Призраки Пустоты: Предчувствие Тьмы

      Особняк, некогда принадлежавший Нортвестам, с виду ничуть не изменился, даже несмотря на то, что за прошедшие несколько лет успел сменить двух хозяев. Глифулы явно не хотели привлекать к себе внимание, а потому на воротах, вопреки ожиданиям Диппера, не было огромной физиономии Гидеона. Выдохнув, чтобы успокоиться, Пайнс нажал на кнопку звонка, и уставился на камеру, висевшую над огромными створками.       — Особняк Глифулов, что вам… Диппер? Диппер, это ты?!       — И я рад тебя слышать, Гидеон, — Пайнс натянуто улыбнулся. — Хотя и сам этому удивляюсь.       — Сейчас, сейчас, одну секунду. Божечки, как же я рад тебя видеть!       — Это меня и настораживает, — буркнул Диппер.       В динамике под звонком что-то щелкнуло, скорее всего, Гидеон опустил рычаг, и ворота открылись. Огромный двор выглядел очень аккуратно и ухоженно, однако без кидающейся в глаза роскоши. При Нортвестах особняк кичился живыми павлинами и фейерверками на входе, при МакГакете он был заставлен его безумными изобретениями и просто грудами металлолома. От Глифулов можно было ожидать гигантский статуй Гидеона, но вместо этого он был пуст. Лишь живая изгородь, которой искусный садовник придал форму разных животных, служила украшением, да на заднем дворе, насколько он помнил, был большой бассейн. Диппер подошел к засыпанному снегом кусту в форме кролика, и невольно подумал, что не завидует Гидеону, если Нортвесты еще и отапливали свой особняк при помощи старого, ненадежного бойлера в придачу.       — Диппер! — он повернулся, и увидел, что ему навстречу по снегу бежит низкорослый, пухлый, светловолосый парень, в халате поверх пижамы со звездами. — Я знал, я знал, что ты выберешься оттуда!       — Стоп, ты знал? — удивился тот.       — Конечно знал! Ты ведь Пайнс, а вы, Пайнсы, всегда выбираетесь из неприятностей.       — Нет, я не об этом. Ты знал, куда я угодил?       — Понятия не имею, — Гидеон добродушно рассмеялся. — Но зато знаю тебя.       По его виску скатилась капелька пота, и Диппер нахмурился. Заметив его недоверие, Гидеон поспешно отвернулся, и показал рукой на живую изгородь.       — Ну и как тебе обстановка? Отец хотел открыть здесь магазин автомобилей, но я не разрешил. Думаю, живая изгородь будет лучше.       — Поставь детскую площадку, открой здесь отель и назови его «Оверлук». Тогда я точно не подойду к этому месту ближе, чем на милю.       Гидеон посмотрел на него с недоумением, а затем рассмеялся.       — Ах, ты об этом? Ну, на Джека Николсона с топором, боюсь, денег у меня не хватит!       — Хватило бы и писателя-неудачника с молотком для игры в роке.       — Ладно, проходи в дом! А то я уже замерзать начал.       Гидеон, казалось, был искренне рад его видеть, что немало удивляло Диппера. В последние годы он, конечно, делал все, чтобы исправиться, в надежде что Мейбл все же полюбит его, однако большими друзьями они с Пайнсом никогда не были. И вот теперь Гидеон буквально светился от радости, как будто к нему в гости приехал любимый брат. Светился и нервничал, то и дело, оглядываясь на Диппера, и потирая вспотевшие ладони.       Дверь им, как про себя отметил Диппер, открыл напыщенный, седой дворецкий, посмотревший на гостя сверху вниз. Глядя на него Пайнс сразу вспомнил «Утиные истории», которые они с Мейбл смотрели, когда им было пять. Воображение тут же нарисовало здоровенный сейф, набитый золотыми монетами, в которых каждое утро купается Гидеон.       — Да, я знаю, что при Нортвестах тут было богаче, — Гидеон пожал плечами. — Но по крайней мере они оставили мне дворецкого.       — Это куда лучше, чем прислуживать в какой-нибудь деревне, сэр, — невозмутимо откликнулся тот.       Вестибюль, по сравнению с тем, каким Диппер увидел его на приеме семь лет назад, и вправду изменился. Он по прежнему был огромным, но в нем больше не было нарочито кичливой роскоши. На стенах больше не висели лживые картины, восхвалявшие Нортвестов, а ковры на полу были изрядно поношенными, хоть и целыми. МакГакет наверняка таскал по ним какие-то свои изобретения, а Глифулы еще не успели их заменить. А может и не хотели менять, чтобы не привлекать к себе лишний раз внимание.       Гидеон провел его в небольшую комнату для гостей, и жестом предложил сесть в одно из кресел возле зажженного камина. Сам он уселся напротив, и, сложив руки на пухлом пузе, выжидающе уставился на гостя. Диппер осмотрелся по сторонам, и отметил про себя, что эта комната осталась нетронутой. Полы устилал красный персидский ковер, тяжелые, багровые шторы были задернуты и единственным источником освещения был огонь в камине. Даже трофейные головы животных, украшавшие стену, не могли испортить эту атмосферу поистине домашнего уюта. Диппер живо представил, как старик МакГакет часами сидел в этой комнате, уставившись в огонь и думая о своем прошлом, или же о новых безумных изобретениях.       — Ну и дела! — произнес Гидеон. — Никогда бы не подумал, что буду так рад увидеть Пайнса! Ну, другого Пайнса. Ты не в курсе, как там поживает Мейбл?       — Неа, — Диппер опустился в кресло и прикрыл глаза. После пробирающего до костей мороза на улице, сидя в мягком кресле возле камина он почувствовал себя так, будто угодил в горячую сауну. — Я пытался связаться с ней, когда вернулся, но оказалось, что ни у кого во всем городе нет ее номера телефона. Даже у Кэнди и Гренды.       — Да, я тоже пытался найти ее. Но безуспешно.       Диппер открыл глаза и посмотрел на него так, что Гидеон поспешил оправдаться:       — Нет-нет, ты не подумай! Я просто хотел узнать, как она поживает! В конце концов, она сама не своя была после того, как ты исчез, вот я и подумал, что мог бы утешить ее, и… Нет, так еще хуже.       — Не знаю, — Диппер уставился в огонь. — Порой мне начинает казаться, что Мейбл просто не хочет, чтобы ее нашли.       Пайнс помрачнел, вспоминая последнюю свою встречу с сестрой, и Гидеон поспешил сменить тему.       — Так все-таки, что привело тебя в мою скромную обитель? Я не думаю, что ты просто соскучился по мне.       — Есть такое, — Диппер повернулся к нему. — Я слышал про твою сделку с Нортвестами…       — Слушай, что бы ты ни подумал, все было законно! — поспешил заверить его Гидеон. — Нортвест сам виноват, что сразу же вложил все деньги в товар, которого в лицо не видел! Он может сколько угодно кричать про мошенничество, но…       — Да плевать я хотел на Нортвестов. Я говорю про ту часть, где ты обнаружил инопланетные руины, и собирался вывезти все ценное.       — А, ты об этом? Да, по правде говоря, вся история оказалась пшиком. — Гидеон хихикнул, и оттянул пальцем воротник пижамы, будто та душила его. — А кто тебе рассказал об этом, если не секрет.       — Да весь город об этом слышал. Проклятие маленьких городков, надо полагать, — Диппер сам не мог сказать почему, но выдавать Пасифику Гидеону ему совершенно не хотелось. — Может, расскажешь, что за история с этими руинами?       — Говорю ведь, вся история оказалась пшиком. Честно, — Глифул вытер тыльной стороной руки возникшие на лбу капельки пота. — Я думал, что в тех руинах, которые вы с дядей откопали будет что-то, достойное продажи.       — Так ты все же был в них?       — Да, был, но они были мертвы! В смысле, совсем мертвы! Они не работали! В смысле…       — В смысле кто-то стащил источник питания, — вздохнул Диппер. — Жаль. Я надеялся, ты знаешь, что там стряслось.       — Понятия не имею. Но, — Гидеон наклонился, и сделал жест придвинуться ближе. — Я более чем уверен, что этот кто-то вычистил в руинах все, что можно. Будто он не хотел, чтобы в них нашли что-то ценное. Я было хотел обвинить в этом старшего Нортвеста, но он как был нищим, так и остался.       — Вот как? — хмыкнул Диппер. — И откуда же ты в таком случае нашел деньги на то, чтобы въехать в их особняк, наплевав на завещание Макгакета? Машины твоего отца начали пользоваться таким спросом?       — Никто не виноват Нортвесту, что он вложил все свои сбережения в это дело, как только услышал слово «деньги», — Глифул пожал плечами. — К тому же, он даже не подписал контракт, чтобы в случае чего их вернуть. Просто вручил их мне, потирая лапки и предвкушая, как вернется со своей женой в этот особняк.       — Простите, сэр, — в комнату заглянул дворецкий. — Под нашими воротами стоит некая рыжая особа, и бесцеремонно колотит в них палкой. Что прикажете?       — Рыжая особа? Я даже знаю кто это, — улыбнулся Диппер. — Что ж, полагаю, мне пора идти, пока рыжая особа вам ворота не вынесла.       — Что, вот так просто? — всполошился Гидеон, вставая с кресла вслед за ним. — В смысле, ты точно не хочешь остаться на обед?       — Нет, нет, не хочу навязываться. К тому же, меня наверняка заждались.       — А, что ж, прекрасно! Заходи еще, если что! Проклятие, как же я рад был тебя видеть!       Гидеон едва не прыгал от счастья, провожая его к двери, и Диппер мог поклясться на сотню зимбабвийских долларов, что радушному хозяину не терпится избавиться от нежеланного гостя. Однако у самой двери он все же улыбнулся почти искренне, и произнес:       — Что ж, заходи, если что. Большую часть времени тут только я и старина дворецкий. Ну и еще мама иногда находится в одной из комнат особняка с пылесосом в обнимку, да отец регулярно приезжает. Приводи Венди, раз уж так. Буду рад ее видеть.       — А она тебя вряд ли, — хмыкнул Диппер. — Такой уж у нее характер. Да и с чего бы мне ее сюда приводить?       — А? Ну просто я подумал, что вы…       — Следующего, кто заикнется про меня с Венди, я лично затолкаю в этот треклятый портал, — Диппер наградил его вежливой улыбкой. — До встречи, Гидеон.       — Ах да, конечно, — Глифул пожал протянутую ему руку, и дернул рычаг, открывающий ворота. — Так может скажешь все-таки, кто рассказал тебе про меня и инопланетные руины?       Но Диппер был уже за дверь, лишь махнув, не поворачиваясь, ему рукой на прощание. Венди ждала его возле открытых ворот, с палкой наперевес и готовая пойти на штурм в любую секунду, отчего Пайнс не сдержал усмешки. Повернувшись, он увидел Гидеона, который стоял в дверном проеме, улыбаясь во все тридцать два зуба, и махал ему на прощание рукой. Однако Диппер мог поклясться, что как только дверь закрылась, улыбка на лице Глифула младшего сменилась злобной гримасой.       — Ну и как прошло свидание, голубки? — насмешливо спросила Венди. — Я вам ничего важного не сорвала?       — Только не говори, что ревнуешь, — фыркнул Диппер. — Как ты узнала, что я здесь?       — Ну, я пришла в кафе, удрав от отца и братьев, а там Пасифика сказала мне, что ты ушел к Гидеону. Променял, можно сказать, лучшего друга на полный кошелек, — Кордрой легонько стукнула его палкой по голове. — Надеюсь, оно того стоило?       — Ну как сказать. Либо Гидеон и вправду ничего не нашел в тех руинах, потому что кто-то вычистил их до него, либо он брешет как сивый мерин, — Диппер посмотрел на закрывшиеся за ним ворота.       — И ты думаешь, какой из этих вариантов верный? — голос Венди явно говорил, что она начинает сомневаться в его умственных способностях.       — Неа. Я думаю, что такого он там нашел, и почему так сильно не горит желанием со мной этим делиться, — убедившись, что они отошли достаточно далеко от ворот, он, понизив голос, прибавил: — И, кажется, я знаю верный способ как нам это выяснить.       — Нет… — протянула Венди. — Ты ведь не предлагаешь нам вломиться в его особняк посреди ночи, и обыскать там все?       — Ну, я думал, тебе это понравится, — Пайнс деланно развел руками. — Не ты ли жаловалась на отсутствие приключений?       — Вот за что я тебя люблю, чувак! — Кордрой шутливо ткнула его локтем. — С тобой точно не соскучишься!       Диппер рассмеялся, потирая ушибленный бок, и мысленно поблагодарил густую щетину, скрывавшую его резко покрасневшие щеки.