Под пепельными парусами

Мы там, вдали, где враг наш боевой, Закрыл собою дом для нас родной.

— Эй, ты! Поаккуратней! — рыкнул Джейсон. — Прикрой рот, жалкий пиратишка. Оправдываться будешь перед виселицей, там же и вину свою искупать, — ответил солдат в белом кудрявом парике и следом за парнем протолкал за решётку Хейзел, а потом и Гроувера. — Скоро губернатор Порт-Ройала назначит вам наказание, — оскалился другой солдат, уже без парика. — А пока здесь сидите. Хейзел опустилась на пол, прижавшись спиной к студёной каменной стене. Она не хотела в это верить, не хотела и не могла. Не может такого быть, чтобы вся команда исчезла, и остались только они втроём, да и их скоро ждёт виселица или ещё что похуже. Возможно, если хоть кто-то остался бы в живых, то они определённо уже вытащили бы отсюда Хейзел и юношей. Это так, ведь пираты своих не бросают. Или же… Левеск мотнула головой: «Нет, с Перси — это не считается, это было ради спасения всей команды». А чего они, собственного говоря, добились этим? Битва с командой Посейдона, взрыв «Арго II» и потеря команды. На глаза девушки то и дело наворачивались слёзы. Ей было всего шестнадцать, и она только недавно обрела свою новую семью. Пиратскую семью. Довольно грубую, строгую и дисциплинированную, но уже ставшую ей столь дорогой. И вот, вновь потеряла… Хейзел выросла с родной матерью в Новом Свете, в Новом Орлеане, где жителей было не так уж и много. Однако это не мешало путешествующим иностранцам посещать небольшой городок, который славился своими сказочными видами. Она никогда не забудет, как в их ветхий дом пришёл статный брюнет с густыми бакенбардами. Этот человек беседовал с матерью, надолго завладев её вниманием. А затем он показал ей какой-то небольшой мешочек. И всё. С того самого дня Хейзел перестала узнавать свою родную мать. Она стала часто пропадать с этим губернатором. Позже девушка приметила у матери украшения небывалой красоты, а ещё позднее они переселились на Эспаньолу, в роскошный особняк, если не дворец, каких Левеск в жизни не видела. А мать будто подменили. Она всё больше уделяла внимание себе, ходила на важные встречи, примеряла наряды, пока… Пока что-то не случилось. Хейзел не понимала всего этого. Было ли это колдовство, или порча, но мать в один день перестала носить все украшения, убрав их из своей спальни. И таяла, таяла на глазах, стала бледной, незаметной и тихой, после чего и вовсе слегла в постель. Её драгоценности оказались прокляты: они приносили несчастья всякому, кто желал большего. В точности, как её бедная мать. А теперь… Теперь всё это было в прошлом, а сама Хейзел находилась в настоящем. В холодной и сырой темнице, в компании друзей-пиратов и полудюжины грязных крыс. Джейсон с сердитым видом сидел подобно Хейзел, только лицезрел каменную стену. Гроувер же просто развалился на полу, повернувшись к ним спиной. — И что, так и будем тут сидеть? — решила подать голос Хейзел. — У тебя есть какие-то грандиозные идеи? — вопросом на вопрос ответил Джейсон, тяжело вздохнув. — Ты вообще кто — старший помощник капитана или какой-то прошмыга? Ты должен что-нибудь придумать! — Какой он старший помощник, когда нет капитана, — пробубнил Гроувер. Его слова словно полоснули холодным клинком по горлу Хейзел. — Кто сказал, что капитана нет? Если и был взрыв, то это не значит, что все пошли ко дну. Возможно, они смогли удержаться на плаву. Ведь после взрыва «Афродиты» все остались в живых, не так ли? Гроувер поднялся с пола. — Вальдес решил по-любому утопить Луку, а заодно и наш корабль. Поэтому взрыв был гораздо мощнее. Возможно, кто-то и уцелел, но точно не все. В глазах у Хейзел защипало. Фрэнк. Фрэнк Чжан. Её милый, скромный громила, который неизвестно как стал пиратом. Хотя, если судить по его выражению лица, с которым он смотрел на противника, и крепкому мускулистому телу, то выглядел он довольно опасно. Вот только где он? — А как же Пайпер? Джейсон отвернулся. — Она… Она провинилась и… Вот он, Джейсон. Всегда подвластный правилам и Пиратском Кодексу лучше самого капитана. — Ты что же, не любишь её? — решила нагло перебить его Хейзел. Джейсон сжал кулаки добела, но так и не ответил ей. Левеск решила, что на этом их короткий разговор и закончился. Часы шли медлительно, словно оттягивая момент до их казни. Хейзел хотелось лишь, чтобы всё это поскорее закончилось. Нет, она совсем не желала умирать, более того — Левеск мечтала выбраться отсюда любым путём. И она должна была придумать план. Просто обязана. Она ведь пират. Дверь в камеру отворилась, громко хлопнув о каменную стену. Тот же самый солдат, что приводил их сюда, прислонился лицом к холодным железным решёткам. — Что, подумали о своём поведении? — улыбнулся он. Хейзел попробовала послать ему уничтожающий взгляд, какой обычно бывал у Аннабет или Талии. Но, видимо, это не сработало. — У меня есть для вас радостная весточка. Солдат продолжал улыбаться, а Хейзел едва сдерживалась, дабы не врезать ему по радостной морде. Казалось, стража веселила злость пленницы, потому что он с той же ухмылкой добавил: — Губернатор Накамура желает видеть тебя, девчонка.

***

Лео никогда не думал, что умирать будет так приятно. Когда его накрыла гигантская волна, он почувствовал такое расслабление и умиротворение, какое не испытывал ни разу за восемнадцать лет. А потом он услышал крик. Свой собственный крик, такой отдалённый и детский, о котором много долгих лет пытался позабыть. И дом. Горящий дом. Жёлто-красное пламя ярко полыхало, стараясь дотянуться языками до тёмного чернильного неба. Вокруг бегали люди с вёдрами, пытаясь хоть как-то затушить огонь. А он сидел на земле, сжав до побеления пальцев траву в руках. Опустив голову как можно ниже, чтобы никто не видел его постыдных слёз, текущих из глаз ручьями, он всё же не мог удержать громких всхлипов. Воспоминание пропало так же быстро, как и появилось. Сколько ему тогда было? Лет семь? Восемь? Лео отчётливо помнил образ своей матери: её сильные руки в мозолях из-за работы в кузнице, запах раскалённого железа, которым пропитывалась ее одежда и волосы, и яркие, сияющие добротой глаза. Она бы хотела, чтобы Лео улыбнулся. И он сделает это, сделает только ради неё! — Лео! Кто-то потряс его за плечо, тем самым выводя из сна. — Вальдес, очнись! Лео вмиг открыл глаза, непонимающе озираясь по сторонам. Он же, вроде бы, минуту назад умирал, так что с ним теперь? Перед глазами возникло лицо Фрэнка. Что ж, если он не умер один, значит они погибли вместе. А что, довольно весело, если не брать в расчёт то, что они и на корабле грызут друг другу глотки. — Мы… Мы попали в ад? — садясь, пробормотал Лео. Фрэнк посмотрел на него, как на умалишенного. То есть, как обычно. — Спешу разочаровать тебя, Вальдес. Хотя место, где мы оказались, может показаться тебе и похуже ада. Одним усилием воли Лео со стоном заставил себя подняться на ноги. Голова раскалывалась, словно Хедж стучал по ней своей дубинкой, но Вальдес всё же смог разглядеть окружающую их с Фрэнком обстановку. Они стояли на палубе большого трёхмачтового корабля, построенного из тёмного дерева, со временем состарившегося. Паруса были грязно-синего цвета, словно провисели здесь больше двадцати лет. Вокруг драили полы, и выполняли прочие обязанности люди в синих одеждах и со светло-голубой кожей. Комок в горле никак не желал уходить. У Лео затряслись коленки, а руки вспотели. Он-то, наивный дурачок, надеялся, что его план со взрывом пойдёт так, как надо. Но нет же! Что-то обязательно случится. А если случится, то, скорее всего, только с ним одним. — Чёртовые корабельные крысы! — выругался он. — Да чтоб вы все тут ко дну… Его рот накрыла большая ладонь. — Тихо, дурень, — шикнул Фрэнк. — Ты хочешь, чтобы нас пустили по рее? Лео глубоко вздохнул. Как бы ни был Чжан раздражителен, он всё равно прав. — Убери свои лапы, — буркнул Вальдес, убирая руку. — Надо бы нам тут осмотреться. Лео хотел было пройти вперёд, туда, где, по его определению, должна находиться каюта капитана, но вдруг на его плечо упала тяжёлая рука. — Что ещё? — еле сдерживая злость спросил Лео, повернувшись к Фрэнку. Чжан выглядел вполне сносно: короткие чёрные волосы вымокли, на виске виднелась засохшая кровь, а на шее — громадная царапина, рубаха порвана, штаны тоже. Эх, Лео, наверное, выглядел сейчас не лучше. — По… Посейдон приказал ждать здесь, на палубе. Он скоро позовёт нас сам. Посейдон. Одно слово, и лоб покрылся потом. Они находились на его корабле, игры и веселье кончились, и на абордаж их больше никто не возьмёт. Они — единственные пираты на этом корабле… Корабль. Сердце Лео пробило один незамедлительный удар. «Арго II». Их корабль, его корабль. Но не просто корабль, а товарищ, друг, с которым он прошёл через многие испытания, стоя за штурвалом. Он подавил чувство отчаяния в себе, стараясь забыть об этом. Но пепельные паруса никак не хотели покидать голову бывшего штурмана. — Ну что, друзья, — вывел его из раздумий хрипловатый голос. — Пройдёмте в мою каюту. Лео сначала подумал, что перед ним стоит постаревший Перси Джексон. Длинные чёрные волосы, небольшая бородка, морщины и зелёные глаза, как гладь морской воды. Одет мужчина был в синий плащ и чёрные сапоги, на голове покоилась шляпа, а на поясе — серебристый меч с трезубцем. Однако, если Джексон был худощавым и выглядел весьма прозаично, то его отец напротив — устрашающе. — Идёмте, — сказал Посейдон так грозно, что Лео с трудом подавил желание спрятаться за широкую спину Фрэнка. Владыка Морей провёл их в свою каюту. Не будь Лео в такой, можно сказать, лёгкой панике, он бы восхитился убранству этой комнаты: резные чёрные стулья, лакированный стол, громадные шкафы со стеклянными дверцами, достающие до потолка и забитые… Маленькими кораблями. Юноша тихо подошёл к одному из шкафов, рассматривая корабли сквозь стекло. Двухмачтовый бриги и трехмачтовые фрегаты, военные и торговые, английские и испанские, и даже обычные лодки. Лео с ужасом и восхищением лицезрел уменьшенные копии настоящих кораблей. В том, что они настоящие, он ни минуты не сомневался, ведь об этом свидетельствовали крошечные детальки и царапины, которые не смог бы сделать даже самый искусный мастер. А потом он увидел… — Аргоша… — прошептал он и прислонился лбом к шкафу. Там, за стеклом, на деревянной полочке стоял «Арго II» при своих пепельных парусах. — Убери-ка свои ручонки, — скорее попросил, чем приказал Посейдон. — Иначе вообще не увидишь своего корабля. Лео послушно отошёл от шкафа и сел на стул рядом с Фрэнком. Посейдон тем временем вышагивал по каюте, ужасно напоминая этим Аннабет. При воспоминании о капитане у Лео в голове сразу же завертелись шестерёнки. Где остальная команда? Смогли ли они спастись? И не схватил ли их этот блондинистый подлец под именем Лука? — Они живы, — коротко ответил Посейдон, словно читая мысли Вальдеса. — По крайней мере, сейчас. Фрэнк сердито смотрел на Владыку, словно прожигая взглядом. Лео готов поклясться, что таким злым он ещё никогда его не видел. — Откуда Вы знаете? — прорычал он. — Я управляю всеми морями и многое знаю, — спокойно ответил Посейдон, будто бы говорил о погоде. — Зачем мы здесь? — упорно продолжал спрашивать Чжан, а Лео оставалось лишь дивиться его смелости и неожиданной наглости. — Мне нужны новые члены команды на замену старой. А вы — хорошие бойцы, знающие своё дело и умеющие противостоять врагу. По спине Лео пробежал холодок. — То есть мы останемся здесь и станем такими же синими, как и все на этом корабле? — указал он на дверь, за которой находилась команда Посейдона. Фрэнк ткнул его локтём в бок. Н-да, не самое умное, что он мог сказать. Однако губы Посейдона (не может этого быть!) дернулись вверх. На мгновение он еще больше показался похожим на Перси. — Вам здесь понравится, — сказал он. — Хоть порядки построже, чем у пиратов, но всё не так плохо. Лицо Фрэнка по цвету могло сравниться разве что с томатом. «Пора брать ситуацию в свои руки», — подумал Лео. — Вы просто так вот взяли и без объяснений разгромили нас и наш корабль, а теперь ещё и говорите, что нам должно понравиться здесь? Посейдон нахмурился. — На вашем корабле был человек, который предал меня! — Кто Вам это сказал? — встрял Фрэнк, видимо не собираясь сидеть в стороне. — Лука? Этот завравшийся кусок тухлого моллюска? — Я верю Луке! — Посейдон упёрся руками в стол. Лео показалось, что дерево сейчас затрещит. — Он обводит Вас вокруг пальца! — Чжан смотрел прямо в глаза Владыке. — Кастеллан втёрся к Вам в доверие, полагая, что вы доверите ему управлять морями. — Так и есть! Он единственный, кому я могу отдать свои… — Знаете Джонса? — вдруг перебил его Лео. Он сам не ожидал от себя такой наглости. Глаза Посейдона потускнели и приобрели более тёмный оттенок. — Что ты сказал? — недобро прищурился он. Ох! Лео отчётливо чувствовал, как быстро бьётся его сердце. — Дэви, — повторил Вальдес. — Дэви Джонс. Посейдон резко отвернулся к окну, пряча взгляд. — Я не хочу слышать даже имени этого человека, малец, — отрезал он. — Мертвец был Вашим другом, — Лео понимал, во что он вляпался, но не желал отступать. — Вы даже доверили ему своё самое драгоценное сокровище, правда? Посейдон молчал. А Лео знал. Знал, что его надо «добить», надавить на живое, на то, что больно ранит его окаменевшее сердце. — Вашего сына. Перси Джексона. Владыка Морей стоял спиной к пиратам, но его плечи подрагивали. Он испустил тяжёлый вздох и пробормотал: — Какой в этом смысл?.. Лео посмотрел на Фрэнка жалобными глазами, прося о помощи. Тот среагировал моментально. — Вы никогда не думали найти сына? — Пробовал, — не оборачивался Посейдон. — Сначала сам, после Луке приказывал… — А если бы сын был с Вами здесь, Вы бы отдали ему свои владения? — Безусловно. У моего сына есть сила, способности управлять водой. Но и у Луки есть особые дарования, они присущи всем моим соратникам. Чёрт возьми, как же хочется просто взять и ляпнуть, что его сыночек живой и здоровый. Наверное… — Вам не приходило в голову, что Лука мог бороться за Вашу власть? Ох уж этот тактичный Фрэнк! — Что ты хочешь этим сказать? — наконец повернулся Посейдон. Глаза его отливали каким-то странным блеском. — Только то, что Ваш сын, чёрт возьми, Перси Джексон, живой! И находится в нашей пиратской команде! На «Арго II»! А Лука только и хотел его прикончить, и, возможно, у него получилось сделать это! Вы! Владыка Морей! Чуть не грохнули собственного сына! Тело Лео горело, словно в огне, руки вспотели, а во рту пересохло. Пусть капитан знает, сколько бед он причинил! Посейдон отошёл от окна и медленно приблизился к Лео. Вся решительность вмиг исчезла, а на смену ей пришёл страх, когда Посейдон посмотрел ему прямо в глаза. — Ты не врёшь, — прошептал он, чуть шевеля губами. Вальдес не смог держать усмешки. Дескать, зачем мне это? — Мой мальчик… Он жив. Я… Я должен увидеть его. Посейдон опустился на стул. — Ну-ну, папуля, — похлопал Лео Владыку по плечу, будто они были старыми приятелями. — Сначала нам нужно с Вами многое обсудить.