Легенда о Нефритовом Драконе

Солнечные лучи пробивались через крошечное окошко под самым потолком, оставляя на деревянных досках светлые прямоугольные пятна. Свет скользил по брусчатым стенам, серебрил покрытие циновки и играл в темных волосах девочки, которая сидела, скрестив ноги, и увлеченно рассказывала о чем-то своей сокамернице, с воодушевлением подкрепляя эту историю жестами и восторженными возгласами для большего правдоподобия. -… И ты представляешь, что? Этот верзила как возьмет да как активирует свою магию! У меня земля из-под ног укатилась, понимаешь? А ему хоть бы хны — он только сильнее меня за руки сжал. Урод камнеголовый… Был бы у меня кинжал, я б ему мигом показала, где раки зимуют! Дасти пригрозила кулаком в пустоту и устало выдохнула, опустив плечи. Во-первых, оттого, что затратила слишком много сил на эмоциональную окраску своей пламенной речи, а во-вторых, потому что чувствовала свою беспомощность и безвыходность положения, в котором оказалась. Женщина в бедняцкой одежде Царства Земли, сидевшая поодаль, как-то отстраненно слушала свою собеседницу, отрешенно кивая в такт возмущенным восклицаниям девочки. Глаза её были полуприкрыты, а нижние веки поджаты, благодаря чему лицо этой особы выглядело нездорово радостным. Тонкие губы то и дело расплывались в косоватой, глупой улыбке, грязно-коричневые локоны давно немытых и лоснящихся от жира волос разметались по лбу и свисали едва не до чумазых щек. От нищенки неприятно воняло, её лохмотья насквозь пропитались запахом пыли, уличного мусора и бедности. Но Дасти уже свыклась с видом своей соседки, её отсутствующим, пустым и неестественно счастливым взглядом и мерными покачиваниями головы. При словах о кинжале дама сразу оживилась, слишком широко распахнув светлые каре-зеленые глаза с больными суженными зрачками, которые тут же словили в себе солнечные лучи и блеснули ярким болотным оттенком. Грязные волосы, свисающие со лба, мотнулись в разные стороны, и женщина неаккуратно заправила особо мешающие пряди за нечищеные маленькие уши.  — Что за кинжал-то? — спросила она таким тоном, будто Зинтерс в первую очередь должна была рассказать о мизерикордии именно ей.  — Ай, — Дасти махнула рукой, привыкнув к выискивающим интонациям женщины. — Кинжал милосердия, который вроде как должен лишать магии… Да какая ж теперь разница, у меня его все равно больше нет. Особа понимающе поджала губы и покачала головой. Делала она это уж слишком экспрессивно, так что любому незнающему человеку могло показаться, будто она переигрывает. Однако Дасти давно поняла, что Каяна — так звали женщину — всегда вела себя так, словно находилась в постоянном опьянении. И сейчас девчонка нисколько не удивилась, завидев, как под глазами сокамерницы блеснули капли слез: её очень впечатлили проникновенные слова Дасти.  — Эх, ну вот что здесь за порядки, а? — между тем сокрушенно продолжала девочка. — Привели, посадили, как собаку, под замок. Ни здрасте, ни до свидания, понимаешь… Ни права на последний звонок… Хоть бы адвоката привели, я ж все-таки несовершеннолетняя еще! Вот у нас в Принстоне… — тут Дасти резко осеклась, почуяв на дне желудка зарождающийся спазм. Она все еще иногда забывала, что любое напоминание о доме вслух чревато неблагоприятными последствиями в виде острых коликов в животе. — Ну, то есть, не в Принстоне, а… где там… Черт возьми, забыла. А, точно, на Севере. Вот у нас на Севере виновных никогда не оставляют без адвокатов! У нас там, знаешь, камеры такие ледяные стоят, а внутри — будка с телефоном, ну, то есть, с почтовым ястребом, как вы его называете. И любой может подойти, понимаешь, и позвонить своему адвокату. Как и полагается! А здесь что? — Дасти показательно обвела рукой помещение тюрьмы. — А здесь — ничего! Произвол и тирания. Еще и личную собственность отбирают. Ироды… Хоть бы поесть принесли. Девчонка скрестила руки на груди и откинулась на обшитую деревом стену. Мелкие занозы снова защекотали голую шею, отчего Дасти немедленно зачесалась, мысленно ворча на организацию общественных тюрем в Царстве Земли и вообще охраны правопорядка в целом. Вслух же она не прекращала сетовать на несправедливость своего обвинения и условия содержания.  — А главное — посадили ни за что! Да я до того кабана даже не дотронулась! И с чего тот дурак взял, что я его убить собираюсь? Может, я просто прокатиться на нем решила? А туда же — в камеру… Ну что за порядки, просто кошмар какой-то! Каяна, не обмолвившаяся за это время с Дасти ни словом, согласно замурлыкала и закачалась с удвоенной силой. Со вчерашнего вечера и по сей час Зинтерс не смогла вытянуть из неё практически ничего кроме пары бессмысленных вопросов и трех строчек хокку, которые женщина почему-то распевала на свой музыкальный манер. Как бы то ни было, своей немногословностью Каяна только раззадорила интерес Дасти и немедля завоевала её доверие. В принципе, для того, чтобы завоевать доверие Дасти, нужно было немногое: любить приключения, мясо или по меньшей мере плавленный сыр и питать лютую ненависть ко всяким там розовым соплям и излишне благопристойному общению, щедро сбавленному смазливыми сахарными улыбками и этичными манерами. Все это, кроме разве что пристрастия к сыру, обнаружилось в Каяне, по крайней мере, Дасти так показалось на первый взгляд. И чем дольше она общалась со своей соседкой, тем больше убеждалась в своей правоте и в том, что не зря вообще решила записать её в свои друзья. Зинтерс нравилось, когда её слушают, особенно, если это происходило столь воодушевленно, как в случае дамы-нищенки. Однако чувственная буря эмоций и впечатлений внутри Дасти постепенно угасала, а затем и вовсе сошла на нет. Вот тут-то девчонка и спохватилась, что, оказывается, за все время не узнала о Каяне ничего, кроме разве что её имени.  — Ты сама-то откуда? — вяло поинтересовалась Зинтерс, зная заранее, что ответ женщины ей ничего существенного не даст. — За что сцапали? Каяна опять округлила глаза в уже известном удивленно-припугнутом выражении, тряхнула жирными волосами и пропела:  — Мой дом далеко-о отсюда. В северной стороне. Был… Дасти напустила на лицо плохо сыгранное увлеченное выражение и приподняла брови.  — Почему был?  — Сына моего арестовали по подозрению в дезертирстве. Я его уже лет семь не видела… С тех самых пор и дом для меня — не дом, так, пустая постройка. Девочка сочувственно погладила Каяну по плечу. В глазах женщины светилась темная тень какой-то неправдоподобной горечи, которая, впрочем, тут же бесследно исчезла. Арестантка поправила свои лохмотья, безуспешно отряхнув их от вросшей в сукно пыли, и уселась поудобнее, невозмутимо затянув поэтические строчки себе под нос. Недолго думая, Дасти спросила:  — А посадили-то тебя за что? За причастность, что ли? Каяна смолкла. Приоткрыла один глаз, сверкнувший болотной зеленью. Фыркнула, качнулась, скрестила ноги и уложила кисти рук на коленях. Снова зажмурилась.  — А теперь просто так сажают, без повода. Кроме хаты да свиноовцы колченогой у меня ведь другого-то добра и не было. Все на сынка надеялась, думала, вытянет он меня из этой нищеты. Ан нет — прогадала. Его как забрали, так и землю нашу себе захапали. Ладно, хибарку оставили — и на том спасибо. Вот и маюсь с тех пор. Живу впроголодь — есть-то нечего, денег нет. Приходится по земле волочиться, милостыню подбирать. А у нас за попрошайничество ловят. Не любят бедных. Я уж сколько раз попадалась… Они и привыкли — молча за руки берут, отводят. Узнают, что дом есть — отпускают.  — Понятно… — протянула Зинтерс, чувствуя, как сжимается от жалости сердце. Прежде ей никогда не приходилось иметь дела с настоящими бедняками и нищими. Однако здравый ум не позволял понять одного. — Скажи, а почему тебе нельзя устроиться на работу? Или, скажем, сдавать в аренду твой дом? Хоть какая-то прибыль. Женщина снова открыла глаза, глянула на девчонку исподлобья.  — Не примут ведь. Сын под арестом, значит — предатель. А у нас же перво-наперво на репутацию смотрят. Какой человек, какие связи. У меня и связей-то никаких нет. И к хате моей никто на пушечный выстрел не подойдет — от неё осталось-то: четыре стены, да коврик. Крыша все течет, а починить некому… Дасти закусила губу. Сочувствие в ней боролось с отвращением. Однако перевес оказывался все-таки на стороне первого, потому что девочка действительно прониклась симпатией к этой нищей бродяге. «Дитя подворотен» — как назвала бы её мама. Что и греха таить, Зинтерс никогда бы не поверила, что в этой магической Вселенной в принципе существуют такие люди — грязные, бедные, плохо пахнущие и будто бы невменяемые. А на деле, как всегда, все выходило с точностью до наоборот. «Реальность сурова, — огорченно размышляла Дасти, — очень сурова. Эх, где-то теперь Рейлин? Была бы она здесь, мигом бы забрала свои слова про детские мультики назад. Никакой ребенок не выжил бы в этой глуши. Хотя, что это я? Я вроде бы тоже еще ребенок…» И девочка испуганно встряхивала головой, с тревогой осознавая, что за все эти дни с ней никто еще ни разу не обошелся, как с ребенком. Это могло значить лишь одно: перед Дасти открывались необъятные просторы самостоятельной жизни, где она сама — единственная, кто за неё в ответе. Быть может, Зинтерс еще этого не понимала, да даже если бы и поняла, ничего толкового из этого знания она не почерпнула бы. Только факт оставался фактом: в этом странном месте Дасти могла делать, что заблагорассудится, распоряжаться своей жизнью, как вздумается. Правда, лишь тогда, когда её не держат в четырех стенах под замком. Вдруг где-то в отдалении раздался гулкий стук шагов и хлопанье дверьми. Напротив деревянной решетки камеры желтела пустая обшитая досками стена, поэтому шаги явно означали, что кто-то направлялся именно к месту заключения двух несправедливо арестованных жительниц Царства Земли (во всяком случае, Дасти тоже приходилось временно считаться с тем, что эта страна стала её домом). Звук шагов приближался, и скоро в поле зрения Зинтерс появились два полицейских, один из которых смутно напоминал вчерашнего стража порядка Тадао, что посадил девчонку в эту дотошную темницу. Когда стражники поравнялись с решетчатой дверью, один из них прогремел увесистой связкой ключей и немного погодя начал с усердием ковыряться в замочной скважине. Послышался характерный скрежет, и через несколько секунд дверь была отперта, однако на Дасти с Каяной сие действие не произвело ровно никакого впечатления. Они все так же продолжали сидеть рядом в отдаленном углу камеры, и Зинтерс почему-то казалось, что сейчас она больше всего похожа на дрожащего бесприютного котенка в клетке. Может, так оно и было. Справившись с замком, незнакомый полицейский распахнул решетку настежь и громко спросил, отчеканивая каждое слово:  — Кто из вас был задержан вчера? Дасти переглянулась с соседкой и, на секунду смешавшись, неуверенно пискнула:  — Ну я…  — На выход! — скомандовал мужчина голосом, не терпящим возражений. От громкости прозвучавшего приказа девочка чуть не подпрыгнула, однако с места не сдвинулась.  — Без Каяны не пойду! — в тон стражу буркнула Зинтерс. Рядом с новоявленной подругой она чувствовала себя спокойнее, да и одну оставлять её не хотелось. Все же вдвоем не так страшно переносить нападки нечестной полиции Центрального отдела в южном округе. Однако заявление Дасти совершенно не смутило стражника, и спустя пару мгновений несчастную вопящую девчонку силком вытащили из камеры каменные наручники, подчинявшиеся воле незнакомого полицейского. Тадао стоял рядом и равнодушно глядел на отчаянно сопротивляющуюся нарушительницу порядка.  — Ай-я-яаай! Вы что делаете, больно же! Отпустите! Не имеете права! Я буду жаловаться! Где у вас тут органы опеки? Вы хоть понимаете, что мне еще нет двадцати одного года? Это противозаконная деятельность! Каяна с грустью смотрела вслед уходящей девочке, беспрестанно выкрикивающей бессмысленные жалобы и порицания в адрес стражника, который уводил Дасти, удерживая её при себе с помощью магии. Хлопнула решетчатая дверь, и женщина вновь оказалась взаперти. Тадао лениво бросил, скрепя зубами от презрения:  — А ты еще посиди здесь, тебе это будет полезно. И ушел, сопровождаемый бряканьем ключей, связка которых болталась у него за поясом. Каяна подняла тыльную сторону ладони к лицу, вытерла глаза с водянистыми белками, в уголках которых уже давно началось нагноение. Одна мысль не давала ей теперь покоя. Каяна знала, что эта дурочка с Севера явно не та, за кого себя выдает. Сбивчивая речь, рваные фразы, беспокойство, эмоциональность… Ко всему прочему добавлялись странное имя, бледная кожа, серые глаза, худощавое телосложение и постоянная забывчивость. Нет, девчонка определенно была родом не из Северного племени Воды. Возможно, она жила там какое-то время. «Будь у меня возможность, я бы обязательно познакомила её кое с кем, — решила Каяна. — Пожалуй, так я и поступлю, если эта Дасти сделает мне одно одолжение.» С кем она должна была познакомить Зинтерс, и какое девочка должна сделать одолжение, дама не уточняла даже самой себе в мыслях. Да и согласитесь, сложно понять, что вообще происходило там, в голове у этой загадочной женщины в лохмотьях, певучей и раскачивающейся в такт своим напевам.

***

Как только Дасти вновь оказалась скованной по рукам, её враз покинули размышления о Каяне, Рейлин, прошлом, будущем и в принципе обо всем, что беспокоило девчонку до сего момента. На первый план снова вышли насущные проблемы: как выбраться из этой глухомани, напичканной местными копами и канцелярскими крысами, как заполучить принадлежащий по праву (если не по праву, то по воле судьбы) кинжал и как найти затерявшуюся подругу в придачу со змеёй. Но и эти мысли скоро улетучились из сознания Зинтерс, так что, когда её привели в уже известное помещение с пьедесталом из палисандрового дерева и кафедрой, где, в отличие от вчерашнего вечера, все изменилось до неузнаваемости и выходило так чинно-благородно, что Дасти даже удивилась, туда ли её привели, в голове у девочки витала лишь звенящая пустота и желание как можно скорее покинуть сие негостеприимное заведение. Ряд авторитетных чиновников, идеально размещенный на пьедестале, так и лучился аурой бесконечной влиятельности и престижа, и среди прочих более или менее высокопоставленных личностей, словно курица над насестом, неизменно возвышался узкоглазый старикан с вытянутым лицом и лысоватой макушкой. Незнакомый полицейский, не мудрствуя лукаво, вытолкнул «преступницу» на середину зала, и она мгновенно оказалась в центре внимания немногочисленной толпы здешних бюрократов, всех, как один, с учеными лицами и поджатыми губами. Здешние бюрократы важно восседали в окружении бессчетного количества бумаг, и под их тяжелыми и проницательными взглядами Дасти сразу сделалось неуютно. Робко осмотревшись, она притянула руки к животу и стала похожа на пойманного крольчонка, окруженного охотниками и потому не имеющего никакого понятия о том, куда же податься. С минуту старик с впалыми глазами молчал, разглядывая обвиняемую под шорохи бумажных листов и негромкое шушуканье сидящих чиновников. От его вчерашней приторной улыбки на лице не осталось и следа. Наконец старичок повернул голову и едва заметно кивнул стоящему неподалеку Тадао. Тот с готовностью наклонил голову в ответ и обратился к Дасти, у которой по новой начали ныть сжатые камнями запястья.  — На вопросы отвечать кратко и по существу, — гаркнул лейтенант. — И даже не пытайся врать, магов земли невозможно обмануть. С этими словами Тадао многозначительно посмотрел за спину девчонке. Зинтерс проследила за его взглядом и поняла, что мужчина намекает на способности своего безымянного товарища, что покорением удерживал на руках Дасти наручники. «Да эти ребята брали уроки у Тоф, — девочка усмехнулась про себя. — Интересно, знает ли она о том, что не единственная, кто обладает функциями детектора лжи?» В памяти Зинтерс еще были живы знания о том, что маги земли используют вибрацию почвы, возникающую под ногами у волнующегося человека, чтобы определять, врет он или нет. Из очередной волны задумчивости Дасти выбил толчок в спину. Испуганно пискнув, она раздраженно посмотрела сначала на пихнувшего её покорителя земной стихии, затем на Тадао, и, смекнув, что ей также следует отвесить пожилому блюстителю порядка покорный кивок, склонила голову. Первый вопрос последовал незамедлительно.  — Вы Дасти Зинтерс, так? — проскрипел старик. В выражении лица девочки не промелькнуло и тени удивления, ведь она еще вчера сдала все необходимые показания. Только Дасти с трудом понимала, чего от неё хотят на этот раз.  — Так, — натянуто отозвалась она.  — Проживаете в Северном племени Воды?  — Вообще-то, у меня на данный момент нет постоянного места жительства. Я путешественник и вечно живу где придется…  — Я велел говорить по существу! — рыкнул Тадао, отчего Зинтерс испуганно съежилась. — Ты из Северного племени Воды?  — Да, — поспешно ответила девочка, испугавшись, что лейтенант разозлится настолько, что ей еще век будет не выбраться из этой дыры. Тут же последовал еще один удар по многострадальной спине.  — Ау! — охнула Дасти и с недовольством обернулась к магу. — За что?!  — Господин Ясуо, девчонка врет, — пробасил мужчина. Старикашка прищурился, хотя по понятиям Зинтерс, с такими глазами щуриться ему было и так некуда, и прошамкал:  — Значит, вы не из племени Воды?  — Я из племени Воды! — воскликнула Дасти, понимая, что маг земли снова засечет её беспокойство. Что же ей придется делать, когда отвертеться от правды будет невозможно? Последовал еще один толчок.  — Ай!  — Говорите, что угодно, но она не из племени Воды, — констатировал покоритель. Приняв его слова на веру, господин Ясуо внимательно посмотрел на девочку.  — Тогда откуда вы?  — Я не знаю… — почувствовав новую угрозу со стороны удерживающего её мага, Зинтерс боязливо отодвинулась. — Не могу сказать.  — Хорошо, с этим разберемся позже, — решил старикан и снова еле заметно кивнул Тадао. Мужчина послушно бросился в сторону кафедры, заваленной бумажным хламом и вскоре вернулся, держа в руках верную мизерикордию Дасти. На клинке смешно болтался какой-то шнурок с биркой, видимо, означающий, что оружие перешло во владение полицией Центрального округа.  — Скажите, эта вещь действительно принадлежит вам? — осведомился Ясуо и достал из-за пазухи небольшой свиток.  — Да! — девочка едва не удержалась, чтобы не вскрикнуть от восторга. При виде конфискованного кинжала у Дасти в сию секунду загорелись глаза, и она с надеждой спросила. — Вы вернете его мне?  — Пф, разбежалась, — фыркнул Тадао, пряча насмешку. Зинтерс расстроенно сникла и посмотрела на старика, ожидая продолжения расспросов.  — При каких обстоятельствах этот клинок был получен вами? Теперь Дасти окончательно осознала, что этой фразой Ясуо попросту вогнал девчонку в тупиковое положение. Скажи она правду — и её посадят. Соври — тоже посадят. Зинтерс нервно сглотнула, почувствовав, как у неё взмокли руки и на лбу выступили капельки пота.  — Эм… От волнения девочка закусила губу. Тадао пристально смотрел прямо ей в глаза, по-прежнему безымянный маг нетерпеливо поглядывал на Дасти из-за плеча. Старикашка уткнулся носом в свиток, сосредоточенно разыскивая в нем что-то нужное, и временами бросал в сторону обвиняемой поверхностный взгляд. Все трое требовательно ожидали от Зинтерс ответа, только она боялась сказать что-нибудь: здесь каждое сказанное слово выступало против неё. «Пожалуйста, пусть сейчас что-то произойдет! Умоляю, хоть что-то!» — мысленно взмолилась Дасти, взывая к несуществующим богам. Но боги не торопились проявлять к ней свою благосклонность: в помещении, залитом лимонным светом, все еще стоял монотонный гул от шуршания бумаг, и витал канцелярский запах, уже начинающий выводить девчонку из себя. В миг, когда упования на богов бесследно растаяли и последняя надежда на чудо оставила Дасти, по брусчатому покрытию зала пронеслась чуть уловимая волна. За волной последовало еле слышное гудение, вслед за которым на мгновение содрогнулись стены. Находящиеся в здании люди вопросительно закрутили головами, не понимая, что могло вызвать такие изменения. Маг земли первым заметил их причину, повинуясь природному дару, и взволнованно крикнул:  — Сюда движется что-то большое! Быстрее, прячьтесь! Минуту назад установившаяся в помещении размеренная канцелярская идиллия превратилась в настоящий хаос и сумятицу. Чиновники испуганно повскакивали со своих мест, переворошив огромную тучу бумаги, и с криком устремились в разные стороны, унося за собой вихри взметнувшихся в воздух листовок. В воцарившейся суматохе ничего нельзя было разглядеть, усиливающийся рокот, сотрясавший стены, нагонял на людей еще большую панику. Пол усеяли бумаги, там и тут чернели пятна пролитых в спешке чернил. Однотонные одежды всполошенных служащих слились в одно зеленоватое облако, в центре которого оказалась вновь сбитая с толку Зинтерс. Как только по полу прошла новая ударная волна, безымянный покоритель ринулся прочь от девчонки, впопыхах забыв, что на ней все еще закреплены наручники. Повинующийся магу камень потянул за мужчиной и Дасти, которая от внезапности ахнула и грохнулась на живот, не удержав равновесие. Параллельно с ней маг земли натолкнулся на какого-то перепугавшегося пожилого джентльмена в очках и сшиб его с ног, благодаря чему действие магии над наручниками исчезло и они, согласно законам гравитации, благополучно полетели вниз, от удара расколовшись надвое. Освободив руки, Зинтерс благодарно посмотрела на упавшего человека, но тот от страха даже не обратил на неё внимания и, поспешно вскочив на ноги, понесся дальше. В здании поднялся невообразимый шум, люди врезались друг в друга, падали и все что-то кричали, из-за чего Дасти почти сразу же потеряла из виду и Тадао, и Ясуо. Оставшиеся в отделе полиции маги земли безуспешно пытались навести среди напуганного общества порядок, своими не вовремя примененными силами покорения создавая только большую неразбериху. Некоторые начали хвататься за оружие; Зинтерс с удивлением заметила двух солдат Царства Земли, пробегающих мимо неё с гуань дао. Сама девчонка с колен подниматься не собиралась и только обеспокоенно пятилась на четвереньках, натыкаясь задом на вопящих и паникующих людей. Она боялась, что если встанет, то её немедленно кто-то заметит и снова загребет под арест, хотя в сложившейся обстановке это было более чем маловероятно. Испуганно пригибаясь и крутя головой, Дасти в целях безопасности понемногу отползала к пьедесталу, сминая руками и коленями бумажки и пачкая их о разлитые чернила. Вдруг она ощутила ладонью уже знакомый приятный холодок и едва не взвизгнула от радости, увидев под собой приветливо блестящую гладким лезвием мизерикордию. Девчонка тут же схватила клинок и, заткнув его за пояс, медленно придвинулась к палисандровой стенке деревянного возвышения, держась за неё, точно за спасительное плавающее в штормящем море бревно. Тем временем гудение переросло в настоящий грохот, заглушающий даже людские крики и треск покоряющейся магам земной стихии. Покорителям таки удалось очистить ближнюю к стене фасада полосу от разбегающихся чиновников и очень кстати, потому что как только большая часть народу оставила зал, эта стена сотряслась от сильного удара, и по ней паутинкой поползла глубокая трещина. Крики стали громче, удар повторился, и на этот раз его мощь была настолько огромной, что стена разлетелась на куски, осыпав внутренность здания белой, пыльной известкой. Откашлявшись от летящего в лицо мусора, Дасти со страхом посмотрела на образовавшееся в стене отверстие и даже завопила от радости, увидев на светлом фоне открывшегося уличного пейзажа изогнутое черное туловище змеи. Голова Шуши под самым потолком шипела раскрытой пастью на метавшихся внизу людишек, сверкая бледно-желтыми глазами, а на шее рептилии победоносно сидела Рейлин, крепко удерживая вожжи.  — Рей, ты пришла за мной! — что есть мочи крикнула Зинтерс и принялась подавать сигнальные знаки, размахивая руками. — Я здесь! Сюда! Завидев среди кучи извести и толпы паникерствующих чиновников подругу, Рейлин потянула поводья, и шипящая змея стрелой спикировала вниз, распугав таким образом еще несколько человек. Шуша остановилась наравне с Дасти лишь на долю секунды, но и этого хватило, чтобы Рей рывком подняла девочку и усадила её в седло рядом с собой.  — Нет времени объяснять! — кинула Рейлин через плечо, останавливая намечающийся поток вопросов и возмущений со стороны Дасти. — Валим отсюда! И с испугом посмотрела на надвигающихся с боков покорителей земли, восклицающих какие-то угрозы. Бояться было чего: каждый из магов держал наготове по паре глыб размером с колесо грузовика, которые могли сорваться с места и полететь в направлении подруг в любую минуту. Дасти понимающе заткнулась, одной рукой вытерев белое от извести лицо, а другой ухватившись за Рейлин, чтобы не свалиться. Девушка пристегнула рептилию, и Шуша пружиной взвилась вверх, отчего всадницы на её шее оказались под потолком. Такое перемещение для Дасти было пока что в диковинку, потому не прошло и секунды, прежде чем она не завопила вновь.  — Черт, как высоко! Спасите!!! — последнее слово девчонка проорала с большей эмоциональностью, поскольку над её головой со свистом пронесся гигантский булыжник, и только вовремя увернувшаяся Шуша уберегла непутевую беглянку от столкновения. Вдруг к Дасти пришла одна крайне рискованная мысль. Точнее, даже не мысль, а внезапное осознание одной очень важной необходимости.  — Подожди, Рейлин! — окликнула она подругу, которая с трудом управляла змеей, стараясь маневрировать между атакующими магами земли и невинными людьми-немагами, до сих пор не имеющими возможности покинуть полуразвалившееся здание. — Мы не можем уйти без Каяны! Ой-ей-ей! Девчонке пришлось сильно нагнуться вперед, вплотную прижавшись к седлу, чтобы избежать удара об еще один камень. Рей, сделавшая то же самое, в изумлении, граничившем с нечеловеческим испугом и долей раздражения, обернулась назад под свист нового летящего булыжника.  — Без какой еще Каяны, глупая?! Эти парни нам сейчас головы расплющат! И, словно в доказательство слов Рейлин, один из магов ударом ноги создал каменную стену, отрезающую девочкам путь к отступлению, прокричав: «Прекратить нападение!». Четверо других не преминули воспользоваться моментом и направили в их сторону целый залп каменных снарядов. Две глыбы Шуша умело разбила тяжелым хвостом и тут же характерно зашипела, познав твердость земной стихии. Остальные камни снова пролетели мимо цели — уж слишком увертливо перемещалась рептилия.  — Это уже артобстрел какой-то! — завопила Дасти, перекрикивая шум битвы. — Быстрее, Рейлин, к камерам! Это наш единственный путь. Девушка послушно кивнула и, натянув поводья, повернула змеиную голову в сторону последнего оставшегося выхода. Шуша, пронзительно рыча и размахивая извивающимся хвостом, серебристой молнией полетела прямо навстречу обшитому деревом коридору, ведущему в тюремное крыло здания. Попутно гигантская змея лавировала между стен, на которых почти сразу расползались глубокие трещины и сбивалась известь по вине запущенных горе-магами каменных глыб. Кашляя и щурясь от летящей в глаза пыли, Зинтерс как можно сильнее прильнула к подруге, уткнувшись носом в когда-то бордовую, а теперь уже розоватую от осыпающейся известки юкату. Мягкую шелковую ткань насквозь пропитал запах гари, что неслабо удивило Дасти и, возможно, заставило бы её непременно спросить обо всем у Рей, если бы не накаленная до предела обстановка, в которой подруги сейчас находились. Зинтерс еще раз взвизгнула, когда здоровенный камень пронесся мимо неё и с грохотом врезался в стену. Часть булыжника откололась, и отбившийся кусок размером с кулак рикошетом приземлился на бедную девчонку. Дасти скорчилась от боли и дернула Рейлин за кимоно.  — Кажется, нас сейчас прикончат!  — Я делаю, что могу, — огрызнулась девушка, сноровисто натягивая вожжи, благодаря чему Шуша раз за разом ловко огибала каменные снаряды. — Где эта твоя Каяна? Мы обязательно должны брать её с собой? Зинтерс пропустила язвительное замечание Рей мимо ушей и, держась за неё одной рукой и защищая голову от летящих глыб другой, решительно прокричала:  — Обязательно! Без Каяны — а-ай! — не уйду! Змея подпрыгнула от внезапно образовавшегося в ровном полу куска скалы, выросшего по прихоти земных покорителей, а вместе с ней — и девочки, отчего Дасти снова поплохело. Но самочувствие Зинтерс в два счета улучшилось, когда в поле её зрения оказалась знакомая деревянная решетка.  — Бей сюда! — приказала девчонка. — Осторожнее! Один удар змеиного хвоста снес не только ограждение, но и несущие перекрытия, благодаря чему часть потолка незамедлительно обвалилась, на некоторое время загородив дорогу стражам Земли. Рейлин и Дасти сразу же присыпало новым слоем извести, однако остатки разрушенного потолка помогли им обеим выиграть пару мгновений, чтобы выбраться из этой странной передряги.  — В следующий раз ни за что не разрешу тебе командовать Шушей, — вытирая грязь с лица, буркнула Рей. Но неугомонная Зинтерс даже не услышала этой колкости и, как только клубящаяся в воздухе пыль несколько рассеялась, со всей силы завопила:  — Каяна! Ответом послужило известное унылое песнопение, но у девочки больше не было времени поражаться тому, что эта странная женщина поет в совершенно любой ситуации. Зато у Рейлин время, да и возможность, были, и потому, когда Дасти проворно соскочила с Шуши и ринулась в гущу разваленной комнаты, оставшейся от камеры, в поисках своей знакомой, девушка вопросительно нахмурилась и недовольно пробормотала под нос что-то неразборчивое. Тем временем Зинтерс с грацией картошки пробиралась через завалы, абсолютно ничего не видя и ориентируясь только на заунывные напевы Каяны. Женщина нашлась довольно быстро: невзирая на обрушившиеся стены, куски извести и вывороченные кверху гвоздями доски, Каяна как ни в чем не бывало сидела со скрещенными ногами и раскачивалась, словно и не замечала ничего, что происходит вокруг.  — Скорее, Каяна, валим отсюда! — повторила Дасти слова Рей, едва увидев пленницу. В мгновение ока девчонка оказалась рядом с женщиной, схватила её за локоть и, несколько удивившись небывалой податливости Каяны, поволокла её к остаткам коридора, где Зинтерс поджидала подруга с Шушей. На протяжении всего кратковременного пути женщина не удосужилась ни разу распахнуть сонливо прикрытые глаза и определить, кто и куда её тащит. Достигнув места назначения, Дасти буквально закинула бормочущую свои печальные мелодии даму на кожаное седло и запрыгнула следом. Рейлин тут же пристегнула Шушу, и змея с тремя пассажирами разом тронулась с места, что было отнюдь нелишним, поскольку в следующую же секунду каменный завал позади рептилии с треском и грохотом разлетелся, и трое разъяренных магов земли возобновили преследование сбежавших преступников. Зинтерс поняла, что все кончено и усилия напрасны, когда перед рептилией показалась громадная стена острожного здания. Сзади снова раздались отнюдь не доброжелательные восклицания полицейских-покорителей, с новой силой засвистели пролетающие камни, рассыпаясь волной мелких осколков в сопровождении ужасного грохотания. Стена угрожающе приближалась, и совсем скоро девчонка в страхе поняла, что если Рейлин не остановит несущуюся с быстротой молнии Шушу, столкновения будет не избежать.  — Тормози, Рей! Тормози! Нас расшибет в лепешку! — истерически закричала Дасти, вцепившись от испуга в рваный край грязной накидки, которая принадлежала лежащей поперек седла между девочками Каяне. Женщина вела себя на удивление невозмутимо и с того момента, как Зинтерс забросила её на змею, даже не попыталась пошевелиться и сесть поудобнее. В итоге эти действия и так стали бы излишними, поскольку Каяна сильно рисковала бы в этом случае быть прибитой одним из булыжников.  — Тормози! — не помня себя от ужаса взвизгнула Дасти и, зажмурившись и изо всех сил прижавшись к боку своей новой знакомой, закрыла уши. У неё не хватило терпения смотреть, как с каждой секундой смерть в облике зеленоватой стены надвигается на них метр за метром. Но Рейлин не придала значения испуганным возгласам подруги и, лишь мельком обернувшись назад, оценила силы и обстановку среди магов-преследователей. Воины перемещались вдоль коридора во многом благодаря силам покорения и поэтому не могли атаковать беглянок одновременно — их энергия ци растрачивалась слишком быстро. Вследствие этого Рей моментально сообразила, как ей нужно поступить, выждала подходящий момент и отпустила поводья. Шуша послушно нырнула вниз, волнообразно заскользив по брусчатому полу, в то время как мощнейший снаряд одного из магов безуспешно пронесся мимо цели, однако столкнулся со стеной скорее, чем препятствия достигла змеиная голова. От удара на рептилию посыпался целый град из мелких отбитых валунов, но Шуша инстинктивно пригнула голову, защищая наездниц и выставив вперед прочные рога, немного отражавшие поток камнепада. Рейлин только прикрыла глаза рукой, чтобы ударивший в лицо солнечный свет с улицы, который озарил коридор после того, как булыжник пробил стену, не сильно мешал видеть. Однако змея и сама без проблем отыскала открывшийся проем, ориентируясь по струям воздуха, и проворно юркнула наружу, навстречу свободе. Когда здание полиции осталось позади, беглянки очутились в средних размеров селении, и первое время Дасти даже растерялась, не зная, куда было бы целесообразней направиться. Как бы то ни было, погоня продолжалась, и потому Рейлин безо всяких предупреждений снова натянула вожжи, заставив Шушу прибавить ходу.  — Рейлин, ты знаешь, в какую сторону нам надо бежать? — спросила Дасти, перекрикивая свист ветра и забавно подпрыгивая на седле в такт движению змеи. Каяна каким-то чудным образом оказалась позади девчонки и сидела почему-то лицом к хвосту Шуши, не на секунду не прекращая петь.  — Нет, но мне кажется, это в принципе не имеет значения, особенно сейчас, когда — ай! — девушка изо всех сил дернула упряжь, и змея стремительно вильнула в сторону, пропуская над собой залп из нескольких глыб, — когда за нами гонится толпа этих камнеметов!  — Камнеметы, — эхом повторила Дасти и залилась смехом. — Это покорение земли, Рей. Они маги.  — Да хоть хранители Вселенной, — по привычке съязвила Рей, заслышав о магии. — Мне наплевать, кто они там на самом деле. Сейчас они нас преследуют и, как видишь, не совсем стремятся своей магией проявить к нам хотя бы чуточку доброжелательности. Зинтерс хотела было ответить что-то остроумное своей подруге, но предусмотрительно заткнулась, поскольку на беглянок снова хлынул дождь из камней, и нужно было уворачиваться. «Чувствую себя, точно в космосе, — в это время подумала Рей. — Как будто мы попали в поток метеоритов. Хорошо, что Шуша по природе своей очень юркая, без неё нам точно пришел бы конец.» Мимо беглянок проносились на полной скорости пестреющие всеми оттенками желтого и светло-зеленого ряды домиков и торговых лавок; жители деревни провожали странную процессию во главе с удирающей змеей с крайне изумленными выражениями в лицах. Однако и Дасти, и Рейлин не обращали на удивление простых людей ровно никакого внимания, полностью окутанные страхом если не за свободу, то за собственные жизни и горящие желанием поскорее смыться из поля зрения преследователей. В крови девчонок бурлил адреналин, они обе никогда раньше не оказывались в подобных ситуациях и потому яро хотели оторваться от погони, но в то же время эта игра в догонялки непроизвольно доставляла им огромное удовольствие благодаря целой массе новых ощущений. А тем временем Каяна со всеми удобствами расположилась на самом краю седла, болтая ногами и раскачиваясь вперед-назад под тягой движения. Грязные, взлохмаченные волосы то и дело загораживали женщине обзор, однако параллельно играли роль защитного экрана, не пропуская в лицо пыль и мелкий летящий по воздуху мусор. Каяна довольно улыбалась, разглядывая едва видные из-за прядей волос силуэты магов земли и извивающуюся полосу змеиного хвоста. Она знала, что ни Дасти, ни Рейлин её присутствие вовсе не заботит, особенно сейчас, и потому спокойно подняла руки ладонями вверх точно перед собой, а затем несильно сжала кулаки. В ту же секунду за хвостовым плавником Шуши вырос небольшой валун, послуживший причиной мгновенного падения одного из солдат Земли, который споткнулся об появившуюся кочку. Каяна только усмехнулась, с удовольствием расправив пальцы, но из предосторожности прислушалась к своим спутницам, которые, в страхе вцепившись друг в дружку, подскакивали в седле от скорости передвижения.  — Как ты думаешь, сколько нам еще осталось так бежать? — на полном серьезе спросила Рейлин, когда Шуша сходу опрокинула какой-то лоток с овощами. Вслед девушкам послышались сокрушенные возгласы о потерянной капусте, и Дасти сразу пришел на ум тот легендарный продавец кочанов, что вечно оказывался на пути команды Аватара. — Город вот-вот закончится, если мы не оторвемся от стражников раньше, они нас живьем закопают! Зинтерс пропустила стенания подруги мимо ушей, вместо этого зачем-то спросив:  — Слушай, Рей, а как ты меня отыскала? Рейлин бросила в сторону девчонки испепеляющий взгляд и сострила:  — Ты действительно думаешь, что сейчас — самое время об этом поговорить? Шуша снова дернулась, отчего Дасти чуть завалилась на девушку и хмыкнула почти над самым её ухом, положительно кивнув головой.  — Я ведь совсем забыла тебе кое-что отдать, — загадочно улыбнулась она, но, к сожалению, случайно получила маленьким магическим камушком по голове. — Ау! Вот, — тут девочка победоносно пошарила рукой по карманам и с сияющим видом выудила из недр своей одежды спичечный коробок, — я все-таки нашла спички! Они ведь все еще нужны тебе? Рейлин едва удержалась, чтобы не стукнуть себя по лбу, однако промолчала, ибо в сложившейся ситуации это было бы слишком неуместно, после чего с кислым видом взглянула на подругу. Вдруг по самой воле судьбы очередной булыжник смел коробок из пальцев Дасти, благодаря чему та испуганно ойкнула, затем, осознав, что только что случилось, схватилась за голову и огорченно завыла.  — Нет! Спички! Я купила их… Внезапно Шуша подпрыгнула, на ходу налетев на появившуюся из-за солдата-мага каменную глыбу, и Дасти, чуть не слетевшая от неожиданности с седла, так и не смогла окончить свою чувственную, полную горести за утерянные спички речь. С ужасом глядя на вздымающиеся по сторонам остроконечные булыжники, она только крепче вцепилась в подругу, сиюминутно забыв, о чем говорила доселе. Рейлин едва слышно пробормотала, выруливая Шушей из каменного лабиринта:  — Не думаю, что это был самый подходящий момент для того, чтобы вспомнить о спичках… В это время Каяна, видя, что полицейские позади все никак не угомонятся, вздумала перейти к крайним мерам. Слегка приподнявшись в седле, женщина одной рукой зацепилась за змеиную чешую, чтобы не свалиться, а другую предусмотрительно отвела назад. Этот шаг был действительно отчаянный: маги земли лучше всего покоряли почву, твердо стоя на ней обеими ногами. Каяна же находилась на некотором расстоянии от земли, и к тому же между ней и женщиной находилась Шуша. Вдобавок, все действо происходило в движении, что еще более усугубляло ситуацию. Как бы то ни было, Каяна понимала, что это — единственный способ остановить солдат и дать едва знакомым девчонкам шанс сбежать, а заодно и сбежать самой. Откинув мимолетные сомнения, нищенка заправила мешающиеся пряди волос за уши, прищурилась, и её губы расплылись в коварной полуулыбке. Пришло время повеселиться. Одной ногой Каяна уперлась в седло, отведенную ранее руку она использовала для разгона. Дождавшись удобного момента, когда уже порядком выдохнувшиеся стражники на некоторое время прекратили использовать покорение для атаки, женщина сделала опорной ногой шаг вперед, вскинула вторую ногу, чувствуя, как ци переходит в землю, изогнулась, перенесла вес тела на локти, после чего свободной рукой обеспечила себе мягкое падение на самый край седла и параллельно нанесла ладонью еще один удар магией. Ступня покорительницы описала в воздухе полукруг, и рядом, как и ожидалось, точно по команде выросла целая стена из земляных столбов. Каяна осталась довольна своей работой: она ощутила, как вражеская энергия из целенаправленных потоков слаженных нападений разбилась в хаотичные магические центры под натиском сил беглянки. Её удар поразил магов, точно гром среди ясного неба, ведь они даже не думали, что беглецы посмеют им противостоять. Минутная заминка полицейских сыграла на руку Дасти с Рейлин, и прыткая Шуша стремительно двинулась прочь, временно пребывая под защитой каменной стены Каяны. Девушки еще не осознали, в чем причина прекращений атак солдат земли и их преследования, но уже предвкушали грядущее освобождение. Совсем скоро они навсегда убегут от этих злобных магов, осталось только чуть-чуть от них оторваться.  — Быстрее! В этот поворот! — закричала Дасти что есть силы, когда Шуша оказалась на перекрестке. Девчонка затравленно глянула назад и, увидев удаляющуюся сдерживающую стену вдалеке, истошно добавила. — Скроемся, пока камнеметы нас не увидели! Рейлин согласно кивнула и потянула вожжи. Змея послушно свернула налево. Улица оказалась чуть более пустынной, но зато в её конце угрожающе высился хиленький деревянный плетень, обозначающий край отвесного утеса.  — Быстрее! — завопила Зинтерс, то и дело оглядываясь, чтобы проверить, не догнали ли их маги земли. Однако, увидев забор, девчонка предпочла забрать свои слова назад. — Нет, стой! Там же забор! Мы упадем! Не видя на лице Рейлин осознающего выражения, Дасти всерьез испугалась и опять запаниковала.  — Рей, мы же разобьемся! Нам надо остановиться, ты слышишь меня?! Рейлин!!!  — Тихо! — рявкнула Рейлин и отпустила поводья. — Шуша, вперед! Извиваясь своим мощным туловищем, огромная рептилия, словно плывущий по волнам бумажный кораблик, пронеслась над ограждением, и взорам девочек предстала сверкающая внизу голубизна широкой заводи какой-то речонки, протекающей под городом. Все, кроме Каяны, которая после своего торжественного удара снова впала в песенно-отрешенное состояние, враз расширили глаза от удивления и страха, и Дасти, сглотнув, чуть слышно прошептала:  — Господи, только не это… Рей, я не умею плавать!  — Помнится, ты говорила, что ты маг воды, Дасти, — с натянутой улыбкой ответила Рейлин, прежде чем синхронно с подругой по-дикому завизжать и камнем полететь вниз, намертво вцепившись в змеиную спину. Секунды падения показались Зинтерс целой вечностью, за которую сердце в груди успело пять раз подскочить, сделать тройное сальто и уйти глубоко в пятки. Воздух, пропитанный холодным паром от воды, со всего маху врезался в лицо и защипал глаза, в ушах что-то затрещало, а затем последовал фонтан из ледяных брызг, и Дасти мгновенно промокла до последней нитки. Крик от неожиданности застрял в горле, его место сменила речная вода, ошпарившая глотку своим холодом. Девчонка хотела было снова взвизгнуть, позволив охватившим эмоциям выплеснуться наружу, но едва не захлебнулась, подавившись попавшей в рот водой. После этого Зинтерс накрыло с головой, и очнулась она лишь тогда, когда Шуша благополучно всплыла на поверхность заводи. Рей, сидевшая перед Дасти, намокла не меньше подруги, её всегда пышные волнистые волосы разом потеряли объем и смешно налипли на лоб.  — Вот и освежились немного… И искупались! — протянула Дасти, глядя на девушку и едва сдерживая смех. Та с недовольством убрала с лица мокрые волосы и хмуро посмотрела на девчонку.  — Вчера ведь только помылась. В этих чертовых источниках. Тьфу ты! И только Каяна вышла совершенно сухой из воды и сохраняла относительное спокойствие. Кто знает, может быть, с этой целью она использовала покорение. А может быть, ей просто повезло, и от водяных брызг женщину закрыл змеиный хвост. Впрочем, что гадать, теперь это не столь важно, потому что бывших беглянок больше никто не преследует. Они снова вольны поступать, как хотят. Только вот что именно им следует предпринять сейчас? Вопрос времени. Лишь Каяна уже знает ответ и, вероятно, рано или поздно она его озвучит. Остается лишь догадываться, как скоро это произойдет.