Смятение чувств

I love you so much, can't count all the ways I've died for you girl and all they can say is "He's not your kind"       Гермиона с трудом разлепила веки. Слова знакомой песни доносились до нее, словно из соседней комнаты, но когда девушка окончательно проснулась, то поняла, что маггловский радиоприемник стоял на тумбочке рядом с кроватью, на которой она лежала.

Girl, you'll be a woman soon, Please, come take my hand Girl, you'll be a woman soon, Soon, you'll need a man.

      Ну, конечно. Гермиона узнала голос Нила Даймонда – любимого исполнителя родителей и его песню, под которую они танцевали на пятнадцатую годовщину совместной жизни. Гермиона вспомнила тот семейный вечер, счастливые глаза родителей, их небольшой дом в пригороде Лондона…       Музыку прервал голос радиоведущего, который вещал на незнакомом языке довольно эмоционально. Этот голос вернул Гермиону к реальности, и она приподнялась с кровати, чтобы оглядеться.       Это была просторная комната, стены которой были окрашены в молочный цвет. Сама девушка лежала на широкой кровати с кремовым балдахином, рядом стояла небольшая тумбочка, а напротив кровати стоял комод. Левую стену занимал вместительный гардероб, а правая стена изобиловала тремя широкими окнами от потолка до пола, которые открывали чудесный вид на цветущий экзотический сад. У окон стоял стеклянный журнальный столик и удобное кожаное кресло, предназначенное для любования видом из окна.       Гермиона резко подскочила и подошла к окну. Сад тянулся в несколько тысяч футов и упирался в невысокую кирпичную ограду. Аккуратные ряды кипарисов вдоль ограды, хаотично разбросанные небольшие пальмы, милые беседки и огромное количество незнакомых цветов указывали на то, что Гермиона находилась в тропиках. Язык, на котором вещал радиоведущий, напоминал испанский, но Гермиона изучала в маггловской школе этот язык, поэтому с уверенностью могла сказать, что это не испанский. Скорее всего, португальский. Значит, она находится в Португалии или в стране, говорящей на португальском языке. Но как она сюда попала? Последнее, что она помнила, так это то, что ее привязали к дереву. По спине Гермионы пробежал холодок. Может быть, ее перенесли сюда для пыток? Но эту мысль она быстро отмела. Такую роскошную комнату вряд ли приготовили для того, чтобы пытать.       Гермиона зашла в ванную комнату. Она была довольно просторной, выложена голубым кафелем, а в центре комнаты стояла белоснежная ванна. Девушка подошла к раковине и посмотрела в круглое зеркало, висящее над раковиной. На нее смотрела уставшая девушка с растрепанной прической и потекшей тушью. Гриффиндорка умылась и попробовала привести в порядок волосы.       Девушка решила проверить входную дверь, которая оказалась не запертой. Она аккуратно вышла в узкий коридор. Гермионе стало немного страшно: ведь она не знает, где находится, где ее волшебная палочка, и как там ее мальчишки. Мысли путались, отчего у девушки болела голова. Она чувствовала жуткую усталость, и поэтому ее действия казались не совсем последовательными ей самой. Поразмыслив, она решила осмотреть дом и найти палочку или хотя бы хозяина дома, который перенес ее сюда.       Девушка спустилась по лестнице на первый этаж и очутилась в гостиной, которая была оформлена в болотно-белые цвета. Тут стояли мягкие диваны, небольшой камин из светлого кирпича, несколько светильников-торшеров и дальнюю стену украшали стеллажи с книгами. Слева от лестницы девушка увидела небольшой коридорчик, в который она прошла, очутившись в небольшой столовой. Столовая была выполнена в стиле Прованс, что напомнила Гермионе о доме дедушки во Франции. Здесь стоял небольшой буфет и прямоугольный дубовый стол с шестью стульями. Многочисленные окна скрывали плотные коричневые шторы из жаккарда. В столовой находились две двери: одна стеклянная, и она вела в сад, другая дубовая, и она, скорее всего, вела на кухню. Девушка решила сначала зайти на кухню. Подавляя желание сбежать отсюда, Гермиона стала обдумывать свои действия. Что же она имела?       Она в чужой стране. Неизвестно кто и зачем перенес ее сюда. Бежать смысла нет, сначала нужно во всем разобраться. Без палочки и денег она не вернется в Великобританию. Она не знала, где находится, следовательно, не могла знать, где поблизости Британское посольство. Паника охватила девушку, которая не заметила, как оказалась на кухне. Запах жаренного мяса, томатов и фасоли возник очень резко, выводя девушку из размышлений. На кухне трудилась эльфийка в цветастом длинном платье и крупных бусах. До сих пор, дом ничем не выдал своей принадлежности к волшебному миру. Кухня была маленькой, и тут во всей своей красе леветировали продукты, посуда и другие предметы быта, а эльфийка ловко со всем управлялась. Заметив девушку, она засуетилась. - Ах, мисс, простите! - заверещала она. – Вы проголодались! Какой ужас! Ники сейчас подаст вам еду! Можете присесть в столовой!       Гермиона хотела было возразить, но настойчивая эльфийка провела ее к столу, усадила на стул и заверила ее, что скоро все будет готово, и, юная мисс останется довольной приготовленными яствами. Едва она скрылась за дверью кухни, Гермиона поднялась со стула, решив покинуть столовую, как в проходе натолкнулась на Драко Малфоя.       Тот стоял, прислонясь к стене и скрестив руки на груди, прекрасно сочетаясь с этим домом. Светлое поло, серые джинсы и белые теннисные туфли – такая одежда была не свойственна Драко Малфою. Растрепанные волосы и спадающая на лоб челка – тоже не привычны. Только самодовольная ухмылка осталась все такой же раздражающей.       До Гермионы начало доходить, что Пожирателем, который привязал ее к дереву, был именно Малфой. И что он каким-то образом перенес ее непонятно куда и непонятно зачем. Гермиона раздраженно посмотрела на Малфоя, прежде чем он начал разговор. - Как ты себя чувствуешь? - Буду на седьмом небе от счастья, если ты объяснишь мне, что происходит, - процедила сквозь зубы Гермиона, прожигая Малфоя раздраженным взглядом. В столовую вошла Ники, которая в считанные секунды накрыла стол, и уже было собралась уйти, но ее окликнул Драко. - Поешь вместе с нами, Ники. – Отличный ход, если хочешь понравиться правозащитнице эльфов. – Ты так давно жила одна, что я думаю, тебе нужно побыть в обществе. Эльфийка запричитала слова благодарности, а Гермиона теперь с удивлением смотрела на Малфоя. - Хорошенькое платье, Грейнджер, - усмехнулся Малфой, окидывая девушку оценивающим взглядом. – Я тебе все объясню после обеда. Присаживайся.       Малфой отодвинул стул, приглашая Гермиону присесть. Девушка покосилась на эльфийку, которая тоже усаживалась на соседний стул, и решила при ней не устраивать разговоры, ведь эльфийка, должно быть, проголодалась. - Фейжоада, - произнесла эльфийка, заметив удивленный взгляд девушки, которая не совсем понимала, что ей подали. – Национальное блюдо Бразилии, мисс. Здесь, - эльфийка указала на вторую тарелку. – Картофель по-бразильски. На десерт торт с инжиром. - Прекрасно, Ники, - сказал Драко, пододвинув к себе тарелку с фейжоадой. – И, да, Грейнджер, мы в Бразилии.       Гермиона поняла, что Малфой оставил за столом эльфийку только для того, чтобы девушка не устраивала ему допрос и истерику по поводу того, каким образом она оказалась здесь. Из уважения к этому трудолюбивому созданию, гриффиндорка молча ела черную фасоль с беконом и сосисками под томатным соусом, хоть порция и была довольно большой для такого сытного блюда. Она слишком много думала, поэтому и сама не заметила, как уплела целый кусок инжирного торта, запивая крепким кофе. Должно быть, у нее будет несварение, потому что девушка давно так сытно не ела.       Как только с трапезой было покончено, Малфой предложил Гермионе пройти в гостиную, куда Гермиона стремительно вошла, с готовностью вернуть себе палочку, даже вступить в бой с Малфоем. Только как это сделать без палочки? Что делать в подобной ситуации, девушка так и не придумала, но решительный настрой предлагал закатить хорошенькую истерику с требованиями своей волшебной палочки.       Но разговор начался неожиданно для Гермионы, поэтому та была совершенно сбита с толку. - Можешь забрать свою палочку, - спокойно произнес Малфой, указывая на маленькую тумбочку рядом с диваном. Гермиона подошла к ней, и с удивлением для себя обнаружила там свою волшебную палочку.       Малфой присел в удобное кресло и стал наблюдать за девушкой. Еще в лесу он заметил на ней это ярко-красное платье, которое так шло ей, так подчеркивало ее стройную фигуру. Драко поверить не мог, что теперь Грейнджер будет рядом с ним постоянно, теперь она всегда будет слишком близко. С одной стороны, это радовало его, но с другой – пугало. Он не представлял, какими будут их отношения, как отнесется Гермиона к тому, что он сделал. Его главной задачей до сих пор было спасение Грейнджер от войны. Но вот, что делать ему дальше, он не знал. Теперь его беспокоило поведение Гермионы, которая, как он был уверен, не смириться с тем, что вынуждена, будет жить с ним под одной крышей вдали от своих пустоголовых друзей.       Вот она несмело берет волшебную палочку и уже решительно направляет ее на Драко. Он ухмыляется, разглядывая ее лицо. Как же хорошо, что отец научил его контролю своих эмоций, иначе сейчас бы он выглядел довольно жалко, глядя на эту девушку с немым обожанием. Но нет, он привычно ухмыляется с видом человека, которому все нипочем. Но на самом деле Драко готов на все, лишь бы Гермиона взглянула на него иначе, чтобы карие глаза излучали теплоту, а не презрение. Чтобы она никогда не направляла на него свою волшебную палочку, раздумывая о том, как бы проклясть этого зазнавшегося хорька. - Да, Грейнджер, я вернул тебе палочку, только для того, чтобы ты напала на меня. - Объясни мне, что все это значит? – слишком громко сказала Гермиону, но палочку все же опустила. Малфой не собирался на нее нападать, а иначе не вернул бы палочку. К тому же, теперь у нее есть шанс выбраться отсюда, значит, удерживать силой ее никто не собирался.       Но Гермионе нужно было знать, зачем Малфой притащил ее сюда и главное, каким образом?! Гермиона отчетливо помнила, что в лес за ней никто так и не вернулся, и что аппарировала она, кажется, одна. Но ведь такое невозможно! У нее не было волшебной палочки, да и портала рядом не наблюдалось. - Это теперь твой дом, Грейнджер, - растягивая слова, произнес Малфой. – Вернее сказать, это наш дом. Здесь будет наше любовное гнездышко.       Последнее Малфой произнес с сарказмом, отмечая, что Гермиона фыркнула. Да, она не догадывается, что палочка ей не поможет. - Ты в своем уме? – сдерживая себя от истерического смеха, сказала Гермиона. – Я немедленно аппарирую отсюда. Спасибо за ужин или обед, всего хорошего, Малфой.       Гермиона действительно не могла больше здесь находиться, потому что Малфой ужасно раздражал. С нее не убудет, если она не узнает, как попала сюда. Но аппарировать у нее не получилось. Палочка будто отказалась слушаться хозяйку. Гермиона повторила заклинание, но ничего не произошло. Она уставилась на Малфоя, который спокойно наблюдал за ее тщетными попытками аппарировать. - Видишь ли, здесь, как и в Хогвартсе нельзя аппарировать. Сожалею. - Где я могу аппарировать? - Как только выйдешь за калитку дома. - Отлично. Гермиона стремительно направилась к входной двери, но путь ей преградил Малфой. - Уйди с дороги, Малфой, - буркнула Гермиона, вновь направляя на него палочку. - Непременно. Только должен тебя предупредить, что ты не сможешь выйти за пределы ограждений. Гермиона ухмыльнулась. - Это мы еще посмотрим, - прошипела она. Девушка была уверена в своих знаниях контрзаклинаний, которые могли быть наложены на дом и приусадебный участок. Она стремительно вышла из комнаты, оставив Малфоя одного. Тот, поразмыслив, вернулся в кресло и принялся ждать возвращения Гермионы, которая, как он представлял, ворвется в гостиную с явным желанием убить его.       Драко не знал, как вести себя с Гермионой после того, как он расскажет о ее заточении в этом никому не известном имении Малфоев. Но он знал нрав гриффиндорки, которая не сможет смириться с таким положением вещей. Знал, что будет трудно. Но его утешала мысль о том, что она будет рядом. Просто рядом.       Девушка действительно вернулась в гостиную, и, судя по виду, ярость бушевала внутри нее. Ох, черт, почему в приступе гнева эта девушка выглядит еще более манящей, чем обычно? Драко отвел свой взгляд от разгневанной и такой желанной девушки, но краем глаза заметил, что та снова направила на него волшебную палочку. - Это ты! – воскликнула Гермиона. – Ты прислал этот кулон! Он обжигает мою шею, едва я пытаюсь выйти за пределы этого проклятого места!       Гермиона выкрикнула банальный «Остолбеней», но Драко блокировал заклинание, поднимаясь с кресла. Тогда Гермиону захлестнула небывалая прежде ярость от того, что этот слизеринский ублюдок сделал ее абсолютно беспомощной, даже заклинания ее блокирует с легкостью. Она разозлилась на него, как тогда, на третьем курсе, когда также сделала это от своей беспомощности. Также набросилась на него, чтобы ударить, но теперь перед ней стоял не тринадцатилетний трусливый подросток, а взрослый парень-спортсмен, который ловко перехватил ее руки и завел их девушке за спину. - Отпусти меня, ублюдок! – кричала девушка, пытаясь освободить свои руки, извиваясь всем телом. Ногами она тоже пыталась ударить Драко, но парень уворачивался от ее беспорядочных ударов.       Как же с ней сложно! Ее гневный припадок теперь раздражал Малфоя, поэтому, когда она в очередной раз попыталась вырваться и ударить своей стройной ножкой в промежность Малфоя, тот совсем неожиданно отпустил ее руки, она отшатнулась от Малфоя, не успев нанести удар, и в следующую секунду он уже грубо привлек девушку за талию и бесцеремонно впился своими губами в приоткрытые губы девушки.       Сопротивление последовало сразу же: девушка заколотила своими кулачками в грудь парня и попыталась даже укусить парня, но у нее ничего не вышло. Драко мужественно терпел ее удары. Когда сопротивление начало ослабевать, парень прервал поцелуй и поспешно отпустил немного успокоившуюся девушку. Гермиона попыталась всеми силами скрыть тот факт, что поцелуй ей понравился настолько, что она подзабыла, почему так сильно разозлилась. Можно ведь было для начала спокойно поговорить, а потом думать, как быть дальше.       Малфой отошел от нее на приличное расстояние, не желая никак комментировать то, что только что произошло. Вместо этого он начал объяснять Гермионе то, что она теперь обязана была знать. - Этой осенью, у меня появилась возможность спасти твою гриффиндорскую задницу от приближающейся войны, - начал Драко. – Ты магглорожденная подружка Поттера, поэтому попадаешь в категорию тех людей, которых эта война обязательно коснулась бы, и вряд ли тебе пришлось бы ее пройти, оставшись в полном здравии. Если, конечно, тебе ее вообще удалось бы пройти. - Удалось бы, можешь не сомневаться, - горячо заверила Гермиона. – Я не привыкла отсиживаться за спинами богатых родителей, в отличие от некоторых. Драко пропустил ее реплику, сочащуюся сарказмом, мимо ушей. - У меня появилось два кулона – семейные реликвии, которые создавались с целью быстрого переноса их владельцев в это убежище. Этот дом невозможно найти, единственными кто знал о существовании этих кулонов, были мои родители, но я стер им это воспоминание. Ты уже догадалась, как работают эти кулоны, умница Грейнджер?       Гермиона знала принцип их работы. Есть главный кулон – он висит на шее Малфоя, и есть зависимый – он на шее Гермионы. Главный кулон способен переносить двух владельцев в это убежище. Носитель главного кулона также обладает большими возможностями: он сможет выйти за ограждения, например. Только он вправе снять кулон с шеи Гермионы. На оба кулона наложены защитные заклинания, но они действуют, только если ты принадлежишь к семейству Малфой или один из Малфоев дарит тебе кулон. - Как ты нашел мою тетю? – потрясенно спросила Гермиона, переваривая мысли о том, что теперь она стала пленницей этого дома. - Я был уверен, что ты не примешь подарок лично от меня, а если тебе пришлет его аноним, ты проверишь его на всевозможные проклятья, и определишь, что это зависимый кулон. Вряд ли, ты наденешь такую вещь. Поэтому, я узнал у твоей матери о тетке, с которой ваша семья давно не общается. - Ты говорил с моей матерью? И она все тебе сказала?! - Под Империусом, конечно. Не смотри на меня так, Грейнджер, между прочим, и на ту статуэтку ангела я наложил с добрый десяток защитных заклинаний, которые ты не додумалась наложить на свой дом, чтобы обезопасить! Твоя тетка отправляла подарки также под Империусом. И не нужно мне читать мораль, что использовать непростительные нельзя! Я делал это во благо. - Сними с меня этот кулон, - процедила Гермиона, поднимая палочку и наставляя на Малфоя. – Немедленно! - Грейнджер, ты повторяешься, - усмехнулся Малфой. – Может, хватит уже угрожать мне под прицелом палочки? От угроз к действию. Девушка обезоружила парня, который даже не поставил блока. Лениво усмехаясь, он внимательно посмотрел на Гермиону. - Ну, и что дальше? - Делай то, что я тебе говорю! - А если нет, то, что ты сделаешь мне? Применишь непростительные? Сомневаюсь. Твои моральные принципы не позволят сделать тебе это. - Позволят, - возразила Гермиона. Она старалась держаться, как можно увереннее, чтобы произнести непростительное, которое разрешит возникшую проблему. Но вышло не убедительно. - Им-перио, - запинаясь, произнесла она. Слабый луч света вырвался из конца ее палочки, и сразу же потух. Малфой издевательски зааплодировал. - Неплохо, - с издевкой произнес он. – Только забыл предупредить, что наши кулоны защищают нас от непростительных заклинаний. Но в твоем случае, заклинание не сработало, потому что у тебя кишка тонка. Гермиона зло уставилась на Малфоя. - Подонок! - О, да, с этим подонком тебе придется привыкать жить под одной крышей.       Драко подошел к Гермионе вплотную, и выдернул из ее руки свою палочку. Приближение Малфоя подействовало на Гермиону не лучшим для нее образом: коленки затряслись, а щеки загорелись. Но Малфой совершенно спокойно ушел, после того, как забрал свою палочку. Гермиона обессиленная опустилась на диван. Перспектива быть заточенной в этом доме с Малфоем, пока друзья рискуют жизнью на войне, ей совсем не нравилась.