Стража!Стража! или Окделл!Окделл!

Придд молча открыл дверь в кабинет, приглашающе махнув рукой. Похоже он впечатлился наглостью стражника, а, может быть, просто всё ещё хотел кашлять из-за сигаретного дыма. В глубине души Ричарда медленно ворочалось осознание, что оскорбить убийцу было очень-очень-ОЧЕНЬ плохой идеей. А ещё капитан и командор, если узнают, обязательно оторвут ему голову. И поиграют ею в футбол. Поэтому в кабинет он вошёл с твёрдым намерением ни с кем больше не ругаться – даже если Алва окажется заносчивым засранцем. «Заносчивым и очень странным засранцем», - поправил себя Ричард, увидев Алву. Кабинет был таким, каким и должен быть кабинет всеми уважаемого человека – обставлен очень дорого и изысканно, так что вам становится страшно шагать своими дешёвыми ботинками с тонкими картонными подошвами по этому драгоценному паркету, что отполирован лучше зеркала. Неизвестно, сколько несчастных художников трудились над тем, чтобы создать впечатление, будто у хозяина всего этого великолепия есть не только деньги, но и эстетический вкус, но свою задачу они выполнили. Единственное, не понравившееся Ричарду – головы кабанов, прибитые под потолком. Выросший в городе, Дикон постоянно сталкивался с животными только когда они уже были преобразованы в хорошенько прожаренный стейк на его тарелке, а классическую охоту и её прелести представлял весьма слабо, поскольку ловил только тараканов, крыс да соседского облезлого кота. Но ему и в голову не приходило, что кто-то захочет обвесить мёртвыми животными свой дом. Не то, чтобы Окделл принадлежал к движению «зелёных» (странная секта, молилась Зелёному Змию и боролась за то, чтобы мусор выкидывался в ПРАВИЛЬНОЕ место. Как правило, таким местом считался Анк, уже настолько грязный, что ему ничего не могло повредить), но он был твёрдо уверен, что животных надо есть, в крайнем случае – на них ездить, но точно не развешивать в качестве смутного доказательства доблести. Сам Алва, печально-бледный и таинственно-томный, сидел в огромном кресле, мягко оглаживая струны гитары. Насколько Дикон видел, это был не дешёвый ширпотреб, а настоящая подделка, изготовленная на улице Умельцев. - Доброго дня, сэр, - Ричард козырнул, смутно представляя, как следует себя вести с такими высокопоставленными господами. Капитан Моркоу утверждает, что ты должен быть вежлив, но командор Ваймс добавляет, что это значит не бить посуду и не блевать на стол. - Юноша… - голос у Алвы звучал устало и хрипло. - Как приятно, что после бурного вечера, проведённого в обществе прелестной Марианны, вы всё же нашли в себе силы чтобы навестить меня. Польщён. - Мне необходим номер вашей лицензии, сэр, - Ричард совсем не удивился, что Ворону уже известно об ограблении в борделе. В Анк-Морпорке слухи расходились даже быстрее денег – ты чихал на одном конце города, а на другом тебе уже желали здоровья. - И вы решили зайти сами? Как мило! Хочу отметить, что стражник в гильдии мне нужен даже меньше священника, которого, к счастью, я и не имею, - Рокэ поставил гитару рядом с креслом и протянул лист лицензии. – Переписывайте и убирайтесь. Ричард задохнулся от обиды. То есть, он специально заходит в гильдию, чтобы Алве не пришлось тащиться в участок с документами, а этот… похмельный клювастый выгоняет из гильдии стражника! Представителя закона! - Так точно, сэр, - рявкнул во всю силу своих юных лёгких Ричард, радостно заметив, как болезненно поморщился Алва. Судя по всему, Арно не соврал и у Ворона, действительно, похмелье, отчего тот ворчит и злится. Хмыкнув, Ричард хлопнул себя по карману. - Ви, перепишешь? - Да, хозяин, - бесёнок радостно выкарабкался из своей коробочки и шустро начал перерисовывать данные с листа. - Как современно, - Рокэ скривился. – Не люблю все эти новые гаджеты, я, пожалуй, уже слишком стар для них. - Ни в коем случае, сэр. Даже командор Ваймс таким пользуется, - Дикон решил не уточнять, что тот просто подпирает коробочкой с бесом окно. – А он ведь намного вас старше. - Младше, - Рокэ поднял на него изумительной синевы глаза, на дне которых плескалось всё отчаянье мира. Все маленькие котятки, что мокнут в картонных коробках под проливным дождём, должны были удавиться на собственных длинных усах от зависти. – На три года младше. - Э-э-э… - глубокомысленно ответил Дикон, не зная, как можно сгладить такой НЕЛОВКИЙ момент. – Извините. - Теперь вы обязаны выпить со мной, юноша. Только это может хотя бы немного сгладить вашу вину. - К счастью, Рокэ пришёл ему на помощь – то ли желая залить нанесённую обиду, то ли в попытке излечить похмелье. Как выяснилось, просто разлить из бутылки вино было нельзя – кувшины, тонкостенные бокалы, холодная вишня и ароматный сыр. Всё это было целым ритуалом из другого, незнакомого Ричарду пространства. До этого момента линия его жизни счастливо существовала в своей плоскости, где вино покупалось только в подарок, а пили преимущественно пиво, закусывая его пережаренными чесночными гренками, настолько маслянистыми, насколько это возможно. Неудивительно, что, оказавшись в кресле, держа в руках бокал настолько прозрачный и хрупкий, что, казалось, он сейчас рассыплется на сотни звенящих осколков, Ричард был несколько напуган. Перепады в настроении Ворона его тоже не устраивали – он смутно догадывался, что находиться в обществе нестабильного убийцы не будет самым разумным поступком в его жизни. - Меня ждут в участке, - на всякий случай соврал Дикон, опасаясь, что Алва просто решил проверить один из знаменитых ядов. Ну, а зачем иначе главе гильдии Убийц пить с простым стражником? - А вы не думаете, что за своё спасение задолжали мне хотя бы несколько часов беседы? - Я не уверен, что вам будут интересны эти несколько часов. Сэр, - Ричард сказал это «сэр» с особой интонацией, которую приобретают любые подчинённые, не знающие, как конкретно можно ответить на поставленный вопрос. В этом коротеньком слове может быть: вопрос, ответ, сарказм, просьба отпустить на пятнадцать минут пораньше, пожелание доброго здоровья и извинение за опозданье. В конкретно этом случае это удобное словцо значило что-то типа: «Я, всего лишь, хочу получить номер вашей лицензии и свалить обратно в участок». Впрочем, Алва явно проигнорировал столь жирный намёк. - Не бойтесь меня, юноша, у меня просто болит голова, - он, словно в доказательство боли, поморщился. – Но при этом мне ещё и невыразимо скучно. Может, хотя бы вы сможете эту скуку чуть-чуть прогнать. И пусть стражник мне нужен ещё меньше священника, которых мы на порог не пускаем, но даже ваша, весьма своеобразная, компания сегодня сгодится. - Я, - Ричард вдохнул, набираясь решимости и воздуха. – Хотел вас поблагодарить. Вы оказали содействие страже и… - Спас вашу попорченную шкуру, - Рокэ самодовольно улыбнулся. – Но это поразительная беспечность – бродить ночью по улицам нашего славного города. У вас отсутствует чувство самосохранения? Как вы вообще смогли дожить до своих почтенных лет? - Э… - глубокомысленно протянул Дикон. – Просто всегда что-то случается. Это обычная удача. - Серьёзно? Никаких родовых амулетов? Благословений цыганок? Может, какое-нибудь пророчество? - Нет, сэр, - Дикон решил не уточнять, является ли пророчеством предсказание матушки, что он никогда не женится на хорошей девушке. – Просто мелким богам нравятся стражники, я так думаю. - Не только богам, - Рокэ МНОГОЗНАЧИТЕЛЬНО посмотрел на Дикона, но его намёк расшибся о ясный и наивный взгляд юноши. - Возможно, сэр. Но, откровенно говоря, нам мало кто симпатизирует. - Не бойтесь, - поняв, что Ричард является непрошибаемой стеной наивности, несмотря на свои походы в бордель, Рокэ решил пойти прямым путём. – Вы нравитесь мне, а этого должно быть достаточно. - Сэр, - снова воспользовался особым тоном Дикон, заодно покосившись на дверь в поисках путей побега. Слухи о том, что Ворон предпочитает любовь по-гайифски ходили давно, но Дикон не собирался участвовать в его экспериментах. Впрочем, Алва не собирался набрасываться на испуганного стражника прямо сейчас – вяло развалившись в кресле, медленно цедил вино. - И как ваши родители относятся к вашей профессии? - Матушка, конечно, была против. Она хотела, чтобы я пошёл к какому-нибудь уважаемому человеку в секретари, а отец уже давно уехал на заработки и так и не смог вернуться. - В секретари? А вы грамотны? - Да! – Ричард обиженно вскинулся. – Вы зря думаете, что обычные горожане не могут быть грамотны. Я умею и люблю читать. А Библиотекарь выдаёт мне книги, как студенту академии. - Библиотекарь? Он же уродливая обезьяна! Он хоть что-то понимает? - Никогда! – Дикон даже раскраснелся от возмущения: насколько же могут быть снобами эти убийцы. – Никогда не называйте ТАК Библиотекаря. Это оскорбляет его человеческое достоинство, а оскорблённый Библиотекарь может сломать вам все рёбра. И я зафиксирую, что это было рациональная реакция. - Но… - Хватит, сэр, - Ричард выдохнул. Говорить с Алвой окончательно перехотелось. – Пожалуйста, дайте мне номер вашей лицензии, у меня сегодня ещё есть дела, связанные с расследованием ограбления у госпожи Марианны. - Не яритесь, юноша, - Рокэ выдохнул. До этого момента он даже не подозревал, насколько же он злится на стражника. Так, значит, всего лишь ограбление. Дышать определённо стало легче. – Я не хотел обидеть вашего друга. И, может быть, я смогу вам чем-то помочь? Ричард уже хотел резко ответить «нет», но его взгляд, из-за чистой случайности, задержался на бледных руках Алвы. А что если… - Сэр, вы пользуетесь пудрой? Алва поперхнулся. - Из-за чего вы так решили? - Ну вы, - стражник замялся. – Беленький. - Беленький, - тупо повторил Алва. Ему множество раз делали комплименты, но точно не такие. Леворукий! Да он даже не уверен, что это является комплиментом. – Вы сейчас серьёзно? - Да, - после этого ответа Дикона, Алва резко встал и схватив руку юноши прижал её к своей щеке. - Потрогайте, юноша. Вы и сейчас считаете, что я напудрен? Дикон покраснел. Хоть простое «покраснел» не может передать всю палитру – от нежно-малинового до бордово-алого, что решила выкрасить несчастного стражника. Его щёки, шея, нос и даже уши – всё запылало всеми оттенками и цветами, что мелкий бог (со славным именем Этот-Неловкий-Момент) щедро выделил для всех смущающихся людей. Алва мягко поцеловал ледяные пальцы Дикона, с искренним удовольствием наблюдая за процессом покраснения своего стражника. - Я… нет. Наверное. Отпустите, - Ричард дёрнулся, но Ворон и не подумал отпускать. - Вы уверены? По-моему, вам всё ещё надо проверить, - нахально улыбнулся Рокэ, прижимая ошарашенного юношу к себе. – Вам понравится процесс, гарантирую. - Да как вы смеете! – Ричард с силой саданул лбом в длинный нос убийцы. Раздался противный звук, и Алва отшатнулся, зажав рукой лицо. Сквозь пальцы текла кровь. В глубине души Ричарда медленно ворочалось осознание, что оскорбить убийцу – было очень-очень-ОЧЕНЬ плохой идеей. А ещё капитан и командор сегодня точно сыграют в футбол по Анк-Морпоркси его головой.

***

- Я на вас женюсь, юноша, - гнусаво заверил Алва, прижимая к носу лед, упрятанный в батистовый платок. – Иначе пострадает моя профессиональная честь. Ещё никому и никогда не удавалось ударить главу гильдии убийц и остаться в живых и с целыми конечностями. - Не нужно. Мне и так придётся отчёт писать. Объяснять командору ещё и причины своей свадьбы я пока не готов. - Вот так всегда, - посетовал Рокэ. – Как драться: так всегда готов, а нести ответственность за свои поступки отказываюсь. Да вы мерзавец, юноша. - А не надо было руки распускать! Вам стыдно должно быть. - Мне уже стыдно, что я не успел увернуться от какого-то стражника. Теперь я, кажется, начинаю понимать из-за чего вас называют Камнелицами. У вас в голове, кроме кости, ничего нет и не предвидится. Нормальный бы парень ситуацией бы пользовался, а не драться лез. Я, чтобы вы знали, считался одним из самых лучших любовников Плоского Мира. - Это вы намекаете, что теперь, с разбитым носом, былая слава вам уже не светит? – уточнил Ричард, медленно проникаясь чувством вины за погубленный талант. – Но, на самом деле, шрамы украшают мужчину. - Вот именно, юноша. Шрамы! А не вульгарный сломанный нос. Иметь аккуратный шрам на скуле, подбородке, а, лучше всего, щеке – модно и куртуазно. Дамы будут млеть, соперники – завидовать. Но светить банальным перебитым носом – верх пошлости. Шрамы дают простор воображению: всегда можно сослаться на таинственное и немного неприличное приключение, а сломанный нос позволяет и без ссылки сказать о кабацкой драке. - А чем вам кабацкая драка не неприличное приключение? На мой взгляд, в хорошем кабаке можно за один вечер повстречать все атрибуты классической авантюры – подозрительные личности, ужасная еда, крепкая выпивка, отличная драка и сломанная рука с пустым кошельком в качестве награды. - И откуда же у приличного мальчика такое глубокое знание трактирной жизни? – язвительно поинтересовался Алва. - Моя работа заключается в проверке многих самых разных мест, в том числе, и таверн, - без смущения заверил Ричард. - И борделей, - Рокэ криво улыбнулся, что в обычное время произвело бы эффект, но покрасневший от удара и одновременно посиневший от холода нос портил всю картину. – Могу ли я уточнить, как именно проходит их инспекция? Достаточно ли вы тщательно осматриваете ВСЕ МЕСТА? - Нос уже прошёл? – участливо поинтересовался Дик. Ответить Алва не решился – кто этих стражников разберёт, ещё набросится снова. Ворон лишь страдальчески закатил глаза и снова приложил уже почти растаявший лёд к пострадавшему носу. - Может быть, вы хотя бы теперь дадите мне номер вашей лицензии? Мне уже два отчёта с вашим участием писать придётся. - Идите к Леворукому, юноша. Что вы собираетесь написать во втором отчёте? Я сломал нос человеку, который не только занимает высочайший пост в нашем малоуважаемом городе, но и спас мою дурную голову – такова была моя благодарность? - Вообще-то я собирался расписать, как храбро и отчаянно отбивался от ужасного убийцы, пожелавшего моего юного и непорочного тела, - Ричард встал с кресла. Внутри его стукнутой головы маленькие бесы, очень сильно похожие на тараканов, запускали фейерверки в память о славном сержанте Ричарде Окделле, что лишился звания и жизни по собственной глупости. Но у такого положения были и очевидные плюсы – теперь можно было ничего не бояться. - Непорочного? – явно заинтересовался Алва. - Покажите, - Дикон решил не отвечать на данный выпад, чтобы не давать поводов к новым насмешкам. Как и всякий молодой человек, ещё не познавший на практике всех прелестей любви, он страшно стеснялся своего пробела в постельном образовании. – И ничего я вам не сломал! - Не уверен! Мне ужасно больно, я его почти не чувствую! - Там всего лишь отёк. Не надо драматизировать. Через недельку в норму придёт. Или, если у вас есть мазь Игорей, к завтрашнему дню. - То есть, вы это называете драматизировать?! Может быть, какому-то там стражнику действительно не важно, как он выглядит. В конце концов, стража славится тем, что принимает всех подряд. Даже этого вашего Кноппса, но я, к счастью, не являюсь представителем вашей древнейшей профессии. - Шноббса. Его зовут Шнобби Шноббс, и он славный малый, - Ричард решил никогда не говорить Шноббсу, что назвал его «славным», потому что это слово меньше всего подходило капралу, таскающему в кармане справку о своём человеческом, а не гоблинском происхождении. - Но вы ударили главу гильдии убийц! – Алва даже с некоторым восхищением посмотрел на Дикона. – Вы как себя чувствуете? Страх? Ужас? Стремление писать предсмертную записку и завещание уже есть? Ричард честно прислушался к своим ощущениям. Умом он осознавал, что как раз настало время писать завещание, но молодой и полный сил организм не хотел с этим мириться – он упрямо сигнализировал, что хочет есть и только. Это Дикон и озвучил. Алва заржал. - Ну и как вы собираетесь искупать вину? – спросил Рокэ, отсмеявшись. - Официальные извинения? – с надеждой поинтересовался стражник, твёрдо знающий, что бланки для официальных извинений валяются по всему участку, а Ваймс лично учил всех стражников подделывать собственную подпись. - Не надейтесь, - отбрил Рокэ. – У меня этих официальных уже целая коллекция. - Как скажете, сэр. Предлагаю закончить наше продуктивное общение на этой печальной ноте. А то вдруг я вас снова случайно стукну. - Я определённо на вас женюсь. Это меньшее из того, что я могу сделать. - Страшное наказание, - смиренно кивнул Ричард. – Но, может, обойдёмся всё же без крайних мер? - У меня теперь болит нос! Это унизительно! Ранение от шпаги, отравление изысканным ядом – это благородные увечья, но что я должен сказать по поводу носа? – завёл старую шарманку Алва. - Пожалуйтесь на неблагодарных клиентов. Вы к ним со всем уважением, а они умирать не хотят, засранцы. - А может, это вы здесь засранец?! Ричард философски пожал плечами. Работая в страже, он каждодневно слышал в свой адрес и куда худшие эпитеты, при этом умудряясь сохранить подобие спокойствия и не ответить обидчику на чистом анк-морпоркском матерном – этот славный язык любой из жителей города начинает познавать одновременно с литературно принятым, а некоторые особо одарённые индивидуумы могут и вообще говорить исключительно нецензурно. Есть версия, что у извозчиков и сапожников эта черта передаётся по наследству. - Так вы скажете мне свой номер? - Только после поцелуя, - Ворон нагло ухмыльнулся. – А мог бы потребовать и большее в качестве компенсации: цените мою доброту. - Я вам сейчас ещё и глаз подобью, - расхрабрился Ричард, понимая, что если Алва его не убил до этого момента, то и дальше вряд ли сделает что-то серьёзное. Причину такой снисходительности Дикон пока не понимал, но в его голове уже начали робко появляться мысли, включающие в себя кучу неприличных ситуаций, огромную постель, а также (предположительно) много неприличных громких стонов и равномерные возвратно-поступательные движения. Конечно, в теории предполагалось, что для данного действия необходима женщина, но, как показывала практика, можно было обойтись и без неё. Ричард, опять же в теории, смутно догадывался, что Алва намекал именно на такой вариант. - Не забывайтесь, юноша. Я терпелив, но не всепрощающ, - осадил Алва. – Я требую компенсации. В какой форме – я уже сказал. Исполняйте. Ричард хмуро уставился на Рокэ, но тот, видимо, не испытывал никаких угрызений совести. Ричард покраснел, Рокэ умилился. Ричард запыхтел, как рассерженный ёж, Рокэ многозначительно ухмыльнулся. - Может быть, вам помочь? – наконец-то решил пойти навстречу Алва. В прямом смысле. Быстро шагнув в сторону Ричарда, Рокэ снова прижался к оторопевшему Дикону. - Вы же помните, чем закончилось это в прошлый раз? – поинтересовался Ричард. - Готов рискнуть, - согласно кивнул Рокэ и наконец-то поцеловал.