Все идет по плану, мисс

Дом миссис Хариссон — небольшой, но аккуратный — стоял почти впритык к соседским, похожим на него как братья, но не близнецы: на каждом был заметный отпечаток характера хозяина. У кого-то подоконники ломились от цветов, у кого-то фасад по-дикому оброс плющом (а жильцы наверняка рассудили, что так даже симпатичнее, так зачем срезать?), у некоторых крыльцо и портал решались в суровой аскетичной манере, лишенной всяких украшений. Застройка в этом районе была старая, можно даже сказать, старинная, и жители всячески старались поддерживать царившую здесь атмосферу. — А ты знаешь, Морковка, — сказал Ник, расплатившись и вылезая из такси, — что тут частенько снимают историческое кино? Смотри внимательно, некоторые улицы и дома с легкостью узнать можно. — Тут наверное дорогущее жилье? — мигом встрепенулась Джуди. — Интересно, может ли его себе позволить работник лаборатории?.. Лис предложил лапу, и она не задумываясь ее приняла, продолжив оглядываться по сторонам. Ник усмехнулся: Джуди была восхитительна за работой, но еще большее умиление могло вызвать ее постоянное любование городом. Джуди любила Зверополис, но совсем не так, как любил его Ник. Для Уайлда это была любовь вопреки, для Джуди Хоппс — восторгание иллюзией жизни ее мечты. И с одной стороны, вся его лисья натура просто изнывала в ожидании момента, когда крольчиху вернут с небес на землю, а с другой… Ник Уайлд видел в этом местами почти детском восторге маленькое чудо, которое он очень не хотел отнимать. Пусть хотя бы ее мечта не разобьется о звериную реальность. — Знаешь, если покупать, то да, цены тут нереальные, но, насколько я знаю, тут мало кто продает, в основном передают по наследству, и большинство зверей обедают за тем же столом, где трапезничала их бабушка, а то и прабабушка. Но можно будет уточнить у этого Фурнье, или у самой Эмили Хариссон спросить… Так, дом четыре, мы пришли, — лис протянул лапу к звонку и наконец стянул авиаторы, принимая серьезный вид. — Лишь бы была дома, — нетерпеливо прошептала Джуди, прижимая к себе блокнот. — Если верить данным Фурнье, сегодня у нее выходной, но она могла уйти куда угодно: хотя бы заняться организацией похорон или просто уехать к родителям на вне… Дверь открылась, и из-за нее выглянула измученная молодая рысь, о которой в любой другой ситуации Джуди бы безоговорочно сказала: красавица, даже по меркам другого вида. Тоненькая, изящная, элегантно-хищная, в сдержанном черном платье, миссис Хариссон производила приятное впечатление. Она чуть склонила голову набок, пытаясь сообразить, кто перед ней. — Прошу прощения?.. — не найдя разумного объяснения, спросила рысь осипшим голосом. — Миссис Эмили Хариссон? — уточнила Джуди, в голосе которой проскользнули и сочувствие, и деловая собранность. — Меня зовут Джуди Хоппс, а это мой напарник — мистер Мур. Мы ведем частное расследование смерти вашего мужа. Мы можем поговорить? Рысь замешкалась, оценивая незваных гостей цепким, усталым взглядом. — Покажите ваши документы, пожалуйста, — тихо попросила она, всё ещё в чём-то сомневаясь. Спокойно приняла из лап Ника корочку, которую тот небрежно, словно делал это сотни раз, выудил из кармана, пока Джуди неловко выуживала свою. — Мне кажется, я слышала о вас, Джуди Хоппс. Вы, кажется, работаете в полиции? Первый кролик-полицейский? Джуди слабо улыбнулась: — Ну, я работала там… раньше. А теперь… -…А теперь мисс Хоппс — мой стажер, — уверенно заявил лис, быстро прикинув, как перекроить их легенду максимально правдиво и безболезненно. — Вот пару месяцев уже, как под моим началом трудится. Миссис Хариссон кивнула, возвращая удостоверение, но не торопясь впускать зверей в дом. Только проницательно посмотрела на лиса и сказала: — Я вас не нанимала. Ник не смутился. Не дрогнули ни морда, ни кончик хвоста. Николас Уайлд вошел в роль. — Все верно. Нас нанял зверь, которого подозревают в совершении убийства, прошу заметить, подозревают необоснованно. Он очень заинтересован в поимке настоящего убийцы. Надеюсь, вы тоже? — Ник чуть наклонился вперед, глядя прямо в глаза рыси, всем своим видом показывая открытость и искренность. «И ведь совсем не соврал», — восхищенно подумала крольчиха, не вмешиваясь, хоть очень хотелось. Но легенду рушить нельзя, а хорошие стажёры в разговоры начальства не влезают. От таких мыслей Буйволсон в воображении крольчихи умиленно прослезился. — А как к этому относится полиция? — холодно скрестила лапы на груди рысь, не поддавшись на провокационный вопрос Ника. Джуди почему-то показалось, что этот вопрос — что-то вроде проверки. Знать бы еще, какой ответ от них хотят услышать… Ник не изменился в морде, напротив, спокойно кивнул: — Полагаю, полиция еще не знает о наличии конкуренции. — Откуда же вы берете информацию? — все еще с подозрением спросила миссис Хариссон. — У нас свои источники, — Ник про себя поморщился: фразочка была не самой изящной, достойной дешевого бульварного детектива, и выскользнула прежде, чем лис всё тщательно обдумал. Впрочем, рысь усмехнулась — немного нервно, обреченно: — Которые вы, конечно, не хотите раскрывать. И что же вы хотите услышать от меня? Джуди не выдержала: она и так молчала из последних сил, словно набрав в легкие все свои вопросы вместо воздуха и задержав дыхание, но пришла пора — или даже резкая необходимость — выдохнуть. Или умереть на месте от неудержимого энтузиазма. — Во-первых, нас интересует, в каких отношениях вы находились с Ричардом Хариссоном в последнее время? Изменилось ли его поведение, круг общения? Были ли у него враги? Может, поступали угрозы, шантаж? — поток вопросов прервался — Джуди просто надо было вдохнуть, чтобы продолжить, но рысь неожиданно остановила ее, подняв лапу. — Проходите в дом. Миссис Хариссон зашла внутрь, не оглядываясь и ожидая, что гости сами прикроют за собой дверь. Напарники уставились друг на друга, недоумевая: в чем причина такого резкого согласия?.. Ник пожал плечами и пропустил Джуди вперед, напоследок оглядев улицу. Никого. Ни одной живой души. Конечно, ничего удивительного: время рабочее, а здесь находятся только жилые дома, но… Всё равно жутковато. Джуди тем временем с интересом осматривалась в доме Хариссонов, потихоньку склоняясь к мысли, что, несмотря на свежий ремонт, здесь проживало не одно поколение этой семьи. Всюду висели фотографии, но совсем не так, как в Малых норках, нет, здесь это уже не только воспоминания, но и элемент интерьера, часть общей композиции, намеренно оставленная вместе с еще несколькими старинными вещицами. Коридор плавно перетекал в гостиную, где, сидя в кресле, напарников уже ждала хозяйка. Ник и Джуди без разговоров уселись на диван напротив, и крольчиха приготовилась записывать. — Ваш «невиновный» подозреваемый арестован? — поинтересовалась рысь, барабаня подушечками пальцев по ручке кресла. — Нет, миссис Хариссон, — начала Джуди, не заметив недовольного взгляда Уайлда, но та её перебила: — Эмили. Называйте меня Эмили. — Да, хорошо, Эмили, — быстро кивнула крольчиха, не замечая, что Ник смотрит на нее уже не возмущенно, а восхищенно: он снова видел в маленькой Джуди Хоппс неукротимую искру энтузиазма, которая разжигалась, как только речь заходила о работе. — Наш, как вы выразились, «невиновный» подозреваемый сейчас вынужден всячески скрываться, и что-то подсказывает мне, что если он этого не будет делать, то очень скоро станет второй жертвой. Поэтому… нам очень нужна ваша помощь, Эмили. — Жертвой, говорите… — рысь отвела взгляд, напряглась, задумавшись. — Что ж, задавайте свои вопросы. — Скажите, а вас уже опрашивала полиция? — вмешался Ник, делая вид, что неугомонный «стажёр» не своевольничает, перебивая, а выполняет указания мудрого наставника, наблюдающего за беседой со свидетелем. Миссис Хариссон покачала головой: — Нет, только сообщили о смерти и пригласили на опознание. Они хотели допросить меня, но во время опознания я сразу заявила, что мы уже две недели живем отдельно и не общаемся. Я не знаю ничего о последних контактах Ричарда. — Вы поссорились? — Джуди нахмурилась, делая пометку в блокноте. — Можете сказать, какого именно числа ваш муж ушел из дома? Эмили грустно усмехнулась: — Поссорились… я хотела на днях подавать на развод. Но не сложилось. Жаль. Я ведь действительно его любила и хотела, чтобы Рич был счастлив, а не лежал там весь… — ее передернуло. — Он собрал вещи и уехал седьмого. — Ага, пятнадцать дней, — тихо поддакнула крольчиха, кивая. — А из-за чего вы поссорились? Что произошло? Вдруг это имеет отношение к делу, — голос Джуди стал мягким, уговаривающим. Эмили не торопилась отвечать. Оценивающе посмотрела на лиса, затем перевела взгляд на Джуди. Покачала головой. — Я бы не хотела говорить, но, если узнаете как-то иначе, то сразу подумаете на меня. Ричард мне изменил. Банально и скучно, верно, Джуди? Хоппс на мгновение смутилась, сглотнула и спросила: — Эм, миссис Хариссон, я понимаю, вопрос неловкий, но… Вдруг вы знаете, с кем именно? Возможно, этот зверь что-то знает о последних неделях жизни вашего мужа и… Рысь резко встала, отвернувшись от гостей, и отошла к стене с фотографиями, нервно их рассматривая. Напряженная, но не как притаившийся хищник, а словно загнанная в угол добыча, она простояла в молчании около минуты, пока Ник не подошел к ней и не попытался использовать всё свое лисье обаяние: — Эмили, мы понимаем, как… — Мистер Мур, оставьте мне свой номер. Мне нужно подумать. Ник мгновенно напрягся и нахмурился: — Вы знаете, кто его убил? — Я знаю, где искать. Но мне нужно подумать. Подумать, могу ли я вам доверять. — Вы и полиции не рассказали, верно? — догадался лис, глядя рыси прямо в глаза — усталые, измученные мыслями и ожиданием. Миссис Хариссон не ответила, только через силу улыбнулась, не отводя взгляд — и Ник увидел глубоко спрятанный страх, выдаваемый только желтым индикатором. Чего бы не боялась эта рысь, она научилась прятать свои страхи даже от ошейника. И Нику это чувство было очень хорошо знакомо. Эмили взяла с ближайшей полки ежедневник и не глядя вырвала из середины лист. Потом так же молча и внешне спокойно подошла к дивану, на котором все еще сидела Джуди, резко положила их на стеклянный столик перед крольчихой и наконец заговорила: — Пишите номер. И уходите. Джуди послушно щелкнула ручкой-морковкой. Едва крольчиха написала последнюю цифру, лист промелькнул у нее перед носом и оказался в лапах миссис Хариссон. — Я позвоню вам, если у меня будет, что вам сказать. Всего хорошего, — рысь отвернулась, пряча лист, и напарники, переглянувшись, послушно прошли к коридору. Желтый индикатор ошейника миссис Хариссон уже тревожно мигал. — До свидания, миссис Хариссон, — Ник на всякий случай взял Джуди за лапку и заработал неодобрительный взгляд, укоряющий за подозрение в непрофессионализме и назойливости. — Очень надеюсь, что вы всё-таки решитесь нам помочь. Ответом было молчание.

***

— Ну, коллега, что думаешь о нашей новой знакомой? — Ник поставил на столик два здоровенных стаканчика с молочным коктейлем. — Я уверен, она даже знает, кто убил. Но чего-то чертовски боится. Джуди мрачно поковырялась вилкой в земляничном пироге. Пах он восхитительно, выглядел — до варварских действий кроличьих лапок — изумительно, но Джуди терзали сомнения по поводу разговора с миссис Хариссон, а выпечка просто попалась под горячую лапу. — Есть несколько вариантов. Первый и самый банальный — она в этом замешана. Может, не лично стреляла, но брат, друг, безутешный поклонник — а она, кстати, очень симпатичная рысь, — кто угодно. И тогда она знает и выгораживает. — Плохо ты о зверях думаешь, Морковка, — хмыкнул Ник, разрезая рыбный пирог, — я-то думал, ты оптимистка и всё такое. Джуди вздохнула: — Знаешь, я тоже так думала, даже когда нам показывали учебные фильмы со всевозможными отморозками в главных ролях, но… Одно дело знать, что оно, вот такое страшное и грязное, происходит где-то и с кем-то, и совсем другое — видеть в живую. И эти царапины на столе, и заходить в дом, где еще недавно жили два счастливых зверя, а теперь — ни одного, — Джуди грустно улыбнулась. — Всё это… печально. — Не передумала? С полицией? — Ник приподнял правую бровь, задумчиво глядя на напарницу. — Нет, конечно! Я твердо намерена сделать этот мир лучше, глупый лис, — она рассмеялась, наконец пробуя пирог. — А потому, вернемся к миссис Хариссон. Возможно, ей угрожают и требуют, чтобы она не обращалась в полицию. — Тогда всплывает весьма щекотливый и близкий мне мотив — деньги. Хорошо бы узнать, чем они владели вдвоем и кто теперь может всё это унаследовать. Кстати, вспоминая царапины и наше предположение о том, что его допросили, прежде чем убить, могу предположить, что он задолжал кому-то немаленькую сумму, за что и поплатился. Тогда слова про любовницу вообще могут быть маленькой выдумкой. Еще варианты есть? Крольчиха кивнула, быстро дожевывая последний кусочек пирога. — Совсем безумный. — Что, какая-нибудь теория заговора? — рассмеялся Ник, легонько пихая ее лапой под столом. — И кто же против кого сговорился? — Не пихайся, Ник, — Джуди куда ощутимее пнула напарника, заставив пробормотать что-то вроде «чёртовы бойцовские кролики», и закатила глаза. — Я просто не исключаю такой вариант, меня на это Фурнье натолкнул. Но думаю, он маловероятен. — Готов поспорить, Морковка, — лис хмыкнул. — Не забывай, скорее всего кто-то из седьмого отдела полиции на стороне убийцы, а это практически вычеркивает из списка первый вариант. — Если этот друг, брат, поклонник не работает там и его не покрывают так же, как в первом департаменте — своего ушастого бывшего сотрудника, — Джуди пожала плечами, допивая коктейль. — Но тогда чего они к тебе-то прицепились? Лис задумчиво поглядел на слишком милую зайку с пластиковым стаканчиком в лапках и вздохнул, снова напоминая себе думать о деле и только о деле. — Мда, негусто у нас пока с зацепками. Пойдем еще куда-нибудь сегодня? Или завтра с утра на работу к Хариссону наведаемся? — Хей, а разве я не стажёр? — шутливо воскликнула Джуди, глянув на время. Они планировали заскочить в кафе буквально минут на пятнадцать, но в компании одного лиса Джуди совсем не следила за временем и даже не замечала, как оно ускользает между пальцев, словно прохвост от полиции. Она старалась откровенно не пялиться, но все время ловила себя на том, что восторженно тонет в зеленых глазах и улыбается, не в силах скрыть собственных чувств. Чувств?! Джуди задумчиво прикусила губу и побарабанила пальцами по пустому стаканчику, который всё ещё был в ее лапках. Чертов обворожительный Николас Уайлд. Николас Уайлд, который с привычным расслабленным взглядом из-под приопущенных век, невозмутимо пояснил: — Мисс Хоппс, как я смею приказывать такому милому кролику, как вы?.. Джуди, с трудом сдерживая смех, скрестила лапы на груди: — Не называй меня милой только потому, что я кролик, хитрый лис! Ник шутливо поднял лапы вверх и искреннейшим голосом поспешил уверить: — И думать не смел, Морковка, как тебе только в голову такое пришло?! Джуди моргнула, соображая. Ухмыльнулась: — Это могло прийти в голову только очень хитрому лису, а если я хочу его раскусить, то я просто вынуждена думать в том же направлении, — крольчиха обличительно указала на напарника пальцем. — А теперь, если уж я босс, — Джуди протянула лапу дальше и стянула из нагрудного кармана авиаторы, тут же их нацепив и спрыгнув со слишком высокого для нее стула, — то, как и собирались, идем в магазин, и ложимся пораньше, чтобы к началу рабочего дня уже быть в лаборатории. Слышал, Ник? В семь — уже в лаборатории, а не на кухне, зевая и в обнимку с кофе! — Есть, босс! — лис спрыгнул следом и совершенно панибратски обнял «начальство» за плечи.

***

Всю дорогу до дома Джуди думала об ошейнике. Общаться с Ником — с его напускной расхлябанностью и нахальством — становилось всё приятнее и интереснее, он то и дело рассказывал ей что-то о городе, местных кафешках и зверях, расспрашивал о кроличьем быте и отвешивал шуточки по поводу ее ушей, которыми (Джуди отчего-то точно знала) обидеть ее он не собирался. Просто дружеские подколки в отместку за все те бесчисленные наступания на его длиннющий хвост, которыми крольчиха отяготила свою совесть всего за одно утро: Джуди совершенно не смотрела под ноги, ведь в Малых норках такой проблемы отродясь не было. И раз за разом ее веселье обрывалось, едва взгляд падал на желтый огонек индикатора. Ник это заметил, и после визита к Эмили Хариссон внимательно следил за тем, чтобы Джуди не видела ошейника, постоянно поправлял воротник, шерсть, что угодно. Это длилось почти всю дорогу до дома, пока Ник, беспечно помахивая пакетом с покупками, рассказывал очередную городскую байку о неудачливом еноте и семейном бизнесе — прачечной. Тогда Джуди рассмеялась. Рассмеялся и Ник — лишь на несколько мгновений. Лис предусмотрительно, по предупредительному писку ошейника, отпустил серую лапку, не собираясь делиться острыми ощущениями. Дернулся, но сумел-таки удержаться на подкашивающихся ногах, сжал челюсти. И глубоко выдохнул. Крошечные кроличьи лапки тут же вцепились в его плечи, а фиолетовые глаза придирчиво оглядели словно разом потускневшую рыжую морду. — Ник?.. — Всё в порядке, — лис дернул плечами в попытке стряхнуть лапки Джуди и отвел взгляд. Не сейчас, нет, не сейчас, когда пульс и так зашкаливает, о чем же думает этот маленький глупый кролик?.. — Пойдем. — Нет, ни в каком не в порядке! — упрямо и встревоженно возразила Джуди тихим и уверенным голосом и осторожно, словно действительно опасалась, что злой и опасный хищник сейчас ее загрызет, ладошкой заставила-таки посмотреть ей в глаза. — Джудс, пойдем. Дома разберемся, в порядке или нет, ладно? — Ник всё-таки избавился от неловких, пуганных прикосновений, отпрянув. Джуди всё равно упрямо схватилась за его большую бурую лапу, сжав ее и всем своим видом давая понять: не отпустит. Они медленно пошли. В тишине. — Зачем ты это делаешь? — наконец прервала молчание крольчиха, когда, в одном из проулков, они остались совсем одни. Ник глянул на напарницу, вопросительно вздернув бровь. Поморщившись, Джуди уточнила: — Ты же знал, что от слишком сильных эмоций… — Никакие глупые приказы правительства не отберут у меня смех, Морковка, — лис криво усмехнулся, открывая дверь и пропуская даму вперед. — Твой защитный механизм? — прозорливо спросила Джуди, остановившись на второй ступеньке и обернувшись. — Неужели от меня защищаешься? Ник приподнял бровь: — А может, просто хочу поднять тебе настроение?

***

— Садись! — Джуди властно махнула лапкой на стул, а тон ее не предполагал возражений. — Сейчас будем чинить твой ошейник! — Хм, а я думал, всё-таки ломать, — Ник хмыкнул, смирившись, что с этим кроликом иногда лучше сделать так, как просят. Да и он, в принципе, был только за. — Чинить в моем понимании, — крольчиха многозначительно подняла вверх указательный палец и сделала заумную мордашку, — это значит, приводить в состояние, удовлетворяющее пользователя. — О как, — Уайлд усмехнулся. — Что ж… давай, удовлетворяй. Джуди шутливо пихнула лиса в плечо и разложила на кухонном столе уже привычный набор для «починки»: прорезиненную ленту в рулоне, предусмотрительно нарезанную на кусочки поменьше, ножницы и карандаш. Не спрашивая разрешения, забралась на колени Уайлда, взяла карандаш и начала медленно ощупывать электроды и снова отмечать их карандашом. Ник без всяких подсказок поворачивал голову и старался дышать как можно ровнее. Не хватало снова дать ей удариться током по его вине. Джуди, извернувшись и отмечая боковой электрод, едва не соскользнула с колен Ника, и он тут же поддержал ее за талию, даже не задумавшись. И так и оставил там лапу, чувствуя мягкое тепло сквозь тонкую ткань домашней футболки. Джуди не возражала. Наклонилась, положила карандаш на стол, взяв ножницы и ленту и подгоняя прорезиненные кусочки по размеру прямо на весу, будто не замечая ни тяжелой лапы на талии, ни внимательного взгляда зеленых глаз, ни собственного бешеного сердцебиения, которое не скроешь за внешним спокойствием и неторопливостью. Не от хищника. Не от Ника. Джуди осторожно положила ножницы на стол и отдала Нику в свободную лапу заготовки. Взяла одну, аккуратно раздвинула шерсть и заклеила первый электрод, отчетливо понимая, что в этот раз всё совсем по-другому. Хотя должно быть точно так же. Скрылся под слоем резины третий электрод. Ник вздрогнул от выдранного клочка шерсти — совсем крошечного, но первого на этот раз. Джуди определенно повысила свой уровень в «починке» ошейников. Лис дышал размеренно и ровно, стараясь не думать ни о чём, просто отключить эмоции, не обращать внимание на Джуди на его коленях, но лапу убрать был просто не в состоянии, чувствуя, как ускоряется ее сердцебиение, и без того слишком энергичное, по сравнению с лисьим. Джуди вообще была слишком энергичной. Оставался последний электрод. Вторая лисья лапа перекочевала на талию Джуди, и та с трудом удержалась, чтобы не заглянуть Нику в глаза, догадываясь, что может произойти следом. Надо сначала закончить дело. Рыжие шерстинки то и дело упрямо лезли под пальцы, норовя приклеиться к прорезиненной ленте. Джуди шумно выдохнула, борясь с непокорной шерстью и краем глаза поймала индикатор ошейника. Желтый. Крольчиха торопливо приклеила последний кусочек ленты, каким-то чудом зацепив всего две шерстинки. Вздохнула, едва заметно улыбнувшись — и столкнулась наконец взглядом с Ником. Застыла, чувствуя, как хватка на талии стала чуточку сильнее. Джуди почему-то подумалось, что после трех дней знакомства она должна бы как-то остановить его. Но не хотелось. В голове у Джуди мелькнула отрешенная мысль: она никогда прежде не была так близко к лисам. Она осторожно притронулась рыже-белой шерсти лапкой, почти касаясь носа Ника своим. Закрыла глаза, позволяя Нику себя прижать, позволяя притянуть еще ближе, чувствуя в каждом движении лиса немой вопрос: «А ты точно этого хочешь?» С удивлением отмечая, что без слов соглашается, обвивая плечи, шею с густой рыжей шерстью своими лапками. Целуя, кажется, первой. Чувствуя, как хватка стала еще сильнее, казалось, вот-вот — и слишком сильной для кролика. Но Ник не переходил границу, а через несколько секунд вообще отпустил крольчиху и заглянул ей в глаза. Неуверенно улыбнулся, гадая, что за эмоции сейчас скрываются за широко распахнутыми фиолетовыми глазами. Ник Уайлд внутри холодел от мысли, что Джуди сейчас оттолкнет его и пошлет куда подальше. Ему уже приходилось и бросать, и быть брошенным… но, черт возьми, только не с Джуди. Как лис не уверял себя, что он просто не хочет ссориться с напарницей, он так же отчетливо понимал, что отчаянно не хочет быть отвергнутым сейчас. — Как там ошейник, Морковка? Желтый? — как бы между прочим спросил лис. Джуди моргнула, соображая. — Ошейник? А. Красный, — она улыбнулась. — Я молодец? — О да, просто чудо, — Ник осторожно ссадил крольчиху на второй стул и встал. — Поэтому ужин с меня, уговорила. — Боишься, что заставлю есть одну морковку? — фыркнула Хоппс, всё ещё улыбаясь и глядя на лиса, поспешно отвернувшегося к холодильнику под ее взглядом. — В точку, Джудс. — Надо же… — начала было Джуди, но тут на столе завибрировал телефон. — Упс, родители… Я поговорю и вернусь, ладно? — Джуди, не дожидаясь ответа от Ника, выскочила с кухни, поспешно принимая вызов. Ник Уайлд плюхнулся обратно на стул, соображая, какого черта его угораздило влюбиться по уши и длиннющий лисий хвост в кролика с невозможными фиолетовыми глазами. Ну и размышляя, что же теперь с этим делать. Но в последующем поведении Джуди Ник не видел ни одной зацепки.