Если только ты не пройдешь мимо

Квартира была большой и удобной по планировке. Три комнаты с выходами в длинный коридор, кухня, ванная. Кто-то из ребят показал мне мою комнату, и я сразу упала на кровать, закрыв голову руками. Попросилась побыть одна. Дверь за мной тактично закрылась. Я лежала и слушала, как на кухне (она была рядом с моей комнатой) тихо переговариваются семеро подростков: устроили семейный совет. Мне не было слышно смысла беседы, но уже узнавались отдельные голоса: высокий – «кошачьего» подростка, ленивый с хрипотцой – мятноволосого Юнги, девичий – Ани. Остальных я пока различить не могла. За окном было темно, часы показывали 20:40. «Давай-ка подумаем, что нам делать дальше, - сказала я себе-на-десять-лет-старше. – С чего мне начать? Как мне себя вести?» Но я-на-десять-лет-старше молчала. Тогда мне пришлось просто встать с кровати (немного успокоиться всё же удалось) и пойти на кухню. - Мама, - выдохнуло несколько голосов, когда я подошла к большому овальному столу, за которым на узком диванчике сидели ребята. Разговор прекратился. - Слушайте, - начала я. – Я понимаю, что… - Садись, - перебил меня мальчик-кот, отодвигая всех сидящих в сторону стены и освобождая мне место с краю рядом с собой. - Тебе сделать какао? – поинтересовался высокий парень постарше других на вид, широкоплечий и симпатичный. - Ты что-нибудь уже вспомнила? – это большеглазик с жалобным выражением лица. Я молча села, прямая и сосредоточенная. «Кот» придвинулся ближе, я тут же отпрянула от него, чуть не упав с диванчика. - Куда делся наш обнимашко-маньяк? Народ, здесь обнимашко-маньяк не пробегал? – в пространство поинтересовался желчный Юнги. Я кашлянула, не поняв шутки, и снова села прямо, но ребята чуть расслабились и похихикали. Они вообще уже не выглядели такими напряженными и несчастными, как в больнице. «Может, это была манипуляция? Чтобы их не сдавали в детский дом?» - с подозрением подумала я, украдкой рассматривая их лица. - Так как насчет какао? – снова спросил широкоплечий парень. - Лучше кофе, - сказала я. - Ты не пьешь кофе! - почти хором ответили дети. - Почему? – не поняла я. - Это вредно, - пожала плечами Аня. - Какие ещё странные привычки появились у меня за десять лет? – поинтересовалась я хмуро, глядя, как парень включает огонь под чайником. - Обниматься, - ответил Юнги. – Без конца обниматься. - Мы же не знаем, какие привычки у тебя были десять лет назад, - произнес сидящий в углу серьезный парень с выбритыми висками. Кажется, он был здесь самый адекватный и морально взрослый. Поэтому я обратилась к нему: - Для начала я бы хотела услышать историю, какого хрена я устроила в своей жизни многодетную семью. Если можно, по порядку и со всеми подробностями. - Мама сказала «какого хрена»? – уточнил большеглазик, наивно хлопая пушистыми ресницами. - Ты чему детей учишь, - лениво протянул Юнги. - Мне показалось, или какой-то кислотноволосый в больнице в первую же секунду общения сказал слово «охренела»? – парировала я. - Что ещё за «кислотноволосый»! – вскинулся Юнги. - В зеркало посмотрись, - посоветовала я ему и снова повернулась к самому серьезному. Тот смотрел немного оторопело. - Так мы же последние появились. Пусть лучше расскажет тот, кто дольше всех. - Я расскажу, - подняла руку, как в школе, Аня. – Сначала ты взяла меня и Чонгука, потом Тэхёна, потом Чимина и Юнги, потом Джина, а потом Намджуна и Хосока, - она тыкала пальцами в сидящих за столом. – Чонгук в армии, а мы все здесь. Вот и всё. - Это называется «с подробностями»? – переспросила я. - Подробности – это не по моей части. Пусть Тэхён и Чимин рассказывают. У них рты не закрываются. Я обвела глазами парней, пытаясь определить, о ком речь. - Я Чимин, а это ТэТэ, - уточнил «кот», тыкая пальцем в большеглазика. – Только я не знаю, что ещё рассказать. Ты просто забрала нас всех домой, и всё. - Что нам нужно делать, чтобы ты всё вспомнила? – спросил Тэхён, заглядывая мне в лицо. - Понятия не имею, - в сторону ответила я: его жалобный взгляд заставлял меня чувствовать себя неуютно. - Может, обнять тебя? – щедро раскинул руки Чимин. - Не надо, - я испуганно соскочила с дивана. - Нуна моей мечты, - простонал Юнги. - Может, нам всем просто надо вести себя, будто ничего не случилось? – робко предложил паренек с каштановыми волосами, сидящий рядом с Тэхёном. – Как будто всё по-старому? - Хосок-а, это же нереально, - произнес его сосед в углу. – Если она до сих пор ничего не вспомнила, что изменится, если мы будем прогонять сценки из прошлой жизни? - Слушайте, давайте договоримся, - сказала я. – Никаких постановочных действий. Никаких натужных «милая мамочка» и обнимашек. Честно, я этого не люблю. А насчет всего остального… Просто скажите мне, чем я занималась в течение дня, и я буду выполнять свои обязанности. Обещаю постараться к вам привыкнуть, хорошо? - Нет. Не хорошо, - сухо ответил Юнги. – Но другого выхода я пока не вижу. - По-другому и не получится, - тихо произнесла Аня. – Ты же не сможешь заставить себя любить нас. Я помолчала. Закипел чайник. Запахло заваренным какао. Высокий парень поставил передо мной чашку с напитком и тарелку с парой оладушков. - Это утренние. Я попробовал испечь с творогом, как ты делаешь, - сказал парень смущенно. - Как тебя зовут? – я прониклась ненавязчивой заботой хозяйственного мальчишки. - Джин, - ответил он, отводя глаза. Наверно, так в лоб спрашивать не очень хорошо, подумала я и решила в следующий раз быть умнее. - Спасибо, Джин, - я откусила кусочек от оладушка. Было вкусно. Я благодарно кивнула, а парень улыбнулся и быстро обвел взглядом окружающих. - Это всё равно она, - сказал он довольно. – Просто она пока спрятана… за стеной. - Мы пробьёмся, - уверенно сказал мятноволосый Юнги, и лицо его смягчилось, выдавая усталость от переживаний. И я почему-то сразу ему поверила.