Совсем другая история

POV Пит       Страсть. Стон. Девушка в позе наездницы двигается в бешенном ритме. Меня это больше не устраивает, резким движение поднимаю её, ставя на колени. Она без лишних слов понимает меня, покорно открывая рот. Вытаскиваю шпильку, распуская шикарные рыжие локоны на волю. Наматываю волосы в кулак и резкими толчками ввожу член в её горло. Ещё минута и я тянусь за сигарой, валяясь на пуховом одеяле. Послышался шум воды. Телевизор включился на обязательную передачу, игнорирую его. Кейси вышла обёрнутая в махровое полотенце и легла мне на грудь. Сколько это уже продолжается, придаюсь воспоминаниям.       Мой последний год в университете. Мать до сих пор не может понять, как её сын, получивший диплом политологии, не работает по специальности. Наверное, я никогда не был расположен к политическим учениям, поступил туда, только из-за наставлений отца. В начале семестра, нас приставили к чиновникам, чтобы ознакомиться со структурой изнутри. В тот год я и познакомился с Кассиопеей Уилсон. Первый рабочий день, в качестве помощника мистера Уилсона, начался со знакомства и инструктажа. Его юная дочь, только поступившая в медицинский университет, сидела рядом и не сводила с меня глаз. После ознакомления с правилами, Алан Уилсон любезно попросил Кейси показать мне дом. Сейчас я жалею о том, что сразу не проявил уважения к своему начальнику, по крайней мере, не нужно было лишать девственности его дочь, через час после знакомства.       Шли недели. Мистер Уилсон открыл мне свои тайны, и я с головой ушёл в продвижение дела. С мисс Уилсон мы были парой на протяжении месяца, почему тогда расстались, уже и не вспомню, наверное больше видел в ней друга, чем любимую девушку, хотя секс никто не отменял. За неделю, до трагических событий, её отец собрал нас вместе, уговаривая дочь вступить в игру. Именно тогда, она и сломалась. Задача Кейси состояла в следующем: во время допросов публично отречься от отца, за его идеи; также отказаться от наследства, она даже сменила фамилию. Никто не знал, о значительном счёте в банке, который был обналичен в день первого суда над мистером Уилсоном. Наше общение пришлось прекратить из-за слежки, ведь никто до конца ей не поверил, но она держалась до последнего.       Вновь Кейси появилась на пороге моего дома год назад. Взрослая девушка с теми же зелеными, когда-то задорными, глазами. Она немного изменила себя с помощью пластической хирургии, сменила биографию и была больше похожа на модель, нежели дипломированного врача высшей категории. Решив завязать с медициной, наткнулась на наше объявление о поиске администратора. Я не мог её не принять, ведь нами было многое пережито. Кейс стала мне настоящим другом. Да, периодически мы оказываемся в одной постели, но она знает, большего предложить ей не могу. Финник иной раз шутит на тему её преданности : « Если бы вы поженились, и она застукала тебя с любовницей, то будет два исхода: либо она присоединится, либо пойдет приготовит вам ужин». Ей плевать на количество девушек, которые были у меня, она снисходительно относится к моим выходкам, может она и вправду меня любит? — Пит. — Мурлычет девушка. — Не хочешь повторить? Ведь ты скоро женишься, надо нагуляться напоследок. — Дай немного отдышаться. — Тушу сигару в бокале с виски. — И хватит иронии по поводу моего брака. — Мне просто обидно. Ведь всё уже было готово, но сорвалось. Придётся ещё год ждать, а...— Её прервал телефонный вызов. Желание настигло нас в моём кабинете, поэтому звонить могли только по делу, в противном случае, я бы проигнорировал звонок. — Мелларк. — Отвечаю на звонок, нажимая кнопку громкой связи — Мистер Мелларк, я рада сообщить, что ваша кандидатура была выбрана для участия в собеседовании на государственную должность. — Что, простите? — Стою в полной растерянности. — Я могу повторить информацию. — Не нужно, я не подавал никаких заявок, вы ошиблись. — Собираюсь уже завершить звонок, как голос заверещал. — Нет никакой ошибки. Никто не подавал никаких анкет или заявок. Кандидатуры были выбраны лично президентом, среди выпускников факультета политологии. Завтра, вам нужно явиться на собеседование в Президентский дворец, ровно в два часа дня, продублировать? — А если я не приду? — Кто бы не был на том конце провода, он не на шутку разозлил меня. — Мистер Мелларк, это не приглашение, а приказ. Всего хорошего. — Продолжаю стоять в недоумении, попутно размышляя, чем может обернуться моя поездка во дворец. — Пит! — Запищала подруга. — Что Сноу нужно от тебя? Неужели он узнал? — Прикрывает ладонями рот. — Не думаю. — Сажусь рядом с ней. — Если бы президент хоть что-то знал о наших планах, то за дверью уже стоял отряд миротворцев. — Позвонишь Китнисс? — Девушка положила голову мне на плечо. — Не думаю, что это касается её. — Сейчас, произнося эти слова, я уверен в безопасности семьи Аврелий, но на долю секунды всё же замешкался.— Доктор позвонил, случись что. Не вижу смысла пугать их, пока сам не разобрался в ситуации. — Нужно перевести тему. — А что это ты так за неё волнуешься? Помнится, в день вашей первой встречи, ты закатила мне сцену. — Я тогда разозлилась на тебя. — Она толкает меня в бок. — Ни слова о ней не сказал, а потом случайно узнаю от твоего отца, что она твоя невеста. А ты так на неё смотрел. — Грустно ухмыляется. — Мне никогда не заслужить такого взгляда в свою сторону от тебя. Мне достаётся только потрясающий секс, а ей — всё остальное. — Что я слышу! Кейс, неужели ты ревнуешь? — Слышал бы этот разговор Финник, с большой долей вероятности, он бы добавил в свою копилку новую шутку. — Представь себе, да! — Кейси даже вскочила и встала напротив меня. — Впервые, я увидела конкурентку! — Надо же. — Уже смеюсь в голос. — А другие тебе в подмётки не годились? — Именно. — Сажаю девушку к себе на колени, начиная стягивать с неё полотенце. — Что ты делаешь? — Ты же хотела продолжение. — Оставляю цепочку поцелуев от ключицы до подбородка. — Получай.

***

      К назначенному времени, мой автомобиль поворачивает к воротам главной достопримечательности нашей страны. Дворцовый ансамбль резал глаза белоснежным мрамором, переливающимся в свете дневного солнца. Сотни работников трудятся, приводя и без того великолепный вид сооружения. До президентского кабинета меня сопровождает пара миротворцев. Нисколько не удивляет тот факт, что меня встречает Делли. Она говорит охране, что больше их помощь не требуется и они могут быть свободны. Предложив мне напиток на выбор, она удаляется выполнить заказ.       Теперь я сижу в удобном кожаном кресле, попивая холодный чай и гадаю, чем же вызвано моё приглашение. Сохраняю спокойствие и сажусь в уверенную позу, за мной наблюдают. «У стен есть глаза и уши. Одно неловкое движение, и ты под колпаком» : Алан Уилсон научил меня всем тонкостям поведения в критических ситуациях. Даже если сейчас передо мной кинут пачку компромата, я не выдам себя ни мимикой, не жестами. Президент входит немного вальяжно, но с большой охотой тянется для рукопожатия. За ним входит его ручная собачка, кинувшая надменный взгляд в мою сторону. — Мистер Мелларк. — Президент садится напротив и скрещивает пальцы. — Вам должно быть интересно, зачем я вызвал вас, так внезапно. — Для меня этот звонок стал неожиданностью. — Допиваю напиток и ставлю бокал в подстаканник. — Видите ли, совсем недавно освободилась одна должность, очень важная для процветания Панема. — Выжидающая пауза. — Один из моих министров, скоропостижно скончался, буквально вчера вечером. — Да, я слышал о мистере Верноне. Моя семья отправила свои соболезнования скорбящей вдове. — Президенту что-то известно о той ночи, он прощупывает почву. — Он мне только мешал. Никакого толку не было, что я планировал снять его с должности после окончания Игр, но он решил по-своему, точнее кто-то оказал мне услугу, не пачкать же руки об такого ничтожного человека, как Август. — Сноу жестом попросил Делли уйти. Теперь мы остались наедине. — Вы хотите сказать, что министра убили? — В кабинет вновь зашли миротворцы. Сомнений нет. Кориолан Сноу знает один из моих секретов. —Когда нашли Августа Вернона, вместо лица у него было кровавое месиво. Кто-то избил его до полусмерти, а потом кинул в фонтан с алкоголем. Не с целью убить, нет, скорее это смерть по неосторожности; у бедолаги не хватило сил подняться, поэтому он и захлебнулся. — Ужасная смерть. — У самого чешутся кулаки. Хочется кинуть взгляд, чтобы убедиться в целости казанков, но вовремя одумался, ведь президент всё ещё сканирует моё поведение. — Не будем больше отвлекаться на пустяки. — Сноу хлопнул в ладоши. — Место вакантно, и я хочу, чтобы вы возглавили министерство связи. — Он с упоением наблюдает за моим удивлением. — У вас достойная семья, хороший статус в обществе. А ваши успехи в учёбе, почему вы сразу не подали резюме? Вы идеально подходите на государственную службу. — Мне льстит, что вы рассмотрели мою кандидатуру, но мне по душе искусство. — Свой взор обращаю на одну из картин президентского кабинета, подписанную моими инициалами. — Работа не будет отнимать у вас всё время, можно не прекращать заниматься своими привычными делами, но только не злоупотребляйте алкоголем, для вашего предшественника всё закончилось печально. — Противно улыбается, но не дождавшись ответной эмоции с моей стороны, продолжает говорить. — У вас есть жена, дети? — Нет, но планирую в скором времени обзавестись семьей. — Разумеется он знает о нас с Китнисс, а эти вопросы только для поддержания разговора. — Пит, я не предлагаю вам должность, я нанимаю вас. Такие люди в штабе не бывают лишними, я читал отчёты вашей практики и рекомендательные письма, всё, что сейчас требуется, это поставить на этой бумажке подпись. — Пододвигает ко мне документ. — И с понедельника вы будете полноправным министром Панема. — Выхода у меня нет, а быть в правительстве, значит получать вдвое больше информации. Внимательно изучаю договор о найме и ставлю росчерк. Сноу, всё с той же неприятной улыбкой забирает у меня бумаги. — А теперь, мой милый друг, мы с вами станем свидетелями правосудия. — Что? — Не понимаю происходящее. — Не беспокойтесь, я покажу вам то, что происходит с людьми, действующими за моей спиной. — Ничего не остаётся, как следовать за ним.       Мы спускаемся на нижний уровень президентского дворца. Здесь охраны больше, чем наверху; все вооружены и наблюдают за нами. Проходя мимо тяжелых металлических дверей, слышу рычание, а затем и душераздирающий крик, но похоже Сноу даже не обратил внимание. Заходим в лифт, с нами заходят несколько солдат, и продолжают идти позади, пока мы не останавливаемся около одной из камер каземат дворца. Только в этом помещении горел свет, а половина клетки была занавешена плотной тканью. Президент учтиво пропускает меня внутрь, за мной входят миротворцы. — За этой ширмой находится человек, убивший Августа Вернона. — Сердце предательски участило такт. — Хоть он и не хотел этого делать, и даже посодействовал в какой-то степени, но закон есть закон. — С этими словами решётка за моей спиной со скрипом закрывается, поворачиваюсь и смотрю на президента; он стоит по ту сторону ловушки и устраивается в кресле, что принесли для него. — Ну же, Пит, разве вам не интересно, кто там прячется?        С силой дёргаю на себя штору. Ткань поддаётся, открывая тайны, хранившиеся за ней. Ухмыляюсь оригинальности правителя, ведь передо мной стоит большое зеркало. В отражении вижу, как один из миротворцев приближается ко мне, доставая телескопическую дубинку. Первый удар приходится по спине. «Нельзя сопротивляться, будет только хуже. Не кричи, ты только раззадоришь их. Собери волю в кулак и терпи» : уроки, не подкреплённые практикой, сами находят место в моей голове, когда я получаю очередную порцию ударов в живот. Но крик всё же срывается с моих губ — миротворцы сменили оружие на кастет с шипами, и теперь своими ударами безжалостно жалят кожу. Рубашка уже пропитана кровью, а зубы скрепят от напряжения. Если Сноу ждёт, что буду молить о пощаде, то его ждёт провал, я никогда не склоню голову перед этим тираном, наблюдающим за пыткой. Кто-то схватил меня за волосы и силой швырнул к решётке, рот заполнил металлический привкус. Следующая атака пересчитала мои ребра, чем вызвала непроизвольный стон боли. Стало невыносимо дышать — они пробили грудную клетку с одной стороны. Из глаз посыпались искры, от сильных ударов в живот. Ещё одна дубинка занеслась над моей головой, как президент попросил прекратить мою пытку. Лежу в луже крови, хрипя от полученных увечий. Меня поднимают и подносят к выходу. Хватаюсь за решётку и сплевываю накопившуюся слизь. Сноу берёт мою руку и вводит какой-то препарат, боль моментально отходит. — Удивительная вещь, этот морфлий. — Лицо президента оказалось на одном уровне со мной, в нос ударил тошнотворный запах роз, смешанный с другим, металлическим. — Жаль его действия недолговечны. — Тяжело выдыхаю, на удивление я могу двигаться. — Мои желания сделать вас министром, не голословны. Я правда считаю вас достойным. Но вы должны были понести наказание, ведь следующий проступок, и в этой камере окажетесь не вы, а скажем. — Притворно подносит палец ко рту, делая вид, что задумался. — Мисс Эвердин. Не думаю, что она такая же стойкая, как её жених. — С ужасом поднимаю голову и встречаюсь с тусклыми, серыми глазами, источающими ненависть. — Видите, у всех есть рычаги давления, стоит только их найти. — Вталкивает мне в руки небольшую, стеклянную коробку, внутри которой был шприц. — Эта вакцина, излечит все ваши переломы и ушибы, но предупреждаю, боль будет дикая, и как назло в городе сегодня не найти обезболивающего. Торопитесь, действие морфлия закончится через сорок минут. Удачи и жду вас на работе. — Кориолан Сноу, вместе со своей свитой, покидает казематы. Рефлекторно передвигая ноги, стараюсь выбраться из подземелья.        Глаза болят от земного света, сажусь в машину и обхватываю руками голову. Сейчас трафик на дороге продлит путь до дома на полтора часа. Самое близкое убежище — дом Кейси, но за мной возможна слежка, а появившись на её пороге, раскрою наши отношения. Молча завожу автомобиль и еду в свою недостроенную квартиру. Там я никого не напугаю своими криками. Ощущения возвращаются постепенно, но стремительно. Успею только скинуть порванную рубашку, как приступ адской боли пронзает тело. Скрепя зубами достаю лекарство и втыкаю иглу в ногу. Теперь чувства сосредоточены на точке укола. Прикусываю кожаный ремень, а кулаки сжаты до белых костяшек. Моё тело гнётся в агонии, капилляры на глазах лопаются от напряжения. Я знаю об этой изобретении. Оно действует в три волны: первая останавливает кровотечение, защищает от заражения; вторая — приводит в ускоренное действие регенерирующие способности мягких тканей; последняя — выправление костей. После этой процедуры человек, получивший травмы, несовместимые с жизнью, будто возвращается с того света. Но у такого чуда есть обратная сторона, в виде боли, которую невозможно перенести без анестезии. Если первую волну, переживаю с прокушенным ремнём, то третья понесет за собой болевой шок. Перерыв будет длиться приблизительно час, за это время нужно найти обезболивающее. Рука нащупывает телефон, набираю нужный номер. — Слушаю. — В трубке раздаётся мелодичный голос. — Китнисс. — Приступ кашля, с уголка губ стекает густая жидкость. — Мне нужна твоя помощь. Только слушай внимательно, у тебя мало времени. Спроси отца, у него должны быть запасы морфлина. — Тишина на другом конце трубки. Больно говорить, но делаю последние усилие. — Без него мне не прожить и двух часов. Я в своей квартире. — Больше не могу произнести ни слова. Воздух почти не проходит из лёгких. Она может не успеть, но я не мог просить никого кроме неё.        Новая волна парализует тело на несколько минут, но этого достаточно, чтобы боль разгулялась. Мышцы, как натянутая струна, и вакцина играет свою мелодию. Меня бросает то в жар, то в холод, близится новый приступ мучений. В ушах звенит от напряжения, а в глазах темнеет. Голова кружится, судорога пробивает с ног до головы и больше я ничего не чувствую.