stick to the coda conduct

День свадьбы становится всё ближе, и Эмма с Реджиной пришли к своего рода мирному соглашению после инцидента с перцовым баллончиком. Раз в неделю они обедают в офисе Миллс вместо официальной встречи, и это удивительно легко и приятно. Реджина продолжает оставаться стервой, но, на самом деле, она даже забавная. Конечно, она не перестает выбешивать своим поведением, но делает это мягче. Единственное яблоко раздора — свадьба, разговоров о которой Миллс избегает, как бы Эмма не старалась поднять эту тему. Но на этой неделе у Эммы есть хитрый план. Пока они обедают, ей удается незаметно вынуть мобильный из кармана и подсоединиться по блютузу к динамикам Реджины. Она делает вид, что беспечно гуглит что-то, пока женщина разглагольствует о зарплатах служащих или чем-то не менее скучном, и нажимает кнопку «play», наблюдая, как Миллс выпрямляется в кресле. — Что ты делаешь? — Просто включила музыку. — Почему-то я тебе не верю. Она пару минут гипнотизирует её взглядом, а после пожимает плечами и продолжает монолог о полицейском отделе. Им нужна новая бензопила, так как приближается сезон, когда деревья сносит ветром и они заваливаются на дороги. К тому же, именно Эмма сломала последнюю, и теперь старается избежать причин её поломки, зная, что Реджина их не одобрит. Через десять минут легкой фортепианной музыки включается канон Пахельбеля, и Реджина откидывает ручку и гневно смотрит на шерифа. — Свон. — Да? — как можно невинней спрашивает та. — Я знаю, что ты пытаешься сделать, но это не работает. — А что я пытаюсь сделать? — Выключи это. — Классика улучшает концентрацию и социальные навыки. — Выключи. — Нет. Миллс начинает вставать со своего места, и Эмма повторяет за ней, не отводя взгляда. — Я выключу, если ты сыграешь на свадьбе. Реджина выпускает звук, похожий на почти звериное рычание, и обходит стол. Эмма перепрыгивает его и оказывается на другой стороне. — Я не собираюсь гоняться за тобой по всему офису, Шериф. — Уверена? Потому что ты, вроде как, уже гоняешься. Взгляд, которым награждает её брюнетка, способен расплавить все кости к чертям. — Выключи или будешь торчать на ночной смене всю неделю. — Ты не можешь так поступить. — Не могу? — У тебя нет власти над моими сменами. Знающая ухмылка Реджины заставляет её притормозить. — Ты же не можешь, да? — Хочешь проверить? Эмма сглатывает и взвешивает все «за» и «против», настороженно наблюдая, как Миллс огибает стол и оказывается прямо рядом с ней, нагло вторгаясь в личное пространство. Она стоит так пару секунд, не отрывая взгляда от лица Свон, прежде чем выхватить у неё телефон и выключить музыку. — Шах и мат, мисс Свон. Со стоном Эмма принимает протянутый ей телефон и убирает его в карман. — А сейчас, если ты присядешь, то, возможно, сможешь объяснить, каким образом тебе удалось сломать старую бензопилу.

***

— До свадьбы осталась неделя… — Да? — Так, ты сыграешь? — Нет. Эмма закатывает глаза. — Всего неделя, Реджина, пожалуйста. Наконец, женщина отрывает взгляд от документов: — Ты же не отстанешь? — Они мои друзья, и всегда были добры ко мне. — По твоим рассказам у них отвратительный вкус, — морщит нос она. — Ага, но никто не бросает друзей из-за их вкуса, — говорит Свон, обводя рукой кабинет. — Ты сыграешь? — Ты как собака с костью, — вздох. Пару мгновений Реджина смотрит на Эмму, а потом широко улыбается. Обворажительно. Хищно. Блондинка немного пугается и заводится одновременно, что представляет собой волнующую комбинацию. Она буквально кожей чувствует, как взгляд Реджины скользит по ней, прежде чем женщина подносит ручку к губам оценивающим жестом. — Тебе, действительно, идут эти джинсы. — А? — Ты меня слышала. Эмма ухмыляется, выпрямляется и кладет руки на бедра. — Это должно отвлечь меня? Реджина осторожно кладет ручку и снова оглядывает женщину с ног до головы, отчего по телу Свон пробегает дрожь. — Это сработало. Эмма сужает глаза и подается вперед, ставя руки на стол. Она следит, как Реджина проходится языком по губам, смачивая их. — Ты со мной флиртуешь. Миллс вновь берет в руки ручку и возвращается к документам, говоря: — Что-то типа того. Блондинка наклоняется и приподнимает её подбородок, пока они не встречаются взглядами. Она двигается ещё ближе, и лицо Реджины оказывается в паре сантиметров. — Наконец-то, — бормочет она, чувствуя, как сердце ускорило ритм, — делай это чаще. Реджина втягивает воздух и резко отодвигается одновременно с тем, как Эмма подается вперед. Скрестив руки на груди, она произносит: — Увидимся на свадьбе, Шериф. Свон отходит и шаркает ногой, как недовольный подросток. — Ага, конечно. — Эмма? Она резко поднимает голову, чтобы взглянуть на Реджину. Лицо той застыло в непроницаемой маске, однако глаза смотрят так, что Эмма чувствует себя обнаженной. — Ничего, Шериф. До свиданья. Свон кивает и, выходя, громко хлопает дверью, не обернувшись ни разу, пока идет к машине. Подойдя к жуку, она пинает переднее колесо и остаток дня проводит в взвинченном состоянии.