Я рядом

...Роза добралась до рощи и наконец смогла немного отдохнуть в спокойной обстановке. Приблизительно предположив, где находится, Роза решила идти в порт и плыть в Вашингтон. Немедленно! Единственное, что давало повод для сомнений- как предупредить Джека и сколько стоит билет. Впрочем, Джеку можно написать письмо, но куда? Какие координаты? А если ему не встретится какой-нибудь корабль, везущий почту из Нью-Йорка? Что тогда? Роза осмотрелась. Вокруг никого не было, кроме деревьев и травы, тянущихся в обе стороны рощи. Впереди были лишь тропки, посыпанные кое-где песочком, а кое-где безнадежно заросшие травой и все те же травы и деревья. В этой роще Роза бывала несколько раз, но с этой стороны- никогда. Хотя, в общем, это же не лес, и заблудиться здесь вряд ли возможно. Поэтому девушка решила идти прямо, если придется- наперевес, но лишь бы быстрее добраться до порта. ...Роза опустила глаза в землю, по которой тянулась тропинка, и шла вперед, как вдруг, совершенно невовремя и неожиданно, у нее закружилась голова. "Ну что же это такое!"- воскликнула Роуз, присаживаясь на ближайщий пень. " И ведь... Конец месяца. Надо забрать мою зарплату, иначе будет несправедливо. Да что думать о справедливости! У меня просто нет денег. А билеты в другой город за красивые глаза не дают. Я непременно должна зайти на работу и забрать честно заработанные деньги. А потом сказать Эмме, что уезжаю, а куда- ни-ни, и как исчезну из города, так ищи ветра в поле! " Роза улыбнулась собственным мыслям. Она убрала с лица рыжий локон, непослушно мельтешащий перед глазами и встала с пенька, стараясь не обращать внимание на головокружение. " Быть беременной не так хорошо, как мне говорила Джен!"- невольно подумала Роуз. ...Роща наконец закончилась, и девушка, отряхнув волосы и одежду от налипших листиков и веточек, попыталась понять, на какую улицу вышла. Она давно оторвалась от погони, и подумала, что теперь может не бояться и не петлять следы, а спокойно найти магазин, где работала и потом отправиться в порт. Но все оказалось не так просто. Во-первых, была уже ночь, хотя близился рассвет. Во-вторых, по ночам мало людей ходит по улицам, поэтому спросить, где находится такой-то магазин, спросить было не у кого. В-третьих, Эммы нет на работе, а в-четвертых, Розе придется идти в темноте в неизвестных местах. Осторожность ведь еще никому не навредила. ...Девушка мысленно наметила маршрут и ступая как можно увереннее, направилась в сторону магазинчика миссис Дэвис. Вопреки ожиданиям, светать начало уже через четверть часа. Красное солнце окрасило темное небо в бледно-розоватый цвет и не спеша стало выплывать на небосклон. Из окна какого-то дома приятно тянулся аромат свежесваренного кофе, а из ближайшей булочной аппетитно запахло булочками с корицей. Где-то гавкнула собачонка, а после послышался звук хлопанья крыльев испуганных лаем птиц. На крышу одного из домов лениво забралась серая пушистая кошка, издавшая громкое мяуканье. И зажжужала разбуженная утренним светом муха... Но Роза, которую обычно приводило в восторг созерцание просыпавшегося мира, не замечала всего этого. Она спешила покинуть Нью-Йорк, уехать навсегда. Голубь, заворковавший на чьем-то подоконнике, вызвал у Роуз только гнев. Как ей хотелось прогнать с глаз долой глупую, прожорливую птицу! Как хотелось поднять с земли увесистый камень, прицелиться и запустить в ничего не подозревающего голубя! Но отвлекаться было нельзя. Нужно как можно быстрее найти магазин. Забрать деньги и уйти, уехать, уплыть! Как можно дальше... Роуз вышла из мира своих мыслей только тогда, когда столкнулась с каким-то проходящим мимо гражданином. - Мисс, смотрите, куда идете!- недовольно заметил юноша, которого случайно задела Роуз. - Извините.- безразлично сказала она, даже не посмотрев на "пострадавшего". - Я вас не заметила. - Не заметила? Глаза закрыла ты, что ли?- разозлился юноша, который внезапно перешел на "ты". Видимо, увидел, что Роза еще совсем молоденькая и нет необходимости говорить с ней на "вы". - Ты мне все книги рассыпала! - Собери.- пожала плечами Роуз и пошла дальше, собираясь не вступать в беседу. Разговаривать ей хотелось меньше всего. Юноша понял это, и счел разумным замолчать. Он опустился на колени и стал собирать свои книги, которые выронил от неожиданного столкновения. Но все-таки бросил косой взгляд в сторону Роуз. Она не обернулась. -Какая-то странная...- протянул юноша. ...Доктор допытывал Джека вот уже с полчаса. Оказалось, кто-то видел, как "блондинистый юноша заходил во врачебную каюту". - Что ты там делал?- нахмурив брови, спросил врач. -Ничего.- непринужденно ответил Джек. - Ты с ним разговаривал?- доктор указал пальцем на койку, где ночью лежал Майкл. -Знаю, что разговаривал. Не ври мне тут. О чем вы говорили? - О погоде.- все-же соврал Джек. - Что же, среди ночи ты зашел к нему в каюту только чтобы побеседовать о погоде? Ты дождался, когда ему будет удобно разговаривать, и поэтому зашел к мистеру Джонсону в столь поздний час? Так что ли? - Именно так.- Джек кивнул, хотя понимал, что это будет выглядеть очень неправдоподобно. - И ты решил поговорить с ним в два часа ночи? Очень разумно. - врач усмехнулся. - Мм... Нет, просто Майкл попросил зайти к нему. - Джек старался придумать какую-нибудь красивую небылицу, чтобы прекратить допрос. - Майкл Джонсон предпочитает разговаривать в два часа ночи. Хм, это даже смешно слушать. Что ты там делал, скажешь, наконец? - Мы разговаривали. Говорили о наших знакомых. - Джек приподнял одну бровь и в упор взглянул на доктора. - Он передал мне два письма, одно для своей жены, второе для дочери одного нашего знакомого. - Покажи мне эти письма. Но все же слабо верится, что вам обоим не спалось среди ночи и вы вздумали беседовать. Джек вынул из кармана письмо и протянул его врачу. Последний повертел его в руках, потом прочитал раза на три, и только после этого вернул Джеку, видимо, удостоверившись, что на этот раз пациент не лжет. - Он написал это письмо своей жене, в нем присутствуют фразы о детях, о работе. Есть несколько предложений про шторм, когда вы были на катере "Синяя бездна". Вот смотри, мистер Джонсон пишет: "Не поминай лихом". Он что же, заранее знал, что умрет? И дата стоит. Письмо написал дня два-три назад. - Знал.- Джек отвел взгляд в сторону. - Он был чем-то болен, прожил еще лишнее. Лишние несколько лет . - Как все запутано...- врач чуть наклонил голову. - Болезнь, смерть, письма... Может, у него и клад где нибудь закопан? Странные вы личности, люди с этого катера. А второе письмо? - Это написал наш капитан, Генри Эртон. Адресовано письмо его дочери. Мистер Эртон погиб еще на катере. Джек передал доктору и второе письмо, но врач не стал его читать (его не интересовал мистер Эртон, и уж тем более его дочь), он только глянул на почерк, чтобы убедиться, что письмо написано рукой другого человека. Во всяком случае, не Майкла. - Так-с. - в своей манере пробормотал доктор. - Теперь мне нужно сберечь твою жизнь. Скоро прибудем в Вашингтон. Живи, Джек. Живи... Джек понял, что допрос окончен и он может уйти к себе. Воспользовавшись некой суетой вокруг ушедшего в мир иной Майкла, Джек незаметно выскочил из врачебной каюты и скрылся у себя. "Надо написать Розе, что я прибуду в Нью-Йорк не так скоро, как хотелось бы."- подумал Джек. "Кто знает, как сложатся обстоятельства. Я должен предупредить ее." Он нашел в каком-то ящике бумагу и ручку, и торопливо написал письмо Роуз. На глаза наворачивались слезы, их приходилось поминутно утирать, чтобы видеть свой текст. Руки дрожали, почерк получался кривой, но разборчивый; можно было сразу увидеть волнение Джека. "Роза...- начал свое письмо Джек. "Мы потерпели крушение. Вероятно, я единственный выживший. Меня подобрала увеселительная яхта, которая путешествует по городам Америки, и в скором времени она войдет в порт Вашингтона. Оттуда меня направят в Нью-Йорк на каком-нибудь судне, скорее всего, лайнере. Надеюсь, мы встретимся. Я немного простужен, с час просидел в ледяной воде, но скоро все наладится. Я уверен, все будет хорошо, мы снова будем вместе. Снова и навсегда. Больше я никогда не оставлю тебя, никогда не отпущу. Ты прыгнешь, я прыгну, помнишь? Эта фраза теперь будет всегда сопровождать нас..." Джек не успел закончить письмо, так как в каюту вошел врач. Он сразу начал говорить. - Мы прибудем в Вашингтон завтра утром. Но тебе придется еще дня три побыть с нами. Никаких судов в ближайшие три-четыре дня из Вашингтона в Нью-Йорк не отправляются. Короче говоря, Джек, ты еще трое, если не четверо суток будешь жить с нами. Все это время твоим доктором буду я, и ты уже знаешь об этом. А пока что расскажи мне о себе, свою биографию. Мне сложно вынести диагноз и назначить препараты, не зная, на что у тебя аллергия и какая генетика. - Что мне о себе рассказывать?- ухмыльнулся Джек. - Я обыкновенный бродячий художник, путешествующий по миру со своими рисунками. Вы знаете таких бродяг, которые выползают из-под мостов, а потом днями сидят, пытаясь продать несколько своих творений? Я работаю в разных местах за гроши, а когда работать негде, продаю свои рисунки, написанные угольным карандашом. Или маслом, что бывает крайне редко. Но я не жалуюсь на жизнь. Все что мне нужно, у меня есть: воздух, чтобы дышать, и папка с листами бумаги. Есть та, за которую я готов отдать свою жизнь. Это моя жена. Я люблю просыпаться утром не зная, что меня ждет и где я окажусь. Важен каждый прожитый день. - То есть, особой родословной у тебя нет?- спросил врач, прерывая монолог Джека. - Или ты просто ничего не знаешь? - Не знаю.- еле слышно ответил юноша. - В пятнадцать лет я остался совсем один, когда мои родители умерли. Братьев и сестер у меня нет, я и жил, как перекатиполе на ветру. Не один, с другом. Но и друга больше нет. Он погиб... - Где? На этом несчастном катере?- спросил врач. - Нет, на "Титанике". - Джек постепенно перешел на шепот. - Мы сним выиграли в карты билет на "Титаник". Заскочили на борт за секунду до отплытия из порта. Мы с Фабрицио были так счастливы, в особенности я: я ехал в Америку! Так долго мечтал об этом, поехать домой, в Америку, и так неожиданно это свершилось. Выиграл в карты свой счастливый билет! А вечером следующего или того же дня, теперь я уже не помню, я лежал, смотрел на звезды и курил дешевую сигарету. Вдруг мимо меня пробежала девушка, я заметил, что она плакала. Я пошел за ней, видел её ещё днём, когда рисовал портрет одной девочки из третьего класса. Она плыла с отцом. Но не в этом суть... Девушка добежала до носа корабля, и перелезла через ильера. Она собиралась покончить с собой, спрыгнув за борт. Я подошел, и все произошло само собой. Я отговорил ее от самоубийства, чему был очень рад, но когда девушка повернулась ко мне и уже начала подниматься обратно на борт, она оступилась... Роза, так зовут ее, буквально упала за борт. Я схватил ее за руку... И вытянул. Потом я понял, что люблю Розу. Но, как говорил один мой знакомый: "Скорее ангелы начнут вылетать из задницы, чем такие, как она, снизойдут до тебя". Роза плыла первым классом... Но между нами пробежала искра. Роуз спустилась к нам в третий класс. Мы были вместе так мало... Всего несколько дней. Ведь "Титаник" не доплыл до Америки. Айсберг я помню так хорошо, как будто видел его пять минут назад. Мы столкнулись с ним, "Титаник" пробил грудь о ледяной бок айсберга, но все пассажиры еще не знали сути происходящего. А "Титаник" уже начал тонуть. Так медленно, что даже мы с Розой не сразу поняли, что погибаем. А ведь своими глазами видели айсберг! Потом, когда стюарды стали вбегать в каюты с короткими приказаниями: "Наденьте спасательные жилеты!", мы уже знали, что происходит. А шлюпок могло хватить только на половину. Так, что половина людей утонет. Роза решила предупредить маму, и мы вместе прошли в первый класс ( меня пропустили, никто даже не обратил внимание на появление бродяги среди богатых пассажиров). Мне в карман пальто, которое я ненадолго взял, но собирался вернуть, подложили одну очень дорогостоящую вещь. И, начав обыск моих карманов, вытащили этот алмаз! Надели наручники, увели в самый низ корабля, в полузатопленный служебный коридор. Вскоре началась эвакуация пассажиров, а именно женщин и детей из первого класса. Люди третьего толпились за решетками: их пока не выпускали. Роза как-то пробилась ко мне, в самый низ корабля. В этой комнате я был совсем один, как и в этом коридоре. Уже мерцал свет, который гас. Электричество воды боится. Из окна я видел, что уже под водой, и вот последствия. Вдруг, когда я в очередной раз пытался снять наручники, услышал голос Розы: "Джек! Джек!" Я, разумеется, хотел жить и не упускать ни одного шанса на спасение. Роза спасла меня. Разрубила топором цепь наручников... Но ведь все самое ужасное было впереди. Решетки заперты, нас не выпускали на верхнюю палубу, а некоторые люди уже топтались в ледяной воде. Я бы стоял и ждал спокойно, если бы не Роза. Она вздохнула, видимо поняв, что это погибель. Буквально могила, этот коридор, где нас заперли. Я неожиданно даже для себя начал трясти железную решетку, орал при том что-то вроде: "Сволочь! Выпустите нас отсюда!" Но никто, конечно, не обращал на меня никакого внимания. Я и два моих друга пошли на крайние, отчаянные меры: вырвали приколоченную к полу лавку, и на счет " Раз... Два.... Три!" протаранили решетку. Мы вышибли ее, освободив всех пассажиров третьего класса, а главное- Розу. Потом было так страшно, и столько всего еще произошло... Но я не показывал Розе, что и сам испугался не меньше ее. Помню, когда "Титаник" разломился напополам, мы залезли за ильера. Оставшаяся часть гигантского судна взмыла вверх, мы резко поднялись куда-то в поднебесную. Оглушали панические крики людей: тех, кто уже был в воде, тех, кто падал, тех, кто были еще на "Титанике". Тогда Фабрицио был уже мертв, но прямо перед нами, как я позже узнал, была Хельга. Девушка, которую любил Фабрицио. Она кричала... Потом, когда мы были уже абсолютно вертикально, она не удержалась и упала. Пролетев весь корабль, Хельга ударилась о воду. И погибла. - Я так понимаю, вам с Розой повезло больше других?- спросил доктор, прерывая наполненный эмоциями рассказ Джека. - Да. Мы выжили, потом вместе поселились в Нью-Йорке, в одной гостинице. Вскоре после этого я уплыл на катере. Одна катастрофа после другой... Нельзя сказать, что мне везет в этой жизни. - Сложная у тебя судьба.- сочувственно сказал врач. - На что вы с Розой будете жить? У тебя есть деньги? - Да, вроде бы, я сохранил их. В кармане брюк... - Джек пошарил в кармане рукой. - Вот они! Он радостно улыбнулся. - Здесь... Раз, два, десять... Тридцать семь долларов сорок центов. - не слишком громко объявил Джек, не собираясь привлекать лишнего внимания. - Я их выиграл все в тот же покер, на катере. Мне везет исключительно в картах. И в любви тоже. - На проживание вам, я полагаю, должно хватить. Не думаю, что ты будешь сидеть сложа руки. Наверняка пойдешь работать... Только не на корабле. - Да, уж точно не на корабле!- усмехнулся Джек. Он вежливо спровадил доктора из своей каюты, чтобы дописать свое письмо. Но настроения для этого уже ее было. "Просто жди меня, Роуз. "- вот уже в который раз повторил Джек, согнул письмо пополам и погрузился в собственные мысли.