***
Что сказать про интерьер. Если честно, в данной ситуации меня это не волновало. Выключенный свет и напряженная, нервирующая атмосфера делали свое дело. Левая рука на револьвере, правая на кинжале. Хотелось бы избежать пальбы, ибо в городе могут и услышать. Быстро нашел нужную комнату. Мертв, как и ожидалось. Крылья за спиной говорили, что это не человек. Скорее всего — демон. Его тело было пронзено во множестве мест. В голове, плечах и животе были оставлены стальные клинья. В степном обществе нет преступления страшнее, чем разрушение цельности тела путем заточенного железа. Судя по всему, работа экзорциста. Интересно, он уже ушел? Подошел к трупу. Еще теплый. С момента смерти прошло не более часа. Странно. Я чувствовал, что должен прийти сюда еще пару часов назад. Я предугадал его смерть? Или тело демона дольше остывает? Ладно. Сейчас это не важно. Я бы мог провести ритуал сейчас, но если экзорцист еще в этом доме, мне могут помешать. Обыскивать весь дом? Нет желания. Я бы хотел уйти из этого места как можно быстрее. И желательно ни на кого не нарвавшись. Закрыл дверь в кабинет с помощью отмычки. Придвинул кресло. Если что, бесшумно не подкрадется, по крайней мере. да и задержать сможет. Надеюсь. Теперь ритуал. Достал флягу с настоем твири. Капнул каплю крови убитого. Приподнял маску и выпил. Хмм. Пошло легче, чем раньше. Даже при практике подобных ритуалов, я не пил настои. Может это то, о чем говорила Орлана? Воздействие на здоровье скомпенсировано. Тем лучше. Теперь вырезать сердце. Скальпель привычно лег в руку. Процесс не вызывал никаких эмоций, ведь повторялся мной неоднократно. Знающий линии за работой. Одернул себя от добычи печени и почек. Достаю из мешочка немного бурой твири, самого злого сорта этого растения. На счет этого вида у степняков было множество отдельных преданий. И не зря. Мне приходилось ее использовать, для получения самых сильных настоев. Но чувствуешь себя после нее так, что задумываешься: «А не проще ли было заразиться песчанкой?». Сердце положить на твирь. Теперь все поджечь. Комнату наполняет запах степи. Обычно, горящее сердце пахнет иначе. Сейчас я не ощущаю этого запаха. Только пряный запах твири. Сознание начинает затуманиваться. Тело ощущается, как что-то иное. Я им по прежнему управляю, но уже как-то… опосредованно. Теперь я чувствую душу, рядом со мной. Вернее ее останки, ибо экзорцисты уничтожают душу демона. Но мне этого достаточно, чтобы начать общение. Это не полноценный диалог. Я просто чувствую ее эмоции, качества, характер. Этот демон был тщеславен. Горд. Властолюбив. Но при всем этом, он дорожил кем-то. У него в душе было тепло, оставленное для кого-то. Я не знаю, как это описать. Поврежденная душа будто пыталась мне что-то сказать. Я невольно начал говорить с ней. Я от него чувствовал не только страх. Я понимал, что этот, для меня безымянный демон, имел много незаконченных дел, которые он осознал только перед своей смертью. Думал времени у него будет достаточно, но ошибся. — Боишься? Нет, я не про смерть. Ее боятся все. Ты боишься оставлять что-то. Но при этом, ты даже не пытаешься вырваться из лап пустоты. Прости, но при всем желании, я не смогу исполнить твою последнюю волю. Я ее просто не понимаю. Я тебя не спасу. Не за этим я сюда пришел. Я вижу, ты осознал, чего ты реально добился, и что оставил за собой. Но тебе пора уходить. Когда сознание вернулось, я не увидел тела. Только запах степи напоминал о случившемся. Что же я сделал? Зачем нужно было мое вмешательство? Сложно понять. Его душа должна была исчезнуть. Но я вмешался, направил на перерождение. Остатки души восстановятся, и возродятся где-то в другом мире. И там этой душе предстоит важная, может быть решающая роль.***
— Не зря я решил вернуться. — Именно это сказал мне человек, встретивший меня, когда я уже собирался уходить. Серый плащ, черные волосы. Крестик на шее, меч в руке. Он сказал «вернуться». Это экзорцист? Похоже на то. — И что теперь? — Мой голос под маской слышался еще грубее, чем он есть. Руки на кинжал и пистолет. — Мне неинтересно зачем ты здесь, мне достаточно того, что ты здесь не случайно. — С чего такой вывод? — Ты серьезно хочешь послушать? — Он скорчил недовольную физиономию.***
Я прекрасно понимаю, что человек в одежде чумного доктора уже наводит на подозрения. А его наличие в доме убитого демона… Но мне захотелось посмотреть на его реакцию. — Я — Гаруспик. Могу поинтересоваться, кто ты? — Ты лжешь. Ты — будущий труп. И бросился на меня. Не очень сдержанный, да и с фантазией у него не очень, судя по ответу. Прямой выпад мечом. Он смог убить демона (не низшего, судя по месту обитания)? Что-то не верится. Хотя кто его знает. Но отойти в сторону у меня хватило реакции… а заодно и полоснуть кинжалом по руке. Он разворачивается. Удар ногой я не ожидал, но отскочить успел. Зря. — Тварь. Каюсь. Не сдержался. Не каждый день тебе меч засаживают в плечо. Все-таки он хитрее, чем кажется. Обманное движение было мной проглочено, и я сам напоролся на меч. Мой взмах кинжалом не достиг цели — экзорцист отпрыгнул. Левое плечо болит. Боюсь, из револьвера я так не попаду. Во всяком случае, пока он наготове. Медленно отхожу к двери. — Нет друг мой. Я тебя не отпущу. Он бросается за мной. Выбегаю за дверь. Закрываю. Перекидываю кинжал в левую руку, а револьвер беру в правую. Он распахивает дверь, и его встречает три выстрела в живот и один в голову. Распахнутые в удивлении глаза. Видимо не ожидал. Его разум затмила жажда моей крови? Похоже. Надеюсь, что не вся эта братия такова, а то мне хватило ребят с ножами в каждой подворотне зараженного Города. Быстро перевязываю свою рану, благо бинт заранее взял. Теперь пора уходить. Выстрелы могли слышать. Но сначала следы. Пролить немного твирина на тело. От выпитого перед ритуалом я еще не до конца отошел, так что провернуть этот трюк смогу. Поджечь тело зажигалкой — задача не самая простая. Но пламя на твирине под моим контролем. Поэтому я могу это сделать. Тело сгорело за минуту, не оставив за собой ничего. Пора убираться отсюда. Домой я вернулся только под утро. Перепроверил свое плечо. Потом достал анальгетик. Утомительный денек, что тут сказать. Думаю, что я заслужил некоторый отдых. День подошел к концу.