Все идет по плану, мисс

— Детектив Фурнье, зайдите ко мне, пожалуйста, — Буйволсон мрачно кивнул Когтяузеру, который выдавал лосю толстенную папку. Сонная морда гепарда подавилась приветствием, утонув в зевке, но капитан, учитывая сегодняшнюю ночь, не упрекнул подчиненного. — Прямо сейчас? — Морис Фурнье оторвался от чтения и хмуро глянул на начальника. Тон Буйволсона не сулил ничего хорошего. Буйволсон кивнул и, не отвечая, пошел к себе. Фурнье вздохнул и протянул папку обратно. — Бен, свяжись с моим свидетелем, скажи, что сегодняшняя встреча скорее всего отменяется, ладно? — Конечно, детектив! Будет сделано! — Когтяузер убрал папку в стол и потянулся за записной книжкой, даже не посмотрев на уходящего коллегу. Морис медленно поднялся следом за капитаном, размышляя, что ему подкинут на этот раз. Вчерашнее задержание вроде бы прошло успешно, пару несложных дел Буйволсон даже на новичков повесил, а случись что серьезное — об этом бы уже давно гудел весь участок. Но этим утром всё были тихо: как у места стечения всех слухов — автомата с кофе, — так и во время утренней планерки. Морис потянул за ручку дверь, входя без стука. — Садись, — не поднимая головы, сказал Буйволсон и положил на стол три листа. Лось вздохнул и ухмыльнулся: — Что же ты мне на этот раз собираешься подкинуть? — Фурнье сел, по привычке засунув копыта в карманы плаща. В левом кармане оказалась пустая пачка из-под сигарет. «Надо бы купить», — отрешенно подумал лось. — Морис, это даже не просто сложное дело, — вздохнул Буйволсон, — если я ошибся вчера ночью, то головы полетят. Видел сводки по убийствам? За последние пару дней? — Ты же знаешь, я всегда их просматриваю, шеф, — лось хмыкнул. — Хоть убийства — это уже не моя компетенция. Что-то конкретное? — Рысь, Ричард Хариссон, тридцать лет, убит из… — А, огнестрел в баре, — оживился Фурнье, — как же его… «Дикие времена», точно. Кажется, какой-то хищник в розыске по этому делу. Буйволсон кивнул и чуть усмехнулся, покачав головой: — Да, зря я твое заявление принял. Тебе бы так и работать по убийствам, дружище! — Ты прекрасно знаешь, почему я сбежал от всего этого дерьма, шеф, — панибратски развел копытами детектив. — Так что с этим делом? Оно же не наше. — Наше — не наше, а вчера во время облавы мы задержали одну милую парочку. Джуди Хоппс — помнишь ее? первый и последний кролик-коп? — в компании этого самого предполагаемого убийцы. Мы их задержали… и я их отпустил. Морис задумчиво поглядел на друга. Он знал: этот полицейский никогда не делает ничего просто так. Вот только какое Буйволсону дело до расследования на чужой территории? Фурнье приподнял бровь, ожидая продолжения. — Хоппс клянется, что Уайлд — лис в розыске — не виновен, — Буйволсон протянул вчерашнюю распечатку и признался: — Чем дольше я это читаю, тем больше убеждаюсь, что нельзя на основании вот этого устроить облаву всего через полчаса после совершения убийства. Одни эксперты пошлют куда подальше, если ты к ним в тот же день за результатами придешь. Фурнье бегло прочитал документы, мысленно соглашаясь. Ни одного протокола, ни одного опрошенного свидетеля — зато есть обвиняемый! Магия, не иначе. От дела неприятно тянуло гнильцой, и это лосю совсем не нравилось: уж больно запашок был знакомый. — И ты мне предлагаешь им заняться? — лось скептически скривился. Буйволсон только вздохнул. Постучал копытом о стол, собираясь с мыслями. — Да. Что-то подсказывает мне, что Хоппс права, но ты же понимаешь: кролик без всяких полномочий и беглый лис мало что сами смогут нарыть. Помоги им хотя бы с зацепками: подкинь контакты покойного, если понадобятся какие-то экспертизы, данные… ты понимаешь, верно? — капитан дождался неуверенного кивка и продолжил: — Я назначил им встречу сегодня в одиннадцать на месте преступления. — Предусмотрительно, — хмыкнул Морис, вставая. — Слушай, считай это моей личной просьбой, ладно? Я буду рад, если ты согласишься: дело действительно очень мутное, путанное. Нехорошее. Лось обернулся, уже стоя у выхода из кабинета, поглядел на сосредоточенного капитана, одернул плащ. — Жалеешь, что отпустил? Буйволсон встал, облокотился на кресло, всё еще глядя в никуда, и признался: — Скорее нет. — Ну, значит, выполню твою маленькую просьбу, шеф. Надеюсь, я могу рассчитывать на отсрочку по текущим хотя бы на сутки? — спросил Фурнье уже через порог. Буйволсон только натянуто улыбнулся и махнул копытом, заставив детектива внутренне усмехнуться. Морис Фурнье терпеть не мог сложные, но интересные дела. Но только такие ему и попадались. И, кажется, только ради таких дел он и жил.

***

— Думаешь, Буйволсон сам придет туда? — Джуди с сомнением застегнула последнюю пуговицу на рубашке и покосилась на лиса. — Скорее всего. Знаешь, я, конечно, не силен в ваших полицейских уставах и прочем, но мне кажется, что лишние посвященные в покрытие преступников ему не нужны. Ну, или пошлет кого-то, кому доверяет, тогда это уже к тебе вопрос: какие там у вас отношения в коллективе? Джуди пожала плечами, отсоединяя телефон от зарядки и запихивая его во внутренний карман пиджака. — Ты же знаешь, я там толком и не работала, даже не всех знаю, не говоря уж об отношениях всяких… Слушай, нам обязательно так одеваться? Ник усмехнулся, самодовольно оглядев себя в зеркале, и обернулся, одаривая крольчиху одной из самых хитрых и обворожительных своих ухмылок: — Прости, но чтобы носить полицейскую форму, нужно там работать, а нам же остается скромная роль частных детективов, если ты не забыла. Нам необходимо создать впечатление серьезных и успешных зверей, — Ник взял с кровати галстук и снова повернулся к зеркалу. — Серьезные звери — серьезные разговоры, пупс. — Еще раз назовешь меня пупсом, получишь… по своей серьезной и псевдоуспешной морде! — огрызнулась Джуди, надевая пиджак и грозно барабаня лапой по полу. — Так и быть, уговорила, Морковка, — тихонько рассмеялся Ник, завязывая галстук. — Лучше думай, что будем делать после осмотра места преступления, мисс Детектив? Джуди взяла в лапки блокнот и свою любимую ручку, купленную специально перед поступлением на службу, но так и не успевшую там пригодиться, задумчиво огладила дешевый рыжий пластик и предположила: — Попробуем отработать немного другую версию: что ты не конечная цель, а просто зверь, подвернувшийся под горячую лапу. Вдруг главная жертва — все-таки Хариссон, а о тебе думают, как о случайном и опасном свидетеле? Тогда начнем с самого простого — поговорим с женой, затем, если получится, с коллегами по работе. Будем отрабатывать личные контакты, думаю, что-нибудь да всплывет! — закончила перечисление примерного плана мероприятий крольчиха уверенно и увлеченно, обхватив лапами блокнот и улыбаясь. Ник запихнул в карман телефон и сцапал со стола солнечные очки-авиаторы. — Не перестаешь приятно удивлять, Морковка, прям вылитый детектив-инспектор с какого-нибудь ITV. Надеюсь, моих актерских способностей хватит, чтобы сыграть твоего несомненно догадливого сержанта, как думаешь? — Скорее уж пронырливого адвоката или даже страхового агента, — критично оглядев хищника, фыркнула Джуди. — А так, морковная душа? — рисуясь, лис нацепил авиаторы, чуть склонил голову вперед и глянул на напарницу поверх затемненных стекол. — Как выпендривающийся страховой агент, — рассмеялась Джуди, не зная, хорошо это или плохо — идти на «работу» с таким настроением, словно в кино на комедию. И ведь всё этот лис, который с самого утра не переставая подкалывал, задирал и иронизировал! Заставляя чувствовать себя… комфортно? Джуди решительно сцапала Уайлда за галстук и легонько потянула в сторону выхода. — Пойдем уже, иначе опоздаем! — Слушаюсь, лейтенант Ту-Ту! — Ник шутливо отдал честь и покорно последовал за Джуди. Пока лис закрывал дверь, в зеленых глазах все еще плясали смешинки, хоть губы и слились в тонкую черную линию без намека на улыбку. Джуди нахмурилась — и наконец заметила крошечный желтый огонек в черном пластике. — Ник? — А? — беззаботно отозвался лис, пряча ключи в карман. — Как твой ошейник? — крольчиха осторожно протянула лапку к шее Ника, но тот опередил ее, быстро поправив рубашку и наполовину скрыв ошейник воротником. — В порядке, сейчас снова станет зеленым, не бойся, — бросил он, пройдя к лестнице. Обернулся, невозмутимо махнул лапой: — Пойдем, пойдем, а то действительно опоздаем! Джуди послушно подбежала к лестнице и начала спускаться, но через три ступеньки остановилась и обернулась: — Ты же знаешь, я не это имею в виду! Ник вздохнул: — Это временный, такие выдают до перевыпуска индивидуального. По закону, если ошейник пришел в негодность, хищник обязан получить временный, максимальный срок ношения — неделя. Он куда слабее бьет, рассчитан даже на задохлика, чтоб не окочурился от всеобщей безопасности. Самое приятное — нет чипа с данными на владельца, а значит, найти меня в силах только твой быкан-капитан, — Ник криво усмехнулся. — Так что он подстраховался, Морковка. Всё, вот теперь точно идём! — лис пальцем показал, мол, поворачивайся и вперед, но Джуди хмуро посмотрела на него и перед тем, как продолжить спуск, попросила: — Напомни мне на обратном пути зайти в магазин, ладно? — серьёзно попросила она. — Зачем? — Будем чинить твой ошейник, — просто заявила Джуди, наконец продолжив спускаться. Ник же на секунду застыл, едва заметно усмехнулся и самодовольно заключил: — Да, кажется, я дурно на тебя влияю! Некоторое время они шли молча, дворами и переулками: Джуди доверилась хвастливым словам лиса о том, что он знает весь этот город вдоль и поперек, и проведет ее к бару без всякого метро и наземного транспорта. Идти приходилось быстро, Хоппс едва успевала запомнить дорогу, но спустя двадцать минут сдалась. Ник действительно знал этот город на отлично, как знал его не всякий зверь, родившийся здесь. Только тот, кто наверняка сутки напролет носился по этим улицам в поисках идей для своих афер. Крольчиху это восхищало: Ник ни на секунду не задумывался на развилках, хватал ее за лапу, если она, засмотревшись на что-нибудь, пропускала поворот, изредка обращал ее внимание на примечательные детали: вон в том переулке вот-вот мелькнет музей истории, а во-он там просто очень красивый дворик, говорят, там живет один известный актер, а там… У Джуди голова шла кругом от захлестывающих эмоций: восторг от действительного начала дела, тепло в груди от чудесной погоды, рвущееся наружу любопытство от мини-экскурсии на бегу. А еще крошечное кроличье сердце билось сильнее от крепкой бурой лапы со страшными хищными когтями, сжимавшей ее серые пальчики. Аккуратные домики и дворы сменились грязноватыми проулками, и Ник сбавил шаг, начав нервно оглядываться, притянув крольчиху поближе. Некоторым встречным сдержанно кивал, от некоторых отворачивался. Джуди напряглась: волнение лиса передалось и ей. Большая часть прохожих были хищниками, и крольчиха чувствовала себя здесь чужаком. Причем, как показалось Джуди, косились на нее даже травоядные. Лис заметил, как напряженно прижались к затылку длинные кроличьи уши, и усмехнулся: — Расслабься, Морковка, просто кроликов, да еще и в качестве моей подружки, тут никто не видел. — Подружки, Уайлд? Мы же выходили из дома еще частными детективами-напарниками! — Джуди в шутку пихнула лиса в бок, успокоившись. Если бы угроза была реальной, Ник бы не шутил. По крайней мере, Джуди на это очень надеялась. — Одно другому не мешает, — невозмутимо пожал плечами Ник, открывая простую, явно подсобную дверь выуженным из щели в рассохшемся дереве откоса ключом. — Прошу, мисс Хоппс, — лис галантно пригласил Джуди жестом. Помедлив, Джуди осторожно вошла, оказавшись в каком-то подсобном помещении, перевернутом с ног на голову. Лис за ее спиной присвистнул. — Знаешь, Морковка, я, конечно, не перфекционист с манией чистоты, но… — Здесь что-то искали, причём очень грубо, — серьёзно сказала Джуди, уверенно оглядываясь и что-то ища глазами. — Полиция так работать не должна, любой обыск проводится аккуратно, производится фотофиксация, а нанесение ущерба допускается только в крайнем случае, а это все… — Джуди присела на корточки, рассматривая темное пятно на плитке, но принюхавшись, разочарованно отвернулась — вино. Осколки нашлись под лежавшим рядом полотенцем. — Ник, можешь сказать, что-нибудь пропало? Лис задумчиво изучил развороченный ящик с бумагами прихода-расхода, чеками и накладными, осторожно поворошил их лапой. — Документы вроде все на месте, хотя их явно перерыли… да-да, не смотри на меня так, я же говорил: на этот раз все настоящие! А остальное… — Ник шумно выдохнул, — тут в основном провиант хранился, посуда, в целом неважная мелочовка, так сходу и не скажешь. Может и пропало пару бутылок, но я особо ничего не пересчитывал, поэтому… — он развел лапами. Джуди пытливо осмотрела все доступные ей полки, но ничего интересного не обнаружила. Посуда валялась как попало: какая-то приземлилась удачно, другая менее спокойно перенесла ускорение свободного падения. Похоже, кто-то просто смахнул ее лапой с полок, ища что-то важное. — А что-нибудь ценное в баре есть? — Хм, пожалуй, только выручка. Не так много, но есть, в основном зале. — Пойдем, — твердо сказала Джуди, кивнув на дверь. — Туда? — дождавшись кивка, крольчиха осторожно открыла ее, с опасением заглядывая внутрь и жалея, что не взяла с собой баллончик. Потому что если сейчас на них нападет зверь крупнее или подготовленнее… В самом зале для посетителей, небольшом, с явно самостоятельным ремонтом, царил уже знакомый беспорядок. Стулья перевернуты, нехитрые украшения из забавных фотографий валяются на полу в россыпи осколков. — Проверь деньги. Если на месте, значит, точно ищут что-то определенное, — прошептала Джуди, чувствуя какой-то подвох. Напарники медленно вошли, глядя под лапы и обходя злосчастные фотографии стороной. За их спинами, в темноте зала послышалось легкое покашливание. Джуди и Ник подскочили, крольчиха тихонько вскрикнула, выставляя блокнот вперед наподобие щита. — Простите, не хотел вас пугать, — вежливо извинилась тень, выходя из тёмного угла и тут же обретая смутно знакомые черты лося в бежевом пальто. — Уже и не надеялся, что вы придете. Детектив Фурнье, — лось жестом пригласил за стол — кажется, единственный уцелевший — и три предусмотрительно поставленных рядом стула. — Приятно познакомиться, — настороженно кивнула Джуди, медленно приближаясь к лосю. — Ник, сначала проверь… Ник кивнул прежде, чем Джуди успела закончить предложение, и скользнул за стойку бара. Смахнул, судя по звону, столовые приборы, расчищая путь к кассе, и задумчиво извлек нетронутую пачку. — Что и требовалось доказать… — пробормотал Ник, помахивая купюрами на манер веера. — Что, крадете улики с места преступления? — не преминул сыронизировать Фурнье, присаживаясь. — Джуди, меня попросил встретиться с вами Буйволсон. Я так понимаю, вы ведете свое собственное расследование, а я могу вам немного помочь. Крольчиха неуверенно постучала лапой по полу и вопросительно глянула на Ника. Тот в свою очередь — настороженно, с легким почти профессиональным прищуром, на Фурнье. — Почему мы должны вам верить? Фурнье молча достал тоненькую папку из портфеля и положил на стол, на морде лишь легкое любопытство и усталость от навязанной работы. — Можете не верить, я вас понимаю, мистер Уайлд. Похоже, тут замешан кто-то из моих коллег, пусть и из другого отдела, и это мне не очень нравится. Давайте перейдем сразу к делу. Я расскажу вам всё, что смог узнать по этому делу за это утро, а уж воспользоваться этим или нет — вам решать. Идет? Джуди медленно кивнула и присела-таки за стол. Ник встал сзади, облокотившись на спинку ее стула. Для лиса родной бар неожиданно стал таким чужим и неуютным, что вызывал только одно желание — поскорее уйти, и никогда не возвращаться. Ника это не удивило: он любил здешнюю атмосферу и расслабленные морды хищников, разруха и пятна крови на барной стойке вполне предсказуемо отталкивали. — Допустим, — кивнула крольчиха, приготовившись записывать. Фурнье покачал головой: — Не утруждайте себя, всё, что я сейчас расскажу, уже есть в этой папке. Я полагаю, акт с осмотра места преступления вы уже изучили и способ и время убийства знаете. Тут я ничего нового сказать не могу. Но вот вся известная мне информация по контактам Хариссона, — лось протянул первый лист и пояснил: — вот контакты его жены, телефоны, домашний и рабочие адреса. Из седьмого отделения на допрос ее еще никто не вызывал, насколько мне известно, только сообщили о смерти мужа, так что, если поторопитесь, сможете узнать что-то интересное. Здесь, — лось пролистнул тоненькую стопку листов, — всё, что есть по его работе. Посмотрите сами, очень мало: лаборатория небольшая, по нашим базам и делам нигде практически не проходила, если бы они не использовали экстракт валерианы и не получали официальное на него разрешение, совсем бы ничего не знали о них. Крольчиха взяла бумаги в лапки и бегло просмотрела, а потом подняла взгляд и недоверчиво спросила: — И вы нам действительно хотите помочь? Вот просто так? — Верно, — Фурнье тихо рассмеялся, пораженный умилительной недоверчивостью крольчихи. — Последнее, чем я сейчас могу вам помочь — мои контакты. Вот последний лист, не потеряйте его. Звоните в любое время, если появятся осложнения или понадобится экспертиза. И… шеф очень просил передать: будьте осторожны и не идите на риск без крайней необходимости, потому что если попадетесь… — лось многозначительно замолчал, и Джуди кивнула. — Как думаете, детектив, — неожиданно вступил в беседу Ник, всё это время молча изучавший бумаги, положив голову между ушей Джуди, — почему убийца ищет что-то, связанное с Ричардом Хариссоном, именно у меня? Почему не у жены? Думаю, жена — логичное начало поисков. Куда логичнее, чем едва знакомый с жертвой бармен? Фурнье пожал плечами: — Я уже думал об этом по дороге сюда, но пока не могу сказать ничего толкового. В любом случае, поговорите с миссис Хариссон как можно скорее, у меня нехорошее предчувствие. Как бы не появился у нас еще один труп. Джуди задумчиво постучала ручкой по столу, всё еще хмурясь. Детектив Фурнье выглядел и говорил располагающе, и ему хотелось верить, но вспоминался отчего-то один из постулатов, вбиваемых в головы учащихся в академии: если зверь вызывает у вас симпатию, это еще не значит, что он чист перед законом. А потом, для закрепления эффекта, пожилой преподаватель-муравьед включал записи из архивов, где миловидная ласка спокойно рассказывала о двойном убийстве, совершенном ею ради денег, добродушный старик-баран с шутками да прибаутками вещал о том, как скрывал тело в лесу и помогал следствию, а бравый с виду… Джуди тряхнула головой, заставив Ника ойкнув, отпрянуть. — Эй, Морковка, могла бы просто сказать, что моя морда на твоей макушке тебя раздражает! — буркнул Ник, потирая челюсть. — А? — недоуменно повернула голову Джуди и моргнула: — Ой, прости, я просто задумалась! — Ладно, забудь, — махнул лапой лис, наконец присаживаясь за стол. — А у вас, детектив, всё? Вы пришли сюда только чтобы вручить нам эту папочку? Лось кивнул: — Ну и чтобы познакомиться. Я буду потихоньку заниматься этим делом, но вы же понимаете, у меня, да и у шефа, копыта связаны: мне определенно слышится нехороший душок от этого материала, и боюсь, он идет даже не от полицейского начальства. Уж больно много внимания простому мошеннику. Но это так, интуиция, а ее… — Да, к делу не пришьешь, — закончила Джуди, вставая со вздохом. — Мы подумаем над вашим предложением, детектив Фурнье. — Обязательно подумайте, — серьезно кивнул лось, тоже вставая. Задумчиво почесал подбородок копытцем. — Ах, да! Кажется, вы забыли кое-какие вещи, когда заходили в департамент, — лось достал из портфеля небольшой бумажный пакет и поставил его на стол. — Удачи, мистер Уайлд, мисс Хоппс. Кивнув на прощанье, Фурнье побрел к выходу, оставляя за собой настороженную тишину. Тихо закрылась входная дверь, откуда-то скатился стакан и с задорным звоном разбился, заставив напарников вздрогнуть и наконец отмереть. Джуди решительно впихнула папку с бумагами лису и потянулась к пакету, провокационно лежащему на столе. — Эй, Морковка, а может, не надо? — повелся на поводу у своих страхов Ник. В голове красочно расползалась картинка с хитрым взрывным устройством и лосем, посмеивающимся из-за угла. Фантазия была неубедительной, как сюжет плохого боевика, но навязчивой и активно подогревалась царящим вокруг хаосом. — Но мне же любопытно! — возразила Джуди таким уверенным голосом, словно Ник отбирал у нее последний кусок хлеба, а она была не любопытной, а голодной. Лису оставалось только кивнуть. Пакет в лапах крольчихи преступно громко зашуршал. Джуди пытливо заглянула внутрь, и ее уши взмыли вверх. Хитрая рыжая морда тут же протиснулась между ними и заглянула внутрь. — Опаньки! — бесцеремонная лисья лапа тут же нырнула в пакет и выудила его паспорт и потертый деактивированный ошейник. — Сувенир от твоего начальника? — Похоже на то, — кивнула Джуди, выпутываясь из непрошенных объятий. — Так, наслаждайся воссоединением со своим поддельным паспортом, а я пойду посмотрю место убийства. Кстати, ты акт с осмотра читал ведь? Напомни, что там было про расположение вещей? Если я ничего не путаю… — крольчиха склонилась над стойкой бара, столешница которого была рассечена когтями и еще хранила темные кровавые следы. Джуди склонила голову набок, задумчиво побарабанила лапой по стулу, на котором она стояла. — Знаешь… это выглядит так, словно… его сначала прижали к столу… — И допрашивали? — лис подошел и провел собственным когтем по борозде. — Может быть, — Джуди обернулась. — Или пытали. — Если бы это делал лис, он мог бы использовать когти, — Ник с намеком приподнял бровь. — На теле не было ран от когтей или клыков, — недоуменно возразила крольчиха, а потом, сообразив, возмутилась: — Я уже давно тебя не подозреваю, Ник! — Знаю, Морковка, — лис усмехнулся, — и очень ценю. Но я о другом. — Что, возможно, убийца — травоядный зверь? — Джуди, помедлив, записала это в блокнот. — Или хищник без когтей. Такое тоже бывает, — Ник пожал плечами. — Будем здесь еще что-нибудь смотреть? Крольчиха покачала головой, оглядываясь: — Улики искать бесполезно, убийца уже был здесь после полиции, а ничего примечательного в этом бардаке я вроде не вижу. Ник кивнул, прошелся вдоль бара, распинывая лапой чеки, салфетки, столовые приборы, постоял немного над разбитой сахарницей, прижав уши. Достал телефон. — Так, давай для очистки совести пройдемся и сфотографируем тут всё? Вдруг пригодится, возвращаться сюда как-то уже не хочется, — Уайлд открыл камеру в смартфоне и сделал первую фотографию, внешне оставаясь серьезным и сосредоточенным и усмехаясь внутри. — Ага, а потом сразу к миссис Хариссон, — поддакнула Джуди, спрыгивая и выуживая из кармана свой телефон. — Это моя половина, а та — твоя, хитрый лис. Хитрый лис усмехнулся, отворачиваясь и закрывая весьма удачную фотографию. Ведь иметь фотографию своего напарника в телефоне — не преступление, верно?