Совсем другая история

POV Китнисс       Просыпаюсь в подавленном состоянии, виной всему моё совершеннолетие. Будильник прозвенел на час раньше, по наставлению Эффи. Почему нельзя дать человеку выспаться в свой день рождения? Вечеринка будет проходить вечером, всё спланировано досконально, вплоть до формы официантов, обсуживающих приём. Моей подготовкой займутся после обеда, теперь я вообще не понимаю смысл раннего подъёма. Решаю, что мне не повредит пара часиков лишнего сна, поэтому переставляю будильник на более позднее время и с наслаждением возвращаюсь в сон. Но радоваться мне оставалось недолго. — Китнисс! — В спальню ворвалась Прим и начала душить меня в своих объятиях. — С днём рождения тебя! Ты такая взрослая! Теперь тебе всё можно! — Не унималась сестрёнка. — Там тебе столько подарков привезли, пошли смотреть! — В итоге я всё-таки сдалась. Наспех умывшись, натягиваю халат и спускаюсь вниз.       Утёнок не обманула, подарков было значительно больше, чем раньше. В основном это были цветы: всевозможные композиции, от маленьких корзиночек до огромных букетов. Мой взгляд привлекла одна коробка, открыв которую, чуть не задохнулась от слишком яркого запаха роз. Без записки было понятно, от кого такой подарок. «С самыми лучшими пожеланиями в день рождения. К.Сноу»: гласила открытка, написанная каллиграфический почерком. Обещаю себе, завтра же выкинуть эти белые цветы, а пока продолжаю разгребать подарки. Кукла, очень похожая на меня, из папье-маше — подарок Джоанны, всё-таки её Дистрикт специализируется на деревьях, поэтому не удивлюсь, что сидя домой, она увлекается поделками из бумаги. Следующий подарок — красивая ракушка, с кусочком сахара внутри. Оригинально Финник, ничего не скажешь. Много поздравлений от друзей и знакомых, которые спешат сделать приятно до праздника, я просто отношу всё в свою комнату, как в дверь позвонили. Курьер, с особой осторожностью, поставил прямоугольный свёрток, значительных размеров, рядом со мной и передал открытку. «На вечеринке тебя ждёт другой «сюрприз», но кто посмеет запретить мне сделать настоящий подарок? »; с замиранием сердца рву бумагу, защищающую картину. Сомнений нет, что может еще подарить художник? Теряю дар речи. С полотна на меня смотрит вся семья. Пит нарисовал нас не официально, как на портрете в его комнате. Мы изображены на фоне своего дома — улыбающиеся и счастливые лица машут с полотна. Закусываю губу, мне настолько приятно от его творения, что не нахожу слов, позволившие хоть немного отобразить благодарность этому человеку.        Вскоре возвращаются родители. Они тоже поражены работой Пита, от чего отец сразу вешает портрет в моей комнате. Мама вручает мне золотой кулон, объясняя, что это традиция семьи Аврелий — дарить золото на совершеннолетие. Обнимаю родителей по очереди и спешу скрыться в своей комнате, чтобы ещё раз осмотреть картину Мелларка.

***

— Ты похудела. — Констатировал Цинна, рассматривая на мне своё творение. — С чем это связано? — Много волнуюсь, вот и всё. — Я поправляю подол платья, чтобы не зацепить его каблуком. — Так ты подумал над моим предложением? — Для себя решила одно— нужно чем-нибудь заняться, дабы не просидеть всё время замужества дома. Из всех сфер деятельности, больше привлекает работа дизайнеров, поэтому прошу Цинну взять меня в ученики. — Разумеется, я возьму тебя к себе для практики. Может, выпустим совместную коллекцию. — Стилист заражает меня своим энтузиазмом. Сразу в голову приходят разные модели одежды. Мужчина тем временем поправляет складки моего наряда. — Ну, вот я и закончил. — Его любимая фраза, означающая, что ещё один его образ завершён. Длинное изумрудное платье и открытыми плечами, как раз подходит для нашего мероприятия. Благодарю своего стилиста, тот попрощавшись, уходит, обещая встретиться на вечеринке.       Сегодня первый выход в свет моей сестрёнки. Мама отказывалась брать Прим с собой, но отец уговорил её, аргументируя тем, что малютка не может пропустить день рождения сестры, тем более, она будет не единственным ребёнком на празднике — племянники Пита прибудут полным составом. Утёнок нисколько не волнуется, а наоборот рада окунуться во взрослую жизнь. Помимо многочисленных гостей, будут присутствовать журналисты и фотографы. За нашей помолвкой должны наблюдать как можно больше людей, и обязательно нужно осветить это событие в прессе. Перед глазами мелькают завтрашние заголовки журналов. Отмахиваюсь от них, взяв со столика флакон любимых духов, брызгаю ими перед собой и вхожу в душистое облако. Оцениваю себя в зеркало — так и должна выглядеть будущая жена известного художника, а теперь ещё и министра Панема. Слышу, как мама зовёт меня— нельзя опаздывать на свой спектакль.       Скопившиеся около отеля папарацци, жадно бросались на прибывающих. Я тоже не осталась без внимания, но вместо того, чтобы быстрее скрыться, немного попозировала перед камерами. На подходе к лифтам, нас ждала Эффи. Женщина проинформировала о том, что все гости в сборе и ждут только нашего появления. Вначале, она хотела завязать мне глаза, но побоявшись испортить макияж, передумала. Как только мы поднимаемся на крышу, меня оглушает синхронное поздравление с днем рождения. Радостные крики, визг: окружают со всех сторон. Тут же меня заключают в объятия невестки Пита. Девушки подарили мне дизайнерские платья, которые я никогда не примерю. Девушки, знакомые мне по одной встречи, воспринимали меня как подругу. Голова устаёт от их бесконечной болтовни и сожаления о том, что Пит, задерживается на работе, беру у проходящего мимо официанта бокал с шампанским, жалея о том, что Джоанна не смогла приехать.       Прошла половина вечера, посвящённого мне, но главный актёр так и не явился. Злоупотребляю спиртным, допивая третий по счёту напиток. Хоть ресторан находится на открытом воздухе, среди гостей мне душно, решаю отойти подальше от праздника, заменяя пустой фужер полным. Шёлк при ходьбе приятно ласкает кожу, а ветер щекочет незащищённые участки тела. Чувствую приближающие шаги, улыбаюсь, когда, остановившись за моей спиной, мужская рука забирает у меня бокал, а его губы коснулись оголённого плеча. — Я знаю другой способ согреться. — Мурлычет бархатный голос. — Сколько ты уже выпила? — Ты опоздал. — Произношу, но не оборачиваюсь. Новая цепочка поцелуев от предплечья до шеи. — За нами следят фотографы? — Возможно. — Шёпот ласкает ухо. — Как ты меня нашёл? — Кладу голову ему на грудь. — Знал, где искать. — Пит медленно разворачивает меня к себе. Чувствую зарождающийся трепет, где-то в районе живота. Хватаю ворот его рубашки и впиваюсь в него пылким поцелуем. Жар разливается по всему телу, я уже испытывала это раньше, и, вспоминая те ощущения, желаю повторить, хоть и дала себе обещание, думать головой. Парень отстраняется, увидев мой растерянный взгляд, молча приглашает пройти к гостям, похлопывая себя по внутреннему карману. Подарок, как же я могла забыть.       Пит подходит к ведущему и просит передать ему микрофон. Он просит минуточку внимания, все взоры обращены на сцену. Вначале парень извиняется за столь долго отсутствие, затем просит меня подняться к нему И вот, главный момент вечера. Блондин встаёт на одно колено, все удивлённо вздохнули, а я, изобразив неожиданность, закрыла руками лицо. Пит просит моей руки, и я безоговорочно соглашаюсь, в слезах бросаясь в его объятиях. И снова этот гул поздравлений, только теперь мы вдвоём в центре внимания. Встречаюсь глазами с отцом, тот лишь коротко кивает. Ко мне подходит обескураженная мать. — Китнисс. — Мама не верит кольцу на моём пальце. — Моя маленькая Китнисс. — Она обнимает меня и заходится в плаче. Папе приходится очень долго её успокаивать.       Как только шумиха вокруг нас закончилась, я снова возвращаюсь к играющим пузырькам шампанского. Раньше меня удивлял тот факт, что моя подруга часто его употребляет, но теперь, злюсь на себя, что только сейчас попробовала это « чудо-лекарство» от стресса. Мелисса и Абигейл казались мне самой лучшей компанией, на их предложение отправится после вечеринки в клуб, я с радостью согласилась, но Пит увёл меня с танцпола в самый разгар веселья. Сначала я начала сопротивляться, но потом в моём туманном разуме созрел план — соблазнить жениха любой ценой. Мысленно нахваливаю свою сообразительность и тихо посмеиваюсь. Парень помог добраться до дома и пообещал побыть со мной, до приезда родителей. Скидываю с себя туфли. Рука тянется к молнии за спиной, но останавливаюсь. — Пит. — Зову парня в мою ловушку. — Ты не мог бы помочь мне? — Поворачиваюсь к нему спиной, когда он входит в мою комнату. — Не могу его снять. — Пит без лишних слов тянет застёжку вниз, и шёлковая ткань, струясь, спускается к моим ногам. Переступаю через неё и поворачиваюсь лицом к объекту своих желаний. Оставшись в одном нижнем белье, стыда не чувствую — спасибо шампанскому. Пит рассматривает меня в лунном свете, но никаких действий не производит. Беру инициативу на себя. Взяв его за руку, подхожу ближе к постели, он поддаётся на провокацию, но остаётся при этом в одежде, что вызывает моё возмущение. Кончиком языка проделываю дорожку от подбородка до сладких губ. Жду, когда он примет правила игры, но тот не торопится, разжигая во мне бурю эмоций. Усаживаю Пита на кровать, а сама сажусь сверху, обхватив его бедра ногами, улавливаю напряжение в брюках. При других обстоятельствах, я, смутившись, убежала, но теперь мною правят алкоголь и похоть. Провожу языком по губам, но ответных действий не последовало. Начинаю расстёгивать его рубашку, оголяя безупречный торс. Прохожу по нему пальцами, но тут Пит резко встаёт, подхватывая меня на руках и жадно вторгается поцелуем, сплетая в танце наши языки. Огонь желания разгорается с новой силой, как парень бросает меня на постель. Пытаюсь увлечь его, но он, продолжая поцелую, что-то ищет рукой. Как только его поиски увенчались успехом, меня с головой накрывает одеялом. — Что ты делаешь?! — Возмущению нет предела. — Спасаю тебя от завтрашнего стыда. — Пит застёгивает свою рубашку. Кидаю в него подушкой. — Смотри! — Скидываю с себя одеяло и предстаю перед Мелларком. — Это — Указываю на кружевной комплект, который всё ещё был на мне. — Ты видишь в последний раз! Запомни! — Следом в него летит всё, что попадается под руку. Парень, лишь улыбаясь, скрывается за дверью. Обида душит меня. Со злости снимаю его «подарок» и выкидываю его в коридор. Ложусь спать, хваля себя за поступок.       На утро жалею, что перебрала с алкоголем. Во рту неприятно сухо, поэтому собираюсь спуститься на кухню. Но моё внимание привлекает поднос на прикроватной тумбочке с полным стаканом воды, небольшой таблеткой и маленьким конвертом. Любопытство берёт вверх, поэтому игнорирую першение в горле и вскрываю письмо. В руки мне падет моё кольцо для помолвки и небольшая записка: «На утро, ты бы меня ненавидела.». Становится жутко стыдно за вчерашнее, и я очень благодарна Питу, что не воспользовался ситуацией.