Солнце полудня.

-Мама, мама, смотри.- заговорщически шептал мальчишка лет пяти с ярким пластмассовым роботом в руках, дергая мать за рукав и указывая на меня пальцем. Что ж, это было не в новинку. Правда обычно, когда люди начинали на меня поглядывать, достаточно было один раз поймать их взгляд и внимательно, безо всякого выражения, посмотреть на них или, еще лучше – усмехнуться и сложить руки на груди. Большинство тут же начинало куда-то торопиться и уходило. За исключением, впрочем, пьяниц и маленьких детей. Первые вообще мало чего соображали, а вторые, наверное, своим детским чутьем чувствовали, что я не опасен. Мама мальчонки начала одергивать его, наклонилась, и зашептала ему на ухо. -Не смотри на него, убери палец, не показывай. Дядя может рассердиться. – Услышал я своим чересчур, порой, острым слухом. Да уж, иногда я жалел, что волей-неволей прекрасно знал все шепоты людей за моей спиной. А вообще, черт с ними. Эка невидаль – пальцем показывают. У меня было еще полчаса до самолета, и я закрыл глаза, надеясь подремать. Но, даже засыпая, я уловил вокруг себя движение и звук удаляющихся шагов. Ха! Все же эта женщина не выдержала и решила вместе с сыном поискать место побезопаснее. Я мрачно усмехнулся, так и не открывая глаз. Однако выспаться мне так и не удалось – кто-то настойчиво потрепал меня за плечо. Лениво приподняв одно веко, а увидел целую процессию из четырех охранников аэропорта. Трое стояли чуть поодаль, не сводя с меня глаз, в которых ясно читалось: «Опасен. Может доставить проблемы». А самый старший, с седыми висками, довольно резко произнес: «Эй, парень, у тебя на какой рейс билет?». Я начал раздражаться. Наверное, это было не правильно – ведь они всего лишь выполняли свою работу, пытались на всякий случай обезвредить всех «подозрительных личностей». И в этот раз подобной «личностью» оказался я. Супер! Неужели, я на столько странно выгляжу? Я попытался посмотреть на себя, как говориться, со стороны: рост почти семь футов, волосы ежиком. Мылся я…хм, когда же я в последний раз мылся? Да уж, пока я гнался за этими кровососами, мне не особенно часто попадались душевые кабины на пути. А, вспомнил пару дней назад – в горной речке, холодной, как ледник. Из одежды на мне были только старые джинсы, которые каким-то чудом удержались на моей ноге, когда я, не особенно заботясь о подобных насущных вещах, бросился в погоню за Вольтури. Ну и еще на мне была кожаная куртка, украденная без особых угрызений совести из какого-то охотничьего магазина по пути. Она была мне мала в плечах, и потому шов на спине понемногу расходился, а застегнуть я ее просто не смог бы – вот и приходилось ходить нараспашку. Да, наверное, эти ребята-охранники правы. Я действительно выглядел не как милая и пушистая фея на детском утреннике. Но сейчас мне было на это плевать. Я почувствовал глухое раздражение и потому довольно нахально спросил, одновременно поднимаясь со стула: «А что, есть какие-то проблемы?». Охранник начал отступать все дальше и дальше по мере того, как я поднимался во весь рост. Я был больше чем на голову выше самого высокого из них и краем глаза заметил, как рука парня, стоящего слева отменяя, дернулась по направлению к дубинке, висевшей у него у бедра. -Эх, мистер, - откашлялся старший, и я усмехнулся по себя: «Интересно, насколько более подчительным становиться отношение к тебе, когда тебя начинают немного побаиваться. Вот я уже из «парня» стал «мистером»». – Вы не могли бы пройти с нами? Я уже приготовился ответить «Не могу», но вовремя спохватился. Не стоит нарываться на ссору, еще пропущу свой рейс. А следующий самолет в Италию полетит не раньше утра. Лучше уж сделаю вид, что послушался, а потом пролизну мимо охраны в самолет, когда будут загружать багаж. Потому я как можно более миролюбиво кивнул и поймал себя на непривычном ощущении ярости. Сейчас, я ненавидел этих людей, этих охранников. Наверное, это были отголоски той ненависти, которую я чувствовал сейчас ко всем этим мерзким кровососам, укравшим у меня мою Несс. И теперь любой, кто мешал мне ее найти, автоматически зачислялся в разряд «враги». Вот и эти ни о чем не подозревающие работяги вызывали у меня сейчас такую злобу, что мои пальцы слегка задрожали – им передавался огонь, волной прошедшейся вдоль позвоночника. Мне нужно было торопиться. В письме было сказано «через две недели» и этот срок истекал – оставались сутки. И если я опоздаю на самолет…Мне пришлось зажмуриться и стиснуть руки в кулаки, концентрируясь на том, чтобы не дать бешеной ярости превратить меня в волка. Да, давно я так не терял самоконтроль. Это напомнило мне первые недели, когда я стал оборотнем. -Эй, парень, с тобой все в порядке? – вновь раздался голос охранника. -Да, - я выдохнул. – Все нормально. -Тогда пойдем, - Нерешительно протянул старший, все еще с опаской глядя на меня снизу вверх. Вообще, все прошло тихо-мирно. Охранники ограничились предупреждением и посоветовали мне покинуть территорию аэропорта, раз у меня нет билета. Что я и сделал, а, точнее, как я и сделал вид, что делаю. Уже спустя двадцать минул согласные усилия четырех двигателей, оторвали от земли боинг я пятистам пассажирами и одним оборотнем (то есть мною) в грузовом отсеке. Я достаточно комфортабельно разместился аккурат между большим синим чемоданом и чьей-то объемной сумкой жуткого розового цвета с наклейками каких-то мультяшных героев. И тут выяснилось, что впервые за четыре года, я не могу заснуть. Это было странно. Последние недели вымотали меня донельзя – я бежал, порой по двадцать часов в сутки, ведь вампирам-то не надо было спать и они почти не делали привалов. А мне приходилось, урвав пару часов сна, потом вновь их нагонять. И все равно я часто отставал. Утешало лишь то, что вонь от следа кровососов была такой сильной, что я не боялся его потерять. Да еще и эти «записки», которые мне оставляла моя Несси. Только моя девочка могла до этого додуматься – писать прямо на деревьях. Ох, где же она сейчас? Когда я бежал за ней, я мог хотя бы знать, что она жива. А сейчас? Я вспомнил последний раз, когда видел ее. Тогда эти кровососы зачем-то остановились на привал на пару дней, и я всегда старался быть рядом с Несс, настолько, насколько это было возможно. Я не хотел рисковать, боялся, что если подойду слишком быстро, то эти мерзкие паразиты могут ей навредить. Но в тот раз я не выдержал – когда я увидел этого белобрысого кровососа, с его ларами прямо на шейке моей Несс…Я не мог бездействовать, я напал. И, как и всегда, все обернулась кошмаром. Наверное, я по жизни неудачник, раз все, что бы я ни делал, в конечном итоге заканчивается плохо. Я попытался отогнать болезненные воспоминания и сосредоточился на лице Несс, таком какое она было, когда я видел его в последний раз, когда она стояла, приставив клыки к своему запястью, готовая, действительно готовая, оборвать свою жизнь. Ее лицо, казалось мне похудевшим и повзрослевшим. Вокруг глаз залегли глубокие тени, но сами глаза, мягкого коричневого цвета, сияли, когда она смотрела на меня. Раньше я всегда завидовал Эдварду, потому что Белла порой точно так же смотрела на него. Хотя нет, вру. Белз никогда не смотрела на своего любимого Эдда так, как Несс – на меня. Белла всегда как будто стеснялась немного, не верила сама, что это происходит наяву, ее глаза помимо любви и света всегда выражали робкую тень сомнений. А Несс, моя Несси глядела прямо, бесстрашно, со всей силой и страстью и радостью. Как же мне ее не хватало! Как же я проклинал себя за то, что вчера ночью я как последний лентяй, вместо того, чтобы караулить их лагерь, спал беспробудным сном и вскочил, ошарашенный, только когда взревели двигатели самолета в паре километров к северу. И мгновенно понял, что означает этот звук – они улетают и теперь я уже не смогу гоняться за ними. Я же оборотень а не Питер Пен и летать не могу. И все равно, зная, что уже не успею, я рванул на звук двигателей, заставляя свои еще сонные лапы мощными толчками нести меня вперед. И увидел только маленький красный огонек в небе, отмечающий движение самолета. Если бы я не спал, то, быть может, мне удалось еще хоть разочек увидеть ее или даже воспользоваться определенной суматохой, которая всегда возникает при отъезде и попытаться с ней убежать. В конце концов, оборотни бегают быстрее вампиров и даже с Несс на спине, я уверен, я бы смог уйти от погони. Но все это были пустые мечты. Я ничего не сделал. Я ничем не смог помочь. Я бесполезен. Между тем оказалось, что я все же зря думал, будто у меня бессонница. Сам не заметив как, я провалился в тяжелый, без сновидений, не сулящий отдыха сон. За то время, пока мы еще с Нахуэлем и Леей путешествовали в самолетах у меня выработался уже рефлекс просыпаться, когда самолет начинал снижаться, идя на посадку и от перепадов давления начинало закладывать уши. Потому и в этот раз я моментально вскинулся на локтях и, как обычно, первое что я ощутил – всепоглощающий ужас от того, что я лежал один, рядом не было Несс. Интересно, я когда0-нибудь к этому привыкну, перестану каждый раз заново испытывать по-новой эту боль из-за того, что она не со мной, она в опасности, а я бессилен что-то сделать? Это немного напомнило мне Билли. После той аварии в которой погибал мама, а отец до конца жизни остался инвалидом, Билли никогда не жаловался – наверное, берег нас, детей, таил все в себе. По крайней мере, по началу, когда было тяжелее всего. При сестрах он пытался держаться бодро, чтобы не сломать их еще больше, они и так были потрясены всем случившимся. Но он не мог притворяться постоянно, и когда мои сестры уехали, а мы с ним остались вдвоем, ему порой не хватало сил создавать видимость, будто он не страдает. В тот раз я как обычно перед школой, уходя, помогал ему забраться на инвалидное кресло. Он мог бы и сам, но в первый год у него еще не очень хорошо было и с моторикой одной из рук, потому, когда была возможность, я ему помогал. Благо, что я уже тогда был достаточно силен для этого. Билли обычно просыпался еще до моего прихода, но в тот раз мне пришлось его будить. -Отец, - позвал я, как можно мягче. Боюсь, в моем голосе тогда звучала жалость, хотя я знал, что так нельзя – сочувствие только еще больше расклеит его. Я наклонился еще ближе к его уху: «Отец!» В этот раз он услышал – его ресницы слегка дрогнули, и Билли открыл глаза, почти такие же черные, как и у меня. И я никогда не забуду выражение его лица в тот первый миг, после пробуждения. Он попытался приподняться и беспомощно обмяк на кровати, с выражением почти животного страха на лице. -Пап, с тобой все в порядке? – испугался я и засуетился вокруг постели. -Да, да. – он успокаивающе похлопал меня по плечу. – Все нормально. – Он словно насильно растянул губы в улыбке, но я заметил, что глаза его были слегка влажными. Чуть позже он объяснил мне, в чем дело. Каждый раз, во сне, он забывал о своих ногах, ему снилось, будто он бегал, ходил, жил как раньше. Ему часто снилась мама, живая и здоровая, улыбающаяся. И потому всякий раз, просыпаясь, понимая, что все это был сон, не чувствуя своих ног, он испытывал примерно то же, что и в то мгновение, когда пришел в себя в больнице, после аварии и услышал, звучащие как приговор слова доктора: «Сожалею, мистер Блэк, но вы уже никогда не можете ходить». Помню, услышав эту его исповедь, я заплакал, хотя уже давно считал себя слишком взрослым, чтобы рыдать. С тех пор Билли больше ни разу ни словом ни взглядом не напоминал мне об этом разговоре. Я помнил, каким он был, когда мама была еще жива. Мне говорили, что я своей жизнерадостностью «пошел в отца» и это было так. Думаю, именно эта природная живость, почти детское, порой, восприятие реальности и помогли тогда ему восстановиться, снова стать Билли Блэком. А вот я сейчас, думаю, ощущал примерно тоже самое, что и Билли тогда. Только с одним различием – у него судьба отняла часть тела, а у меня часть моей души. Потому что в моих снах, Несс всегда была рядом, я чувствовал ее дыхание, запах ее волос, кожи, ее гибкое тело рядом. Но ровно до того момента, когда я открывал глаза и начинал автоматически искать ее глазами рядом. А ее не было и это было…неправильно. Так не должно было быть. Она должна спать тут, рядом со мной, доверчиво положив голову мне на плечо и щекотя мою шею своими кудряшками. Я должен обнимать ее, знать, что она тут, в безопасности, под моей защитой. От сознания собственного бессилия и никчемности, я невольно приглушенно зарычал сквозь зубы и с силой сжал пальцы в кулаки. Послышался треск. Черт, а я и не заметил, как вцепился в ручку какого-то чемодана. Что ж, не повезло его владельцу. Я умудрился незамеченным вылезти из самолета, как только он остановился на взлетной полосе. Такс, осталось узнать в какой стороне находиться Вольтера и как туда добраться – я уже успел заметит, что местность здесь не изобилует густыми дикими лесами, а в винограднике или последи поля и дороги, думаю, не сложно будет заметить гигантского, ростом с лошадь, волка. И стать звездой местной газеты из серии «НЛО» под заголовком «В Италии видели гигантского волка-людоеда» мне как-то не хотелось. Так что придется как-то по-другому передвигаться. Автостопом? Хорошо бы, только вряд ли кто-то захочет меня «подвести». В любом случае, я. выходя из аэропорта, по пути стащил какой-то туристический буклет из киоска с сувенирами. Вообще воровать в человеческом мире было до смешного просто – никто из людей был просто не в состоянии заметить, к примеру, быстрого движения моей руки, когда я что-то брал. Да уж, еще немного такой жизни я и стану то ли побирушкой, то ли карманником, если, конечно, не свихнусь к тому времени. Перспективка та еще! В буклете помимо всего прочего была карта дорог и маршруты автобусов. Оказалось, что до «места назначения» не так уж и много – километров шестьдесят. Я легко пробегу столько за пару часов даже в человеческом облике. Оставалось только дождаться, пока стемнеет и потом бежать вдоль дороги так, чтобы меня не было видно в свете фар. Так я и сделал, только предварительно снял ботинки, которые тоже «позаимствовал» в одном и магазинов. И сразу же с облегчением вздохнул – я любил ходить и бегать босиком, чувствуя ногами землю, как будто это живое существо. К тому же мне было не так-то просто подобрать обувь по размеру, да еще и такую, которая выдерживала бы несколько часов быстрого бега по пересеченной местности. Потому разувшись и скинув куртку, я рванул в сторону Вольтерры. Если бы я просто так бежал, то, наверное, даже наслаждался бы этим бегом – ночной прохладный воздух мягко гладил кожу, не сбивая дыхание. Темное небо и серп луны превратили все вокруг в синюю сказку. Но сейчас мне было не до этого. Ноги несли меня сами, я не думал об этом, для меня бег был таким же рефлексом, как и дыхания. А размышлял я о том, что ждало меня впереди, о той неизвестности, которая, порой пугает куда больше любого знания. Только бы Несс была жива. Хотя нет, в том, что она ПОКА жива, я не сомневался – я это чувствовал каким-то внутренним чутьем. Я не мог объяснить его природу, но это не мешало мне на него безоговорочно полагаться. Но вот, что будет со мной и моей Несс дальше… Я добежал до города как раз вовремя – когда уже начало светать. Еще только приближаясь к городским стенам, оставшимся еще со времен средневековья, я начал морщиться от отвращения. Повсюду, буквально на каждом метре земли, можно было почуять след вампиров. Какие-то следы были уже достаточно старыми, каким-то было не более суток. Войдя в город через старинные каменные ворота, я начал незаметно, краешками глаз смотреть по сторонам, принюхиваться, пытаясь определить, следит ли кто-нибудь за мной или нет. Ведь они должны ожидать моего прихода и, держу пари, они к нему готовы. Я не совсем понимал, куда, собственно мне следует идти, но не беспокоился об этом. Эти кровососы своего не упустят – думаю, еще до полудня меня в надлежащем виде доставят к Аро, если только он сочтет меня достойным такой чести – лично с ним разговаривать. А может, меня просто разорвут на мелкие клочки за ближайшим углом, да так быстро, что я не то что перевоплотиться – моргнуть не успею. Я медленно – спешить было не куда – шел, чувствуя под ногами гладкие камни мостовой. Сейчас, совсем скоро, все должно было решиться и, наверное, по этому мое сердце, бившееся так спокойно во время бега, сейчас то замирало, то начинало стучать с бешеной скоростью. Я был наготове. Внезапно, что-то, я сначала даже не осознал что – привлекло мое внимание. Запах. Аромат. Среди всей это сладковатой приторной вони, едва заметно слышался чистейший аромат Несс. Это открытие заставило меня тут же припасть к каменной поверхности улице, в надежде получше учуять куда ведет этот запах. Хорошо, что в этот ранний час, город только-только начал просыпаться и вокруг не были ни души. Потому что неизвестно еще что бы подумали люди, увидев распластавшегося на мостовой здорового парня, который что-то старательно вынюхивает. Как бы психушку не вызвали. Я прикрыл глаза, чтобы лучше сосредоточиться и пошел, нет, побежал за запахом Несс. След вел в узкий темный переулок, и я свернул туда не задумываясь, так властно звал меня за собой этот аромат, прекрасный и мягкий, не смотря на то, что он смешивался с вонью кровососов Увлекшись, я не сразу услышал за своей спиной шаги. Не человеческие шаги. Я резко обернулся, соображая, хватит ли в этом переулке места для волка, если я захочу перевоплотиться. Передо мной стояло четверо вампиров. Настороженные, но нападать они явно не собирались, по крайней мере, пока. -Джейкоб Блэк, - произнес один из них, то ли спрашивая, то ли подтверждая этот факт. -Да. – поспешно ответил я и невольно скривился, потому что вампир сделал шаг по направлению ко мне и его запах, казалось, в прямом смысле обжигал мне нос. Впрочем, кровососу, кажется, моя близость была не менее отвратительна – он отклонил шею так, чтобы его лицо было как можно дальше от меня и я заметил, что его тело замерло так, словно он перестал дышать. -Следуй за нами. – бросил он коротко и, отвернувшись, прошел назад мимо своих товарищей, которые выстроились в две линии вдоль стен, образовав узкий проход. Я понял, что должен идти за ним, хотя радости мне это открытие не прибавило. Я глубоко вдохнул, надеясь что смогу пройти через этот строй кровососов быстрее, чем у меня закончиться кислород и придется сделать еще один вдох. Мои руки задрожали, когда я сделал шаг по направлению к этим прихвостням Волтрури. И я, хоть убей, не мог бы остановить или сдержать эту дрожь. Все мои инстинкты требовали, чтобы я перевоплотился, напал, бросился на этих паразитов. Но я держался. Когда я оказался в самом середине их колонны меня так и подмывало оглянуться назад, защитить спину от нападения, зарычать. Я шел, стараясь, главное, не докоснуться ни до кого из вампиров, зная, что тогда могу не сдержаться. Впрочем, Волтури сами не горели желанием заключиться меня в дружеские объятия – когда я к кому-то приближался, тот с шипением отпрянывал от меня, как от прокаженного. В общем эти паразиты сначала вели меня по каким-то темным закоулкам, потом мы нырнули под арку и оказались в ярко освещенном холе. Я заморгал, привыкая к свету и одновременно к тошнотворному запаху сладкой мертвечины, который был здесь застоявшимся, густым как вата. -О, мой друг прибыл. – раздался мелодичный голос, и я автоматически зарычал, оскалившись, потому что узнал его. Аро. Ну надо же, самолично меня встречает. Еще бы узнать, чего ему от меня надо. Вокруг, в ответ на мой рык, раздулось шипение. Один Аро невозмутимо, словно ничего у не слышал, продолжал, обращаясь на сей раз к своим прихвостням. - Проводите нашего друга в зал переговоров. Шипение смолкло и стоящий ближе всего ко мне вампир с оливковой кожей бросил «пошли». При этом он протянул руку так, словно собирался подтолкнуть меня, но в последнюю секунду передумал и брезгливо отдернул пальцы. Меня вновь куда-то повели, пока я не очутился, в полном одиночестве в какой-то зале. Я видел достаточно мест, где жили вампиры и только эта полутемная комната, отделанная в темно красных тонах, действительно напоминала жилище «классического» вампира. Я отвлекся, разглядывая богатое убранство: резную мебель, картины на стенах, что подскочил от мягкого звука открывающейся двери. В комнату вошел Аро. Так спокойно, словно его тут ждал не оборотень, едва сдерживающий себя, чтобы не перевоплотиться и не вцепиться в глотку всем находящимся рядом вампирам, а ручной чихуа́хуа. Сначала это меня удивило, я даже в некотором роде почувствовал уважение к его смелости. Но потом, мои глаза заметили легкое движение прямо за плечом Аро. Там стояла тоненькая, полностью скрытая плащом фигурка. Ха! Знаменитый щит, защищающий своего господина – Рената. -Рад приветствовать тебя, Джейкоб, - Аро подошел ко мне, но не слишком близко, остановившись примерно в двух метрах от меня. Но и этого было довольно – по моему позвоночнику прошла дрожь и мне понадобилась вся моя сила воли, чтобы не перевоплотиться. Рената заметила это, и я услышал ее молящий шепот «хозяин». Но Аро успокаивающе поднял руку. -Зачем все это? – Не выдержав крикнул я яростно. – Где Несс, что с ней? Рената тихо беспокойно заворчала, услышав насколько я взбешен. Но Аро и бровью не повел. -Всему свое время. Но ты, кажется, очень, хм, привязан к Ренесми, это так? Я молча смотрел на него, не желая подтверждать то, что и так было очевидно. Вне сомнения, Аро прекрасно осведомлен о том, что значит для меня Несс. Он видел это еще четыре года назад в мыслях Эдварда, когда Волтури прибыли к Калленам, чтобы уничтожить, как им казалось, бессмертного ребенка. Аро прекрасно, не хуже меня самого знал, как я «привязан» к моей Несси. Мое молчание было расценено как согласие. И вампир продолжал, все так же мягко, глядя прямо мне в глаза так, что я не мог отделать от ощущения, будто он видит меня насквозь. - В таком случае, у меня есть к тебе предложение, от которого ты, как говориться «не сможешь отказаться». -Какое? - буркнул я хмуро, заранее предчувствуя, что это предложение мне очень и очень сильно не понравиться. - Подожди. Для начала, я должен быть уверен, что об этом никто не узнает. -Я никому не скажу. -А твоя стая? Вы же слышите мысли друг друга. - Я могу их скрыть, если потребуется, я уже не раз делал это. - Ну что ж. – Аро сосредоточенно посмотрел на меня, сдвинув брови и словно что-то мысленно прикидывая. – Надеюсь на это, и в любом случае знай, если ты не сможешь, если кто-то узнает о нашем разговоре и все мои планы рухнут, то твоя девчонка умрет первой. Тут впервые за то время, что мы беседовали, его голос стал резким. Глаза яростно блеснули, и мне даже показалась что белая пелена, которая покрывала их, на секунду исчезла, и глаза стали ярко-алыми. -Поэтому, слушай. – Уже мягче добавил он и стал излагать свое «предложение». А я стоял, остолбенело, и слушал. Когда он закончил, я пару секунд не мог прийти в себя от ужаса, об безнадежности всей ситуации. У меня не было выбора, я не мог позволить им убить Несс, но и согласиться на такое. Нет! Нет! Меня, казалось, пробивала дрожь, хотя это было невозможно – я же был оборотнем и не мог замерзнуть. Видя мое состояние, Аро просто молча наблюдал за мной сквозь полуопущенные веки. Не торопил. Наконец, увидев, что я, кажется, полностью осознал его «предложение», он заговорил: «Я понимаю, что это решение для тебя не простое. Но тебе и не нужно отвечать мне прямо сейчас - у тебя будет достаточно времени, чтобы все обдумать. Спешить нам незачем, потому у тебя есть ровно пять месяцев на раздумье. Только не забудь – если хоть одна живая душа узнает о нашем разговоре, можешь считать, что Ренесми мертва.». Я все еще не шевелился, не в силах даже кивнуть. Между тем Аро изящно хлопнул в ладоши и вновь явилась его охрана. Меня вывели из этого логова кровососов прямо на одну из оживленных улиц города, где мои проводники меня и покинули. Всюду под палящим солнцем сновали туристы, слышался смех, шум воды из многочисленных фонтанов. Безмятежное синее небо, казалось, издевалось надо мной. Я не мог видеть всю эту радостную суету и потому, поспешно ушел. И брел, сам не зная куда, до тех пор, пока не очутился где-то уже за пределами города. Местность была безлюдная, и мне на пути попался гигантский, замшелый валун. Я вскарабкался на него и сел, обхватив голову руками. Мои пальцы впивались в волосы, грозя вырвать их с корнем, но я даже не чувствовал этого. Как не чувствовал и лучей палящего солнца на своей спине и ветра, трепавшего мне волосы. Мне нужно было принять решение.