Солнце полудня.

-Эй, просыпайся. – Кто-то настойчиво тряс меня за плечо непривычно твердыми пальцами. Открыв глаза, я мгновенно инстинктивно отшатнулась, сильнее прижавшись к дереву, потому что зрачки у будившего меня вампира были темно-красные. Для меня это было как знак «Опасен. Убийца.». Увидев мою реакцию, он рассмеялся, и я запоздало сообразила, что его лицо кажется мне знакомым – это был тот русоволосый молодой парень, на которого я еще вчера обратила внимание. -Что, страшно? – он вновь рассмеялся при виде моего испуганного лица, а потом ободряюще похлопал по плечу. – Ничего, через пару дней привыкнешь. А пока вставай и ешь. – С этими словами он сунул мне в руки еще одну банку с едой, точно такую же, как и вчера. Зубами открыв консервы, я принялась торопливо есть, стараясь не обращать внимания на тот отвратительный вкус, который как всегда имела человеческая еда. Внезапно, я почувствовала на себе чей-то взгляд и, обернувшись, встретилась с горящими ненавистью глазами. Сначала, я даже не увидела, кто на меня смотрит – все мое внимание притягивали эти жесткие, полные злобы, ярко-алые глаза. Мне вспомнились даже легенды, которые мне читали в детстве о василисках, убивающих одним лишь взглядом. Если бы василиски существовали бы на свете, держу пари, у них был бы точно такой же взор. Мне сразу захотелось куда-нибудь спрятаться, убежать. Но потом этот вампир, отвел свой взгляд, и только теперь я смогла его рассмотреть. Пожалуй, я никогда раньше не видела настолько менее похожего на человека, вампира. Быть может, все дело было в его очень светлых, практически белоснежных волосах, которые вкупе с бледной кожей заставляли еще ярче сверкать его красные глаза. Его лицо было совершенным, идеальным и хищным. Даже среди других бессмертных, эта красота казалось исключительной. Больше он не смотрел на меня, но когда он заговорил с кем-то, я вздрогнула, узнав этот злой, полушипящий голос. Это он вчера хотел меня ударить. Но что я ему сделала? Не знаю. Но у меня было смутное, но при этом явственное ощущение, что он, единственный из всех, не просто выполняет приказ, он лично ненавидит меня. И что он был бы счастлив прикончить меня прямо сейчас. Когда все были готовы, Вольтури вновь построились вокруг меня кругом и побежали. Тот беловолосый вампир бежал позади меня, и я почти физически ощущала его ненавидящий взгляд между лопатками. И от этого делалось не по себе. Но все это было сущей ерундой по сравнению с той, постепенно нарастающей, ноющей как нарыв, пустотой где-то в середине груди. Иногда мне казалось, будто мне не хватает воздуха. И это отчасти было правдой – мне действительно не хватало воздуха, потому что моим воздухом был Джейкоб. Где он сейчас, что с ним? Наверное, больше всего я боялась, что он попытается напасть и отбить меня у моих сторожей. Ему с этим было не справиться. Мы все еще бежали по горам, периодически пересекая реки или ущелья. Пару раз, пришлось даже двигаться, выстроившись в одну линию, по самому краю пропасти, по уступу шириной не толще моей ладони. Но для вампиров все это было ерундой, они двигались с равновесием цирковых акробатов. А вот у меня пару раз екало сердце, при виде разверзающегося обрыва, внизу которого глухо шумела вода. Наверное, будь я сейчас в другой ситуации, я бы любовалась тем видом, что мне открывался – величественные заснеженные вершины и поросшие изумрудным лесом, склоны гор, кристальный звенящий воздух. Даже грациозный бег Вольтури, на удивление гармонично вписывался в эту великолепную картину. Когда солнце уже стало потихоньку клониться к горизонту, мне почудилось странное ощущение, как будто на сердце что-то оттаяло, стало легче дышать. Появилась какая-то потребность повернуть голову и посмотреть на вершину ближайшей к нам невысокой, горы, склон которой резко обрывался вниз. До нее от нас было где-то две мили, не меньше, но воздух был на столько прозрачен или, быть может, мои глаза на какое-то мгновение стали видеть поразительно ясно. Но я увидела там, на самом краю утеса крошечную красно-коричневую фигуру волка. Он стоял у обрыва, неотрывно следя глазами за нами, мне показалось, что он тоже как-то увидел меня. Он запрокинул вверх морду и через долю секунды я услышала его вой. Не такой, как вчера, это вой был не бессловесным плачем, он звал меня к себе. Его интонации, сила, тембр все было точно таким же, как если бы Джейкоб, будучи человеком, позвал бы меня «Несс!». Он звал меня, он говорил мне что рядом, со мной, не бросает меня. -Джейк! – прошептали мои губы, пока я, не осознавая, что делаю, шагнула прямо к пропасти, видимо, пытаясь как-то дотянуться до него. Все вокруг внезапно потускнело, и я не сразу поняла, что это из-за того, что мои глаза заволокли слезы. -Эй, ты куда! - раздался у меня за спиной встревоженный голос и чьи-то руки оттащили меня от края пропасти. А я, кажется, пыталась вырваться, неосознанным детским движением протягивая руки к волку, умоляя его «не уходи». Я видела, как он в последний раз повернул голову в мою сторону и потом исчез. С минуту, мы стояли на месте, лица у всех вампиров были озабоченные. Нет, не встревоженные - им нечего было бояться одного единственного оборотня. Но возможной небольшой помехой он мог стать. Потому, видимо решившись на что-то, Бесс понятным всем остальным кроме меня, жестом, указала куда-то на восток и все наша группа, немного изменив направление и бросилась вперед с удвоенной скоростью. Мне было тяжело долго бежать в таком ритме и, когда я стала уставать и замедляться, Бесс, ни на секунду не сбиваясь с шага, подхватила меня и, легко понесла на руках. Если бы я не была бы сейчас так погружена в свою боль, это бы меня смутило. Все же я уже была не маленькой и, пожалуй, мне бы стало стыдно из-за того, что меня, как беспомощного младенца, несут. И вообще, почему она так ведет себя со мной? Нет, она, конечно, не гладила меня по головке и не угощала леденцами, но я чувствовала, что она относится ко мне несколько иначе, чем другие. Я ей почему-то не безразлична. Ей, и еще, быть может, тому смешливому молодому вампиру. В этот день я больше не видела Джейкоба, но все же внутренне ощущала его присутствие. Мы были словно связанны невидимыми нитями. К ночи, мы уже пересекли горы и начали двигаться на юго-восток. По моим расчетам, мы бежали к побережью Атлантического океана. Наверное, оттуда мы и отправимся в Вольтерру. Но я предпочитала об этом пока не думать, а лишь праздно смотрела на меняющийся пейзаж. Вампиры бежали на столько быстро, что для любого человека, мир вокруг бы смешался, стал бы похож на смазанную картинку. Но я все видела. И лес кругом, который постепенно изменялся: сначала нас окружали величественные огромные сосны, но затем деревья стали лиственными. Еще я видела иногда мелькающие вдали огоньки городов и каждый раз, с облегчением, вздыхала, когда мы пробегали мимо какого-нибудь города. Я очень надеялась, что в эту ночь остановки "на обед" - как в шутку называли свою охоту Вольтури, не будет. И мне относительно повезло - мы действительно так и не остановились всю ночь. Я мерно покачивалась на руках у Бесс, которая ни разу так и не взглянула на меня - она смотрела только вперед. Но, тем не менее, когда мне стало холодно от прикосновения ее мраморных рук, она, как и прошлой ночью, стянула с себя плащ и закутала меня в него. Зачем она это делает? Чтобы я не замерзла, и меня можно было бы в наилучшем состоянии предъявить Вольтури? Не похоже на то. Я лежала, бесцельно смотря на высокое темное небо, с белым пятном луны и звездами. Еще в Форксе, мы с Джейком любили по ночам отправляться куда-нибудь в горы и лежать вот так вот, молча, смотря на небосвод. В горах звезды почему-то казались значительно больше и ярче. Но, не смотря на то, что мне было удобно и я жутко устала, заснуть не получалось - слишком много невеселых мыслей бродило у меня в голове и каждый раз, когда я закрывала глаза, то одна, то другая мысль начинала тормошить меня со страшной силой. Мне нужно было подумать о чем-то хорошем и я стала вспоминать, с грустной улыбкой, забавные и счастливые моменты своей жизни. Не удивительно, что практически все они крутились вокруг Джейка. Я вспомнила, как впервый раз поняла, что люблю его. Тогда мне, по человеческим меркам, должно быть было лет четырнадцать или около того. Еще и не девушка, но уже и не ребенок. Иногда я по несколько месяцев ходила в школу Форкса для того, чтобы привыкнуть к обществу людей и освоиться там. Но из-за моего все еще быстрого роста, я могла учиться лишь короткое время, иначе бы все стали обращать на это внимание. Я посещала начальную школу, а уже через год - среднюю. Была состряпана легенда, я это две ужасно похожие сестры, усыновленные Калленами - старшая и младшая. Джейкоб же всегда, традиционно встречал меня на мотоцикле возле школы. Правда, иногда, это право у него отвоевывала Розали, Элис или мама. Тогда он был для меня лучшим другом, точнее, чем-то гораздо большим, но другого определения у меня просто не было. Я еще не смотрела на него, как на парня, не замечала того, насколько он красив и как дрожат его руки, когда я, в шутку, целовала его в щеку. В тот день я, как обычно, шла после учебы на парковку и мое внимание почему-то привлек разговор пятерых старшеклассниц, которые стояли у распахнутого окна и смотрели на что-то во дворе. Я напрягла свой нечеловечески острый слух и прислушалась. - …. да уж и что он в ней нашел? – С досадой пробормотала одна из девушек, блондинка, считавшаяся в школе первой красавицей. – Она же малолетка. - Да не переживай, может они друзья или типа того, у них же разница такая, что если что, его посадят. И я ни разу не видела, чтобы они целовались или что-то в этом духе. – приободрила ее подруга, с яркими фенечками на руках и сильно накрашенными глазами. Блондинка кивнула, видимо думая о чем-то постороннем. Потом она прикусила нижнюю губу и вновь уставилась в окно. Я видела, как ее зрачки слегка расширились, словно от страха или вожделения. - Блин, ну какой же он… - Она не закончила фразы, но ее подружки согласно закивали. – Будь моя воля, я бы с ним… - Тут она вновь прервалась на многозначительную паузу, и даже я поняла, о чем она говорит, и покраснела. – Ну почему у нас все парни в школе такие дохлики?! -Да в Ла-пуш много таких. У меня мама там работает, и я с ней иногда езжу. Уж не знаю, стероидами их там кормят что ли. – вновь вмешалась девушка с фенечками. - И он всегда в майке, даже когда холодно. Наверное, горячий парень. – Еще одна девушка, яркая брюнетка, таким же жестом, как и ее подруга, прикусила нижнюю губу. Потом в ее глазах зажглись недвусмысленные огоньки, и она пробормотала. – Хотя лучше бы он без майки ходил. -Да уж. А что, девчонки, может попробуем соблазнить, а? – усмехаясь предложила еще одна девушка, с вызывающим вырезом на блузке, который демонстрировал миру куда больше ее тела, чем иной купальник. -Уже пыталась. – Блондинка вновь капризно надула губы. – Смотрит, как на пустое место, только свою рыжую малолетку и замечает. -А она красивая. – робко вставила молчавшая до сих пор девушка, одетая более скромно, чем другие и нервно теребившая прижатую к груди сумку. Остальные уставились на нее так, как будто она сморозила полнейшую глупость. - Ну не уродина конечно, - нехотя признала темноволосая и потом презрительно добавила. – Но еще посмотрим, что из нее вырастет. Тут прозвенел звонок, и все поспешили разойтись. А я с любопытством подошла к окну и посмотрела на школьный двор, пытаясь понять, кого же это так долго обсуждали старшеклассницы. К моему удивлению, ничего нового я не увидела – все тот же серый асфальт, группки учеников, машины, Джейкоб стоит оперевшись на мотоцикл. Мои глаза обшаривали каждый уголок увиденного мною пейзажа, пытаясь найти кого-то настолько красивого, чтобы это могло так всполошить сразу нескольких девчонок. Да так, что они потратили всю большую перемену, обсуждая его. И тут я поняла. Джейкоб! Они говорили про моего Джейкоба! Я так и застыла с открытым ртом, перед стеклом. И впервые взглянула на своего лучшего друга совсем другими глазами - как девушка. Я стояла и поражалась самой себе. Как я могла так долго не замечать того, с какой любовью он смотрит на меня, что он не просто сильный и потому с ним так интересно играть, а что он, хм, красивый? И не такой красивый, как мама или Розали или папа. Почему-то взглянув на него сейчас, я ощущала мелкую дрожь в коленках, и дыхание прерывалось. Я только сейчас понял, что мне было приятно, когда он обнимал меня – не только потому, что его руки были такими приятно теплыми и надежными. А потому, потому… Я не могла найти даже мысли, чтобы объяснить, что я чувствую и просто в очередной раз залилась краской. И еще я внезапно почувствовала совсем не типичную для меня ярость. Откуда-то внезапно возникло непреодолимое желание найти тех девчонок, что так нагло смотрели на него и обсуждали и наглядно продемонстрировать им, что он мой, что если им дорога жизнь, пусть лучше держатся от него подальше. В тот день, я впервые жутко смутилась, когда Джейк по привычке чмокнул меня в щеку, сажая на мотоцикл позади себя. А отец весь вечер мрачно поглядывал на меня и тяжело вздыхал, видя, как по-новому я смотрю на того, кто только вчера, казалось, был «только другом». Тут Бесс резко прыгнула вверх, взбираясь на очередной уступ и этот мягкий толчок оторвал меня от воспоминаний. Какое-то время, я даже соображала, где это я нахожусь, потому что совсем забыла, мечтая, о том, что нахожусь в кольце смертельно опасных вампиров. Зажмурившись, я попыталась вновь погрузиться в воспоминания о том, что когда-то было. В этот раз я мечтала о том, что случилось спустя примерно неделю после того знаменательного случая в школе. Вокруг шумели верхушки деревьев, и в моем воображении тот гул постепенно отдалялся и становился немного другим – похожим на равномерный гул океана. Быть может, я наконец заснула потому что внезапно обнаружила себя стоящей на берегу и сразу узнала это место – Ла Пуш. Небо типично пасмурным для Форкса, и волны достаточно грозно хлестали о скалы. В такую погоду не рискнул бы купаться ни один самый опытный пловец. Но для нас с моим Джейкобом это было на руку. Я еще раздевалась. А Джейк, которому нужно было снять лишь штаны уже подбежал к воде и, с разбегу, резко нырнул головой вперед в ближайшую волну. И выплыл на поверхность, довольный, фыркая от попавшей в нос соленой воды. -Несс, давай сюда, - крикнул он, махая рукой. А я неловко, что редко со мной бывало, принялась стягивать одежду, стараясь не думать о полуобнаженном оборотне, который ждал меня в воде, чтобы не выдать себя предательской краской на щеках. Я бросилась в воду и через два сильных взмаха руками, уже была возле Джейкоба. Мы вдоволь наплавались, играя с волнами. Мама часто говорила, что мы вдвоем ведем себя совсем как дети, и это было правдой. Когда я немного устала и основательно замерзла, Джейк, как обычно делал в таких случаях, привлек меня к себе, так, чтобы я могла погреться о его широкую грудь. К тому же он был на две головы выше меня и спокойно стоял там, где мои ноги не касались земли. Мы много раз так делали раньше, но сейчас, после сделанного мною пару дней назад открытия, все это приобрело совсем другой смысл. Джейкоб заметил мое смущение и, кажется, понял, что оно означает, потому что я с удивлением увидела, как его щеки стали как будто еще более красными, чем обычно и руки слегка задрожали. Волны, пенясь, накатывали на нас, разбивались о спину Джейка и после каждой волны, его лицо, казалось, все сильнее приближалось к моему. -Несс. – прошептал он, и я впервые услышала в его голосе неуверенность. И, до сих пор не знаю, что на меня тогда нашло. Но я, зажмурившись и густо покраснев, скороговоркой выдала «Я тебя люблю!». Мне было страшно открывать глаза, я боялась увидеть не ту реакцию, которую от него ожидала. И я не открыла. А вместо этого почувствовала первый раз в своей жизни его губы на моих губах. Наш первый поцелуй был очень робким, нежным, почти невесомым и одновременно невыразимо сладким…