Спокойной ночи

      В тот вечер Капитан никак не мог успокоиться. Баки помнил это слишком четко, потому что настолько взволнованного и не собранного Стива он видел впервые.       – Что ты так суетишься? – поинтересовался мужчина, складывая в два рюкзака их с Кэпом немногочисленные богатства.       – Нас наверняка засекли, – мимоходом ответил Роджерс, то прибегая к своей сумке на выходе из квартиры, то уносясь обратно в комнаты.       – Ты вроде бы Капитан Америка, а не Капитан Очевидность, – буркнул Джеймс. – И это совершенно не объясняет панику в твоих глазах.       – Разве наше разоблачение Старком не повод нервничать?       – Нервничать – вполне, но ты же в настоящем ужасе, – заверил Барнс, указывая на зеркало. – Просто глянь на себя.       Стив сразу же заметил то, о чем говорил его друг – обычно спокойное и волевое лицо действительно исказили самые позорные для героя страны эмоции.       – Не могу найти блокнот с контактами Шерон, – сознался, наконец, Роджерс и умчался вглубь дома.       Искать пропажу, это очевидно.       – Раз уж мы торопимся, то нужно ли тратить на это время? – заметил Баки, уже давно полностью готовый к побегу.       – Но как же Шерон? – спросил Кэп совсем беспомощно.       Барнс где-то слышал, что в современном мире есть чудесное и очень емкое слово, описывающее его отношение ко всему происходящему – фейспалм.       – Капитан, не чуди. Мы – двое взрослых мужчин, я так вообще скрываюсь довольно давно и без чьей-либо помощи. Не пропадем мы без твоей дамы, не бойся.       То ли Стивен своим поведением действительно настолько разозлил друга, то ли еще что, но Джеймс не стал больше ораторствовать на эту тему, подхватил свои вещи, натянул на лоб кепку и ушел. Испугавшись, что Баки просто молча исчезнет, Капитан пулей вылетел на улицу вслед за ним. Записная книжка с заветным номером мирно покоилась в рюкзаке у Зимнего Солдата.       Их новая квартира располагалась почти в другом конце города, в достаточно бедном районе. На это раз мужчины выбрали маленькую однокомнатную квартирку, это было обусловлено сразу несколькими причинами: в их прошлом пристанище, которое в свое время нашла Шерон, требовалось платить лишь за коммунальные услуги, здесь же еще и за съем самой крыши над головой, что значительно увеличивало трату и без того малого бюджета. Кроме этого, раз они спали в одной кровати, необходимость в еще одной комнате отпадала. Хозяйке квартиры заплатили сразу за несколько месяцев вперед, иначе она не особо горела желанием впускать двух рослых мужчин на порог.       Сидя в крохотной тесной кухне, которая была раза в два меньше прошлой, квартиранты пили чай. Больше ничего в их доме не нашлось, а идти за едой ни у кого не хватило энтузиазма. Дождь с силой барабанил по крыше, в которой кое-где были трещины и вода стекала прямо в квартиру, в заранее представленные ёмкости – ведра, миски и чашки.       – Может, стоило брать квартиру чуть ниже? – хмыкнул Баки, когда одна из капель, проползая по потолку, снайперски сорвалась к мужчине в чашку.       – Слишком там был подозрительный хозяин, – покачал головой Стив. – Лучше тут дыры заделаем. Надо найти работу. Не дело висеть на шее Шерон.       Сказав это, Капитан слегка нахмурился, все еще огорченный потерей блокнота. Да еще и очень не хотелось бы, чтобы его личные данные попали в руки следующему жильцу в той квартире.       – Хорошая мысль, только наши с тобой дивные физиономии больно уж узнаваемы. Я вообще удивляюсь, как ты умудрился квартиру снять, да еще и в магазин за продуктами ходить.       – Люди в этом районе не особо смотрят телевизор – надо как-то на жизнь зарабатывать, а сидя на диване этого не сделаешь, – пожал плечами Кэп. – Но ты прав, мы все равно достаточно узнаваемы.       – Судя по всему, ты как-то решил этот вопрос? – заинтересовался Баки.       – Решил, но не я, а Наташа.       Судя по недоуменному взгляду, Джеймс мало что понял и ждал каких-то пояснений.       – Она одолжила мне разработку ЩИТа, которой сама часто пользуется – специальная сетка из маленьких роботов, которая способна изменить внешность человека до неузнаваемости.       – Звучит, как бредни сумасшедшего.       – В наше время – пожалуй. Но теперь многое изменилось, – Стив встал из-за стола, размял затекшие плечи.       Баки неотрывно смотрел на мужчину, что немало позабавило Роджерса.       – Ждешь демонстрации?       – Естественно. А если бы тебе сказали, что за дверью стоит конь с головой страуса, ты бы не полюбопытствовал?       Капитан попросил подождать пару минут и вышел из кухни, оставив Баки наедине с задачей вовремя убирать чашку с остатками остывшего чая от продолжающих атаку капель. Джеймс слегка увлекся этим занятием, попутно крепко задумавшись о чем-то своем, так что покашливание за спиной застало его врасплох. Обернувшись и завидев какого-то неизвестного мужчину средних лет, Барнс отскочил, готовый напасть в случае необходимости. Однако, недоуменный взгляд и тот факт, что, собственно, этот незнакомец был одет в одежду Стива, заставил Баки сложить два и два.       – Роджерс? – на всякий случай уточнил Джеймс.       – Нет, папа Римский, – совершенно чужим голосом произнес мужчина, при этом удивленно вскинув брови. – Как удобно, еще и голос меняет.       Баки подошел поближе, став почти вплотную, и внимательно принялся рассматривать лицо, будто стремился посчитать количество морщин. Стивен послушно стоял и не двигался, кажется даже, на всякий случай, забывая дышать.       – Продемонстрируй голос еще раз, пожалуйста.       – Что, понравился больше, чем мой родной? – усмехнулся Капитан.       – Конечно, – кивнул Баки, отходя на шаг. – Этот хоть и достаточно скрипучий, но звучит все же лучше твоего.       И улыбнулся краешком губ.       – Ты сама доброта, – добродушно проворчал Стивен.       – Как я понимаю, такая маска только одна? – как бы между прочим поинтересовался Джеймс, взяв со стола кружку и одним махом допив холодный чай.       – Да, – осторожно подтвердил Кэп, наблюдая, как друг открыл кран и принялся за посуду.       – И пользоваться ею будешь ты? – все так же не оборачиваясь продолжил спрашивать Баки.       – Собирался.       – Все с тобой ясно.       – Бак? Ты обиделся, да? – встревожился Стивен чужим голосом.       – Роджерс, что за пошлости? Я похож на обиженную леди? – демонстративно скривился Баки. – Раз маска одна, то тут и рассуждать не о чем – все равно отсутствие у меня конечности она не скроет. Да и в качестве рабочего я сейчас не особо полезен. Так что вперед, мой Капитан, буду верно ждать дома, как ты, наверняка, и хотел с самого начала.       Стивен смотрел в спину удаляющемуся Барнсу и не верил своей победе. Хлопнула дверь их спальни, щелкнул маленький замок, а он все стоял неподвижно. Слишком уж все просто – не мог Джеймс не завести разговор на извечную тему «я-могу-все-сам-и-в-помощи-не-нуждаюсь». Очень странно.       – Ладно, будем считать, что мне повезло, – буркнул себе под нос герой Америки.       Сегодня ему было не до долгих, если не бесконечных, рассуждений о всех тонкостях поведения Баки. Его ждала Шерон, при том в том самом месте, где они встречались две недели назад. А это, учитывая их переезд, теперь почти на другом конце города – надо выйти из дома пораньше. Да еще и в такую безрадостную погоду. Однако, к большому удивлению Капитана, на улице шел дождь лишь над несколькими домами, включая их новое пристанище – стоило пройтись чуть дальше и дождя словно и не было, абсолютно сухой асфальт.       Шерон уже ждала его. Стив решил не использовать пока маску, ведь неизвестно, узнает ли его девушка, которая о такой перспективе смены внешности даже не подозревала.       – Стив, ты бы хоть лицо посильнее прикрыл, в самом деле, – недовольно буркнула девушка, поднимая ворот на свитере героя повыше, а кепку опуская вниз.       – Прости, я действительно слишком невнимателен.       – Еще бы. После вашего разоблачения мне стоило больших трудов отвести подозрения от себя и этого бара. И теперь нам придется искать другие средства коммуникации.       – Не придется, – вздохнув, твердо произнес Капитан.       – В каком смысле, Стив? – Шерон подняла бровь, намекая на объяснения.       – Это слишком опасно, – Роджерс прервался и вместе с девушкой сделал заказ у подошедшей официантки. Как только она ушла, он на всякий случай оглянулся не подслушивает ли их кто, и продолжил. – Когда мы так засветились явно, опасно будет и дальше видеться с тобой. Прости.       Картер в ответ лишь внимательно смотрела ему в глаза, вертя в руках солонку со стола. Соль из последней все норовила высыпаться, но в последний миг девушка успевала перевернуть ее в другую сторону и предотвратить это. Так продолжалось до того момента, пока им не принесли еду, но после Стив не выдержал.       – Шерон, я этого очень не хочу. Правда. Если бы я мог решить по-другому, я бы... – Капитан запнулся, силясь подобрать слова и кидая виноватые взгляды на девушку. – Я бы точно...       – Роджерс, – прервала его мычания Картер, выпустив наконец солонку из рук и сцепив их в замок.       – Шерон, нельзя так рисковать, хотя мне тяжело и я...       – Никогда не заткнешься, да? – устало хмыкнула девушка, мягко улыбнувшись. – Прости за выражение.       Наконец, до Кэпа дошло, что Шерон не пытается спорить или устраивать истерик, а хочет что-то донести до него. Мужчина попытался открыть рот, чтобы извиниться, но тут же изогнувшаяся бровь собеседницы мигом избавила его от этого желания.       – Молодец, – уже более весело произнесла агент Картер, отпив кофе из белой чашки с незамысловатым узором. – Стив, я знаю, что встречаться нам дальше будет опасно, хоть мы оба и не хотим прекращения наших... Ну, назовем это свиданиями, – девушка весело фыркнула. – Быть может позже, когда погоня за тобой прекратится и все нормализуется, у нас будет шанс.       Хоть Шерон и улыбалась, глаза её оставались грустными. Было видно, что она действительно сожалеет об этом, равно как и Капитан. От этой мысли на душе Роджерса стало немного легче и их дальнейшая беседа прошла в куда более теплой и приятной атмосфере, с легким привкусом грядущей разлуки.       В это же время по тихим улицам шел Джеймс, неспешно и осторожно обходя попадающиеся по пути скопления людей. Привлекать к себе лишнее внимание мужчина не хотел, особенно, в районе, где совсем недавно они с Кэпом неплохо так засветились на камерах. Все же, чрезмерно паникующий Стив был в чем-то прав – никогда не знаешь, когда на тебя выскочит до зубов вооруженный Старк, одержимый жаждой мести. В какой-то мере Джеймс его понимал. Наверное. Трудно оценивать что-то, когда через твои мозги сотни раз пропускали электрические разряды, стирая неугодные воспоминания и делая из тебя то, что нужно им. От мыслей о Гидре Баки невольно сжал кулак, отчего ручка пакета разорвалась и содержимое рассыпалось по асфальту.       Мужчина рассерженно уставился на оборванный пакет, недобрым словом поминая Гидру, мешающую ему жить даже сейчас. Стянув с плеча рюкзак, Баки спешно начал поднимать рассыпавшиеся покупки, которые, по закону подлости, раскатились достаточно далеко. Барнс клял себя за то, что не додумался сразу сложить все в рюкзак – такая задержка может выйти ему же боком, да и внимание это привлекает достаточно.       – Я помогу! – донесшийся сзади голос заставил Баки нервно дернуться. – Ой, это же ты!       Над мужчиной, все еще сидевшим на корточках, возвышался никто иной, как недавний храбрый мальчик из банка. Итан улыбался широкой доброй улыбкой, держа в руках несколько улетевших далеко от Джеймса шуршащих пакетов с булками и упаковку молока, чудом уцелевшую от встречи с асфальтом. Внезапно улыбка слетела с лица ребенка и он быстро огляделся.       – Тебе не опасно тут находиться, Баки?       – Опасно, – кивнул Барнс, удивленный такой встрече.       – Тогда давай быстрее тебе поможем, – понимающе кивнул мальчик.       Он сноровисто забегал вокруг, подхватывая далеко лежащие продукты и помогая складывать их в рюкзак. Джеймс сначала было хотел отказаться от помощи, ведь он и сам прекрасно способен был это сделать, но с удивлением понял, что помощь ребенка его абсолютно не раздражает и не унижает. Где-то на уровне подсознания Баки чувствовал, что Итан помогает ему вовсе не потому, что тот калека. Просто мальчик знал, что Джеймсу очень нежелательно светиться, а замерший посреди дороги однорукий мужчина все же привлечет больше внимания, чем мирно идущий по своим делам, пусть все такой же однорукий.       – Спасибо, – сдержанно поблагодарил Барнс, застегивая змейку на рюкзаке и закидывая его на плечо.       – Стой! – шикнул мальчик на двинувшегося было Джеймса, заставив того удивленно вскинуть бровь. – Ты идешь прямо на скопление людей. В твоем случае, на скопление камер.       Баки развернулся к Итану всем корпусом, молча ожидая его предложений. Стоять тут под все усиливающимся вниманием людей совсем не улыбалось, а где точно искать обходную дорогу Барнс не знал. Конечно, это не было такой уж проблемой, но все же попасть домой хотелось до возвращение Стива – смотреть в его голубые глаза, полные не очень умело скрываемого беспокойства не было никакого желания.       – Пойдем, я знаю где обойти, – ребенок кивнул головой, приглашая идти за ним.       Джеймс прогнал образ печального Капитана из мыслей и послушно пошел за мальчиком. Итан свернул в какие-то известные ему одному улочки, уводя своего спутника прочь от людей. Барнс на удивление чувствовал рядом с ребенком себя абсолютно спокойно, никакого желание разорвать контакт не появлялось. Более того, мужчина полностью ему доверял, даже не стараясь запомнить дорогу или думать о том, что парнишка ведет его в западню. В голове Джеймса, однако, крутилась мысль, что что-то с маленьким храбрецом не так, но что именно понять никак не удавалось.       – Как у вас дела? – подал голос Итан, кинув любопытный взгляд на задумчивого Барнса. – Ну, с Капитаном Америкой.       – В смысле?       – Ну, – мальчик потер костяшкой указательного пальца переносицу. – У вас не было никаких неприятностей после случившегося? В мире столько людей, не понимающих, что вы на самом деле герои! – Итан рассерженно взмахнул руками.       – Все нормально, – невольно улыбнулся Джеймс.       Дальше шли молча; мальчик сосредоточился на поиске правильного пути, а Баки думал о чем-то своем. На одной из развилок Итан замер, неуверенно глядя на Барнса. Будто боялся что-то сказать или спросить.       – Что случилось? – поинтересовался мужчина, становясь вровень с Итаном.       – Я... – тот нерешительно потоптался на месте, закусив губу. – Баки, ты сильно спешишь?       Еще недавно хотевший поскорее оказаться дома Джеймс отрицательно покачал головой. Он был не в силах отказать этому ребенку, которому, судя по всему, требовалась его помощь.       – Если у тебя есть немного свободного времени, можешь пойти со мной? Мне с тобой будет спокойнее.       – Хорошо.       От мигом посветлевших глаз на душе стало легче. Именно в эту минуту Джеймс понял, почему чувствует тепло к мальчику. Светлые волосы, голубые глаза, храбрая душа, несмотря на довольно хлипкое телосложение. Итан очень напоминал Стива в детстве. Вспомнить только, как смело он возражал грабителям, которые с легкостью могли лишить его жизни, как после уверенно отвечал журналистам, во всеуслышание противореча мнению, что Зимний Солдат на самом деле Баки, друг Капитана Америки, а не жестокий убийца.       – Тогда нам сюда, – ребенок свернул налево.       Через какое-то время они подошли к маленькой цветочной лавке. Скучающий продавец уже собирался закрываться, но, заметив потенциальных покупателей, кинул на них заинтересованный взгляд.       – Будете покупать? – сходу уточнил он, держа руку на ключе в замочной скважине.       – Да! – Итан ускорился, подбегая к продавцу. – У вас есть лилии?       – Были, – кивнул мужчина, открывая дверь и заглядывая в свою лавку. – Да, осталось семь штук. Все возьмете, молодой человек?       – А сколько они стоят? – менее уверенно уточнил Итан, вытаскивая из кармана несколько помятых купюр и горстку мелочи.       – Кажется, вы не потянете, – хмыкнул продавец, разочарованно отворачиваясь и намереваясь закрыть свою лавку.       – Мы возьмем все, – тихо рыкнул Баки, подходя к хамоватому мужчине и вытаскивая кошелек из рюкзака.       Продавец, не особо оценивший уровень опасности по угрожающему тону Джеймса, обернулся, собираясь высказать все, что он думает о нищих покупателях, беспокоящих его по пустякам. И напоролся на источающие тихую угрозу глаза Зимнего Солдата, в которых не читалось ничего хорошего.       – Спасибо, – смущенно сказал мальчик, держа в руках букет белых лилий.       – Не за что.       – Но это были твои последние деньги, – Итан потупил взгляд, глядя на выщербленную дорогу под ногами. – Я видел!       – Герой я или нет? – хмыкнул Баки, неожиданно для себя вытянув руку и потрепав мальца по волосам. Словив удивленный взгляд, он тут же отдернул её, словно его уличили в чем-то непристойном.       – Ты очень добрый.       – Смотря как посмотреть, – пожал плечами Джеймс.       – Мне со стороны лучше видно, – поставил точку Итан.       – А куда мы идем? – все же поинтересовался Баки, лишь бы продолжить разговор – на какой-то миг ему показалось, что он чем-то обидел мальчика.       – Почти пришли, – уклончиво ответил тот. – Хочу тебя кое с кем познакомить. Они о тебе никому не смогут рассказать, не думай.       Напрягшийся было Баки снова расслабился. Раз паренек не хочет говорить, значит, у него есть на то причина. Чужие тайны Барнс уважал. К тому же, раз он скоро сам все увидит, к чему торопиться?       Пройдя последнюю малолюдную улицу, они вышли к месту, где вместо многоэтажек стояли потрепанные временем двухэтажные здания, от которых веяло старостью. Вход в это погребенное современным миром место был через маленькую арку в одном из домов. Тут была спокойная тишина, нарушаемая лишь дуновением ветра, колышущем листву на деревьях, скрипом старых оконных рам да пением птиц. Это место можно было описать только одним словом – забытье. Место, потерянное во времени. В самом центре этого странного оазиса, распростершегося на довольно большое расстояние, возвышалась кованная ограда. Туда Итан и направился.       Баки был в некой растерянности от того, что не мог понять ни что они тут делают, ни куда идут. И только когда они подошли ближе, Джеймс понял. За оградой высились ровные рядки крестов, памятников и маленьких надгробий. Кладбище. Наконец, до Барнса дошло, что в образе мальчика его насторожило с самого начала, но чему он не придал никакого значения – черный костюм, на несколько размеров больше, чем следовало. Похоже, вся одежда ему или покупалась на вырост, или переходила по наследству.       Итан с осторожностью отворил калитку и уверенно зашагал по ухоженным рядам. Баки зашел следом, притворив вход. Он медленно шел за пареньком, со смешанными чувствами оглядывая памятники. Было ощущение, что вот-вот он увидит кого-то из его прошлого, теперь навеки погребенного под толщей земли и каменных плит. Одна фамилия показалась Джеймсу знакомой, он остановился чтобы рассмотреть потускневшую фотографию на надгробии. Оттуда на него смотрели грустные глаза абсолютно незнакомого старика. Значит, просто показалось.       Баки поднял голову, выискивая глазами Итана. Мальчик завершил свой путь, остановившись неподалеку. Фраза "Они о тебе никому не смогут рассказать" приобрела теперь совсем иной смысл. Барнс медленно подошел к ребенку, кладущему лилии на одну из двух могил, расположенных бок о бок, и стал рядом. "Оливия Бэркс" было написано на том надгробии, куда парень клал цветы. С фотографии смотрела улыбчивая молодая женщина, выглядящая полной жизни и любви к миру. "Стэнли Уорд" значилось на соседнем надгробии. Пожилой мужчина гораздо более сурово смотрел оттуда, слегка прищурив глаза.       Итан тем временем сел прямо на землю перед могилками и улыбнулся так, словно встретил людей перед ним живыми.       – Привет, мам, – произнес он. – Дедуля, люблю тебя. Я сегодня не один, – мальчик кивнул в сторону Джеймса. – Помните, я на днях рассказывал вам, что меня спасли Капитан Америка и его друг Баки? Баки сейчас здесь, я очень хотел его вам показать, а он согласился.       Барнс абсолютно не знал что делать. К горлу подступил ком, тело сковало. Он сотни раз видел смерти, еще больше убивал он сам, но видеть сейчас боль ребенка, потерявшего своих близких было гораздо труднее. Все, на что сподобился мужчина, было молча сесть рядом с пареньком. Получив благодарный взгляд, Баки понял, что сделал все правильно.       – Я делаю все так, как ты говорил, дедуль, – продолжал Итан. – И слежу за сестрой. Бабуля передавала вам с мамой привет. Она сегодня не смогла прийти, сердце схватило. Очень переживала по этому поводу, но я сказал ей, что вы её поймете. Вы всегда все понимаете, – мальчик с нежностью провел по надгробию Стэнли рукой. – Я скоро доделаю его, дедуль. И пойду на конкурс, как мы и хотели. У нас с тобой будет самый красивый корабль! Мама, ты будешь гордиться нами. Лора тоже пойдет со мной, как сопроводитель. Я звал её сегодня навестить вас, но вы же знаете мою сестру. Она как всегда говорила, что вас больше нет, что надо смириться. Ей очень больно, я её не виню. Не бойтесь, я не перестану к вам приходить. Никогда.       Итан еще недолго поговорил с надгробиями близких людей, а затем встал, обнял по очереди каждое и подправил цветы, чтобы красиво лежали.       – Посидишь еще немного со мной? Или тебе пора? – спросил мальчик, кинув робкий взгляд в сторону стоящей чуть в стороне лавочки.       – Конечно, посижу, – твердо ответил Баки, вставая с земли и направляясь туда.       – Считаешь меня сумасшедшим? – сразу спросил Итан, вслед за Джеймсом присаживаясь на краешек лавочки.       – С чего бы это?       – Не все понимают, – просто пожал плечами парень. – Как-то раз ребята со двора проследили куда я иду и потом надо мной смеялись. Сестра очень разозлилась.       – А ты?       – Я их не виню. Это их выбор. Дедушка всегда говорил, что я не должен идти за толпой и делать что-то лишь потому, что все делают.       – Правильные слова, – согласился Баки.       – Сегодня ровно второй год, как его нет, – внезапно сказал Итан. – Бабушка держится молодцом, но я все-равно вижу, что она часто плачет.       Вместо пустых слов, которые все-равно не лезли в голову, Барнс подвинулся к мальчику поближе и прижал к себе рукой.       – А ты говоришь не добрый, – фыркнул Итан, украдкой вытирая сорвавшуюся слезу.       Джеймс сделал вид, будто ничего не увидел. Потом снова была тишина. Мужчина понимал, что мальчику надо хоть с кем-то поговорить, но ему требуется немного времени, чтобы прийти в себя. Он не торопил.       – Баки, а можно задать вопрос? – паренек дождался утвердительного кивка. – Почему все считают тебя плохим? Ты что-то не то сделал?       – Да. Наверное.       – Ты не уверен? Как так? – Итан поднял голову, снизу вверх заглядывая Барнсу в глаза.       – Все довольно запутанно.       – Расскажешь?       – Мне пришлось работать на одних людей, которые, как выяснилось лишь со временем, оказались...       – Плохими? – подсказал мальчик.       – Да, можно и так сказать, – хмыкнул Джеймс. – Они велели мне делать ужасные вещи.       – Например? Убивать людей?       – Да, – не стал отрицать Баки, вместе с тем внимательно следя за реакцией Итана. Тот, к счастью, не шелохнулся. Просто сидел, прислонившись к нему боком, и ждал продолжения. – Много чего еще, но это худшее, пожалуй.       – Они заставили тебя это делать?       – Да.       – И ты не мог отказаться? – продолжал интересоваться мальчик.       – Я думал, что поступаю правильно. Мне... Мне промыли мозги. Забрали прошлое. Они убедили меня, что я просто машина, которая должна выполнять их приказы на благо человечества, – слова лились из Баки сами. – Я не могу судить точно, но чем больше я задумываюсь сколько всего я сделал, чем больше я вспоминаю, тем больше понимаю, что я ужасный человек.       – Разве солнце светит мне сегодня для того, чтобы я раздумывал о вчерашнем дне? – тихо изрек Итан, заставив Джеймса вынырнуть из угрызений совести. – Иоганн Кристоф Фридрих фон Шиллер. Немецкий поэт, философ и так далее.       – И много ты еще цитат знаешь? – Баки был рад некоторой смене темы. – Тебе сколько лет вообще, Итан?       – Семь, – мальчик улыбнулся. – Я помню, мама всегда говорила, что я умнее сверстников. Она умерла, когда мне только стукнуло четыре.       – От чего?       – У неё нашли рак. Она долго сражалась, но все же он победил.       – Сочувствую, – Джеймс легонько взъерошил Итану волосы.       – Спасибо, что сидишь со мной, Баки.       Барнс немного отстранился от ребенка, стянул со спины рюкзак и достал один из бумажных пакетов. В свою очередь, оттуда появились две коричные булочки, одну из которых мужчина протянул Итану. Тот принял еду и благодарно кивнул.       – Любишь корицу?       – Похоже на то, – согласился Баки, с удовольствием откусывая кусок. – Я помню, что любил это раньше.       – Дедушка тоже их очень любил, – Итан посмотрел на угощение. Отломив половину булки, он соскочил со скамейки и положил часть на могилу Стэнли. – Ты же не против?       – Конечно, нет. Ты вправе делать то, что хочешь.       Легкий ветерок трепал волосы, принося уютное расслабление. Баки даже казалось, что он попал домой, снова очутился в сороковых или даже раньше, в мирное время. Накатывающиеся отрывки воспоминаний будоражили кровь и вместе с тем приносили приятные чувства. Будто он снова медленно становился тем собой, до вмешательства Гидры.       Когда они оба доели, Джеймс вытащил из рюкзака пакет молока, открутил крышку и протянув его сначала мальчику.       – Пойдем выведу тебя отсюда, – решительно сказал Итан, вставая со скамейки. – Мам, дедуль, пока! Я навещу вас через пару дней, не скучайте.       Джеймс вдруг почувствовал, что ему совершенно не хочется прощаться с этим чудесным ребенком. Вообще-то, он никогда не был большим любителем маленьких, орущих, надоедливых, наглых молокососов. Но Итан странным образом был не похож на своих одногодок. Удивительно одаренный и очень смышленый мальчик.       – Ну что, тебе пора, – грустно вздохнул юный мистер Бэркс, когда они вышли за ограду кладбища.       – К сожалению, – Джеймс поддался порыву и еще раз потрепал мальчика по волосам. – Расти большим, Итан, много кушай, хорошо учись и тренируйся. Это формула хорошего полицейского.       Ребенок серьезно кивнул, совершенно не воспринимая слова Баки в качестве шутки. Он еще раз поблагодарил мужчину за цветы и проведенное вместе время, а после весело побежал в сторону дома. Барнсу взгрустнулось. Он ощутил боль этого маленького человека и очень сожалел, что не может хоть как-то помочь ему пережить такую огромную потерю. Хотя, подумалось ему вдруг, если когда-нибудь он все же сможет забыть прошлое и стать… кем-то вроде героя, то обязательно найдет Итана Бэркса и станет ему верной опорой.       Оглядевшись по сторонам, Баки обнаружил, что эта улица ему относительно знакома. Во всяком случае, тут он уже знал куда надо свернуть, чтобы оказаться ближе к их новому дому. Проходя мимо какой-то забегаловки, мужчина кинул мимолетный взгляд на неё и замер как вкопанный. За стеклом с грязными разводами из-за столика как раз вставал Стив, с грустью улыбаясь Шерон. Девушка тоже поднялась, обошла столик и обняла Роджерса, сказав ему что-то на ухо. Тот согласно кивнул, прижимая к себе агента Картер и неотрывно глядя ей в глаза. Шерон улыбнулась, опять что-то произнесла, а затем еще ближе притянула к себе Капитана, впиваясь в него страстным поцелуем. На удивление, Стив был не против, крепче прижав к себе тонкое тело, чуть ли не впечатывая его в себя, и позволяя девушке запустить себе руки в волосы. Когда Картер прервала поцелуй, это явно опечалило Кэпа, но агент ловко чмокнула мужчину в нос, попрощалась и выскользнула из помещения первой. Роджерс еще какое-то время стоял столбом, глупо улыбаясь и приложив пальцы к губам.       Баки почувствовал, что сердце сжала стальная рука, пытаясь раздавить его. От развернувшейся картины стало очень больно и одиноко. Джеймс, окончательно запутавшись в ворохе нахлынувших мыслей, непонятных и пугающих, с силой сжал челюсть, подавляя в себе желание закричать или что-то разбить. Взяв себя в руки, он поспешил домой. Не хватало еще сейчас наткнуться на этого счастливого идиота. И почему этот поцелуй так раздражает?..       Стивен еще никогда не видел такого большого и красивого вокзала. В прошлые времена он не очень часто путешествовал, зато любил гулять как можно ближе к поездам – особая романтика железной дороги была ему не чужда.       Напротив массивного, если не сказать помпезного, здания вокзала располагался благоустроенный парк отдыха. Большое количество скамеек, позволяющих приезжим перевести дух от долгого путешествия, находились в тени больших деревьев. На солнечных же местах высадили цветы, хвойные деревья и кустарники. В самом центре грандиозного сооружения разместился фонтан, с яркой подсветкой по ночам и легкой приятной музыкой в течении всего дня.       Прекрасное место, в котором Стив вдруг почувствовал себя совсем неуютно. Он встряхнулся от этой вязкой, усыпляющей красоты и уверенно пошел в сторону предполагаемого места расположения отдела кадров. В первую очередь стоит попытать удачу именно там.       Внутри каменного здания было прохладно и немного темно – раньше не проектировали больших окон, а содержание лампочек дорого стоит, на этом обычно всегда экономят. Стив умудрился не потеряться – радушные работники станции с удовольствием указывали ему направление, не смотря даже на то, что маска Черной Вдовы теперь показывала окружающим вовсе не героя Америки, а обычного мужчину средних лет с небольшим пивным брюшком. Конечно, очень уж отталкивающую внешность Роджерс решил не брать, ведь даже она по-своему привлекает внимание, а вот обычный человек с неприметным лицом очень даже пригодился.       Останавливаться на процессе собеседования нецелесообразно – едва ли Капитан мог бы рассказать что-то такое о себе, чего читатель не знает. Да и примечательного в беседе с главным инженером станции попросту ничего не нашлось. Стива приняли с удовольствием – большая станция с двумя сортировочными горками перерабатывала огромный поток грузовых поездов, что в свою очередь требовало содержания большого штата рабочих. Капитан же не требовал высокой должности и вполне был согласен на физический труд. Главное, что за его усилия хорошо платили.       Из кабинета он вышел довольным жизнью человеком. Документов для оформления у него требовать сразу же не стали, дали некоторое время, которого Шерон вполне хватит, чтобы сделать ему их. Все замечательно, надо только найти способ забрать бумаги, не встречаясь лично и не привлекая внимания.       Стив прихватил в ближайшем магазине бутылку белого вина и отправился домой. Баки обрадуется за него, да и деньги им будут явно не лишними.       – Бак, ты дома? – пропел мужчина, спешно сбрасывая обувь. – У меня хорошие новости, выходи.       Ответом ему стала гробовая тишина. Капитан Америка моментально напрягся – неужели что-то случилось? Он уже успел было просчитать в голове все возможные опасности и придумать около пяти планов действий, когда дверь в их с Баки спальню неохотно скрипнула.       – Баки? Черт, ты здорово меня напугал, – выдохнул Роджерс, запуская в волосы пятерню. – Ты спал?       – Нет, – кротко резюмировал Джеймс.       Почему-то после того, как он стал свидетелем поцелуя Капитана с агентом Картер, Барнсу было противно смотреть на героя Америки.       – Ты что такой смурной? – деланно спокойно спросил Стивен.       – Не ваше дело, Капитан.       – Я тут принес вина. Конечно, сыворотка едва ли позволит мне опьянеть, да и тебе оно не особо интересно, но у людей принято отмечать важные события. И я подумал…       – Какое еще событие? – не своим голосом прохрипел Баки.        Этот счастливо-идиотский вид, встреча, не смотря на угрозу разоблачения, огромная помощь со стороны Шерон Картер. Неужели? Не может быть.       – Ты… женишься? – подозрительно сощурился Джеймс.       – Что, прости? – Капитан от неожиданности чуть не выронил бутылку, в полной прострации глядя на немало шокированного друга. – С чего ты взял?       – Да так, неважно, – сердце предательски наполнилось затаенной радостью. – А что за повод?       – Я работу нашел.        Вечер они провели, словно вновь окунулись в старые добрые времена их молодости. Странно, хотя с тех пор они практически не состарились, но Баки все равно частенько называл прежние времена их "молодостью".       Капитан разлил вино, удивительно приятное на вкус, и они стали дурачиться, изображая опьянение. Вечная хмурость Барнса несколько отступила и позволила ему от души повеселиться. Стивен не мог нарадоваться поведению Баки и даже пожалел, что не взял еще несколько бутылок вина. Больше самого Роджерса ликовала только вечно живая курица-наседка в его душе – Джеймс будет сидеть дома, в безопасности и полной сохранности, ждать Кэпа с работы. Прелестно.        Они сидели до двух часов ночи. Уже и бутылка опустела, и булочки коричные закончились, а им все не хотелось идти спать. Но благоразумие все же взяло верх – завтра у Роджерса первый рабочий день, надо отдохнуть.       На этом насыщенный день героя Америки не закончился. Стоило Капитану придремать, как внезапно что-то нарушило его покой. Это "что-то" было чьей-то ногой, по-хозяйски закинутой на бедро мужчины. "Шерон", – тут же сквозь дрему пришло на ум Стиву, заставив его улыбнуться. Однако, слегка проснувшийся мозг, который соизволил начать думать, мягко намекнул, что ножка девушки не может быть такой объемной, увесистой да еще и волосатой. Конечно, для супер-солдата вес этой ноги был мало ощутим, словно просто прикосновение, но все же этот факт стер улыбку с лица Кэпа. Если это не Шерон, то остается только...       Стив аккуратно приоткрыл глаза, чтобы подтвердить единственную возможную догадку. Баки, лежащий к нему почти вплотную, разумеется, и являлся владельцем ноги. Что-то пробормотав во сне, друг нахмурил брови, а затем сократил расстояние между ними до нуля, уткнувшись Кэпу в грудь лицом и поудобнее уложив ногу. Роджерс так и замер, боясь неосторожно вздохнуть – не хватало еще разбудить Джеймса в столь неловкий момент. Такая близость очень смущала мужчину, рождая в его душе какие-то непонятные чувства, которые он до дрожи боялся принять. Сразу невольно вспомнился тот случай, когда он мечтал о свидании с Шерон в парке, а потом почему-то девушку заменил счастливый Баки. Да, кажется, современные нравы тлетворно на него влияют.