Глава 13. В ярости едины
18 декабря 2016 г., 13:55
Кусочек небесного шёлка проглядывал сквозь густые кроны могучих дубов. Шум реки, чьё бурно течение разбивалось о встречные камни, приятно ласкал слух. Перепрыгивавшая с ветки на ветку, маленькая юркая белка с густым, пушистым хвостом обустраивала для себя новенькое дупло, складывая туда мох, траву и опавшие листья. Она недоверчиво поглядывала на девушку, лежавшую под тем дубом, словно боялась, что та займёт её уютное гнёздышко.
Кидеймас мирно дремала, лёжа на мягкой моховой перине. Солнце приятно припекало тёмную ткань её одежд. Сладко потянувшись, девушка перевернулась на бок, нехотя открыв глаза. Эльфийские стражники неприступным кольцом окружили поляну, не спуская с пленных настороженного взгляда. Этим утром они вывели гномов и Кидеймас на прогулку к реке, предоставив им немного свободного времени, чтобы умыться и привести себя в порядок.
Громкий хохот гномов окончательно вывел девушку из сна. Она села, потирая тыльной стороной ладони заспанные глаза.
– Смотри, проснулась, – заговорщически шепнул Кили брату, пихая его в бок локтём.
Прежде чем Кидеймас успела одуматься, двое негодяев окатили её с ног до головы ледяной водой из ведра. Лихолесье содрогнулось от громкого девчачьего писка. Проклиная братьев на чём стоял свет, она бросилась за ними в погоню, утопая сапогами в прибрежном песке.
– Невероятно! – Возмущалась она, выжимая воду из волос под заразительный хохот братьев. Промокшая насквозь рубашка неприятно липла к телу, а в сапогах разлилось целое море.
Плотно сжав губы, желая тем самым сдержать улыбку, она вернулась на своё место. Девушка запустила пальцы в корни волос, невозмутимо окинув взглядом гномов, которые уже успели раздеться по пояс и обливали друг друга водой. Рука девушки вдруг застыла. Приоткрыв от удивления рот, она во все глаза смотрела на Торина. Она и не подозревала, что под тяжёлым доспехом этого гнома скрывается целая груда мышц. Широкие плечи, волосатая грудь во всеуслышание кричали о его брутальности. Мышцы, придававшие его телу рельеф, были словно кусочки паззла – кажется, что можно вот так просто взять и вынуть их.
– Ничего себе! – Хохотнула Кидеймас. Увидев, что гномы все разом недоумённо уставились на неё, она тут же спохватилась. – Я говорю: «Ничего себе! Ну и жара!»
Они недоумённо переглянулись и вернулись каждый к своим делам.
– Надо же, как неловко получилось, – пробормотала Кидеймас, задумчиво почёсывая затылок.
Девушка потянулась к носкам своих сапог, намереваясь поскорее вытряхнуть из них песок и мелкие камни, раздражавшие стопы ног. Она ощущала на себе пристальный взгляд со спины, но догадываясь, кто это мог быть, намеренно не оборачивалась назад. Боковым взглядом она замечала, как склонялись головы стерёгших их стражников в знаке приветствия.
Окрашенный в золотые и ярко-красные цвета дубовый листок оторвался от ветки и закружился в воздухе, подгоняемый лёгким дуновением ветерка. Он случайно задел девушку по носу. Кидеймас резко схватила его, сжав в кулак. Хрупкие грани листа жалобно захрустели в безжалостной руке. Девушка раскрыла ладонь, прах погибшего листка осыпался на землю, а в руке остался только лишь его тоненький скелет.
Стражники расступились в стороны пропуская вперёд наследного принца. Окинув пренебрежительным взглядом намывавшихся гномов, он скомандовал:
– Заканчивайте! Возвращаемся во дворец!
Он мельком взглянул на Кидеймас без тени улыбки на лице. В его глазах читалось недовольство и осуждение.
Натянув назад мерзко хлюпающие сапоги, Кидеймас побрела вслед за громко возмущавшимися гномами, оставляя за собой мокрые следы на тёмной земле. Живот громко урчал, упорно требуя еды, и прежде всего всего сочного мяса.
Они свернули на тропу, ведущую к Главному входу во дворец. Эльфы замедлили шаг, приветствуя своего Владыку, гордо стоявшего перед мостом. Немигающим взором небесно-голубых глаз он следил за Кидеймас, вяло плетущейся позади всех.
Завидев Трандуила, она нехотя кивнула головой и, гордо подняв подбородок, ускорила шаг. Его рука вдруг преградила ей путь, стражники позади неё насторожились, но, встретившись с властным взглядом Владыки, поспешно обошли их стороной.
– Я слышал, о чём ты говорила с Тауриэль, - сказал он, пристально глядя на девушку. – Это было не слишком вежливо с твоей стороны. Ты так не думаешь? За все эти годы ты разучилась ценить чувства тех, кто тебе близок? Я же сказал, смотреть мне в глаза!
Кидеймас одарила его таким взглядом, что, наверно, было бы лучше, если бы она и вовсе не смотрела на него. Словно тысячи мелких острых зубов разом пронзили тело девушки. Она вцепилась ногтями в худое плечо, расчёсывая кожу докрасна.
– Неподобающее для Его Величества поведение – подслушивать чужие разговоры. Можно ведь услышать нечто такое, о чём в последствии будешь сожалеть до конца своих дней.
– Ты же знаешь, что когда дело касается того, что принадлежит мне, я не могу оставаться в стороне.
Кидеймас безразлично пожала плечами и, оперевшись спиной о ствол дерева позади себя, принялась стягивать с себя сапоги.
– Ты, кажется, сказала, что ненавидишь Тауриэль, но тот, кого ты на самом деле имела ввиду был я, ведь так? Кого ты хочешь обмануть, Кидеймас? Меня или саму себя? Ответь мне.
Ему удавалось придавать её грубому имени совершенно особое значение. Казалось, что только будучи произнесённым его устами, оно обретало смысл. Поросшее колючим терновником сердце девушки безвольно содрогалось, что ещё больше злило её.
– Разве мой ответ имеет значение? Вы ведь уже всё решили и за себя и за меня в том числе.
Трандуил подошёл к ней, коснувшись носками своих высоких сапог голых пальцев девушки.
– Я заставлю тебя передумать, – прошептал он. – Вот увидишь.
В ту же секунду он резко подхватил её на руки. Опешившая от такой наглости Кидеймас не знала, что и делать. Она удивлённо уставилась на Трандуила, лицо которого источало яркий свет самодовольства. Худые пальцы вцепились в его широкие плечи, отчего Владыка шумно втянул в себя воздух. Она всё сильнее вонзала острые коготки, с упованием глядя на ту боль, от которой перекашивалось его лицо.
Стоило ему всего на секунду ослабить хватку, как девушка тут же вырвалась из его рук. Круто развернувшись, она влепила ему звонкую пощёчину, вложив в неё всю свою обиду и ненависть. Ладонь девушки пробивало мелкой дрожью, пульс бешено забился, истошно качая кровь под тонким слоем бледной кожи.
Прижимая к груди больную руку, Кидеймас с вызовом смотрела на Трандуила, на щеке которого красовался красный след её ладони. Они сверлили друг друга полыхающими яростным пламенем глазами. Словно два диких зверя готовых сцепиться в смертельной схватке.
Трандуил грубо схватил девушку и всем своим телом вжал её в широкий дубовый ствол. Она сморщилась, больно ударившись спиной о твёрдую неровную поверхность дерева. Эльф с такой силой сжимал её запястья, что даже кисти рук немели. Она судорожно выдохнула, обдав его потоком холодного воздуха.
– Можешь биться сколько угодно, – прорычал Трандуил, – но от меня… тебе никогда не сбежать.
Бросив быстрый взгляд на её валявшиеся на земле сапоги, он поднял их и, сунув в руки Кидеймас, снова подхватил её на руки. Как бы она не вырывалась и не кричала, ничто на этот раз не поколебало его решительность. Зло стуча каблуками своих сапог, он внёс её во дворец под недоумевающие взгляды стражников.
Трандуил ловко спустился по крутой лестнице, ведущей в Подземную темницу.
– Повторяю последний раз, – прошипела Кидеймас, упираясь руками ему в грудь. – Отпусти меня.
– Если ты не прекратишь, то мы оба погибнем, – ответил он, балансируя почти на самом краю крутого обрыва. – Ты этого хочешь?
В ответ Кидеймас смерила его ядовитым взглядом. Трандуил поднялся на самый верхний ярус темницы, где было гораздо больше света, а воздух очищен от затхлых примесей. Но самое главное – все камеры этого яруса были свободны от гномов.
Владыка опустил девушку на пол, успев схватить её за руку. Обернувшись к недоумевавшему ключнику, он велел ему немедленно открыть решётку одной из камер.
– Подумай, тебе совсем не обязательно быть здесь, – тихо произнёс Трандуил под звуки поворачивающегося в замке ключа. – Ты можешь остаться со мной.
– Я скорее пущу себе кровь, чем буду с тобой, - прошипела в ответ она.
– Только попробуй, – сжав напоследок её худую ладонь, сказал он. Отпустив девушку, он быстрым шагом направился прочь из темницы.
Кидеймас смотрела ему вслед до тех пор, пока подол его серебряного плаща не скрылся из виду. Только тогда она вошла внутрь камеры. Прислонившись лбом к мокрому камню стены, она тихо прошептала:
– Кто-нибудь… пожалуйста… спасите меня.
