Король Танцпола

«ВЕСЕННИЙ СЛЁТ ЗВЁЗД. Двухдневный Весенний Фестиваль, прошедший совсем недавно в Эйвери-маунтин, стал десятым в истории танцев. Событие, к которому американские танцоры не могли остаться равнодушными, собрало всех, кто был в нём заинтересован. Несколько тысяч зрителей пришло посмотреть выступления, причём здесь можно было найти не только знатоков, но и любителей, и даже новичков. Что объединило их? Любовь и почитание тонкого искусства танца. И верно, зрелище такого размаха нельзя было упустить. Уже десятый год подряд со всех уголков США съезжаются толпы поклонников одного из прекраснейших видов спорта. Съезжаются лишь для того, чтобы забыть обо всём на два дня и почувствовать себя частью этого особенного и удивительного мира. Пятикратный чемпион Америки по бальным танцам Чарльз Фрост по-прежнему несравненен. Он ведёт Фестиваль уже не первый год, но именно с того момента, как пару ему составила Саманта Блэйзик, их дуэт прочно себя зарекомендовал, а у поклонников Саманты появилась возможность увидеть свою любимицу в совершенно ином амплуа – ведущей. Что же до самой программы, то она, как выразилась почетный гость Фестиваля – экс-чемпионка по танцам, а теперь хореограф – француженка Изабель Сели, «была сделана на очень высоком уровне и достойно подчеркнула мастерство исполнителей». Критики придерживаются того же мнения, тем более, что, по случаю юбилея Фестиваля, программа действительно выглядела несколько по-иному. Однако, это «по-иному» можно смело отнести к плюсам. Нарушив ежегодную традицию, - предоставления права открыть выступления профессиональному танцору – организаторы пригласили для этого молодую танцовщицу Вивиан Монро, успевшую в этом же году стать победительницей чемпионата страны. Шоу-группа «Рассвет», участницей которой является мисс Монро, была заявлена на Весенний Фестиваль впервые. По началу это обстоятельство вызвало у знатоков довольно прохладное отношение к дебютантам. Однако, по ходу выступлений, зрители ясно могли убедиться, что Вивиан Монро, временно вставшая во главе коллектива вместо пострадавшего в катастрофе Патрика Пристли, не зря потрудилась. Что еще сказать? Учитель сможет гордиться своей ученицей, техника исполнения у новичков оказалась безупречной, как у всех тех, кто не единожды выступает на Фестивале. Особого интереса удостоился также открывающий танец, исполненный самой мисс Монро, а её великолепный костюм, выполненный известным дизайнером Барбарой Пейл, и вовсе произвёл сенсацию. Поговаривают, что комиссия, заведующая отбором танцоров для каждого Фестиваля, уже сейчас намерена пригласить шоу-группу «Рассвет» выступать в следующем году». Джейсон Джонс «Новости культуры». - Поговаривают? – недоумевал Брендан. - Почему только поговаривают? Интересно, когда же слухи получат официальную огласку? - Успокойся, - одёрнула его Хелена, - это всего лишь статья в газете. Может быть, они сами и решить-то ещё ничего не успели. Я, Лора, Сэнди, Майкл, Ларри, Брендан и Хелена сидели в «Вест Куизин» уже почти целый час, наедаясь пиццей и ведя увлечённую беседу. Главной темой беседы стала грандиозная рецензия в принесённой мною газете, которую я только что зачитала вслух, а потому впечатления о прослушанном материале тоже высказывались во всеуслышание. Сказать по правде, за большим столом, составленным из двух маленьких, сейчас полагалось находиться всему составу шоу-группы, всё-таки триумф был общий. Но, на наше счастье, у таких одиозных личностей как Роуз (да и некоторых других тоже) нашлись свои собственные дела, позволившие нам в конечном счете собраться в пиццерии в узком кругу. - Может быть, - не стал настаивать Брендан, - но зато какая статья! А что, вдруг нас действительно пригласят через год? Как там написали про нашу технику? - Она безупречна, «как у всех тех, кто не единожды выступает», - повторила я, заглянув на газетную страницу. - Ну вот, - кивнул Брендан, засовывая в рот сразу полкуска пиццы, - это открывает чудные перспективы и даёт нам право надеяться. - Надеяться? – Лора на секунду оторвалась от стакана с лимонадом. - Вот уж не знаю, если только Виви согласится… Спрятав сложенную газету в рюкзачок, я вновь посмотрела на остальных. - На что это вы там хотите моё согласие получить? - На то, чтобы ты продолжала руководить составом и дальше, - ответила Лора, неотрывно глядя на меня, - надо же что-то делать, иначе группа просто распадётся. Я улыбнулась, собрав остатки соуса с тарелки. - Успокойся, руководить – так руководить, я ничего не имею против. Хотя и не хочу злоупотреблять выпавшей нам свободой. Вернётся Патрик, и ему придётся исправлять все мои ошибки. Я фыркнула, принявшись за поглощение грейпфрутового сока. Однако, за столом в моих словах, похоже, никто не усмотрел ничего забавного. Украдкой переглянувшись, мои коллеги в напряженном молчании вновь уставились на меня. - Что такое? - Ты это серьёзно, Виви? – недоверчиво спросил Майкл. - Про Патрика и остальное. - Абсолютно, - кивнула я, - а почему тебя это так удивляет? Мои приятели снова переглянулись. - А ты разве не слышала, что врачи сказали? – ответил за друга Сэнди. - Эти люди – профессионалы, уж они бы лгать не стали. Всё, что могли сделать, уже сделали. Крепко сжав пустой стакан, я медленно поставила его обратно на стол, от души надеясь, что прозрачные стенки выдержат. - Не верю своим ушам, Сэнди! – воскликнула я. - Ты что же, хочешь сказать – у него нет шансов? Мой партнёр замялся, бесцельно водя пальцем по запотевшему бокалу с пепси. - Вивиан, дело в том… - Дело в чём? – перебила я. - Говори уж прямо! Сэнди растерянно посмотрел по сторонам. - Виви, Патрик – чемпион, этого никто никогда не станет отрицать. Он уже достиг той отметки, о которой, может быть, другие танцоры и мечтать не смеют, - пришла на помощь Сэнди Хелена, - наш шеф – уникальная личность. Он уже вошел в историю, тем, хотя бы, что титул Короля Танцпола присваивается не всем и далеко не каждый день. Но у человека есть и верхний порог, дальше которого не шагнёшь. - Рано или поздно все танцоры завершают свою карьеру, - сказал молчавший до сих пор Ларри, - в этом нет ничего сверхъестественного. И Хелена права, то, чего Патрик добился, остальным может только во сне видеться. Но, когда в дело вмешивается случай, всё способно измениться. Я слушала их спокойные, чуть сбивчивые слова, качая головой и не в силах поверить собственным ушам. Да что они такое говорят, в самом деле?! - Как вы можете? – потрясенно прошептала я. - Сэнди, Ларри! Хелена! Вы что, не понимаете?.. - Виви, это ты не понимаешь! – оборвал меня Майкл на полуслове. - О чём ты вообще думаешь? Нельзя жить мечтой, слышишь? Мы все, все хотим одного и того же, все молимся и надеемся, но есть и реальность! Реальность, которая утверждает обратное. Он не сможет танцевать! Я смотрела на этих людей, на то, как они своими доводами пытаются загнать меня в угол и обезоружить. Люди, которым мне всегда хотелось доверять, сейчас стояли со мной по разные стороны баррикад. Они стояли и имели на всё свои собственные взгляды, диаметрально противоположные моим. Больше всего мне сейчас хотелось сказать что-нибудь резкое, вскочить из-за стола и унестись прочь из пиццерии. Я бы так и поступила, если бы в этот день нами заранее не было обговорено намерение отправиться в госпиталь. Уйди я из «Вест Куизин» - мне бы полагалось не идти туда, а не пойти я не могла. - Надеюсь, что вы все говорите несерьёзно, - холодно заметила я, поднимаясь с места, - в любом случае, этот разговор мы продолжим, но не здесь и не сейчас. В полном молчании мы направились к выходу. Н-да, вот так «покушали пиццу»… Почему-то любое, даже самое безобидное происшествие, если в нём участвую я, в последнее время непременно перерастает в скандал. У меня просто дар на дела такого рода. Путь до госпиталя мы проделали не говоря друг другу ни слова. Я, шедшая впереди, чувствовала бросаемые на меня изредка взгляды коллег, но даже не стремилась обернуться и ответить на них. Разговор, начатый за столиком в «Вест Куизин», никак не выходил из головы и был мне неприятен. Однако, заговорить в этот день всё же ещё пришлось. Едва мы поднялись на лифте на нужный этаж, по-прежнему молча, в двери и в нас самих буквально влетела молодая женщина в белом халате. - Прошу прощения…, - она подняла глаза. - А, это вы, молодые люди. Добрый день. Мы тоже узнали её - та самая врач, которая встретила нас тут в самый первый вечер. - Добрый день, - сдержанно кивнула я, - очень кстати, что мы вас встретили, мэм. Скажите, нам можно будет увидеть Патрика Пристли? Врач, в чьи намерения входил спуск (а может – подъём) на лифте, в последний раз глянула на закрывшиеся блестящие створки, а затем перевела взгляд на нашу компанию. - Всем увидеть, - уточнила Лора, стоявшая ко мне ближе всех. Я удрученно закрыла глаза. Но вот кто только Лору за язык дернул?! Сейчас эта особа опомнится и заявит, что семеро – слишком много для одного визита. А нам опять придётся выбирать, кому с ней топать. Но врач почему-то не стала ничего говорить о непомерном количестве. Напротив, обведя глазами нашу делегацию, она неожиданно улыбнулась. Едва заметно и очень уж официально, но именно эта официальность позволила надежде затрепетать в наших сердцах. - Полагаю, что можно, - сказала женщина, - и, именно потому, что он сегодня очнулся, можно всем и сразу. От этих слов у меня внутри всё вдруг как-то всколыхнулось и подпрыгнуло. И я сама словно всколыхнулась, недоверчиво моргая и чувствуя, как хочется запрыгать от радости. - Серьёзно можно? – почему-то шепотом спросила Хелена. Врач кивнула. - Серьёзно. Идёмте-ка со мной. Только пожалуйста, - сделав несколько шагов, она вдруг снова повернулась, - не вздумайте сказать что-нибудь лишнее. Я имею в виду ничего про его состояние или про ту женщину в автомобиле. Ему, конечно, получше сейчас, но ещё не настолько, чтобы волноваться. Ясно вам? Дружно закивав, мы клятвенно пообещали не болтать на названные темы и устремились вслед за женщиной. * * * И вот – мы уже в палате, оставлены на распоряжение самих себя и нашей совести. Чуть потолкавшись, я, Лора и Хелена разместились на стоявших у стены стульях, оставив наших парней стоять на своих двоих. Начать первым никто не решался, а потому делать это пришлось Сэнди, у которого однажды очень хорошо получилось. - Мистер Пристли…, - осторожно позвал он. Два ряда густых ресниц дрогнули, и у меня буквально камень с души свалился. Несколько секунд бархатистые глаза Патрика изучали собравшуюся возле него компанию, затем взгляд его потеплел. - Привет, ребята, - тихо сказал учитель. Сидевшая справа от меня, Лора чуть слышно выдохнула. - Как вы себя чувствуете, сэр? - Нормально, если это слово ко мне применимо, - отозвался Патрик по-прежнему тихо, - сколько я уже здесь? - Почти две с половиной недели, - ответила Лора. Характерно изогнутая бровь учителя была своеобразным комментарием к её словам. - Значит, лучше, чем две с половиной недели назад. Мои приятели усмехнулись. Что ж, раньше всего к Патрику вернулось его чувство юмора. - Как прошёл Фестиваль? – неожиданно спросил Король Танцпола. - Надеюсь, не опозорились? - О, что вы, сэр, - Сэнди так активно замотал головой, точно мух отгонял, - напротив, все были жутко довольны! В «Новостях культуры» нам посвятили целую статью и рассыпались в комплиментах! Тут нас всех точно прорвало, и мы наперебой принялись рассказывать последние новости, связанные с нашими выступлениями. Всё, что накопилось. Учитель слушал нас очень внимательно, не перебивая и понимая, видимо, что эмоциям просто нужно выйти наружу. - Я знал, что вам можно доверять, - Патрик слабо улыбнулся, хоть получилось у него не очень, - отличная работа. Как дела в группе? - Всё хорошо, - откликнулся Майкл, - мы каждый день упражняемся. Только теперь ведь до самого июля никаких соревнований… Патрик снова улыбнулся. - Я вас прекрасно понял. Конечно, можете отдохнуть. Майкл, ухмыльнувшись, кивнул. - Спасибо, сэр. Ну, мы, наверное, пойдём? – он обвёл взглядом всю нашу компанию. Хелена и Лора поднялись на ноги. - Идите. Был рад повидаться, - проговорил учитель, - позвольте только задержать Вивиан ненадолго, мне нужно сказать ей несколько слов. Сэнди, бросив на меня быстрый выразительный взгляд, заторопился. - Конечно. Поправляйтесь, сэр. Прощаясь и улыбаясь, мои коллеги направились к выходу. Мне же стало совсем неловко от этого, конечно, мы успели сильно сдружиться за последнее время, но кто знает, о чём мог подумать каждый из них? Патрик, проводив учеников взглядом, посмотрел на меня. Неловкость, разлившаяся где-то внутри, стала больше раза в два, и я опустила глаза. - Вивиан, вы ни слова не сказали. Я облизала пересохшие губы, глядя по-прежнему вниз. - Не сказала? Ну…, я просто… - Нет, - покачал головой учитель, - это я виноват. Теперь, когда наш разговор не слышит больше никто, я могу сделать то, что уже давно собирался сделать, а именно – извиниться перед вами. - Извиниться? - Вот именно. Простите меня, Вивиан, за тот вечер, когда мы поссорились. С моей стороны было глупо и странно спорить, потому что всё, что вы тогда сказали, было правдой. Совершенно не ожидавшая услышать такое, я даже растерялась. - Патрик, всё… всё совсем наоборот. Мне не стоило, честно говоря, так распаляться. В конце концов, вы не ошиблись на счет моего танца, я всё потом исправила и осознала, что заблуждалась. Я подсознательно чувствовала, что он смотрит на меня, но мне не хватало смелости ответить на этот взгляд. - Знаете, больше всего я боялся, что вы не вернётесь, - сказал вдруг Патрик. Я вздрогнула. Эти его слова заставили поднять глаза, и впервые за всё время наши взгляды встретились. Немного не привычно было видеть Патрика без очков, такой случай представился мне лишь однажды, при известных обстоятельствах. Без прямоугольных стёкол его карие глаза казались гораздо беззащитнее, и это мне особенно нравилось. - Значит, мы простили друг друга. Я ведь не могла не прийти. Несколько секунд мы просто смотрели друг другу в глаза, ничего не говоря. Так, как это уже было при нашей первой встрече. Я думала, так и будет продолжаться, но Патрик первым нарушил молчание: - Спасибо вам, Вивиан. - За что? – удивилась я. - За всё, - продолжал учитель, - за то, что сидели здесь, рядом со мной целыми часами. Да-да, мне обо всём известно. А ещё спасибо за то, что не побоялись взвалить на себя груз такой ответственности. Теперь я понимаю, что не ошибся в вас однажды. Мои губы сами собой растянулись в улыбку. - А я не ошиблась, придя к вам в студию. Мы проговорили ещё минут пять, обо всём и ни о чём одновременно. Я старательно избегала тем, которых меня попросили не касаться, но, видимо, Патрик сегодня сам не хотел говорить об этом. Наконец, в палату заглянула вернувшийся врач. - Прошу прощения, мисс, на сегодня достаточно. Кивнув, я повернулась к учителю. - Мне пора. Но я обязательно ещё вернусь. - Именно это мне приятнее всего слышать, - тихо ответил Патрик, - буду ждать. * * * И вот я снова на улице. Настроение, которое незадолго до того мне едва не испортили в пиццерии, стремительно поднималось вверх. Настолько стремительно, что, оказавшись на перекрестке, я позволила себе несколько изменить маршрут, заглянув прежде в супермаркет, откуда вышла уже с загруженной продуктовой сумкой, неся домой её и ещё более хорошее настроение. Апрель едва перевалил за середину, но воздух с каждым днём делался всё теплее, так что погоду можно было счесть почти что майской. Люди, ещё не столь давно проходившие мимо в теплых куртках и пальто, стремились одеваться как можно легче. После продолжительного, даже затяжного холода для города наступало долгожданное время солнца и тепла. - Крошка Виви, моё почтение! Я быстро обернулась. Посреди тротуара, отделяемый от меня всего несколькими метрами, стоял улыбающийся Дункан. - Мистер Марч? – улыбнулась я. - Добрый день. - Скорее уж вечер, - Дункан иронично посмотрел по сторонам, что в равной степени могло означать как: «Уже действительно вечер», так и : «Извиняюсь за резкое появление», - могу я тебя подбросить? До моего дома оставалось совсем чуть-чуть, так что расстояние вполне можно было преодолеть на своих двоих. Однако, опасаясь, что продуктовая сумка может снова подвести, как когда-то уже случилось, я согласилась. - Не откажусь, большое спасибо. - Откуда едите, мистер Марч? – решила я поддержать разговор, оказавшись в салоне автомобиля. - Из Гринплейс, - повернув налево, Дункан оказался в начале Рилди Сквер, - сегодня в офисе был невероятный переполох, а потом ещё пришлось заканчивать занятия раньше и возвращаться. Словом, всё было так, как оно обычно и бывает. - Понимаю, - кивнула я, - может зайдёте ненадолго? Я, конечно, не гарантирую ресторанный ужин, но, по крайней мере, чем-нибудь угостить вас смогу. Дункан довольно рассмеялся. - Ну, крошка Виви, даже не знаю… Разумеется, если ты приглашаешь, я с удовольствием побуду твоим гостем. Кстати, ты сама-то откуда? Я ещё с противоположной стороны улицы заметил – идёшь и вся точно светишься. Я смущенно улыбнулась. - Да ниоткуда. Так, прошлась по магазинам, - мои пальцы побарабанили по сумке, - а ещё была сегодня в госпитале. - В госпитале? – Дункан взволнованно посмотрел на меня. - И как? Есть какие-нибудь новости? - Вообще-то есть. Патрику гораздо лучше, он сегодня очнулся. Марч, чья нога ни с того ни с сего вспомнила про педаль, неожиданно резко нажал на тормоз. Настолько резко, что я, сидевшая позади, едва не ткнулась носом в спинку впереди расположенного кресла. Машина затормозила практически в нескольких сантиметрах от стоящего перед ней БМВ. - Извини, Виви, - Марч, пару секунд глядя на то, во что едва не врезался, шумно выдохнул, - случайно получилось. Так он пришёл в себя, ты говоришь? Я молча кивнула, по-прежнему глядя на задние фары БМВ. - Вот и прекрасно, - продолжал обрадованный Дункан, - сто с эмоциями не совладал. Так волновался всё это время… Думаю, завтра же его навещу. Ну что, - он повернулся ко мне, задорно подмигнув, - приглашение в силе? - В силе, - подтвердила я, - идёмте. Мои руки схватились было, за сумку, которую я успела разместить на сиденье рядом с собой. Но Дункан, первым выскочивший из авто, решительно запротестовал. - Нет-нет. Давай-ка лучше я понесу. Вместе мы дошли до моего дома и поднялись на третий этаж. Я открыла дверь, бросив ключи на подзеркальник. - Добро пожаловать в мою квартиру. Вы здесь ещё не были, а потому хочу заранее предупредить, это – не апартаменты и не дворец. В остальном же, всё, как у всех. Мой гость, устроив сумку рядом с ключами, с интересом осмотрел коридор и небольшую гостиную. - Тут довольно мило. Неужели ты сама всё обустроила? - Нет, конечно, - рассмеялась я, проходя к холодильнику, - она мне уже такой досталась, со всем, кроме видеоплейера. Но это очень долгая история, лучше не загружать ею вечер. - Как скажешь, - Дункан не стал возражать, - о чём тогда поговорим? - Не знаю, - я пожала плечами, - можно о работе, о которой нам обоим всё известно. Или о личной жизни, хотя, здесь я – плохой собеседник. Так что, если вы не против, можно поговорить о вас. - Обо мне? – мой гость, подошедший ближе, замялся на секунду. - Ну, я… От раздумий над ответом его спас неожиданный стук в дверь. Короткая дробь, похожая на барабанную, что тут же отмело все сомнения по поводу личности стучавшего. - Одну минуту, - улыбнулась я, - извините, мистер Марч, это, кажется, мой сосед-полицейский. Очень кстати, сейчас я вас познакомлю! С этими словами я направилась обратно в коридор. На пороге действительно стоял Андрэ, бледный и взволнованный, он часто дышал, словно только что преодолел бегом несколько кварталов. - Виви, я нашёл его! – с порога выпалил мой приятель, переводя дыхание. - Я знаю, кто пытался убить Патрика. - Ш-ш-ш! – я приложила палец к губам, выразительно покосившись в сторону гостиной. - Андрэ, я не одна, давай-ка поговорим чуть позже. А сейчас просто пойдем, я тебя кое с кем познакомлю. Я снова устремилась в гостиную, где возле стола по-прежнему стоял Дункан, успевший за несколько секунд наполнить чашки кофе. Чёрт возьми, теперь меня будет терзать любопытство! Если бы знать, что Андрэ скажет такое, не стала бы я устраивать этот вечер гостеприимства. Однако, не столь уж часто Дункан ко мне приглашался – сегодня впервые. Я едва успела приблизиться к столу, но дальнейшие события развивались быстрее, чем того можно было ожидать. - Вивиан, а ну стой! – внезапно закричал мой сосед. Закричал так, что аж заложило уши. Помню, всего в нескольких шагах от меня мелькнуло лицо Марча, с каким-то изумлением и даже недоверием в глазах. Не успев понять, что означает сей букет эмоций, я развернулась на голос приятеля. И в эту самую секунду кто-то железной хваткой стиснул мои плечи. Прежде, чем я осознала, что сделать это было кроме Дункана некому, моей шеи коснулась холодная сталь кухонного ножа, и жёсткий решительный голос произнёс в самое ухо: - Не дергайся, крошка Виви. - Отпусти её, - Андрэ, в мгновение ока выхвативший пистолет из наплечной кобуры, прицелился, - отпусти немедленно! В полном обалдении я стояла между двух огней, боясь вздохнуть или пошевелиться. И, если в нормальности Андрэ мне до сих пор сомневаться не приходилось, то Дункан вдруг вызвал серьёзные сомнения. - Мистер Марч, что вы делаете? – испуганно прошептала я. - Что происходит? Дункан, лица которого я в данный момент не видела, судя по звуку, усмехнулся. - Ничего особенного, Виви. Всё дело в этом твоём соседе или как его там? Я намерен выйти отсюда, однако, если молодой человек и дальше будет загораживать собою коридор, всё может выйти очень некрасиво. Доказывая, что он не шутит, мужчина погладил пальцем нож, неприятно щекотнувший мне остриём кожу. - Андрэ! – я с ужасом воззрилась на друга. - Спокойно, Вивиан, - полицейский, не опуская оружия, продолжал смотреть на нас, - предупреждаю, во-первых, у меня в кармане ордер на арест, а, во-вторых, внизу стоит полицейская машина, причем не пустая. И ещё несколько колесят по улицам от Гринплейс до аэропорта. Так что ты в любом случае отсюда выйдешь, но вначале отпусти девушку. Это прозвучало не как предложение, а как вполне реальное предупреждение перед дальнейшими последствиями. Однако мой гость, на которого нашло не понятно что, лишь сильнее стиснул меня рукой. - Отпустите, вы же меня задушите! – взмолилась я, чувствуя, что воздуха не хватает. - Дункан, у вас проблемы с головой?! - Позволь открыть тебе неприятную истину, Виви, - снова вмешался мой друг, - человека, который стоит здесь, на самом деле зовут Эдвард Грегсон. * * * Несколько секунд в комнате висела звенящая тишина, точно после звонкого удара. Я стояла в железных тисках объятий человека, на которого боялась взглянуть даже краем глаза. Мне было не по себе. Дункан же, между тем, был, напротив, воплощением спокойствия. - Хм… неплохой финал, с этим не поспоришь. Ну, мистер Пронырливый Коп, вас просто поздравить можно! Браво! Жаль, поаплодировать не могу, - руки заняты. Перехватив кухонный нож поудобнее, он сделал шаг вперёд, что, естественно, пришлось сделать и мне. - Бросай пистолет, и поживей, а то как бы чего не случилось. Моё сердце замерло. Андрэ, поколебавшись секунду, опустил оружие на пол и ударом ноги отбросил в сторону. Марч удовлетворённо поцокал языком. - Вот и молодец. Ну, а теперь, будь любезен, передай своей команде, чтобы не суетились, когда выйдем. Нам пора. Сожалею, крошка Виви, но кофе, увы, мы пить не будем. Я только поморщилась. Милое прозвище, коим пожилой танцор некогда меня самолично наградил, внезапно стало раздражать. Подталкивая меня в спину, он медленно прошёл мимо Андрэ и выбрался на лестницу, не ослабляя хватки. Я перешагивала через ступеньки, с трудом вдыхая ртом воздух и ужасаясь от того, что всё происходящее – реальность. Марч и есть убийца Эдвард Грегсон?! - Всем советую оставаться на местах. По возможности, - громко произнёс он, едва остальные полицейские при нашем появлении попытались выйти из машины. Я немо взирала на служителей закона. Конечно, не будь ножа, приставленного к моему горлу, их действия могли бы быть чуть более разнообразными. Но никто не мог бы с уверенностью сказать, что у стоявшего за мной человека было на уме. Да я и сама этого не знала. Мы сели в машину, и мне снова пришлось оказаться на заднем сиденье, где я уже была незадолго до этого. Водитель, повернув ключ зажигания, положил изъятый у меня нож почти возле самого ветрового стекла, так, чтобы я не могла дотянуться. - Что вам нужно от меня? – спросила я, с омерзением глядя на человека, которого до недавней поры хотела считать своим другом. - От тебя? – неприятно рассмеялся мужчина. - Помилуй, Вивиан, зачем ты мне сдалась? Мне нужна гарантия, вот и всё. Гарантия моей безопасности. А ты мне совершенно ни к чему. - Тогда почему бы не отпустить меня? – заметила я, на всякий случай отодвигаясь подальше. - Куда вы едете? - Туда, где копов поменьше, - отозвался водитель, проигнорировав мой первый вопрос, - а там поглядим. Я во все глаза смотрела на Марча, не в силах смириться с неожиданно открывшейся правдой. Куда подевалась его интеллигентная мягкость и доброта, его ласковая улыбка? Глядя на то, с какой скоростью автомобиль мчится по шассе, и то, сколь виртуозно руки Дункана выкручивают руль для очередного поворота, я поняла, какого монстра все эти годы наивно считала чудесным человеком. Его голубые глаза смотрели на дорогу жёстко и уверенно. Могло создаться впечатление, что удирать от погони для него, - занятие, такое же привычное, как и улыбаться. - Что вы намерены делать? - Спасаться, конечно, - последовал ответ на мой вопрос, - собственно говоря, можно было бы и сдаться, теперь, когда я сделал всё, что мог. Но искушение последней попытки слишком велико. Знаешь, Виви, меня ведь можно назвать джентльменом удачи. - А ещё негодяем и убийцей, - пробормотала я, вжимаясь в спинку сиденья, - Джоана-то вам что сделала? Или решили идти до конца? По трупам? - По трупам, так по трупам, - бросил Марч, проскакивая в переулок прямо перед носом у полицейской машины, - думаешь, у твоего обожаемого Патрика совесть чиста? А, чёрт, опять этот коп пристал! Выругавшись, Дункан сильнее нажал на газ. Развернувшись на сиденье, я посмотрела назад. Полицейская машина действительно преследовала автомобиль Марча по пятам. Однако, впереди, обгоняя её, мчался Андрэ на чёрном мотоцикле. Я нисколько не разбиралась в машинах, но, судя по всему, мы успели набрать большую скорость. Из-за поворота, выводившего на более широкую улицу, показался автомобиль. Не сбавляя темпа и не заботясь о последствиях, Марч вывернул руль вправо так быстро, что передняя дверца его авто успела вскользь пройтись по чьей-то фаре. Вслед нам понеслись возмущённые возгласы. Удовлетворённо хмыкнув, Марч снова вошёл в поворот, и мы оказались на оживлённой Тикс Роуд. Я, помышлявшая вначале о том, чтобы выпрыгнуть из машины, сразу отказалась от этой затеи – уж слишком оживлённым было здесь движение. - Подумайте о том, чего вы этим добились, - начала я, - если полагаете, что таким образом я обеспечу вашу безопасность, то здорово ошибаетесь. За заложника получите ещё больше. - Плевать мне на это! – внезапно вскипел Марч, глядя вперёд, где, перегородив дорогу, стояли две полицейских машины, - была ни была! Не знаю, что он задумал, но почти наверняка – таранить. Оглянувшись назад, я увидела Андрэ, всё ещё висевшего на хвосте. Одной рукой он держал руль мотоцикла, в другой был зажат готовый к выстрелу пистолет… В тот самый момент, когда машина Марча уже совершенно точно готовилась идти на таран, полицейский чуть опустил руку. Я, вовремя поняв его намерения, ухватилась одной рукой за спинку сиденья, другой – за дверной поручень. И очень кстати, - раздался выстрел и звук лопнувшей шины. Автомобиль встряхнуло так, что я стукнула зубами. Марч, вновь выругавшись. Крутанул руль, но мой друг рассчитал всё до невозможного точно. Машина, оказавшись на дороге перпендикулярно, ещё несколько секунд продолжала двигаться, а затем ударилась о полицейские авто боковыми дверцами. Прежде, чем Марч успел дотянуться до лежавшего возле руля ножа, его опередили довольно крепкого вида полицейские, рванувшие на себя дверцу машины и буквально за шиворот изъявшие из неё водителя. Я, всё ещё судорожно вцепившаяся в спинку сиденья, оставалась на месте. - Вы целы, мисс? – в приоткрытую дверцу заглянул один из полицейских, довольно полный, но на его лице было написано самое добродушное выражение. - Выходите отсюда, давайте, я вам помогу. Он подал мне руку, и я, ухватившись за неё, наконец-то вылезла наружу, встав дрожащими ногами на дорогу. На мне красовались недавно купленные туфли на устрашающих каблуках, один из которых теперь подозрительно покачивался. Но всё это уже не имело значения. - Ты не пострадала? – подбежавший ко мне Андрэ взволнованно посмотрел мне в лицо. - Виви, он тебе ничего не сделал? Я машинально помотала головой, ткнувшись носом в слегка измятую на плечах полицейскую куртку Андрэ. Говорить не было никаких сил. Только теперь мне стало понятно, какой же опасности подвергалась моя жизнь всё это время. Андрэ, не став отстраняться, погладил меня по голове и неожиданно обнял. - Всё в порядке. Не бойся, всё закончилось. Стоя в его объятиях и ощущая сильные руки своего друга, я почувствовала, что мне действительно больше ничего не грозит рядом с ним. За спиной послышался официально-деловой голос одного из стражей порядка: - Эдвард Грегсон, вы арестованы по обвинению в убийстве Джоаны Джейн Ферчайлд и покушении на убийство Патрика Пристли. * * * - Поначалу я и представить себе не мог, что копать следует именно в этом направлении. Меня, признаться, всё же сбили с толку извечные истории о профессиональной конкуренции. Мы с Андрэ сидели в моей гостиной, тонувшей в вечерних сумерках. Было несколько темновато, но свет зажигать не хотелось, а потому разговор шёл в полумраке. - Что же навело на путь истинный? – поинтересовалась я, подтянув к себе ноги и обнимая колени. Андрэ, решивший похозяйничать у стола, вернулся к дивану с чашкой горячего зелёного чая. - Письмо, которое ты мне дала. Вот, - приятель протянул мне напиток, - выпей, потом продолжим. Я не слишком-то терпимо относилась к зелёному чаю, спорить, однако же, не стала. Наверное, после сегодняшнего мне просто было уже всё равно. К тому же, вопреки ожиданиям, содержимое чашки не вызвало отрицательных эмоций, а оказалось очень вкусным. - Так вот, - продолжал полицейский, снова углубившись в рассказ, - ни на конверте, ни на его содержимом не было никаких отпечатков пальцев, как я и предполагал. Но именно письмо навело меня на мысль, что подбросить его мог лишь кто-то, знакомый с Патриком более-менее тесно. Ведь вряд ли твой учитель на каждом углу кричал о том, где живёт. Раз адрес написан не был, следовательно, там явно побывал или писавший, или кто-то, с ним связанный. Я начал проверять всё окружение Патрика. А окружение у него, надо заметить, немалое, как и полагается знаменитой персоне. Этот Грегсон наверняка бы постарался держаться поблизости, одновременно оставаясь неузнанным. Далее всё было очень долго и запутанно. Если же говорить по существу, то под подозрение вначале пали трое. Марч, один знакомый Патрика, занимающий завидное положение в обществе, а кое-кто с фотостудии. Последние двое некоторое время назад успели слегка повздорить с Королём Танцпола, потому и попали в список. Марч же оказался в нём совсем по иной причине. На первый взгляд, к моменту преступления у него было железное алиби – отдых в Швейцарии. Алиби, которое, как позднее выяснилось, и выеденного яйца не стоит. - Что ты имеешь в виду? – не поняла я. - Всё – блеф, - развёл руками Андрэ, - я проверил билет в аэропорту. Пассажир благополучно миновал стойку регистрации, что теоретически означает его вылет. Но практически – не всегда, и тут надо делать ставку на какие-нибудь случаи или необычные ситуации. Я именно так и поступил и выяснил, что на подходе к трапу Марч очень вовремя потерял сознание, причём на глазах у многих свидетелей. Его привели в чувство и даже предложили вызвать врача. Однако, я уверен, обморок был чистой воды симуляцией, чего, правда, никто больше не заподозрил. В любом случае, пределов Эйвери-маунтин он не покидал и ни в какой Швейцарии не был. Дальше – проще. Марча и ещё двоих, о коих я уже упоминал, я прогнал через специальную фото-программу. К сожалению, рассказать о ней подробно я не имею права, но могу сказать, что программа – нечто вроде сравнения отпечатков пальцев. Только сличает она не завитки, а фотографии людей. Сличает по малейшим нюансам, - разрезу глаз, форме черепа, линии скул и так далее. Выяснились невероятно интересные вещи. Эдвард Грегсон, судя по всему, успевший сделать пластическую операцию, полностью изменил свою внешность. Однако, программа на то и программа, что видит недоступные человеческому глазу детали. Не смотря на все ухищрения Дункана, анализ определил: Марч и Грегсон – одно и то же лицо. Пошарив в лежавшей на диване куртке, Андрэ извлёк распечатанный на принтере лист бумаги и протянул его мне. С удивлением рассматривала я две фотографии, поставленные рядом. Вот справа изображение Дункана. Улыбающийся, с зачесанными назад волосами, он судя по галстуку-бабочке, был снят на каком-то торжестве. И фото неновое, это сразу бросилось мне в глаза. А слева… Мои глаза перебегали с лица на лицо в упорной надежде найти сходство. Но напрасно. Тёмные волосы, едва доходящие до ушей, одна прядь чуть спадает на лоб. Не слишком длинный нос, упрямый подбородок, тонкие ухоженные усики и бородка а-ля Мефистофель. Наверное, именно так он мог бы выглядеть. И глаза… Тёмно-зелёные вместо голубых, жёсткие и решительные вместо мягких и добрых. Жёсткие, но жестокие. Рассматривая снимки, я вдруг осознала, что именно в глазах, пожалуй, было самое явное сходство. Эти глаза, несмотря на время и измененную внешность, можно было узнать. - Невероятно, - прошептала я потрясённо, - как же так? Ведь всё… всё это время я доверяла ему! Каждый день, каждый час. Мы все обманывались! Андрэ фыркнул, забирая у меня распечатку. - Вот именно – все. Патрик тоже доверял, что не помешало ему пролежать в коме две с лишним недели. Знаешь, Виви, ведь твоего учителя едва не погубило как раз это. Поправь меня, если я ошибаюсь, но именно в Марче Патрик увидел человека, которого ему всегда хотелось назвать другом. Всё же доверять людям порой слишком опасно. Я не нашла, что возразить. Андрэ на самом деле был прав. Но что с того, что я всё это услышала? Легче мне не стало, и, честно говоря, появилось такое ощущение, будто я наступила в грязную лужу. Было мерзко. - Послушай, - начала я неуверенно, - а ты мог бы устроить мне с ним свидание? Спокойное и безмятежное выражение лица Андрэ исчезло буквально за секунду. Тёмные брови нахмурились. - Прошу прощения? - Устрой мне свидание с задержанным, - терпеливо повторила я, почувствовав, что сейчас начнётся что-то. И действительно, началось. Мой друг вскочил с дивана так, словно это были не простые мягкие подушки, а костёр, по меньшей мере. - Вивиан, ты в своём уме? – воскликнул полицейский. - Какое свидание?! - Самое обыкновенное. Андрэ, не кипятись. - Не кипятись? – полицейский на секунду осекся, вдохнув воздух перед новой порцией возмущений. - Ты что, совсем рехнулась? Или это приступ «стокгольмского синдрома»? - Андрэ, я говорю серьёзно, - возразила я, никак не реагируя на бурное проявление эмоций у соседа. Это было вполне естественно и даже ожидаемо. - Я и сам не думал шутить, - недовольно ответил мой друг, однако, звучало это уже на полтона тише, - зачем он тебе нужен? - Хочу поговорить, - невинно улыбнулась я, слезая с дивана. Сидеть уже надоело. Я подошла к столу, делая вид, что навожу порядок и убираю посуду. На самом деле там и беспорядка-то особого не было, просто мне не хотелось видеть в глазах Андрэ непонимание и возмущение, которых там, увы, не могло не быть. - Поговорить? Тебе разве мало сегодняшнего? – полицейский буравил мою спину профессиональным недовольным взглядом. - Мне казалось, вы успели наговориться. - Не настолько, как ты думаешь, - повернувшись на месте, я оперлась на стол, ухватившись за него обеими руками, - пожалуйста, Андрэ. Поговорить, только и всего. Если же ты считаешь себя ответственным за мою безопасность – устрой свидание в своём присутствии. Полицейский фыркнул, покачав головой. - Я в любом случае буду там, это моя обязанность. Но до чего же ты упрямая! Хорошо, - наконец, сказал он то, чего я так долго ждала, - будет тебе встреча. Хотя я и не понимаю, чего ты этим добьешься. * * * Маленькая комнатка, несмотря на единственное окно, была хорошо освещена, как и человек, сидевший за разделенным решёткой столом. Вид этого человека был далеко неблестящим: измятый костюм, растрёпанные, наспех приглаженные волосы, покрасневшие запястья со следами от наручников. И глаза – уставшие, тусклые и как будто потухшие. Тем не менее, на скрип отодвигаемой дверной решетки и последовавший за этим цокот высоких каблуков мужчина отреагировал довольно живо. В его взгляде отразилась смесь удивления с недоверием. Однако, эти чувства погасли столь же быстро, как и появились. - Зачем ты пришла? Я, на мгновение остановившись на пороге, медленно направилась к стулу, стоявшему у противоположного конца стола. Этот путь представлял собой совсем маленькое расстояние, но я намеренно растягивала его. Каждый мой шаг отзывался целой симфонией в комнате свиданий. Под взглядом Марча я медлила с ответом, пытаясь собраться с мыслями перед тем, что скажу. - Мне так захотелось, и потому я здесь. Выдержав атаку его упрямых глаз, я доцокала до предоставленного мне места и села за стол. - Вот уж не знаю, как мне вас теперь называть, - хмыкнула я, - Дункан или Эдвард? Первое вроде бы не подходит, потому что ложное, а ко второму я не привыкла. - Всё же, лучше Эдвард, - спокойно заметил мужчина, - оно мне нравится больше. - Тогда зачем было от него отказываться? - Какая тебе разница, Вивиан? – неожиданно вспылил арестованный. - Ты пришла, чтобы спросить, как меня зовут? Полицейский, стоявший за пределами комнаты грозно посмотрел на Грегсона сквозь решётку. - Я пришла, чтобы поговорить, - холодно отозвалась я, барабаня пальцами по столу. - Ничего особенного в этом нет, вам всё равно придётся рассказать всё здесь. Я же – лицо стороннее. Но ведь мы не вчера с вами познакомились, Эдвард, а почти три года назад. И кое-чем я обязана именно вам. Собеседник, слушавший меня всё это время, нервно усмехнулся. - Приятно думать, что сделал что-то полезное. Только признай, Вивиан, ты не с Эдвардом Грегсоном знакома, а с Дунканом Марчем – милейшим преподавателем танцев, ушедшим в отставку. - Допустим, - кивнула я, - что дальше? - А то, что на самом деле ты ничего обо мне не знаешь! – воскликнул Грегсон. - И мало кто знает. Уж я позаботился, чтобы история лежала на дне как можно дольше. Предусмотрел всё, всё десять раз продумал. Но, несмотря на это, я знал, - однажды придёт день, и прошлое вырвется из клетки, всплывёт на поверхность так, что все узнают. Хочешь знать, как самый обычный добропорядочный человек превратился в убийцу? Слушай же!