The Ash Crow

Ночное небо над спальным районом Токио кровоточило. Тяжелые, неестественно багровые тучи клубились над эпицентром пожара, скрывая звезды. Сверху падал пепел — густой, крупный, похожий на грязный черный снег. Он оседал на покореженном металле машин, на оплавленном асфальте и на плечах того единственного существа, которое чувствовало себя здесь хозяином положения. Эреб Феникс брезгливо переступил через раскаленную балочную конструкцию. Вокруг его безупречно начищенных оксфордов мерцал едва заметный барьер из демонической энергии — тонкая пленка, не позволявшая ни грязи, ни жару коснуться дорогой итальянской кожи. Его костюм-тройка из темной шерсти, сшитый на заказ лучшими портными Подземного мира, выглядел кричащим диссонансом на фоне растерзанного японского пригорода. Воздух был невыносимо тяжелым. Он обжигал легкие и нес в себе удушливый коктейль запахов: едкий озон от высвобожденной магии, приторную сладость плавящегося пластика, прорванный газ и тот самый, ни с чем не сравнимый тошнотворный душок обугленной плоти. Эреб извлек из нагрудного кармана шелковый платок с вышитым золотом гербом клана Феникс и прижал его к лицу. Не из сострадания. Из чистого эстетического отвращения. Вокруг него, словно безмолвные призраки, скользили тени. Элитный отряд «уборщиков» Дома Феникс — специалисты по ликвидации последствий — работал с пугающей, механической отлаженностью. В паре метров от Эреба двое демонов в темных плащах склонились над бьющейся в истерике женщиной. Один из них мягко, почти нежно прижал пальцы к ее вискам. Его глаза вспыхнули серебром. Истеричный крик оборвался, сменившись пустым, стеклянным взглядом. Память о гигантской огненной птице, рухнувшей с небес, стиралась, филигранно заменяясь ложными, но логичными воспоминаниями о взрыве бытового газа. Чуть поодаль другая группа возводила многослойные барьеры. Их руки безостановочно плели печати, блокируя остаточные магические сигнатуры, чтобы к утру на это место не слетелись ищейки из Церкви или, что еще хуже, патрули ангелов. Эреб поправил очки в тонкой оправе и смерил холодным взглядом масштаб катастрофы. Половина жилого квартала просто перестала существовать. Вместо уютных двухэтажных домиков зияли дымящиеся воронки, края которых все еще светились вишневым жаром. Возле ног демона валялся наполовину расплавленный детский велосипед. Эреб скользнул по нему равнодушным взглядом и мысленно открыл счеты. Райзер. Одно только имя брата оставляло на языке привкус золы. Третий сын Лорда Феникса был отправлен сюда с простейшей задачей: выследить и тихо устранить демона-отступника C-ранга. Задача для пары рыцарей или одного грамотного мага. Но Райзер не умел действовать тихо. Ему нужна была сцена. Ему нужны были зрители. Желая впечатлить свой новый, только что собранный гарем, он решил не размениваться на заклинания и просто обрушил на район Пламя Бессмертных. — Уничтожить муху ударом кувалды, попутно разнеся весь стол, — тихо процедил Эреб, и в его ровном голосе проскользнула змеиная злоба. — Беспросветная, тщеславная глупость. Огонь должен выжигать препятствия, а не сжигать наши бюджеты. В голове серого кардинала клана уже выстраивалась финансовая сводка. Взятки чиновникам токийской полиции. Компенсации местным синтоистским храмам, чтобы они закрыли глаза на всплеск демонической ауры. Сверхурочные для магов-менталистов. Выплаты в фонд сокрытия информации в Подземном мире. Эта бездарная выходка обойдется Дому Феникс в десятки миллионов и кучу политических одолжений. Он устало потер переносицу, собираясь отдать приказ о расширении периметра стирания памяти, когда его внимание привлек легкий шум. Из-за обвалившейся стены дома, который пострадал сильнее всего, показался командир отряда зачистки. Лицо бывалого демона было напряжено, а шаг — неестественно быстрым. Он остановился в нескольких шагах от Эреба и низко поклонился, не решаясь подойти вплотную к раздраженному лорду. — Господин Эреб, — глухо произнес командир, указывая рукой в сторону дымящихся руин. На его пальцах чернела сажа, смешанная с кровью. — Внешний контур мы зачистили. Но здесь, в эпицентре... возникло непредвиденное осложнение. Эреб опустил шелковый платок. Его глаза за стеклами очков опасно сузились. — Осложнение? Если кто-то из людей выжил после прямого попадания огня Фениксов, просто перережь ему горло. Мне не нужны новые проблемы. — Вам лучше взглянуть на это самому, мой лорд, — демон сглотнул, и Эреб с удивлением заметил в его глазах тень первобытного страха. — Там... там что-то не так. С его аурой. Эреб молча кивнул и, чеканя шаг, направился к эпицентру разрушений. Он грациозно огибал лужи воды вперемешку с кровью и пеплом. Уцелевшая часть стены, некогда оклеенная дешевыми цветастыми обоями, теперь зияла черной пробоиной. Под рухнувшей несущей балкой, в неестественных позах, застыли два человеческих тела. Мужчина и женщина. Их лица были искажены предсмертным ужасом — Райзер не оставил им ни единого шанса. Но взгляд Эреба был прикован не к ним. Между телами родителей, частично прикрытый оторванной дверцей шкафа, лежал мальчик лет четырех. Его дыхание было настолько прерывистым и поверхностным, что казалось, будто грудная клетка вовсе не двигается. Осколок арматуры прошил его бок, оставляя на изорванной футболке стремительно расползающееся багровое пятно. С точки зрения анатомии и здравого смысла, ребенок должен был умереть от потери крови и болевого шока еще минут десять назад. — Прикажете утилизировать? Свидетелей быть не должно, — тихо спросил командир «уборщиков», выступая из тени. В его руке тускло блеснул ритуальный кинжал. Эреб коротко кивнул. Уборщик сделал шаг вперед, занося клинок для короткого удара милосердия. В ту же секунду пространство вокруг них содрогнулось. Воздух внезапно стал тяжелым, густым, как патока. Эреб почувствовал, как невидимая, колоссальная сила ударила по его барабанным перепонкам, заставив инстинктивно высвободить собственную демоническую ауру для защиты. Командира «уборщиков» просто смело назад — он отлетел на несколько метров, с грохотом врезавшись в остатки кирпичной кладки. Мальчик даже не открыл глаз. Но над его крошечной, истекающей кровью левой рукой на долю секунды вспыхнул фантомный силуэт массивной латной перчатки. Кроваво-красный металл, пронизанный золотыми шипами, и ослепительно яркая изумрудная сфера по центру, пульсирующая в такт затухающему сердцу ребенка. Тук-тук. Сфера вспыхнула, вливая в разорванные сосуды мальчика чистую, концентрированную ману, не давая ему умереть. «Усиливающий Механизм», — мысль пронзила сознание Эреба острой, ледяной иглой. Его зрачки сузились. Дыхание на мгновение замерло. Перед ним, в грязи и пепле, цепляясь за жизнь с отчаянной яростью загнанного зверя, лежал спящий Красный Император Драконов. Один из тринадцати Лонгинов. Абсолютная, первобытная мощь, способная убивать богов. Эреб поднял руку, останавливая ошеломленного командира, который уже пытался подняться и атаковать неведомую угрозу магией. — Назад, — голос Эреба был тихим, но в нем лязгнула сталь, не терпящая возражений. — Одно неверное движение, и этот Механизм в порыве самозащиты сожжет тебя вместе с твоей душой. Демон замер, опустив кинжал. Эреб же подошел ближе, присаживаясь на корточки перед умирающим ребенком. Он не чувствовал ни жалости, ни сострадания. В его глазах отражалась лишь чистая, кристальная калькуляция. Оставить такое на произвол судьбы? Преступление против логики. Убить? Непростительное расточительство. Сделать его обычным слугой импульсивного Райзера? Дракон не терпит цепей, выкованных глупцами. Рано или поздно мальчишка осознает свою силу, вспомнит, кто сжег его дом, и тогда весь клан Феникс захлебнется в крови. Нужна другая клетка. Идеально выверенная. Эреб выпрямился и щелкнул пальцами. В воздухе перед ним вспыхнула небольшая, сложная печать связи с родовым гербом Фениксов. Спустя мгновение из печати раздался глубокий, властный голос Лорда Феникса. В нем слышалась легкая усталость. — Эреб. Надеюсь, ты звонишь сказать, что последствия истерики твоего брата уже ликвидированы? — Почти, отец, — ровным тоном ответил Эреб, не сводя глаз с пульсирующей зеленой сферы на руке мальчика. — Но мы нашли среди руин кое-что... требующее вашего немедленного утверждения. — Говори. — Ребенок. Человек, находящийся при смерти. Внутри него — Красный Император Драконов. На том конце связи повисла тяжелая пауза. Эреб буквально слышал, как в кабинете отца за тысячи километров отсюда меняется атмосфера. — Ты уверен? — голос Лорда стал тише и опаснее. — Абсолютно. Механизм активировался на базовом уровне, чтобы не дать носителю умереть. Если мы заберем его сейчас, Дом Феникс получит в свои руки Красного Дракона. Но делать его пешкой Райзера — значит заложить под наш фундамент бомбу. — Твои предложения? — Лорд всегда ценил в Эребе именно эту черту. Тот никогда не приносил проблемы без готовых вариантов решения. — Наша недавняя сделка. Мы поглотили активы и земли Дома Раум за долги. У нас осталась их Королевская Фигура. Мальчик должен умереть с минуты на минуту, но если мы переродим его не как нашего слугу, а как Короля-вассала... Он будет официально независим, но фактически — полностью в наших руках. Стертая память, искусственно привитая преданность, правильное воспитание. Мы вырастим идеальную инвестицию. — Фигура Графа Раума... — задумчиво протянул Лорд Феникс. — Вживление Королевской фигуры человеку сопряжено с колоссальным риском. Но Красный Дракон стоит этой ставки. Действуй, Эреб. Защити нашу инвестицию. Печать растворилась в воздухе. Эреб удовлетворенно поправил манжеты. По счастливой случайности — или по воле самой судьбы — именно сегодня днем он оформлял в Совете Владык полное юридическое поглощение Дома Раум. Он расстегнул внутренний карман пиджака и извлек небольшой футляр из зачарованного бархата. Внутри, на черном шелке, покоилась древняя шахматная фигура. Она была вырезана из темного, почти непроницаемого кристалла, внутри которого едва заметно клубилась магия угасшего демонического рода. Король. Эреб опустился на колени прямо в лужу крови. Он занес фигуру над грудью мальчика. — Ты должен был сгореть сегодня, дитя, — тихо произнес лорд, глядя на бледное лицо ребенка. — Но вместо этого ты восстанешь из пепла. Он с силой вонзил кристального Короля прямо в рану. Фигура мгновенно вспыхнула ослепительным черным светом. Кристалл начал таять, впитываясь в плоть, сливаясь с кровью, костями и самой душой. Багровая аура Дракона взметнулась ввысь, попытавшись отторгнуть чужеродную магию, но Королевская Фигура не подавляла волю — она перестраивала суть существования. Черное демоническое сияние и красный драконий свет сплелись воедино, образуя пульсирующий кокон. Рана на боку мальчика начала стремительно затягиваться, оставляя лишь гладкую, бледную кожу. Дыхание стало ровным и глубоким. Сердцебиение стабилизировалось, перегоняя по венам уже не человеческую, а демоническую кровь. Эреб поднялся на ноги, отряхивая брюки. Он посмотрел на магов-менталистов из своего отряда, которые уже стояли наготове, с благоговением наблюдая за происходящим. — За работу, — скомандовал Эреб. — Вырежьте из его разума всё. Лица родителей, этот дом, этот огонь. Вычистите каждый звук и запах его прошлой жизни. Оставьте только способность говорить и базовую моторику. Завтра утром он откроет глаза в поместье Фениксов и узнает, что он — Иссей Раум, наследник древнего рода, потерявший семью от рук Отступников. И что мы — его спасители. Эреб бросил последний взгляд на спящего мальчика. Шахматная доска Подземного мира только что получила свою самую опасную и непредсказуемую фигуру. Партия началась.