Скрывая крылья - 2. Роэль и Ханнес

Любить – это не значит смотреть друг на друга, любить – значит вместе смотреть в одном направлении. Антуан де Сент-Экзюпери

      Разумеется, ночью мной овладели развратные сны об этом парне. Он делал что-то невероятное со мной, всё тело жгло, я будто купался в огнедышащем жерле вулкана. Мне хотелось выстанывать его имя, но я не помнил, как оно звучит, и только открывал рот, который время от времени мой страстный любовник накрывал своим. Проснулся с постыдно топорщащимися штанами. Возбуждение никак не хотело униматься само, а я ещё добавлял масла в огонь, прокручивая в голове вчерашнюю сцену у дерева. Прохладный душ помог решить проблему.       Я бы не выходил сегодня никуда, но в моём организме обнаружилась острая нехватка шоколада, а в доме – его полное отсутствие, даже какао не нашлось. Я вынужден был пойти в магазин. Помня о своём ночном приключении, я, выйдя на улицу, первым делом оглядел округу. Вроде, всё чисто, подозрительных брюнетов не наблюдается.       Тот маньяк говорил обо мне такие вещи, что у меня сложилось впечатление, будто в моей квартире понатыкана куча жучков. Я обследовал помещение на предмет каких-либо подслушивающих/записывающих устройств, но ничего не обнаружил. С утра раннего затеял генеральную уборку (вдруг вычищу из какой-нибудь щели мелкую камеру), по окончании которой мне жутко захотелось шоколада.       - Привет! - прозвучало жизнерадостно рядом со мной как раз тогда, когда я прекратил озираться по сторонам и расслабился, топая по дороге.       Я вздрогнул и испуганно воззрился на вчерашнего нарушителя моего спокойствия. Я не забыл, как врезал ему между ног, он наверняка жаждет расправы. Хотя, что он мне сделает среди бела дня? Здесь полно людей, он не станет. Я вдруг осмелел:       - И давно ты за мной следишь?       Он как будто не понял вопроса:       - Один день.       - Не ври! – вскипел я, шагая дальше (всё-таки за шоколадкой же выбрался). – Ты знаешь, где я живу, и кучу всяких мелочей обо мне.       - Можешь не верить, но на протяжении уже больше полугода я вижу сны с твоим участием почти каждый день. И мне невообразимо повезло, что я наткнулся на тебя. А адреса твоего я не знал, ты сам вчера привёл меня к своему дому.       Ну как можно поверить в то, что кому-то приснилась целая жизнь незнакомца? Он определённо лжёт.       Должен отметить, что сегодня этот парень не выглядит, как грязный оборванец. Волосы снова убраны в пучок, но аккуратно причёсаны, и видно, что вымыты. Одежда чистая и распространяет лёгкий шлейф одеколона. И вообще он выглядит свежо и уверенно. Решил воздействовать на меня своим шармом? Честно сказать, его настойчивость могла бы увенчаться успехом, если бы не обстоятельства нашего знакомства.       - Как бы то ни было, сейчас ты меня преследуешь, - сказал я. – Чего ты добиваешься?       Сталкер был серьёзен:       - Я хочу быть с тобой.       Вот так сразу? У меня не было слов. Его рука легла на моё бедро.       - Как тебя зовут?       - Роэль, - произнёс я, с трудом оторвав от себя наглую лапу, и, затаив дыхание, ждал, когда представится брюнет.       - А я Ханнес.       Нет, это не совсем то имя, что рвалось с моих губ во сне. Я разочарованно выдохнул. А чего я ожидал? Невесть откуда взявшихся неземных чувств? Очнись, Мариэль, ты ангел, а он человек. Нам с ним не по пути. Фигурально выражаясь. А так он шёл рядом, уверяя, что нам вместе будет хорошо и днями, и ночами, и периодически пытался меня приобнять, но я всякий раз сбрасывал его руку и с плеча, и с талии, и снова с бедра...       Наконец-то мы зашли в супермаркет. Я направился в отдел со сладостями, этот сумасшедший – за мной по пятам. Я развернулся и раздражённо выпалил:       - Ты теперь всегда будешь ходить за мной? – почему-то рядом с ним моё ангельское терпение сдаёт.       - Да, - невозмутимо ответил он. – Вдруг ты надумаешь удрать от меня куда-нибудь.       Ханнес притянул меня к себе за ягодицы, вжав пахом в пах. Я едва успел упереться ладонями ему в грудь и жутко смутился, наткнувшись не на равнодушную вялость, а боевую готовность у него в штанах. Его зелёные глаза приковали мой взгляд. Я чувствовал себя, как кролик под гипнозом удава. На тело будто напал паралич. Ханнес приблизил ко мне своё лицо, но, к моему удивлению, не покусился на губы, лишь чиркнул кончиком своего носа о мой, и прошептал на ухо:       - Знал бы ты, чего мне стоит сдерживаться…       Я, наконец, очнулся от транса. Ах, это он так сдерживается? То есть спусти он себя с поводка, на мне бы уже давно не было штанов? Я высвободился из оков, схватил плитку любимого шоколада и пошёл к кассе.       Август только начинался, поэтому с полудня до вечера на улице стояла духота. После продуваемого кондиционерами маркета двадцать градусов тепла показались мне адским пеклом. Я забрёл в ближайший сквер и умостился на лавочке в тени деревьев. Мой «хвостик» присел рядом. Я закатил глаза и принялся разворачивать упаковку немного подтаявшей шоколадки.       - Дай мне свой номер телефона, - просьба Ханнеса была больше похожа на приказ.       Странно, что этот маньяк не знает моего номера. Хотя… он же не всесилен. Я покачал головой, смакуя растекающуюся по языку и горлу сладость проглоченного кусочка.       - Дай свой номер.       Ханнес положил руку на спинку лавки за моими плечами как бы с намёком на объятие. Его тело крепко прижималось к моему, и я чувствовал тёплые пары, исходящие от него. Ханнес пах свежим морским бризом, жаром солнца и ещё чем-то неуловимым, до боли родным. Это успокаивало. Хотя он смотрел на меня, как после недельной голодовки смотрят на многоэтажный жирный гамбургер. Но в целом парень вёл себя намного безобиднее, чем я опасался. Я продолжал жевать шоколадку, а его пальцы ненавязчиво перебирали мои локоны. Я великодушно позволял ему это, потому что устал отцеплять от себя проворные руки, а вовсе не потому, что мне это нравилось.       - Ты запачкался, - сообщил Ханнес, взял меня за подбородок и всосал часть нижней губы так быстро, что я даже среагировать не успел.       Мой мозг просто разнесло в пыль. Я тут же перестал контролировать своё тело и обмяк в его руках. Он обнял меня крепче, переходя на полноценный поцелуй. Губы наглеца были шершавыми и настойчивыми, от них мне передавались бешеные импульсы нетерпения и желания. Влажный мягкий язычок с металлическим шариком отнял мою последнюю волю своими возвратно-поступательными движениями, вращениями и поглаживаниями. Ладонь Ханнеса спустилась с моей щеки на грудь, поползла ниже, дошла до голой коленки, торчащей из-под джинсовых шорт, потискала, затем рука снова поднялась выше, остановившись на моей вздутой ширинке.       - Мммм… - запротестовал я, вырываясь из плена колдовского поцелуя. – Не надо…       Я попытался спихнуть его руку, доставляющую ни с чем несравнимое запретное удовольствие. Парень не желал отпускать мой «бугорок», дыша мне в ухо.       - Как же я хочу тебя, шоколадка, - пробормотал он.       - Не надо, - заладил я. – Убери руку. Тут люди и аххх…       Ханнес с силой сжал мой сверхчувствительный орган, словно тюбик зубной пасты. Думаю, нечто подобное он оттуда выдавил… Меня пронзило тысячью маленьких острых иголочек, впившихся прямиком в наэлектризованные нервы. Это восхитительно мучительно.       - Дай мне свой номер.       Вот пристал! Я покачал головой. Держись, Мариэль, не сдавайся этому обольстительному демону! Моя футболка взмокла, я дышал ртом, ощущая себя, как под морфином, налитые сомнамбулической тяжестью веки то и дело опускались. Рука, массирующая мне между ног, будто впрыскивала в меня дурман. Я даже не напивался никогда до такого состояния!       - Дай номер, - его зубы прикусили мочку моего уха и пожмакали, стуча о серёжку-гвоздик.       Пронырливые пальцы расстегнули пуговку на моих джинсах, забрались внутрь, захватывая и потягивая за волоски внизу живота, и я понял, что проиграл этот раунд. Я вытащил телефон из кармана, разблокировал его отпечатком своего пальца и протянул ликующему Ханнесу. Он тут же скинул себе дозвон и прекратил жестокую пытку. Хотя, честно говоря, мне уже хотелось, чтобы он довёл дело до конца…       Мой соблазнительный мучитель проводил меня до дома, напрашивался в гости для продолжения банкета, но я не пустил. Мы ведь с ним встретились только вчера, причём он в тот момент угрожал мне ножом. Кроме того, как я уже говорил, я не завожу отношений. Но мне так хотелось послать свой привычный уклад подальше и дать Ханнесу пропуск в мою жизнь, в мою постель. Ну, хотя бы попробовать.       Однако решиться на это было трудно, и пока что я, можно сказать, морочил Ханнесу голову: он каждый день теперь встречал меня у дома, мы шли на прогулку, в кафе, кино и т. п.; он часто звонил, каждые утро и вечер писал что-то типа «С добрым утром, малыш» и «Спокойной ночи, зайка» соответственно. Но дальше поцелуя зайти ему я не позволял.