Два колеса для Золушки

— Кланяйся ниже, кланяйся ниже… — бубнил Вернон Дурсль, мелкими шажками подбираясь к супружескому ложу. — Теперь радикулит замучает… — Он наконец добрался до кровати и с облегченным вздохом свалился на перины. — И толку-то! Высокородный паршивец все равно с кем-то другим снюхался… Петунья скривилась, выдергивая заколки из шиньонов, резким жестом сунула их в переливающуюся перламутром раковину пауа на туалетном столике. — Ничего пока не известно! Избранник не был назван. И даже показать их вдвоем с принцем король не смог. Так что… Атласно-чистое небо за широким окном уже вовсю изукрасили розовые поцелуи зарождающейся зари. Робкий ветерок чуть шевелил плотные шторы, принося с собой утренние запахи цветников. Но Петунье было не до них — досада и недовольство грызли ее с момента окончания Бала и к утру изгрызли напрочь, лишив других чувств. Бал Женихов с самого начала сулил семейству Дурслей недюжинные дивиденды — двое из троих заподозренных в принадлежности к титулу наследника юношей остановились поболтать с прелестно порозовевшим от смущения Дадли, а третий крайне любезно раскланялся с Петуньей и Верноном, бросая любопытные взгляды на их сына. И миссис Дурсль приложила массу сил и внимания, не выпуская из виду всех троих и не давая им слишком сильно отвлечься на других претендентов. Она была уверена, кто-то из них точно принц — от необычайного изящества их манер веяло тем особым аристократизмом, что передается только с королевской кровью. Разочарование, испытанное ею, когда принцем оказался неприметный тонкий юноша в костюме корсара, от которого она в самом начале высокомерно отвернулась, невозможно было вместить в тесные границы королевства. И оно, несомненно, разнесло бы в пух и прах не только родное государство, а и парочку соседних, если бы не одно «но»... Если бы Суженый Жених принца по окончанию торжества был по всем правилам объявлен и показан участникам Бала. Однако чета правителей с загадочно улыбающейся принцессой Нарциссой в тылу лишь весьма невнятно и скомканно объявила, что, дескать, Избранник волею небес и судьбы найден, и только грубое вмешательство временно непреодолимых сил не позволяет продемонстрировать его уважаемым гостям сей же час. Но! Как только эти легкие, не стоящие выеденного яйца досадные проблемы счастливо разрешатся, обретенный Суженый принца будет назван, представлен многоуважаемому сообществу, и каждый из присутствующих сможет оказать коронованному семейству честь, приняв приглашение посетить самую роскошную свадьбу за все время существования рода Малфоев. — Как бы не так! — прошипела Петунья, вспоминая непроницаемое выражение породистого лица короля. — Меня не обманешь. Нет у них, Вернон, никакого Избранника! Высокородные лгунишки! Не явился жених на ваш прославленный Бал! Или никто не пришелся вашему высокомерному зазнайке-наследничку по вкусу. — Она отшвырнула надоевшее неудобное кимоно и сдернула с кресла шелковый халат. — Попомнишь мои слова, будет и второй Бал, и третий, если понадобится! Хоть и случилось подобное пока всего лишь один раз. Достославная традиция проведения единственного Бала Женихов действительно зияла древней стыдливой брешью: двести лет назад Бал состоялся трижды подряд, пока на него соизволил явиться мальчишка-пастушок из самого северного селения овцеводов — и был тут же без раздумий окольцован принцем, заждавшимся суженого. Шестьдесят лет их совместного правления увеличили территорию королевства в четыре раза, казну раз в десять, а расцвет науки и искусств был таков, что те времена до сих пор с благоговением именовали «воистину Золотым Веком прогресса». — И вот тогда-то мы не упустим свой шанс! — Петунья взмахнула халатом, с торжеством завернулась в него, словно цезарь в парадную тогу, и обернулась к мужу. Благоверный сладко спал, вытянувшись поперек кровати и приоткрыв рот. На лице застыло умильное выражение. — Тюфяк! — процедила миссис Дурсль и швырнула в мужа покрывалом. — Обо всем должна думать лишь я одна! Скомканная тяжелая ткань шлепнулась прямо на выпирающий живот супруга. Вернон трубно всхрапнул, потащил покрывало на себя, укутываясь, и зачмокал губами: — Да, дорогая… Петунья в сердцах с силой затянула поясок халата и хлопнула дверью. Ей срочно требовалось отвлечься — и ничто не служило правильному отвлечению лучше контроля за единожды установленным ею порядком! Бал балом, а работу ленивого мальчишки следовало проверить. Вот только тщательная оценка вчерашних стараний Поттера настроение не улучшила: натертый паркет уютно поблескивал тончайшим слоем мастики, кафель в гостевой ванной сиял первородной чистотой, по углам и на лестнице не затаилось ни единой пылинки. Узрев же в розарии высаженные по всем правилам кустики, Петунья выпятила подбородок и решительно направилась к гаражу. — Сириус! Я так и знала! Изящная ножка в розовой туфельке с помпончиком свирепо пнула аккуратный ящик со свежеперебранными шурупами. — Ну, погоди у меня, мелкий лгун! Я надолго отобью у тебя охоту общаться с этим проходимцем! В каморке под лестницей было душно и мрачно. В крохотное окошко под потолком проникали лишь слабые отсветы уже вовсю пылающего рассвета. — Почему ты до сих пор валяешься, негодник! Крупа должна быть уже перебрана и замочена! Решил оставить семью без завтрака? Противный мальчишка и не подумал проснуться. Наоборот, нахально повернулся к стенке и натянул на голову тощую подушку, намереваясь поспать подольше. А на месте подушки осталось лежать что-то небольшое, чуть заметно переливающееся теплым живым блеском. Петунья закрыла рот, на цыпочках подкралась поближе и присмотрелась. Затем потянула носом — каморку наполнял тонкий стойкий запах очень дорогого модного парфюма. — Так-так… Она огляделась, кривя тонкие губы, и тихонько вышла, бесшумно прикрыв створку. Постояла минутку, барабаня пальцами по стене, затем с шумом вновь распахнула дверь в логовище племянника и рявкнула во весь голос: — Поттер, гадкий мальчишка, бездельник, немедленно вставай! — Обработка данных статистического бюро «Крауч и Скримджер» показала… — темнокожий подтянутый мужчина в элегантном костюме взял из кожаной папки листок и сверился с цифрами. — В королевстве насчитывается пятнадцать родов, фамилии и имена которых каким-либо образом связаны со словом «Сильвер». Молодой человек подходящего возраста и телосложения есть только в одном из них, но, по проверенным сведениям, он в данный момент находится в Австралии и имеет твердое и бесспорное алиби. Принц Драко вздохнул и разочарованно уставился на сверкающий паркет королевского кабинета. — Компания Харлей Дэвидсон начала выпуск серии эксклюзивных мотоциклов «Сильвер Найф» в начале января нынешнего года. За это время продано двадцать восемь экземпляров продукции. Все исключительно через торговую сеть компании и исключительно за океаном. Ни в наше, ни в близлежащие королевства продукция не поставлялась, и заказов на нее не поступало. Еще один вздох наследника длинным порывом пронесся по кабинету. Чернокожий бросил взгляд на принца, затем на напряженно застывшее королевское трио и продолжил: — Отработка парикмахеров и портных тоже не дала результата — подобного клиента у них не было. Модельный дом «Малкин Инкорпорейтед» подтвердил, что фасон полурокерского костюма из белой кожи разработан их дизайнерами. Публиковался в апрельском номере журнала «Байк и байкер», так что видеть его мог любой. Скопировать и пошить самостоятельно, имея определенные навыки, — задача более сложная, но выполнимая. — Детектив захлопнул папку, аккуратно уложил на край стола. Вытисненный на ней золотой герб ярко сверкнул в солнечном луче. — Агентства охраны и эскорта отрицают наличие сотрудников с описанными приметами. Опрос жителей близлежащих деревень и поместий, возможно, видевших юношу после… гмм… исчезновения с Бала, ничего не дал — молодого человека в белом наряде на редком мотоцикле не видел никто. Это всё, ваши королевские величества. Агентство «Аврора и Ко» приостановило работу над заказом в связи с невозможностью дальнейшего продвижения из-за отсутствия сведений. Король едва заметно поморщился, то ли от сухой канцелярщины речи главного «аврора», то ли от вопиющей безнадежности ситуации. Глава детективного агентства поклонился, вежливо попрощался и тихо исчез за дверью. А три пары родительских глаз выжидающе остановились на кусающем губы принце. — Какие есть идеи, сын? — шелковый голос консорта мог обмануть кого угодно, но не Драко, слишком хорошо знающего привычки второго отца — рассерженный или расстроенный Северус всегда переходил на гладкие и непривычно ласковые интонации. — Я найду его, — процедил наследник, упрямо не отводя глаз от роскошного паркетного рисунка. — Лучшее агентство не смогло этого сделать, — вздохнула принцесса Нарцисса. — Как же ты так оплошал? Наш сын, как ты мог упустить того, чье сердце соединилось с твоим в едином биенье? Почему не удержал, не остановил, пусть даже и насильно? — Я же говорю, не ожидал, — с досадой пробормотал Драко. — Он поцелуя испугался, что ли? Кто знал, что мое сердце соединилось в едином биенье с сердцем неопытного стесняшки! Король, не сдержавшись, хмыкнул. Консорт же быстро отвернулся к окну, пряча усмешку. — Что вы намерены делать, принц? — тон Люциуса, вопреки прячущейся в уголках глаз иронии, был крайне сдержан. — Я думаю над этим, — хмуро отозвался юноша. — Много думаю. Ну не объявление же мне вывешивать: «Разыскивается милый и скромный избранник принца Драко, глупо потерянный на Балу»! — Он поднял голову и с надеждой уставился на родителей. — Вас целых трое, неужели вы не можете дать мне хотя бы один совет? А еще упрекаете, что все мои мысли только о байках! Король сверкнул глазами и поднялся во весь свой немалый рост. — Поиск исчезнувшего Суженого — исключительно твое дело, увы. Таков закон. Мы, со своей стороны, реализуем любое твое начинание. Но и тебе стоит научиться брать ответственность за каждое решение, каким бы оно ни было. Так что… — он совсем по-северусовски приподнял бровь, — дерзайте, господин наследник престола! Мы страстно желаем убедиться, что трон перейдет в надежные руки! Принц засопел, резко развернулся на каблуках и бегом выскочил из кабинета. Принцесса Нарцисса укоризненно смотрела на улыбающихся короля и консорта. Драко не мог вспомнить, сколько уже стоит здесь, у широкого окна на третьем этаже, невидяще уставившись на осыпанные веселой солнечной пыльцой серебристые головы парковых ив. Мысли то принимались лететь разогнавшимися гоночными болидами, полыхая резкими огнями, то, внезапно отяжелев, топтались в голове чередой серых неторопливых слонов, бредущих по пустынной саванне. Пальцы принца бездумно поглаживали перчатку Сильвера — единственное свидетельство того, что тонкий, сильный и притягательный парень в белой коже, от души веселившийся с ним на Балу, действительно существовал… — Позволь-ка! Из-за плеча Драко протянулась знакомая рука и осторожно взяла перчатку. — Оборотневая, — хмыкнул Северус, трогая мягкую кожу. — Ты уже пробовал надеть? — Не получается... Она словно каменеет, становится жесткой, как фанера. Только кончики пальцев входят. Явно волшебная вещь. Губы консорта дрогнули в тонкой полуулыбке. — А теперь вымой руки и возьми энциклопедию, маленький гриб. Или в голове таки исключительно железо? Драко диковато взглянул на отца, выхватил перчатку и помчался в библиотечное крыло. Северус покачал головой ему вслед, затем удобно устроился в широком кресле и принялся ждать. Через четверть часа наследник появился вновь, со взглядом еще более диким, но просветленным. — Вещь из сброшенной оборотнем кожи раз и навсегда привязывается к человеку! Спасибо, отец, теперь я запросто смогу найти моего таинственного скромника! — одним духом выпалил он. — Полагаешь? — темная бровь консорта выразительно приподнялась, как и всегда, когда юному принцу случалось делать скоропалительные выводы. Но сейчас его высочеству было не до мелочей. — Да! Да! Где наше величество рара?— Драко не мог устоять на месте и едва ли не приплясывал от возбуждения. — Сейчас же попрошу организовать поисковый отряд. С самим Грюмом во главе! Немедленно! И сам отправлюсь с ними! — и он взъерошенным светлым вихрем вылетел в коридор, с грохотом опрокинув подвернувшийся рыцарский доспех. — Белокурая бестия, — покачал головой Северус. В раздумье погладил пальцем тонкие губы. — Что ж, поглядим, что получится в итоге. Чем Мерлин не шутит, иногда старая наивная сказка оказывается обыкновенной правдой.