Друг без друга никуда

Толик забил. Написал смс под вечер, что плохо себя чувствует и пойдет домой спать. Дима не удивился. И немного обрадовался. Сможет полноценно отвлечься. Беговая дорожка, плеер и телек на стене, показывающий какую-то муть. Высокая скорость под небольшую горку быстро выбила из головы все переживания. Бегать Димка с детства любил. Так что в фитнес-клубе в основном беговые дорожки занимал. Ребята даже стебались, мол, тренируется от мужей своих любовниц убегать. Димка лишь презрительно фыркал. С замужними он никогда не встречался, ибо парнем был до одури честным. Да и как-то делить одну женщину на двоих противно было. Дома он был в десять. Толик уже спал. В квартире было темно, тихо и как-то… уныло, что ли? Будто кто-то домового выгнал. На кухне Димку ждал остывший ужин — макароны с котлетами. И записка с одним лишь словом «ешь». Дима и начал есть, даже не разогрел. В груди почему-то защемило, дыхание сперло. Совершенно не чувствуя вкуса, Димка быстро жевал, пялясь в одну точку. Толик все-таки о нем думает. Ему не все равно. Может быть, у Димы все-таки есть шанс? Перемыв всю посуду, в том числе и ту, что Толя использовал для готовки, Дима прокрался в его комнату. Освещая свой путь мобильником, он взял со стула рубашку и брюки мелкого. Нужно погладить, а то швырнул кое-как, Дима это заметил, когда в первый раз заходил. — Ты чего? — сонный голос с кровати. — Спи. И спасибо за ужин. — Не засиживайся, — тихо пробормотал Толик и притих. Дима улыбнулся. Вот как оно должно быть. Уютно, по-домашнему. И чтобы в груди не болело. Погладив вещи мелкого, Димка повесил все на вешалку, отнес обратно. Заботиться друг о друге давно у них в привычку вошло. Чаще всего даже просить не приходилось ни о чем. Димка стирал, гладил и убирался. Толик ходил по магазинам, следил, чтобы дома было все нужное, готовил, оплачивал коммуналку и поддерживал связь с хозяйкой квартиры. Еще Толик и лампочку вкрутить мог, и починить почти все что угодно. Как-то раз на кухне кран сорвало, так мелкий без всякого гугла быстро справился с проблемой, пока Димка с ведрами и тряпками бегал, опасаясь, что они затопят соседей снизу. Толик ему даже гвоздя вшивого забить не позволяет, говорит, что Димка себе только пальцы отобьет. В хозяйстве они друг друга превосходно дополняют, друзья даже подкалывают, что из них можно собрать одного идеального человека. Следующим утром обстановка не изменилась. Дима чувствовал, что его терпение подходит к концу. И когда он хотел было пристать к другу с расспросами, тот его опередил и заговорил первым. — Я после работы к родителям. — О как… на ночь? — Угу. — Ясно, — весь запал вмиг испарился, и разговаривать Димке перехотелось. В принципе Толик родителей хотя бы раз в месяц навещал. Чаще всего как раз с пятницы на субботу. В такие дни Димка обычно зависал с кем-нибудь по барам. И сегодня решил не изменять себе — уговорил Гришу на пиво после работы. Лучше бы домой пошел. Не пришлось бы выслушивать в свой адрес столько фигни. И бледный он, и рассеянный сверх меры. Беречь себя надо. Бабу надо. Диму уже тошнить начало от этих разговоров, словно он в одиночку целый торт сожрал. В субботу Толя прислал смс, что останется у родителей на все выходные и на работу от них поедет. Справился все ли у Димы в порядке дома. Дима его успокоил, что квартира цела, а он сам жив-здоров. Но, когда отложил телефон в сторону, почувствовал, как вся энергия пропала. Испарилась без предупреждения, даже платочком вслед не помахав. Развалившись на кровати, Дима изучал потолок и тяжко вздыхал. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять — Толик его избегает. Это продолжалось до вторника. Димка доблестно терпел, ждал, надеясь, что Толик вот-вот остынет и вернется. Но после того как мелкий решил остаться у предков и в среду — не выдержал. Ему надоело жить с чувством вечного ожидания. Он же не Хатико, в конце концов! Вечером после работы, он навострил лыжи в знакомой девятиэтажке. Тетя Эля встретила его с распростертыми объятьями, словно сына родного. — Эй, Дима, — она подтянула его к себе и заговорила шепотом. — Вы поругались? Толя тебя обидел чем-то? Ты не обращай внимания, знаешь же, что он остер на язык… — Не-не, все нормально, теть Эль. Где он? — В гостиной. Слушай, забери его, а? — Че? — Я его люблю и очень скучаю, но вижу, что его что-то мучает и он пришел сюда, чтобы от этого спрятаться. Вытащи его из этого, а? У тебя всегда получалось настроение ему поднять… — Попробую… Не знает тетя Эля, что Толик именно от Димки спрятался. И что мучается тоже из-за него. Даже легкое чувство вины появилось, но быстро пропало, когда он мелкого увидел. Толик развалился на диване и читал книгу. Мучается он, как же… — Подъем, мелкий, мы идем домой! Толик подскочил на месте, выронил из рук книгу. В глазах неподдельный ужас, словно по его душу смерть с косой пришла. — Я и так дома… — Нет, это дом твоих родителей. Собирайся, надоел уже прятаться. — Я… Я не прячусь!!! — Ха! Как же! За столько дней даже я смог догадаться, что ты меня избегаешь. Все, пойдем, хватит дурью маяться. Дима схватил Толика под руку и поднял на ноги. Мелкий тут же вырвался и с силой оттолкнул друга от себя. — Охренел?! — Это ты тут охренел. Что за детский сад? Нормально поговорить со мной не можешь? — Нашел место… — Тогда поехали домой. Иначе я при твоей матери выяснять отношения начну. Толик побуравил его злым взглядом и все-таки кивнул. Что ж, одной проблемой меньше. Нервировать тетю Элю Димка совсем не хотел… Преодолев весь путь в гробовом молчании, они добрались до квартиры. Димка следовал за Толей по пятам, словно тень. Коридор, ванная, снова коридор, комната мелкого. — И? — Это все, что ты мне скажешь? — выпалил Дима. Нервы его были ни к черту. — А чего ты от меня хочешь? — хмуро поинтересовался он. — Поговорить хочу, обсудить ситуацию. Чего непонятного?! — Говори. Димка громко зарычал и треснул кулаком по стене. Хотелось, конечно, по Толиковской роже, но тогда у них точно разговор не склеится. — Псих, — Толя отступил от него на шаг, прекрасно улавливая чужое настроение. — С тобой по-другому никак! Ты меня достал уже! Я тебе когда сказал, чтобы ты обо всем подумал?! Ты же у нас умный, так какого черта смылся?! — А ты как думаешь? — тут уже и Толик голос повысил. — Мне мой лучший друг ни с того ни с сего в любви признался, как я должен себя вести? А? Да ты хоть понимаешь, как я охренел? И я думал! Я очень много думал! Ты так не напрягался, даже когда диплом писал! Но что я надумать могу? Это сложно, Дима! Очень сложно! И правильно все сделать, и тебя не обидеть, и решить так, чтобы ничего не испортить… да я который день спать нормально не могу. Думал, что вдали от тебя, хоть высплюсь, но ни хрена. Он замолчал, пытаясь отдышаться. Димка стоял, как громом пораженный. Это получается, что Толик все-таки думал обо всем этом, не просто так прятался от него. — Толь… прости, — убито сказал он. — Я… я не специально же. Оно само. Я ведь не сразу, я ведь думал. Я взвешивал. Думаешь, мне самому легко было? Да я сам с себя охренел. Но не получается уже по-другому, чувство есть уже… Тебе так противно от этого? — Нет, не противно, — он покачал головой. — Будь ты даже девушкой, я бы тоже охренел. Не так сильно, конечно… Дим, ты же мне как семья. У меня кроме родителей никого настолько близкого нет. — Аналогично. — Знаю. Поэтому, сложно принять такое. Но с другой стороны я и не могу представить, как жить без тебя уже. Пока у предков был, понял, что скучаю. И что волнуюсь, как ты там один справляешься… Ничего не сломал? — Я бы сказал… Неловко помолчали. Дима боялся нарушить призрачное перемирие, а Толик… черт его знает. Возможно, и просто не знал, что сказать. — И что нам теперь делать? — тихо спросил Толик, глядя в сторону. — Не знаю… Толь, ты не стал ко мне хуже относиться? — Нет, не переживай. Ну, подумаешь, раз тебе мужики нравятся… — Мужики мне не нравятся. Мне ты нравишься. — Я — мужик, если ты забыл, — Толик глянул на него волком. — Да я не то имел в виду, дебил! Мне мужики никакие не нужны. Да и бабы тоже. Конкретно ты нужен, вот. — Твоя прямолинейность меня пугает. Ты такой уверенный, я поражаюсь. У тебя столько баб было, думаешь, у тебя на меня вообще среагирует где надо? — Мы можем проверить… — Иванов, я тебе сейчас в рожу проверю. — Понял, не дурак, — Димка примирительно поднял руки. — И не смей дрочить на мой светлый образ! — На что хочу, на то и дрочу, — Димка совершенно по-детски показал ему язык. — Толь, шансы-то у меня есть? — Не спрашивай пока даже. Закрываем временно эту тему и живем дальше. Усвоил? — Угу. Договорились. Толь? — Чего? — Приготовь пожрать? Я тут без тебя совсем оголодал. Мелкий рассмеялся. Немного нервно, зато от души. Хлопнул Димку по плечу и отправился на кухню. Вернувшись в свою комнату, Димка тяжко вздохнул. Улыбка сползла с лица, и он рассеяно потер щеки. Неискренность в словах или действиях давалась ему нелегко. Как и в этот раз. Он был рад, что мелкий вернулся. Рад, что они поговорили, что не поругались или подрались. В конце концов, Толик его даже не отшил. Но на сердце все равно было тяжело. И он не мог понять почему. Он надеялся, что после разговора мелкий бросится в его объятия? Нет. Даже в идеальном раскладе это было нереально. И Дима это прекрасно понимал. Но глупое сердце хотело другого. И ему было больно оттого, что Толик не ответил взаимностью. Пускай разум и говорил — так не бывает. Осталось лишь надеяться, что спустя время мелкий обвыкнется и, может быть, что-то у них да получится.