Занпакто? А вы уверены?

      Почувствовав, как его уносит вдаль, Ичиго резко открыл глаза, как только это чувство прошло. Недоуменно смотря на потолок своей комнаты, Куросаки был переполнен эмоциями. Столько всего произошло за одну ночь!       Но подумать ему не дал вечно надоедливый отец, врываясь в его комнату в своей любимой пижаме с сердечком и нападая на рыжеволосого парня. Рефлекторно уйдя с зоны нападения, кареглазый с интересом наблюдал, как его отец, вцепившись в ветку дерева, висел, болтая ногами в домашних тапочках. Весело рассмеявшись, Ичиго отправился в душ. День определенно задался!       Волосы, к сожалению, были безнадежно испорчены, став одуванчиками, делая его кавайным и милым, как выразилась Юзу. Быстро поев вкусно приготовленную еду младшей сестры и кое-как прилизав волосы, Куросаки отправился в школу.       И только в школе он смог нормально обдумать всю ситуацию. Но, прокручивая раз за разом весь разговор, он понимал, что ничего не понимал. Вся эта ситуация вызывала только одни вопросы, на которые невозможно было найти ответ именно сейчас. Приходилось ждать, но, как же Ичиго не любил ждать! Вкупе со своей вспыльчивой и нетерпеливой натурой ему хотелось услышать ответы на все его вопросы.       Как Улькиорра попал к нему во внутренний мир?       На этот вопрос Куросаки уже знал частичный ответ, который ему и поведал Шиффер. Но, все равно, он не понимал, что Куатро нужно в его внутреннем мире? Хотя лучше спросить, что он там делает? Что такого произошло, что его умершего противника «подкинуло» к нему?       А ещё было чувство полного смятения. Как ему теперь относиться к нему? Как к врагу уже вряд ли получится: все же, Улькиорра, если можно так выразиться, стал частью его души. (Прим.Авт: Прям крестраж какой-то :))       Относиться к Арранкару, как к другу, Куросаки тоже не мог. Как-никак, но Куатро был его противником, пусть и бывшим, хотя и это сложно утверждать. Что вообще происходит в голове этого бесчувственного чурбана?       И что за шутки с Владыкой?! Неужели у Шиффера такое чувство юмора? Насколько Ичиго знает, Владыкой был его «любимый и неподражаемый» Айзен-сама. Тогда, что случилось сейчас?! Какой он к черту Владыка?!       Рыжеволосому парню так и хотелось хорошенько встряхнуть этого безэмоционального придурка и выведать все. Что, в конце концов, происходит?! Какого черта эта летучая мышь выжила?! С чего он вообще обрадовался этому?! Какого он вообще оказался в своем внутреннем мире?       Неожиданная мысль пронзила Куросаки, словно ток, заставляя остановиться посреди улицы. Он как раз сейчас возвращался домой, размышляя обо всем произошедшем. В школе все было невероятно замечательно. Впервые за все время после потери сил Шинигами, он так веселился и смеялся. Неужели эта летучая мышь на него так подействовал??? Об этом думать даже страшно.       Что-то кареглазый отвлекся. Мысль, посетившая его сознание, без сомнения, была шокирующая. Что если этот мышь-Шиффер и был его, хоть и малой, но силой? Неужели у Ичиго появился шанс вернуть обратно свою силу? Впервые за все то время, что он проводил в печали и депрессии, он почувствовал надежду.       Она была такая маленькая и крошечная, но с каждым разом разрасталась все больше и больше в его сердце. Именно сейчас Куросаки был самым счастливым человеком в жизни.

***

      Проснувшись утром и врезав отцу по башке, отключив того, Куросаки нахмурился. Почему сегодня ночью он не попал в свой внутренний мир? Неужели этот безэмоциональный придурок что-то сделал?       Страх, липкий, словно паутина, вмиг обвил его сознание, заставляя замереть. Но через секунду тут же расслабиться, ведь Улькиорра никогда бы не сделал этого. Да, и к тому же, он называл его…эээ…как его там? Ах, да, Владыкой! Так что вряд ли он устроит что-нибудь, наносящее ему вред.       Благоразумно, ради своих же нервов, решив разобраться в этих «Владыках, Господах, Хозяев и Вы, Вам и бла-бла» чуть позже с Улькиоррой (будь тот проклят!), Куросаки направился в душ наводить утренний туалет.       Позавтракав, как всегда вкусным завтраком сестренки, Ичиго направился в школу. Но даже сейчас его разум терзали сомнения. К счастью не этой летучей-придурковатой-мышью, а другим. Он… ему казалось, что его однозначно пытаются оградить от другого мира, мира, в который он потерял дорогу.       Ведь, как объяснить все это? Обычные друзья-люди практически не общаются с ним- видимо боятся проболтаться на счет Пустых или о чем-то связанном с тем миром, их миром. Как бы не было больно признавать, но теперь тот мир, мир который Ичиго защищал и в котором приобрел много друзей, больше никак не относился к нему. Он больше не был его частью.       Теперь он принадлежал все тем же Шинигами и его друзьям, обладающим реацу. Чад, Орихиме, Урю. Теперь они были защитниками Каракуры, города, что должен был защищать он сам.       Кейго, Мизуиро и Тацуки. Люди, имеющие небольшую духовную силу и знающие про Сообщество Душ и о мире Шинигами.       Отец и Карин совершенно не поднимают эту тему, стараясь вообще никак об этом говорить. Даже Юзу запретили. А эти постоянные взгляды в его сторону?       Он не видел, кто на него смотрел, чувствовал. Чувствовал и знал, что это его друзья-шинигами. Друзья, что просто наблюдали за ним, не совершая никаких попыток его навестить, поговорить.       Первое время он пребывал в ужасной депрессии, ему нестерпимо хотелось поделиться с кем-то этим, рассказать, что он ужасно сожалеет, сожалеет обо всем, кроме того, что победил Айзена с помощью Финальной Гетцуги Теншо. Но все будто и не замечали этого: никто не подставил ему плечо для поддержки, не протянул руку.       И тогда Ичиго просто смирился. Смирился и стал бежать от себя. Каждый раз уговаривая себя поверить в то, что именно о такой жизни он и мечтал, что ему не нужна эта сила. Но душа упорно боролась- она никак не хотела, чтобы её владелец сдался и все забыл, словно страшный сон.       Хотел ли Куросаки забыть обо всем произошедшем? Ичиго не раз думал над этим вопросом. Сначала да, он хотел всё забыть и жить нормальной жизнью. Но потом понял, что забыв все эти битвы, смех друзей на очередной гулянке после сложного сражения, где они, несомненно, победили, он перестанет быть собой.       Как можно было забыть все эти подзатыльники и тычки Рукии, выводившие его, и не раз, из подавленного состояния. Можно ли было забыть Ренджи, который помог ему спасти ее? Эту маленькую Шинигами, с короткими до плеч, темными волосами и фиалковыми большими глазами? Этого растатуированного, красноволосого ананаса со вспыльчивым характером и с целью победить собственного капитана?       А сам его капитан? Кучики Бьякуя — хладнокровный, не показывающий свои эмоции и, несомненный аристократ. Сколько раз он говорил ему, такое привычное: «Йо, Бьякуя», на что получал прохладный ответ: «Куросаки Ичиго». Разве можно было его забыть? Человека, пронзившего его своей катаной, еще тогда, когда он защищал Рукию. Человека, которого он победил с помощью своего Банкая, доказывая, что все правила на земле никогда не сравнятся с младшей сестрой.       О них можно было говорить вечно. Сколько битв они пережили? Сколько сражались плечом к плечу? Сколько помощи и поддержки он получил от всех них? Они все ему помогли. Кто стать сильнее, в основном, это были Зараки, со своими бесконечными сражениями, и Иккаку, не на шаг не отстающий от своего капитана, в плане боев с ним, а кто просто почувствовать себя расслабленным, после всех битв.       Почему они не могли свободно прийти к нему в гигаях? Что им не позволяет? Ах, да, он ведь должен забыть тот мир и начать жить нормальной жизнью. Но разве это было возможно? Зато у него есть собственная летучая мышь, носящая имя Улькиорра Шиффер, пусть и живущая в его внутреннем мире.       Интуиция прямо-таки и твердила рыжеволосому чуду, что совсем скоро все изменится. Но в лучшую сторону или в худшую, Куросаки не знал.