Полночь пятого дня

С наступлением темноты из-за облаков показалась луна, и ее свет отразился на водяной глади. Шурик в полном одиночестве сидел на пологом берегу, устремив тоскливый взгляд к далеко сияющим звездам. Перед ним раскинулась целая галактика, вселенная, в которой на каждой звезде таилось что-то новое, неизведанное, и единственное, о чем сейчас мечтал он, ― о хорошем телескопе или о большой толстой книге, в которой была бы информация про каждое отдельно взятое созвездие. На самом деле, Шурик никогда серьезно не увлекался астрономией, но даже столь желанное уединение, спустя часы, сумело опротиветь ему. Мечтать не вредно, но для начала, как бы смехотворно ни звучало, нужно хотя бы вернуть очки. Теплый летний ветер осторожно коснулся травы, листьев лесных деревьев. Симфонию перекликающихся между собой сверчков и квакающих где-то далеко на болоте жаб нарушило частое уханье маленького совенка. В тех же кустах послышался настораживающий шорох, от которого Шурик вздрогнул. Он ожидал увидеть кого угодно, был готов к любой опасности: к дикому зверю, к змее, и даже, в крайнем случае, к Алисе, которая могла проследить за ним и теперь готовить новую издевку. ― А ну выходи, я тебя не боюсь! ― Робко выкрикнул Шурик. Какого же было его недоумение и изумление, когда из зарослей дикой малины медленно вышла маленькая кошка с бурой шерстью и медовыми глазами. Она с опаской подобралась к нему, затем улеглась ему на колени и замурлыкала. Такого расклада Шурик ну никак не ожидал. Он даже тихо засмеялся, осознав, что испугался всего-то лишь милого пушистого зверька. ― Заблудилась, киса? ― Вполголоса спросил он, словно рассчитывая, что кошка ответит ему. ― Я вот тоже отчасти... Перед глазами у Шурика пронеслись последние несколько недель. Он помнил, как мама собирала его в дорогу, как говорила, что в лагере он непременно найдет новых друзей, станет более уверенным в себе. Эти слова обнадеживали лишь до поры до времени, ведь в лагере, из-за застенчивости, замкнутости и одержимости точными науками, его приняли за чудака-ботаника. ― Нет, не заблудилась, я здесь живу, ― Вдруг прозвучал нежный девичий голос. Услышанное шокировало Шурика. Он резко отпрянул назад и изумился еще сильнее, когда увидел напротив девушку из катакомб. Та выглядела не менее удивленной, даже напуганной. Поджав кошачьи ушки, она пристально наблюдала за пареньком, ждала его дальнейших действий, реагировала на каждый его вздох. ― Кто ты? ― Я Юля, ― Представилась девушка. ― Так меня назвал мальчик один, смешной такой, толстый, кудрявый. Если хочешь, можешь называть меня так же. А вообще, у меня нет имени, мне оно не нужно. ― Мальчик, значит, да? И что стало с этим мальчиком? ― В голосе Шурика начала появляться легкая дрожь. ― Не знаю, ― Не лукавя сказала Юля. ― Наверное, он заготовил припасы на зиму и ушел. ― Я слишком долго искал тебе объяснение, но не смог найти. Ты ― нечто антинаучное. Ты антинаучно выглядишь, антинаучно говоришь, антинаучен и тот факт, что ты преследуешь меня, ― Без остановки тараторил Шурик. ― Так зачем тебе я? Девушка как-то странно посмотрела на собеседника. Ярко-желтые глаза сверкнули при лунном свете, она начала постепенно приближаться к огорошенному пионеру и вскоре прижала его руками к земле, нависла над ним. Участилось дыхание, сердцебиение. ― Нравишься ты мне. Ты тоже смешной, как тот мальчик. У Шурика душа ушла в пятки, в момент, когда девушка из катакомб как-то странно улыбнулась, будто приготовилась свершить таинство. ― Я в-в-овсе н-не смешной, ― Еле-еле смог пролепетать он. В ответ девушка громко расхохоталась . ― Почему тогда ты так трясешься? Я ведь не желаю тебе вреда. ― Кто тебя знает? ― Недоверчиво отрезал глава кружка кибернетики. ― Ну, раз ты пока не уверен, подожди, я не тороплю. Ровно в полночь узнаешь, какая я, ― Сказав это, она на прощание подмигнула и исчезла вместе с разразившимися в холодном ночном воздухе криками. ― Шурик! Шурик! Ты где? Шурик! ― Разносился гулким эхом голос Электроника. ― Александр! ― Строго аккомпанировал ему более высокий голос Жени. ― Немедленно прекрати прятаться и выходи! ― А может он и не прячется? Может, его похитили! ― Не смеши меня, кому он нужен? ― Мало ли... Ну, а может, он заблудился. Пошел в лес за ягодами и заблудился. ― Ты сам подумай, какие ягоды ночью? Да и разве Саша может в лесу заплутать? Он ведь из катакомб дорогу нашел. ― Так это ему Семен помог. Вот молодец парень! Кто-кто, а он точно не пропадет. ― Бездельник этот твой Семен. Знаешь, что он учудил, когда я его по-товарищески попросила книжки расставить в алфавитном порядке? ― Нет. ― Так вот, лучше и не спрашивай. Короткое мгновение ― и на полянке у реки звучит лишь протяжное стрекотание сверчков. Потом, само собой, снова крики. ― Шу-у-у-рик! Немного придя в себя, Шурик встал на ноги, стряхнул грязь с формы. Свет фонарей был где-то уже совсем рядом, а потому он, недолго думая, отозвался: ― Ау! Я здесь! *** У вереницы палаток горел непогашенный костер. Разгильдяя, что забыл о нем, следовало бы хорошенько отругать и наказать, но, увы, никому не было дела до этого костра. Лагерь мирно спал под звездным небом. Лязгнула молния одной из палаток. Холодная рука коснулась спящего Семена, а затем ударила его по щеке. ― Ну как так можно? Мы же договаривались! А ты что? Уснул! Вот так вот взял, наплевал на наше маленькое дельце и уснул! Только-только отошедший ото сна Семен пробурчал что-то неразборчивое и протер заспанные глаза. ― Вот скажи мне, Алиса, ― Сурово обратился он к потревожившей его хулиганке, ― что настоящие мужчины делают ночью? Алиса с недоверием посмотрела на него; сначала отвела глаза, потом фыркнула и поджала губы. ― Спят! ― Сам на свой вопрос ответил Семен. ― Придурок! ― Выпалила Алиса. ― Ты мне зубы не заговаривай, пообещал ― выполняй. Тоже мне, настоящий мужчина. Семен неохотно вылез из спальника и тут же, с непривычки, вздрогнул от холода. Сейчас бы пришлась очень кстати чашка горячего чая или крепкого бодрящего кофе. ― Чего не сделаешь ради идеи, ― Сказал Семен больше с иронией, нежели серьезно. Натянув штаны и обувшись, он кое-как застегнул рубашку, после чего выбрался из палатки. В глаза ударил яркий свет костра, и он зажмурился, но постепенно привык. ― Чай будешь? ― Будто прочитала его мысли Алиса. ― Тут до нас ребята сидели, чайник и кружки оставили, вода еще не остыла, вроде. ― Спрашиваешь еще. Наливай. Алиса присела на корточки у самого огня, разлила содержимое чайника по двум жестяным кружкам, одну из которых протянула Семену. Тот вдохнул ароматный горячий пар и сделал осторожный глоток. То же самое сделала и Алиса, но чаепитие было прервано раздавшимися поблизости шагами и гамом голосов. Кто бы это ни были, а о спящих пионерах они явно думали в самую последнюю очередь. Алиса выронила кружку, но, не растерявшись, стремительно схватила Семена под руку и вместе с ним юркнула в незакрытую палатку. ― Ты чего? Мало ли кому приспичило шляться ночью по лагерю? ― возмущенно процедил Семен. ― Помолчи ты. Еще настучат на нас, мол, не спим... ― А еще веселее будет, если нас застукают в одной палатке. Скажешь, что замерзала и по-товарищески попросила друга-пионера согреть? ― Тьфу на тебя! Алиса не стала застегивать молнию до конца, оставила небольшую прорезь, чтобы наблюдать за происходящим. Из чащи леса, со стороны буераков почти без сил ковыляли три пионера: Шурик, Женя и Электроник. Последний, едва подойдя к костру, лег прямо на траву и, растянувшись у затухающего пламени, спросил приятеля: ― Ну, Шурик, ты и горазд сказки выдумывать! Вроде парень-интеллектуал, гордость нашего кружка, а такую антинаучную чушь рассказываешь. ― Может, он грибов не тех съел? ― Поддержала Женя, сама того не подозревая, наливая чай в совсем недавно использованную кружку. ― Да ну вас! ― Отмахнулся Шурик, ― ничего вы не понимаете, да и не хотите понимать. Я сначала тоже не верил, ну, когда в катакомбах ее увидел. Думал, это галлюцинация, может быть, мираж с голода, но ведь нет. Она нашла меня, понимаете, нашла! ― Кто она-то? Кто она, елки-палки? Ты даже толком описать ее не можешь, ― вновь вмешался Электроник. ― Помните байки Толика про оборотня из старого лагеря? ― Я тебя разочарую, но на то они и байки... ― А ну не перебивать меня! ― Нелепо пригрозил Шурик, ― Толик рассказывал, что этот оборотень может стать кем угодно, а своих жертв заманить при помощи простейших уловок. Помните Ерохина? ― Это который тебе еще компот в сумку с инструментами налил? ― вполне беззлобно спросила Женя, но Шурику, видимо, показалось, что она прямо-таки злорадствовала. ― Да! Да, представляешь, тот дурачок, что посчитал это смешным! А я вот не вижу в этом ничего смешного! ― Отдышавшись, пионер продолжил: ― Так вот, если хотите знать, Ерохин без следа исчез, и никому кроме меня почему-то нет до этого дела. Парадоксально, не так ли? ― Ты просто устал, приятель, ― Как прежде снисходительным тоном сказал Электроник. ― День был тяжелым, а у тебя такие воспоминания ― вот и померещилось в темноте. Давай уже с нами пить чай, а? ― Хоть иногда ты бываешь прав, ― Поддержала Женя и, отпив немного горячего напитка, добавила: ― тебе надо поспать, Саша. Утро вечера мудренее. ― Да что вы заладили? Успокойся, проспись, отдышись... Вас совсем не волнует, что человек пропал? ― Если бы пропал, то Ольга Дмитриевна уже весь лагерь на уши подняла бы, ― Вновь высказал свой аргумент товарищ главы Шурик. ― Конечно, она не подняла, его ведь не взяли в поход за плохое поведение! А в «Совенке» наверняка уже тревогу бьют. ― Даже если так, даже если пропал, что ты предлагаешь нам делать? ― Уже немного раздраженно поинтересовалась библиотекарша. ― Не знаю... Вы просто должны мне поверить. Мне очень нужна ваша помощь, ― Обессилено пролепетал Шурик, сделав тяжелый вздох и сцепив пальцы в замок. Подул сильный ветер и листья берез, как и трава, громко зашелестели, затрещали старые сухие деревья. Протяжная трель сверчков ненадолго потерялась в возникшем шуме, меж тем стихли голоса сидевших у костра ребят. Образовалась неприятная пауза, но продлилась она не больше минуты, так как инициативу в свои хрупкие руки взяла Женя. ― Давайте разойдемся по палаткам, а утром все обговорим с вожатой? ― Согласен! ― Моментально поддержал Электроник. ― Давай я провожу тебя? ― Сама дойду, ты лучше Шурика проводи. Когда пионеры разошлись, Алиса резким движением расстегнула молнию, оглянулась и, выйдя из палатки, подвела итог подслушанному разговору: ― Бред какой, а? Кибернетики похоже упились своей «Столичной». ― «Столичной?» ― Переспросил Семен. ― А ты не знал? У них в подсобке бутылка водки лежит. Якобы оптику протирать. ― Ну, может им действительно нужно протирать оптику. Алиса ухмыльнулась и приставила палец к виску. ― Да ты посмотри на этого инопланетянина ― Шурика. Знаешь, почему он выдумал эту историю про девушку из катакомб? ― Нет, ― Помотал головой Семен. ― Ему одна девочка из параллельного отряда нравилась, но что-то там не срослось. В общем, решило наше светило науки приложиться к бутылке. Я ведь незадолго до того, как он ушел в катакомбы, его таким чудным застала... ― Он всегда был мутным, ― перебил ее Семен. ― Пойдем уже, а то сейчас опять кто-нибудь к костру придет, и будешь ты сыпать оправданиями про пионера-телогрейку. Алиса не стала спорить. *** Амбиции юных компроматчиков улетучились вместе с последним туманом. Вооруженные фотоаппаратом пионеры затаились за примеченным еще днем дубом, но уже через десять минут стала очевидна непродуманность их плана. Свет в палатке вожатой не горел, чьего-либо голоса тоже не было слышно. ― Может, пойдем? ― Зевая спросил Семен. ― По-моему, и так ясно: кина не будет. ― Какой же ты нетерпеливый! Сейчас-сейчас, вот увидишь, физрук наверняка свататься придет, ― В голосе Алисы отчетливо слышались нотки оправдания, но она, видимо, до последнего надеялась, что все будет так, как она сказала. Послышался хруст ветки. Спутники синхронно обернулись и замерли, увидев неразборчивый темный силуэт. Вопреки конспирации, Алиса включила фонарь, и яркий свет озарил тоненькую фигурку библиотекарши. ― А что это вы тут делаете? ― Недоуменно и в то же время сурово спросила Женя. Алиса незаметно спрятала многострадальный фотоаппарат за спину и сказала первое, что пришло на ум: ― А у нас свидание! Он, между прочим, мне только что в любви поклялся, так что завидуй молча, зубрилка. ― Чего это я должна завидовать? ― Библиотекарша перевела взгляд на Алисиного спутника, ― Тебе, Семен, стыдиться надо, что ты вот с ней... ― Женя так и не смогла найти подходящего слова. ― Да погоди делать выводы! ― Хотел вмешаться Семен, но Алиса вовремя остановила его несильным ударом локтя в бок. ― А чего ему стыдиться? В отличие от тебя с Электроником, я его не отшивала и не динамила. ― Конечно. С тобой-то все просто... ― Проворчала библиотекарша, поправив очки и с укором посмотрев на Алису. Та грозно сжала руку в кулак и, похоже, приготовилась замахнуться, если Женя еще раз сострит. ― Это ты на что сейчас намекаешь? ― А тебе твое скудоумие не дает понять? Ты бы лучше что-нибудь умное почитала, труды товарища Генды, например. А то только и можешь, что задираться и на свидания ходить со всякими... ― Я не такая! ― Я попрошу! ― вклинился в словесную перепалку Семен и, чтобы наверняка избежать драки, схватил Алису за руку. Без слов, она послушно разжала кулак, и теперь Семен чувствовал лишь ее теплую мягкую ладонь. Синяков чудом удалось избежать, однако ссору на пустом месте остановить было куда сложнее. ― Это ты меня сейчас тупой назвала, Женечка? Меня? Конечно, куда уж мне до очкастой серой мыши, которой все кругом не нравится. Ты бы себя со стороны видела, дурочка. Все ведь хохочут, когда ты, такая маленькая, злобненькая, начинаешь замечаниями разбрасываться. Странно, что за тобой вообще кто-то ухлестывать начал, я прямо поражена. Знаешь, в то, что ты старой девой останешься и породнишься со своими книжками, мне верится куда больше. ― Так, девочки, а ну живо прекратите! ― Вмешался Семен, но снова остался неуслышанным. Лицо библиотекарши залилось краской. Со стороны было не понятно, то ли она донельзя возмущена и готова нанести ответный удар, то ли глубоко ранена колкими словами Алисы. Так или иначе, выглядело это несколько нелепо и, пожалуй, забавно, особенно учитывая, что Женя действительно была невысокого роста и буквально дышала Алисе в грудь. Та же, в свою очередь, смотрела на нее свысока, самодовольно улыбалась и готовилась принять очередной удар. Вдруг неподалеку раздался басистый мужской голос. ― Как же вы правы, Оленька! Все-таки в коллективе, совершенно неважно в каком, необходима строгая дисциплина. Если кто-то ее нарушает ― его нужно воспитывать. Ну ничего, уж я-то вашу дебоширку поставлю на место, можете не сомневаться. За ним послышался уже сидевший у всех в печенках голос вожатой. ― Большое вам спасибо за поддержку, Борис Александрович! Что бы я без вас делала? Значит, договорились, в следующую смену запишем Алису к вам в спортклуб. ― Ольг...! ― Едва попыталась прокричать Женя, как Алиса крепко схватила ее, прижала к себе и плотно заткнула ей рот рукой. Для Алисы каждое слово из диалога двух «угнетателей» имело колоссальное значение. Ни вожатая, ни тренер по физкультуре не услышали без того не особо громкий голос библиотекарши. Они лишь продолжили дальше обходить палаточный лагерь, серьезно и даже немного по-деловому беседовать о насущных проблемах. ― Обязательно, Оленька, обязательно! ― С воодушевлением проговорил крепкий статный мужчина в красной майке. ― Правда, у меня одни мальчики, но, думаю, она как-нибудь привыкнет. ― Вот еще что, Борис Александрович... ― Да-да? ― У Алисы подруга есть, Ульяна. Она ее на пару лет младше. Едва не зевнув, тренер поинтересовался: ― Ее тоже в спортклуб? ― Да нет же! Тут совсем другое. Понимаете, я переживаю за Ульяну. Она еще совсем дитя ― маленький, доверчивый и наивный ребенок. В первые дни она была очень прилежной, милой девочкой, но как сдружилась с этой Алисой, все наперекосяк пошло. Ульяна стала безобразничать: прогуливать линейки, задирать других пионеров, отказываться выполнять мои поручения. А еще… Она у Лены лифчик украла. В общем - точная копия старшей подруги. Что я, по-вашему, скажу Ульяниным родителям, когда они приедут забрать ее? Ответа на этот вопрос сидевшие за дубом пионеры не услышали, Ольга Дмитриевна и Борис Александрович удалились куда-то, следуя лесной тропинкой. Голоса просто растворились в вездесущей трели сверчков. Алиса ослабила хватку и несчастная библиотекарша, наконец, резко вырвалась и агрессивно воскликнула: ― Ты понимаешь, что ты поехавшая?! В любой другой ситуации Алиса наверняка бы не выдержала и в ответ на такую наглость ударила, но этой ночью ее как будто подменили. Нерадивая пионерка уже во второй раз сдержала приступ гнева. Она выглядела опустошенной, даже расстроенной. Семен наблюдал за ней, и в какой-то момент ему показалось, что если бы рядом никого не было, она бы заплакала. ― Уходи, ― Тяжелым хрипловатым голосом обратилась Алиса к Жене. Библиотекарша без раздумий развернулась и быстрым шагом удалилась. ― И ты, Семен... Ты тоже уходи. ― Подожди, а как же наш план? ― Я сама, ― Отрезала Алиса, не поднимая глаз на Семена. ― Иди спать. И никому не рассказывай о том, что было. О том, что вообще сегодня происходило. Cемена терзали смутные сомнения. Он не хотел бросать Алису. Попытавшись хоть как-то подбодрить ее, Семен положил ей руку на плечо, но она с шипением отпрянула и в который раз повторила: "Уходи!". Кажется, авантюра переросла в месть.