой силой, что клинок чуть не выпал у меня из руки. Арес нанёс мне рубящий удар в грудь, но я успел блокировать его. Клинки со звоном пересеклись, а захлестнувшая палубу волна сшибла капитана с ног. Только его. И тут до меня дошло. Я сын, чёрт возьми, Посейдона! — Хорошая разминка, — Арес поднялся с пола, отплёвываясь от солёной воды. Он зашёл слева, метя мне в живот, но я извернулся и постарался проткнуть ему грудь. Волна рядом с нами поднялась над бортом футов на десять. Арес уже целился мне в голову, когда волна подхватила меня, и я, оказавшись над ошалевшим капитаном, выбил меч из его рук. Клинок со звоном откатился к стене. Я опустился на борт и подошёл к Аресу. Он сидел, прислонившись к стене, и ухмылялся. — Отпрыск Посейдона. Как же я сразу не заметил эту штуку у тебя на руке. Вдруг он засмеялся как умалишенный. Смех был истерический и просто ужасный. Я вновь припомнил старика Льюиса. — Отпрыск Посейдона! — смеялся он. — На корабле! Сдохнете все! Все! Сдохнете! Дальше я не стал его слушать. Врезал по голове Ареса рукоятью меча и оттащил поближе к каюте, чтобы не заметили его соратники. На корабле творился полнейший хаос. Тренер Хедж выбрался из камбуза и размахивал своей дубиной направо и налево, Пайпер стреляла во всех и всё, что видела, Лео Вальдес метался у пушек, пытаясь их зажечь. Зачем ему это было надо, я не понимал, но решил помочь. Пока я пробирался к боцману, отклоняя удары мечом, с неба полыхнула молния и зарядил дождь. В этой неразберихе мне в голову стрельнула безумная мысль: «Интересно, а я могу управлять погодой?» — Что ты делаешь? — крикнул я Лео, когда добрался до пушек. — У меня есть одна идея! — Вальдес старался перекричать бурю. — Волны становятся всё больше! Если мы направим пушку с моим фирменным изобретением на «Афродиту», то она взорвётся, а всех нас смоет в воду! Ничего хорошего в этой идее я не видел, поскольку придумал её Вальдес. Все, кто был на «Арго II», окажутся в воде, а кто-то может утонуть. Вальдес, видимо, поняв мои опасения, прокричал: — Мы должны как-то остановить эту резню! Она может длиться бесконечно! Я не знал, сколько обычно длятся пиратские драки, но находящиеся на палубе явно не хотели сдаваться — пираты трусов не жалуют. — Что надо делать? — спросил я. — Порох! Мне нужно много пороха! — Понял! Добраться до крюйт-камеры было несложно, так как пиратов на корабле значительно поубавилось. Я надеялся, что никто из нашей команды особо не пострадал. Проскочив мимо сражающейся Аннабет с каким-то мужланом со шпагой, я резко толкнул второго в сторону, отчего тот попал под волну. Капитан кивнула мне. Взяв приличный мешочек пороха в крюйт-камере, я направился обратно к пушкам. Когда я снова очутился рядом с боцманом, он уже заправлял бóльшую из них. И не чем-то, а взрывчаткой. Тут я в полной мере осознал, что Вальдес — псих с заглавной буквы. — Ты спятил? — воскликнул я. — Молчи! — махнул рукой Лео и выхватил порох. Волна захлестнула корабль. Я попытался приказать морю утихнуть, однако ничего не произошло. «Разрази тебя гром, Посейдон! —мысленно выругался я. — Мне нужно управлять волнами, иначе Вальдес сейчас нас всех пустит ко дну!» — О, да! Сейчас вас ждёт незабываемое представление от Горячего Лео! Вальдес направил пушку точнёхонько на «Афродиту». «Завещание. Я хочу написать завещание. Что у меня есть из вещей?» Новая волна с неистовой силой ударила о борт. — Молитесь, детки! — завопил Лео и поджёг фитиль. Раздался взрыв, заглушивший даже шторм. «Афродита» запылала ярким пламенем, а громадная ударная волна захлестнула наш корабль. Меня выбросило за борт, и я постарался не отплыть, удержавшись за край корабля. Спасибо папочке, я мог дышать под водой. Куча горящих обломков попадало в воду — остатки «Афродиты». От кровавых парусов остались одни тлеющие лохмотья. Я приказал (да, именно так) морю вытолкнуть всех на поверхность. Волна послушно подняла всё. Я увидел Нико, цепляющегося за доску. — Какой идиот до этого додумался? — просипел он. — Взорвать корабль, придурки. На поверхность всплыл Лео, кашляя и отплевываясь от воды. — О, можете не говорить, — вздохнул Нико и поплыл к кораблю. — Ну, вы все попали, ребятки, — услышал я сзади голос Аннабет.