Глава 15. Присмотреться.
16 июня 2016 г., 02:31
«Взгляд со стороны дорогого стоит». Некто.
С самого начала я чуял какой-то подвох. Не стал бы король выдавать Западную за моего брата, это было очевидно с самого начала. Родители настолько избаловали Финна, что даже описать сложно, во что он превратился. Безвольная, аморфная, ноющая масса, заботящаяся лишь о собственных удовольствиях. Он экзамен для лэев сдал только с четвёртой попытки, что даже для обычного юноши позорно, уж тем более для сына советника Его Величества. Да, наверное, я слишком суров к брату, но он всё же ничего дельного из себя не представляет. Совсем. С самого детства моей мечтой было стать настоящим Охотником. Все мужчины рода Блейков добрую часть молодости посвящали очистке Восточного Предела от хорр и прочих опасных тварей. Мой отец тоже был Охотником, одним из лучших в своей команде. Я с открытым ртом слушал его рассказы о кровавых битвах, восторженно рассматривал принесённые с Охоты когти и чешуйки хорр, с интересом изучал карты и книги. Упорно, самозабвенно учился, жертвуя приёмами пищи в пользу похода в семейную библиотеку. Папа видел мой интерес и всячески поддерживал меня в этом. Возил на свои тренировочные базы, показывал убитых тварей, терпеливо объяснял и рассказывал. Подмечал блеск в моих глазах и довольно улыбался. Предупреждал не раз, что это опасно для жизни, мягко пытался отговорить. На все попытки убеждения я лишь отмахивался и упрямо отказывался изменить мечте. Самой важной и желанной мечте. Когда отец понял, что моё желание стать Охотником абсолютно осознанное и окончательное, он смирился. Я получил эсты, едва мне исполнилось пятнадцать, и сразу начал тренироваться. Упорно, настойчиво, до боли в мышцах, до полного изнеможения. Учителя лишь качали головой, глядя, с какой озлобленностью я преодолевал слабость и нежелание что-либо делать. Тест для лэев был сдан на отлично с первого раза, но он был лишь стартовой точкой моих тренировок. За год я научился многому, но всё ещё был слишком неповоротлив, медлителен и тяжёл для Охоты. Хорры невообразимо быстры и сильны, невзирая на небольшие размеры. Они нападают группами и атакуют сразу со всех сторон, не оставляя противнику много времени для размышления. Первым делом хорры стараются ранить жертву острыми когтями, нанести хотя бы крохотное повреждение. Простой царапины уже достаточно, чтобы ты повис на волоске от гибели. Далее в дело вступают ядовитые зубы. Хорры просто опрыскивают врага ядом со всех сторон, пытаясь попасть на рану. Драконьей чешуе яд не вредит, но если он попадёт на царапину, ты погиб. Он мгновенно всасывается в кровь, решая исход схватки. Даже сотая часть капли способна парализовать всё тело за несколько секунд, к тому же не давая крови останавливаться. В дело вновь идут когти. Хорры просто разрывают противника на части, выпуская кровь. От потери жизненно важной жидкости и умерло столько Охотников. Просто товарищи не успели спасти, донести до базы. Нельзя их в этом винить, сами едва выжили. Каждая схватка идёт не на жизнь, а на смерть. С подачи отца я стал тренироваться на его базе, стараясь изо всех сил. Охотник должен быть быстрым и внимательным, чтобы не дать хоррам нанести ему повреждение, изворотливым и ловким, чтобы не попасть под струю яда, сильным и умелым, чтобы разорвать тварей на части. Бывали случаи, что яд стекал по чешуе в рану, хотя прямого попадания не случилось. Нужно уметь одинаково хорошо биться в воздухе, на земле и в ущелье, где катастрофически не хватает места. Нужно не только себя спасти, но и помочь напарнику, если что. Нужно не бояться и смело идти вперёд. Хорры чувствуют страх и звереют от этого. Полгода спустя я первый раз отправился на Охоту и понял, что не зря столько лет потратил на тренировки. Азарт, ярость захватили меня целиком и принесли осознание, что я сделал правильный выбор. Меня взяли на королевскую службу, отец стал гордиться мной ещё больше. Всего через год Его Величество выделил мне собственный замок — неслыханная щедрость. Прошла неделя, и я покинул отчий дом. Птенец оперился и вылетел из родительского гнезда, настала пора вить собственное. А вот с Финном получилось совсем иначе. Мой брат никогда не был похож на меня. Конечно, определённое внешнее сходство имелось, но на этом всё и закончилось, едва начавшись. Моё нормальное общение с ним прекратилось, когда явно обозначились четкие различия в наших характерах. Целеустремлённость против бесцельности, упорство против безответственности. Когда я читал книги, Финн гонял голубей во дворе, когда я тренировался, он поглощал очередное пирожное. Я глотал знания с жадностью, он отплевывался с отвращением, предпочитая урокам прогулки. Брат получил эсты почти в семнадцать, когда медлить уже было нельзя. Отец беспокоился, но сделать ничего не мог — его младший сын упорно игнорировал все призывы. Учёба для Финна стала невыносимой мукой, как только он научился взлетать и садиться без особых физических травм. Ветреный, безалаберный, беззаботный брат только и делал, что бесцельно слонялся по замку, распивал неизвестно откуда добытый эль и ухлёстывал за всеми горничными без разбору, вызывая у меня жалость и недоумение. Я проходил мимо него и мысленно обещал себе никогда не стать таким. Не доставлять родителям столько горя одним своим видом. Именно поэтому, когда я узнал, что Финн женится на Западной, у меня в душе зашевелился червячок сомнения. Зачем королю понадобился мой беспутный брат? Единственное, что было в брате такого — он не ненавидел Западных. Ему просто было наплевать на всех одинаково, принадлежность к тому или иному Пределу в его глазах ничего не решала. А я всегда ненавидел Западных, потому что знал историю назубок. Они предали нас, единодушно проголосовав за Великий Хребет. Оградились, укрылись за горной цепью, равнодушно оставив нас на поедание хоррам, прикрывшись старыми обидами. Но мы выжили, стали поперёк горла у тварей и затаили смертельную обиду. Запомнили, усвоили урок, что все Западные — враги. Напыщенные, гордые, эгоистичные, трусливые.***
Узнав правду из письма, написанного холодным, красивым почерком, прихожу в бешенство. Какого…?! Неужели Его Величество не смог найти кого-нибудь более подходящего? Да быть такого не может, выбор короля явно не случаен. Интересует другое: почему именно я стал тем самым неудачником. Родители вырывают у меня злополучное письмо и читают вслух последнюю строчку. Финн облегчённо вздыхает и испускает злорадный смешок. Первым желанием стала потребность придушить брата на месте, но я сдерживаюсь ради родителей. Финн всё-таки не виноват, что так получилось. Мог бы хоть потише радоваться, урод. Разворачиваюсь и вылетаю из комнаты, с грохотом распахивая двери. Сворачиваю в коридор, подальше ото всех. Кровь бурлит, внутри магмой клокочет ярость, в горле зарождается звериный рык. На пальцах прорезаются когти, глаза начинают гореть. Тыльная сторона ладони покрывается тонкими чёрными чешуйками, пока ещё еле заметными. Появляется полное, невообразимое, чёрное отчаяние от бессилия что-либо предпринять. В голове на огромной скорости проносятся мысли. Король всё равно своего добьётся, не скупясь на подачки и наказания. Волнами накатывает бешенство, распаляя меня ещё сильнее. Родители пускаются за мной вдогонку, наперебой уговаривая успокоиться и не идти наперекор Его Величеству. Увеличиваю скорость, чтобы не слышать больше этих уговоров. Во мне просыпается ребёнок, упрямый и невосприимчивый к просьбам. Всё уже решено, без моего участия, что и является основной причиной ярости. Хочется помахать кулаками после драки и сотрясти напоследок воздух. По-детски отказываясь признать поражение, раздражённо рычу в ответ, выламывая следующую дверь: — Передайте королю, что я отказываюсь жениться на этой… Залетаю внутрь и замолкаю на полуслове, родные делают то же самое. Мы не одни — судя по всему, здесь обосновалась семейка Гриффин. И они уж точно совершенно нам не рады, выражения их лиц говорят сами за себя. Мать окидывает их презрительным взглядом и продолжает увещевания, только уже гораздо тише. Во мне внезапно просыпается огонёк интереса. Раз уже всё решено, не лишним было бы присмотреться к семье «женушки». Не вслушиваясь в слова матери, пристально разглядываю Западных. Какой-то парень с вызовом требует закончить фразу, изображая ущемленную гордость. Окидываю его презрительным взглядом — комплекцией не вышел со мной спорить, даже в человеческой ипостаси от одного удара убежит плакать в уголок. Ловлю себя на мысли, что ищу взглядом Западную, похожую на мою будущую «жену». С раздражением мысленно отмахиваюсь, жалея, что не смог сдержать интереса. Тот юноша явно хочет набить мне парочку синяков, просто пышет злобой. Ситуация опасно накаляется. Из-за хлипкого парня выскакивает хрупкая на вид девушка и успокаивающе кладёт ему руку на плечо. Эта, что ли? — Полагаю, имелось в виду «жениться на этой Западной», и ничего более. Она явно недовольна, но пытается как-то сгладить конфликт. Убедившись, что тема исчерпана, девушка обреченно делает несколько шагов по направлению к нам. Золотистые волосы воинственно топорщатся, выдавая плохое настроение своей хозяйки. Та поднимает спокойный, холодный взгляд на меня. Синие глаза излучают неприязнь и с трудом сдерживаемую ярость. Девушка выплевывает дежурную фразу, не слишком вежливую, но в рамках нормы. Зеркально отвечаю «невесте», узнаю, что та идёт к королю. Понятно, что у неё не получится: Имарра не волнуют чужие судьбы. Ну, хоть эта Гриффин упёртая, не заливает слезами пол, а борется до конца. Потреплет королю нервишки напоследок. Продолжаю упорно её разглядывать, стараясь выяснить, чего от неё следует ожидать. Гриффин не выглядит хлипкой и забитой, но и на слишком самоуверенную тоже не тянет. Ловлю себя на том, что изучаю её, как диковинную зверушку: настороженно, подозрительно. Скрещиваюсь с ней взглядом, когда та выходит. Чувствую, что она тоже пока не определилась, как ко мне относиться. Легкая растерянность не мешает ей выглядеть напыщенно и преувеличенно гордо. Непроизвольно оглядываю девушку с ног до головы и отмечаю, что она, безусловно, красива, на редкость. На Восточном Пределе немногие могут сравниться с ней. Но это не играет никакой роли, потому что она Западная.***
Неплохо. В свадебном платье Гриффин смотрится вполне достойно. Придраться, во всяком случае, не к чему. Отчего-то проникаюсь торжественностью момента. Бросаю взгляд на короля и понимаю, что тот еле заметно подмигнул мне. Ярость вновь вскипает внутри, но я быстро подавляю всплеск эмоций. Да как ему не стыдно?! С некоторым удивлением узнаю, что Гриффин владеет кое-какими умениями. Далеко не каждая Восточная льета умеет запускать нормальные огненные шарики. А король явно в курсе дел, посмеивается, мерзавец. Церемония пробирает меня до мурашек дикой концентрацией магии, с первых слов Его Величества закружившейся вокруг нас. Запоздало осознаю, что клеймо женатого будет преследовать меня до конца дней моих. Понимание поднимает волну холодного отчаяния. Стискиваю зубы, чтобы не показать этого. Уже на поверхности бросаю небрежный взгляд на свои эсты. Одна чёрная полоска стала золотистой. Могло быть и хуже, если честно.***
С трудом произношу имя Западной вместе со своей фамилией, замечаю, что её тоже покоробило от этого сочетания. Наспех всучаю ей подарок, не желая видеть «женушку» дольше необходимого. Та сдержанно благодарит и с некоторым внутренним усилием, в свою очередь, дарит мне какую-то вещицу. Не вдаваясь в подробности, сую её в карман и без обиняков спрашиваю, когда Гриффин свалится на мою голову со всем своим скарбом. Мне надоело притворство, вежливость можно оставить в королевском замке. Девушка почему-то выходит из себя и очень похоже пародирует мои интонации. Что ж, в смелости ей нельзя отказать, хочет вежливости — пускай. Всё-таки она действительно не выражает презрение открыто, можно и уважить просьбу. Осознаю, что мне почему-то нравится её бесить.***
После очередной Охоты возвращаюсь домой уставший и голодный. Проклятые хорры умудрились ускользнуть, удалось ранить только двоих. Замечаю в холле Гриффин, которая явно хочет мне что-то сказать. Не упускаю возможности немного позлорадствовать. Девушка поджимает губы, но не ведётся на открытую провокацию. Вопрос меня удивляет. Неужели её волнует, сколько раз в день мы будем пересекаться? Отпускаю язвительную шутку и с удовольствием замечаю, что у Гриффин покраснели кончики ушей. Задело за живое, верно? Кажется, кто-то сейчас загорится от бешенства. Учтём. О, частичная трансформация во всей её красе! Сейчас в змею превратится, столько яда в голосе. С каким-то внутренним***
Встаю пораньше, чтобы выпить чашку утреннего чая и собраться перед очередной Охотой. Выглядываю в окно и вижу Гриффин, уверенной походкой направляющуюся к площадкам. Сбежать решила? Могла бы не прятаться, уж никто за ней бы не погнался. Скатертью дорога. Она подозрительно оглядывается по сторонам, мгновенно превращается и одним махом взлетает ввысь. Успеваю заметить, как сверкнула золотая молния. А Гриффин и в драконьей ипостаси красивая: аккуратная, изящная, подтянутая. Тренировки просто творят чудеса, ощущаю некое незримое сходство между нами. Драконица бодро нарезает круги над замком, вполне прилично выполняет все основные воздушные движения, но потом впадает в детство и решает немного порезвиться в воздухе. Бросаю взгляд на часы и понимаю, что мне пора вылетать. Спускаюсь вниз и с крыльца наблюдаю, как Гриффин ловко приземляется в центр площадки, камнем упав с высоты башни. Неплохо, ещё пару месяцев тренировок, и она справится с одной-двумя хоррами. Возможно. В изворотливости ей нельзя отказать. Не упускаю случая немного побесить «жёнушку», но неожиданно для себя задаю все те вопросы, которые так и просились быть заданными. Программа для льет оказалась для неё скучной? Неудивительно. Узнаю, что Гриффин сдала экзамен для лэев и почти одобрительно ухмыляюсь. Да мне просто какой-то экспонат в жёны достался, король, видимо, помучился с выбором. Получаю заслуженную порцию колкостей в ответ, спокойно заверяю, что силы заткнуть шутников у меня найдутся. По-детски устраиваю мелкую пакость, чтобы немного охладить девушке пыл. Гриффин, похоже, ещё не в курсе насчёт моей работы. Интересно, что она скажет, когда узнает? Забьётся в угол и будет дрожать? Вряд ли. Время покажет.
