Элементарно, Старк!

Тони открывает глаза и, на удивление для себя самого, понимает, что прекрасно выспался. Впервые за несколько дней в голове ясно, мозг точно знает, что происходит, и несет ответственность за восприятие действительности. - Шерлок! Ты… - доносится слева. Тони поворачивает голову, рядом на кресле сидит Джон Ватсон, который, судя по виду, не спал всю ночь, задремал лишь несколько минут назад и очнулся от малейшего шороха, произведённого Старком. – Холмс, вы очнулись. Альфа выглядит очень растерянно, и Тони даже становится немного жалко его. Но сила, которой он до сих пор пытается окутать омегу, по-прежнему тяжким грузом висит в воздухе, и Старк ловит себя на мысли, что совсем не отказался бы оказаться под такой заботливой тяжестью, если бы она исходила от другого альфы… Несчастный вид Ватсона не совсем вяжется в представлении Тони с видом человека, который недавно женился и сейчас должен быть в долгожданном свадебном путешествии. Стал бы вообще альфа убиваться так из-за того, что его отвергает омега, с которым он, судя по всему, изменил жене? Стал бы Стив?.. А ведь правда, получается, что их совместный с Тони гон был изменой Стива Баки? Какая ирония. Разница между этими альфами лишь в том, что знай Стив, что Баки жив, он никогда бы не стал… Почему-то от этих мыслей Тони нисколько не становится легче. Однако ночное видение в этот раз помнится, как наяву, и мысли Шерлока Холмса о том, что он не хочет возвращаться сюда, воспринимаются очень чётко, и боль чужого разбитого сердца слышится, как своя. Видимо, Ватсона, в отличие от Роджерса, вполне устраивало наличие помимо жены ещё и любовника. Но на эту роль Тони Старк не согласен. - Я, видимо, должен поблагодарить вас за оказанную медицинскую помощь при панической атаке, доктор. Но в остальном, большего, чем вчера, я, к сожалению, сказать вам не могу. Я восстановил недавние события по газетным новостным хроникам и словам моего брата Майкрофта и установил, что дал вам обещание, что дело о разоблачении профессора Джеймса Мориарти будет последним расследованием, ради участия в котором я отвлекаю вас от семьи и занятий врачебной практикой. Более конкретных обстоятельств я, увы, не помню, но обещание намерен сдержать. Более того, я думаю, что мне пора отойти от дел, связанных с работой сыщика, и найти себе более спокойное занятие, например, науку или изобретательство. Посему, Ватсон, не смею вас больше отвлекать от текущей работы. Тем более, если вы пробыли здесь всю ночь, ваша жена наверняка волновалась. Принесите ей мои искренние извинения. - Холмс, позвольте мне осмотреть вас. Потеря памяти могла наступить вследствие травм не только головы, но и, например, защемления нервов, повреждений позвоночника. - Спасибо, доктор, но я думаю, не стоит. У меня травмировано плечо, но в остальном всё в порядке, я уверен. - Но… - Вы уверены, что среди моих воспоминаний есть что-то, что необходимо восстанавливать? Время уже около десяти утра. Миссис Ватсон наверняка беспокоится и, боюсь, может подумать о вас хуже, чем есть на самом деле. Передавайте ей пламенный привет. Ватсон встаёт с кресла и медленно направляется к двери. - Могу я навещать вас, Холмс? По старой дружбе. - Боюсь, в ближайшее время я буду занят неким научным проектом, Ватсон. Не уверен, что смогу позволить себе отвлекаться на дружеские беседы за чашкой кофе. - Что ж… До свидания, Холмс. - Прощайте, Ватсон. Спустя некоторое время упорных трудов Старк приходит к выводу, что создать аналог или хотя бы жалкое подобие Джарвиса ему определённо не удастся. Зато в его апартаментах появляется несколько новых для этого времени видов огнестрельного оружия. Тони остаётся лишь усмехнуться, понимая, что приходится возвращаться к тому, от чего он решил уйти в своей «прошлой» жизни, однако сбыт этого оружия (абсолютно легальный, по правительственным каналам Майкрофта) приносит очень неплохой доход. И вот уже из полусумасшедшего сыщика Шерлок Холмс превращается в желанного гостя на богемных вечеринках лондонского бомонда. Что ж, Старк всегда любил быть в центре внимания. Чего не скажешь о его «брате». Тони непонятно и ужасно любопытно, как Майкрофт, являясь, безусловно, известной в политических кругах личностью, умудряется всегда оставаться в тени на богемных увеселительных собраниях. Мысль о том, что Майки боится ненароком потерять лицо, перебрав с выпивкой, а также чисто спортивный азарт заставить этого умного и педантичного альфу «вылезти из своей скорлупы» и являются причиной того, что Тони обзавёлся адресом одного элитного салона, предоставляющего эскорт услуги, и оказался на пороге дома Майкрофта Холмса с целью непременно вытащить «брата» этим вечером в какое-нибудь увеселительное заведение. - Стэнли, привет, старина. Майкрофт у себя? Тони проходит вслед за Стэнли в гостиную и сталкивается взглядом с омегой, чьё лицо он определённо где-то видел. - Здравствуйте, мистер Холмс. - Здравствуйте, миссис Ватсон. – Память моментально выдаёт свадебную фотографию Джона Ватсона из газеты. - Шерли! Как мило, что ты зашёл. А мы тут с Миссис Ватсон обсуждаем проект открытия частной клиники для врачебной практики доктора Ватсона. - Это чудесно. Я думал, Майки, ты составишь мне компанию сегодня вечером. Здесь неподалёку открылся новый клуб. - О, Шерли, ты же знаешь, я не любитель подобных заведений. - Почему бы вам не пригласить Джона? – В комнате повисает неловкая тишина. - Я… не думаю, что стоит отвлекать моего дорогого друга Ватсона от работы. Майки, ты уверен, что… - В любом случае сегодняшний вечер у меня занят. Дела. Прости, Шерли. - Что ж, в таком случае позвольте откланяться. Майки. Миссис Ватсон. - До свидания, Шерли. - До свидания, мистер Холмс. «Боже, неужели… Мда, похоже, вы ошиблись с выбором омеги, мистер Ватсон… Надо было внимательнее смотреть вокруг. И думать об этом надо было раньше». Тони ловит кэб, пытаясь определить, жалко ему этого альфу Ватсона или нет, и стараясь упорно не замечать, как в эти сознательные мысли настойчиво вклинивается одна: «Как было бы забавно, если бы Баки в этом новом для него мире обратил внимание, например, на Сэма или Тора, (хотя тогда даже страшно представить, какой апокалипсис устроил бы Локи), или сошёлся во взглядах со всевидящим оком Фьюри… Тогда бы Стив… А что Стив? Прибежал бы к Тони просить прощения? Нет, Стив слишком благородный. А Баки… не такой дурак, чтобы отказаться от такого альфы. И вообще, то, что Мэри Ватсон зашла к Майкрофту, опять же, чтобы решить вопрос о частной клинике для врачебной практики Джона, если верить словам старшего Холмса, это ещё не значит, что омега решила изменить своему супругу, как раз наоборот». Кэб останавливается прямо у ворот нового клуба. «А всё-таки неплохо было бы, если бы Баки…». - Мистер Холмс! Мы вас заждались! - Прошу прощения, дамы. Позвольте компенсировать неудобства бокалом элитного шампанского. Тони приобнимает двух симпатичных девушек-альф, ожидавших его, и входит в двери клуба, решая оставить недодуманной назойливую, но теперь, без сомнения, неуместную мысль. Веселье затягивает забавной с точки зрения Старка, но, без сомнения, приятной задорной музыкой кабаре, зажигательными танцами красавиц в откровенных нарядах на сцене и хорошей дорогой выпивкой. В клубе много народу, и Тони Старк не был бы Тони Старком, если бы не угостил всех присутствующих джином и как следствие не получил несколько бокалов разнообразной выпивки в благодарность. Лучший столик с прекрасным видом на сцену, симпатичные девушки-альфы, приятно ласкающие расслабленного алкоголем омегу. Величайшего сыщика современности, гения, который за последнее время, кажется, прослыл в Лондоне ещё как минимум как плейбой и филантроп. - Простите, дамы, я на минутку. От алкоголя начинает шуметь в голове, что, признаться, никак не ухудшает приподнятого настроения, и Тони не совсем понимает, что происходит, когда дверь в уборную, войдя вслед за ним, запирает ещё один омега. - Вот мы наконец-то и встретились, мистер Холмс. Думали, убийство профессора Мориарти так легко сойдёт вам с рук? - Простите… - Старк упорно не может понять, кто находится перед ним, и не пытается этого скрыть. - Полковник Моран. Вы настолько пьяны и беспечны, что даже не узнаёте меня? «Моран… Моран… Полковник Моран! Приспешник и подстилка Мориарти!» - вспоминает Тони. - О, полковник! Вы решили отомстить за смерть вашего альфы, который споткнулся и упал с балкона в водопад в Швейцарии, не забыв при этом прихватить и меня, между прочим? Что ж, если вы попытаетесь меня убить, не думаю… - Что вы, мистер Холмс. Никто не собирается вас убивать. Сегодня вечер развлечений. И тот афродизиак, растворённый в бокале виски, который вы осушили, лишь добавит вам пикантных ощущений. – Моран приближается вплотную и шепчет Тони прямо в лицо. – Вы ведь, бесспорно, слышали об этом изобретении доктора Хоффманшталя, полностью подавляющем волю и заставляющем омегу невероятно остро и болезненно желать подчиниться первому же попавшемуся на пути альфе, в любых, даже самых изощрённых его желаниях, вплоть до членовредительства и даже… смерти. О да, Тони слышал о таких препаратах. Сильнейшие наркотики, которые запрещены в Штатах и от которых тем не менее ежегодно страдают сотни наивных юных омег, которым дилеры продают эту дрянь в клубах. Жажда острых ощущений, как правило, со своими же альфами, нередко оборачивается тем, что у них напрочь срывает контроль, и они, поддаваясь древним инстинктам, сильно калечат своих омег, которые в этот момент готовы терпеть что угодно и требовать ещё. Тони Старк ежегодно выделял миллионы на финансирование реабилитационных центров для таких бедолаг и борьбу с этой дрянью. Даже Мстители под командованием Стива не раз накрывали подпольные цехи по производству этих наркотиков и проводили различного рода рейды в ночных клубах. Сам Тони никогда даже предположить не мог, что попадётся на эту уловку. В XIX веке в Лондоне. Прекрасно. Остаётся только надеяться, что вариант наркотика в этом времени имеет не настолько сильный эффект, как в двухтысячные, иначе… - Но насколько я вижу, вы не являетесь альфой, полковник, а с теми милыми крошками, что сопровождают меня, я был бы и сам не прочь поиграть, - произносит Тони, моя руки, и решая, оставив вопросы нужды на потом, быстро проскользнуть мимо Морана, отпереть дверь и срочно ехать домой, пока токсин не распространился в организме должным образом. - Я нет, а вот Альфред с удовольствием составит вам компанию на этот вечер. Дверь одной из кабинок открывается, и оттуда выходит здоровый альфа: метра под два ростом, рубашка едва не трещит по швам на мощной груди, руки огромные, сильные, с налитыми венами, в такие попадёшь – не вырвешься, а о бритую голову, кажется, можно разбить кирпич. И запах… Как же можно было не заметить его раньше, если этот громила всё время прятался там? Не иначе где-то здесь есть потайной ход. Что кстати также не радует, потому что Тони внезапно осознаёт, что выйти через людный зал ему не светит. А между тем голова начинает кружиться сильнее, и запах альфы становится всё резче и крепче, начинает обволакивать сознание, и Старк с быстро нарастающей паникой понимает, что ещё немного – и он будет валяться у ног этого страшного человека и умолять сделать с ним всё, что угодно, лишь бы почувствовать власть над собой. Страх обволакивает липкими лапами, гадкая ухмылка Морана и пугающего альфы давят, заставляя отступать, пока поясница не упирается в раковину. Мысль о том, что даже если он точным ударом выбьет полковнику челюсть, с альфой справиться в любом случае не удастся, насмешливо показывает ему, кто он без своего металлического костюма. Глубокое дыхание не спасает от действия токсина, наоборот, запах альфы становится всепоглощающим, и вот Тони падает перед ним на колени, не в силах противостоять. Шум в ушах мешает расслышать настойчивый стук в дверь и заметить, как переменились в лице Моран и Альфред. - Хватай его и уводи! Крепкие руки вздёргивают Старка, поднимая с колен, и тянут куда-то, как безвольную куклу, когда дверь в уборную слетает с петель. В помещение врывается Ватсон, вслед за ним появляется инспектор Лестрейд. - Скотлэнд-Ярд, что здесь происходит? Моран сжимает кулаки от злости и бессилия. - Ничего, инспектор. Мистеру Холмсу стало плохо, мы хотели вывести его на воздух. - Холмс, старина, что-то вы перебрали сегодня! Благодарю за помощь, джентльмены, я позабочусь о нём. – Ватсон под пристальным взглядом Лестрейда буквально выхватывает Тони из лап громилы Альфреда и выводит из клуба, демонстративно проходя мимо столика, за которым расположились его спутницы-альфы. - Ватсон, куда вы меня?.. – Старк делает вдох, не в силах договорить фразу. Теперь запах Ватсона окутывает его с ног до головы и напрочь лишает воли. В штанах становится невыносимо тесно, и Тони крепче хватается за руку Ватсона, готовый заплакать от безысходности и осознания остатками здравого смысла того, что ему предстоит с этим альфой и о чём он будет невыносимо сожалеть всю оставшуюся жизнь. - Домой, Холмс, я отвезу вас домой. Я не пойму, вы пьяны или… - Меня отравили. Это токсин. Для омег… - О боже, не продолжайте, Холмс! Ватсон буквально запихивает Тони в остановившийся кэб и командует ехать на Бейкер-Стрит. Запах альфы обволакивает, проникает в каждую клеточку, и Старк льнёт к Ватсону, едва не залезая к нему на колени, чувствуя его руку на своём плече и с каждой минутой желая большего. Джон помогает Тони выйти из кэба и подняться по лестнице в его комнату. Едва он закрывает за ними дверь, омега падает перед ним на колени, склонив голову и едва не уткнувшись в пах, где, нельзя отрицать, едва ли не теснее, чем у самого Старка. - Ватсон, пожалуйста, сделайте со мной… что-нибудь. Тони поднимает взгляд. Омежий организм уже в полной готовности принять альфу, брюки насквозь промокли от выделяющейся смазки, а отравленный мозг посылает сигналы полностью подчиниться чужой воле, умолять овладеть и проявить власть над собой. Ватсон кладёт руки ему на плечи и снимает с него плащ, расстёгивает верхнюю пуговицу на рубашке. Его зрачки расширены и едва не поглощают радужку, а терпкий запах едва не заставляет омегу скулить. - Иди в постель, Шерлок, - произносит Ватсон спокойным и твёрдым голосом, и омега на коленях доползает до кровати, забирается на неё и ложится на живот, пряча лицо в подушку, осознавая, что если Ватсону сейчас взбредёт в голову взять, например, ремень и хорошенько наказать омегу за недавнее проявление непокорности, Тони с мазохистским удовольствием примет всё, не в силах противостоять. Ватсон подходит и заставляет Старка перевернуться. Расстёгивает ремень на его брюках и снимает их вместе с бельём. Член Тони липнет к пупку и сочится смазкой, как и готовая, будто в течку, задница. Омега закрывает глаза и мелко дрожит. Самый страшный эффект от наркотика в том, что сознание не отключается полностью, но перестаёт управлять организмом, который разрывается между истинными желаниями (или нежеланием) и физическими потребностями. Ватсон берёт Тони за руку, и тот покорно ждёт, что будет дальше. Тёплая ладонь проводит от запястья до почти уже не ноющего плеча, на котором останавливается на мгновенье, а затем одеяло накрывает разгорячённое тело. Ватсон убирает руку, и у Тони вырывается стон, он сам не знает, недовольства и разочарования или облегчения. Тони слышит звук открывшейся двери и шаги по лестнице вниз. Неужели альфа бросил его? Воздух в комнате становится горячим, обжигает лёгкие, при этом омегу начинает бить озноб. К члену больно прикоснуться, а сексуальное желание разрывает на куски. Через несколько минут дверь вновь открывается. Запах альфы снова заполняет комнату, принося некоторое облегчение. - Давай, выпей. – Ватсон подносит ко рту Старка кружку с какой-то жидкостью, и тот беспрекословно пьёт. – Это снотворное. Я слышал про этот токсин, к сожалению, от него нет противоядия. Если всё это правда, тебя ждут несколько часов агонии, снотворное должно немного облегчить состояние. Засыпай, Шерлок. Ватсон целует Тони в лоб и собирается уйти, но тот хватает его за руку и безумным взглядом умоляюще смотрит в глаза. - Я буду рядом. Спи. Я приказываю тебе спать, Шерлок. Омега разжимает руку и покорно ложится на подушку. Ватсон уходит из комнаты, закрыв за собой дверь. Воздух снова становится горячим, но не душит так сильно. Голова, будто каменная, вжимается в мягкую подушку. Иррациональная обида, что альфа не овладел, не заполнил, не захотел, соревнуется с маячащей на периферии сознания благодарностью. Было приказано спать, и веки омеги тяжелеют и смыкаются сами собой. На мгновенье, кажется, весь мир исчезает. Тони резко открывает глаза и видит перед собой лицо Стива. Волна облегчения прокатывается в груди. Тони пытается произнести его имя, но изо рта не вырывается ни звука. В следующую секунду омега осознаёт, что его рот заткнут кляпом. Старк тянется к Роджерсу, чтобы прикоснуться, но альфа отстраняется, хватает его за руки, разворачивает спиной к себе, ставит на колени и защёлкивает на запястьях наручники. Тони пытается повернуть голову, но сильная рука вжимает его лицом в подушку так, что становится трудно дышать. Тони подчиняется этой силе и власти. Ему нужно, необходимо подчиняться, он жаждет этого. Он не понимает, почему Стив ведёт себя с ним так. Как с вещью. Но он готов покорно принять всё, что возжелает альфа. Поэтому Тони замирает и ждёт. Он весь открыт и готов, его зад высоко вздёрнут, выставлен напоказ, и он, затаив дыхание, ждёт проникновения, такого желанного, но наверняка болезненного. Он помнит, какой Стив большой и горячий, как он был осторожен, несмотря на гон, стараясь причинить как можно меньше боли в их первый раз. Но сейчас альфа не в духе, и Тони готовится… Но вместо вожделенной заполненности он чувствует прикосновение холодного металла к разгорячённой коже. Тяжёлый «пояс верности» обхватывает его чресла, придавливает болезненно стоящий член, и звук защёлкивающегося замка оглашает тихую комнату. В тот же момент на шее каким-то образом оказывается ошейник с постыдной табличкой «сучка Капитана Америка». Стив вздёргивает его за этот ошейник и стаскивает с кровати, ставя на колени. - Ты будешь смотреть, - приказывает он каким-то стальным, кажется, совершенно чужим голосом. Посреди комнаты возникает помост, некое подобие сцены, на котором расположена барная стойка и высокий стул. На стуле сидит омега. Тёмные волосы почти достают до плеч. Мускулистая спина перетянута хитросплетением тонких кожаных ремешков, обыгрывающих голую упругую задницу и переходящих в такое же хитросплетение на сильных тренированных ногах. Круг света выделяет омегу, будто звезду на сцене, блеск от полностью металлической руки бьёт в глаза. Омега поворачивается на стуле, и Тони видит самодовольную счастливую ухмылку Баки, который пошлым движением облизывает губы и бросает томный взгляд на Стива. Альфа отпускает ошейник Тони, будто его больше не существует, и поднимается на пьедестал. Он проводит рукой по щеке Баки и впивается поцелуем в его губы, постепенно спускается к шее, лаская его руки, грудь, сминая в пальцах возбуждённые соски, отчего омега начинает тихо скулить от наслаждения. Баки купается в ласке и стонет всё сильнее, громче. В какой-то момент Стив вздёргивает его, разворачивает спиной к себе, заставляя улечься грудью на барную стойку, и, облизав пальцы, вставляет сразу два. Омега издаёт протяжный стон. Стив начинает медленно растягивать любовника, целуя его, шепча на ухо что-то ласковое. Помост разворачивается, давая Тони лучший обзор, будто при просмотре порнофильма. Он видит каждую деталь. То и дело исчезающие и появляющиеся в прозрачной смазке пальцы, раскрасневшийся стоящий колом член омеги, перетянутый кольцом у основания, ласкаемый второй рукой альфы, член самого Стива, огромный, жаждущий войти в тесное нутро омеги. Того, что перед ним. Баки. Тони не может закрыть глаза, не может уйти, не может ослушаться приказа. Он лишь поднимает взгляд выше, чтобы увидеть довольные, погружённые в экстаз лица. Прелюдия прекращается внезапно. Просто в какой-то момент Стив входит в подготовленное им же для себя тело и берёт страстный темп. Гул в голове Тони пульсирует отчаянными стонами наслаждения альфы и омеги, оглашающими комнату, а глаза застит прозрачная пелена слёз, которые катятся по щекам и шее. - Он мой омега! Мой омега! Баки! Не ты, Тони! Баки мой омега! – нарастает гулом в голове, и Тони кажется, что его мозг вот-вот разорвётся. Он хочет перестать подчиняться. Перестать смотреть и слушать. Но руки по-прежнему скованы, а рот заткнут кляпом. Старк начинает извиваться, пытаясь освободиться от оков. Не в силах встать на ноги, он падает и бьётся, будто рыба, которую только что вытащили из воды. Внезапно чьи-то сильные руки освобождают его от наручников и несильно хлопают по щекам. - Холмс! Холмс, очнитесь! Холмс! Тони вскакивает на постели и открывает мокрые от слёз глаза, пытаясь наполнить лёгкие рваными вдохами. - Холмс, успокойтесь. Дышите со мной, вдох – выдох, вот так. Сильная ладонь Ватсона успокаивающе ложится на плечо и бережно укладывает омегу обратно на подушку. - Всё кончилось, всё хорошо. Вот, выпейте воды. Старк с жадностью осушает протянутую ему кружку воды и бросает пристальный взгляд на Ватсона. - Вы… У нас ведь ничего не было? - Нет, Холмс, ничего. - Но… вам же хотелось, я видел… чувствовал. И я… готов был позволить… - Я буду считать, что то, что вы сейчас говорите, это следствие перенесенной горячки. Потому что нужно быть последним подонком, чтобы воспользоваться омегой в таком состоянии, даже зная, что она в этот момент готова на всё. Тем более что вы для меня больше, чем просто омега, Холмс. И если вы этого не помните, то просто знайте, что это так. Ватсон забирает у Тони кружку и невесомо проводит рукой по волосам. - Сегодня вам лучше отдохнуть. Поспите. Я дал миссис Хадсон указания, она присмотрит за вами. Пожалуйста, съешьте всё, что она вам принесёт. Сегодня никакого кофе, только травяной чай. Если понадоблюсь, вы знаете, как меня найти. Ватсон стоит секунд тридцать неподвижно, будто решается на что-то, потом наклоняется, касается губами лба Тони и уходит. Старк остаётся один, всё ещё угнетённый неприятным впечатлением от приснившегося сна. «Этот альфа действительно любит его, Шерлока Холмса», - приходит простое и явное, как день, осознание. «Шерлок ужасно ошибается, если думает, что это не так. И рана в его душе, нанесённая Ватсоном, скорее следствие его неправильного восприятия каких-то вещей. Эти двое заслуживают того, чтобы во всём разобраться. Заслуживают друг друга. Это я неудачник в своём времени и своей жизни. А Шерлока Холмса любят здесь. Любит его альфа. А значит, необходимо сделать так, чтобы он вернулся домой». Несмотря на предписание доктора, Тони дотягивается до прикроватного столика, на котором покоится книга Мориарти о пространственно-временном континууме, и вновь начинает читать. *** Говорят, что, проснувшись, человек помнит около половины из того, что ему снилось, а через десять минут в памяти остаётся лишь около десяти процентов. Шерлок открывает глаза, будучи на сто процентов уверенным, что помнит всё своё видение до мелочей. Сомнений больше нет: теперь он добровольно променял свою прежнюю жизнь на новое будущее в новом мире, на жизнь другого человека. Не проходит и пяти минут после того, как он очнулся, как в комнату заходит Пеппер. Она встревожена немного больше обычного. Её «материнская» альфа сила заставляет омегу натянуть одеяло почти до подбородка и преданно смотреть в глаза. - Как ты, Тони? – Альфа присаживается рядом с кроватью и кладёт руку Шерлоку на плечо. - Всё хорошо, дорогая Пеппер. Я надеюсь, Капитан… «Не принял мой обморок на свой счёт», - хотел сказать Холмс. - Не волнуйся, Роджерс больше никогда не появится на пороге этого дома. – В голосе Пеппер будто звучит сталь, глаза едва не окрашиваются красным, и Шерлок не может ничего возразить или попытаться прояснить ситуацию. Впрочем, мысль о том, что так, пожалуй, даже будет лучше для всех, успокаивает омегу, прогнав начавшее зарождаться чувство вины. Освоить основы жизни Тони Старка оказывается не так сложно. Отказаться от привычек Шерлока Холмса куда сложнее. «Маскировка – наше всё» - один из жизненных девизов, не раз спасавших сыщика в, порой, весьма опасных ситуациях. Поэтому Тони Старк по-прежнему периодически устраивает в своей башне шикарные вечеринки, организацией которых теперь преимущественно занимается зачастившая в последнее время в гости альфа Наташа Романофф, и деловые встречи, которые организует Пеппер. Он так же шутит и старается вести себя непринуждённо, и лишь близкие, Пеппер и Роуди, замечают, что с ним что-то не так. Слишком внимательный и задумчивый взгляд, которым Тони окидывает пространство и людей вокруг него, и некоторая замкнутость, которую, несмотря на все старания, невозможно до конца скрыть, вызывают сочувственные вздохи у переглядывающихся за его спиной друзей. Стараясь разобраться в устройстве уже изобретённых Старком технических новинок, Шерлок чисто технически не может изобрести ничего нового, а потому, к некоторому удивлению Пеппер, проводит больше времени не в лаборатории, а в Интернете, сидя с планшетом в гостиной и общаясь о чём-то за закрытыми дверьми с Джарвисом. И прошлое Тони Старка и его семьи, а также весьма богатый на интересные события кусок мировой истории захватывают пытливый ум Холмса гораздо сильнее, чем изобретения. Поэтому нет ничего удивительного в том, что в один прекрасный день мистер Шерлок Холмс оказывается на одном из секретных заводов Гидры под видом простого технического рабочего. Великому сыщику хватило разума и упорства, чтобы за несколько дней досконально изучить полученные с помощью хакерской программы Джарвиса данные, (которому, надо отдать должное, хватило разума, чтобы попытаться отговорить Холмса от этого рискованного шага, но, к сожалению, не хватило упорства), запомнить местность, расположение объектов и скрытых камер. Как всегда, великий Шерлок Холмс всё рассчитал, поэтому добраться до головного компьютера, вставить в него флешку, специально адаптированную к системе защиты и не вызывающую подозрений у машины, удаётся почти беспрепятственно. - Эй, ты что это тут забыл? Рабочим нельзя тут находиться! А ну немедленно пошёл отсюда! Холмс реагирует на оклик философски: «Сначала сделать вид, что уходишь. Поймать момент, когда охранник потеряет бдительность. Удар локтем в солнечное сплетение, выбить дыхание. Уйти от удара справа. Блокировать попытку достать оружие. Выбить коленную чашечку, сбить противника с ног. Точный удар в височную долю – противник теряет сознание. Ущерб: выбитое колено, сотрясение мозга, возможная потеря речи. Восстановление: придёт в себя не ранее чем через сорок минут. Полное восстановление: от полугода». Шерлок молча покорно поворачивается и делает шаг, будто бы собираясь уходить. Охранник пренебрежительно смотрит на него и отворачивается. Всё происходит, как всегда, молниеносно и чётко по плану… за исключением одного. - Старк! – успевает прохрипеть охранник, прежде чем упасть. Слишком поздно Шерлок замечает маленький передатчик, торчащий у того из уха. Тут же включается сирена сигнализации, и толпа вооружённых людей окружает Холмса. Последнее, о чём он успевает подумать, это то, как поразительно этот завод Гидры похож на то логово Мориарти, где доктор Хоффманшталь проводил свои эксперименты. А ещё о том, что он снова попался, как последний идиот. Только вот на этот раз Ватсон не придёт, чтобы его спасти. «Досадно», - думает Шерлок, когда падает на пол, прошитый зарядами тока сразу нескольких электрошокеров, и, прежде чем потерять сознание, замечает, как взрывом сметает полстены и в помещение врывается команда людей в разномастных костюмах, которые раскидывают охранников в стороны, будто тряпичных кукол. «Мстители», - догадывается Холмс и отключается. Шерлок открывает глаза и понимает, что едва не утыкается носом в кусок синей материи. Под ногами не ощущается твердь, но ощущение, что он куда-то движется. Через мгновение сыщик понимает, что его несут на руках. Альфа. Капитан Америка. - Ты, видимо, действительно получил серьёзную травму головы, раз додумался сунуться сюда один и без костюма. – В голосе альфы слышится гнев, сметающая всё сила, которая обычно заставляет омегу подставлять горло в знак покорности, и… беспокойство. Даже страх. Стив говорит, будто сам с собой, продолжая идти, твёрдо смотреть вперёд и всё ещё нести омегу на руках, прекрасно зная, что тот очнулся. Холмс хотел бы, чтобы его опустили на землю, ведь он вполне в состоянии идти самостоятельно, за свою полную приключений жизнь он справлялся и с более серьёзными ранениями, чем удар током. Он делает попытку освободиться, но альфа лишь сильнее прижимает его к себе, показывая нехитрым жестом, что отпускать его совсем не собирается. Сила альфы настолько окутывает, что Шерлок понимает: перечить он просто не может. Где-то позади звучит взрыв. Рядом появляется альфа Наташа Романофф. - Мы зачистили гнездо, кэп. Но барону Земо удалось скрыться. - Найдите его. Гидра должна быть обезглавлена. - План ещё не совсем доработан. - Я знаю. Воспользуйтесь резервным планом. Можешь собрать всех, я буду чуть позже. - Поняла, кэп. Как он? - Живой. Я отвезу его домой. - Может, лучше это сделать кому-то из нас? - Нет. Это моя ответственность. Я должен… В общем, я позабочусь о нём. На тебе командование операцией. - Слушаюсь, кэп. Наташа исчезает так же внезапно, как появилась. Капитан приносит Холмса к хорошо замаскированному в кустах мотоциклу. С люлькой. И аккуратно устраивает в этой люльке, глядя в глаза и взглядом приказывая: «Ни слова!». - Стив! К Роджерсу подходит омега Баки Барнс. Он кладёт руку на плечо Капитана, бросает многозначительный взгляд на Шерлока, затем отводит его и переключается на Стива, как ни в чём не бывало. - Иди с Романофф и остальными, Баки. Я буду позже. Баки ничего не говорит, кивает, хлопает кэпа по плечу и исчезает. Стив доставляет Холмса прямиком к башне Старка. Холмс пытается вылезти из люльки и только сейчас замечает, что ранен. Кровь просачивается сквозь робу рабочего на левом боку. «Ерунда», - думает Шерлок, пытаясь встать. Ноги подкашиваются, и кажется, что Холмс вот-вот поздоровается с асфальтом, но в последний момент его подхватывают сильные руки альфы. Пеппер на очередном совещании, и Джарвис, нарушая запрет на появление Капитана Америка в доме, впускает Роджерса вместе с Холмсом. - Джарвис, пожалуйста, сообщи медперсоналу, что мистер Старк ранен. Стив уверенно тащит Холмса к лифту, и тому становится даже неловко, что Капитан ориентируется в этой огромной башне лучше него. - Мистер Роджерс, может, вы перестанете командовать? Мы сейчас не на задании, и я не ваш подчинённый, - набирается смелости омега. - Что?! Я тобой командую?! Да если бы ты был в моём отряде, я бы посадил тебя под арест за такие дела! Ты хоть понимаешь, на что нарвался?! А если бы мы не успели? Поверь, эти парни не убили бы тебя, но Афганистан показался бы тебе раем по сравнению с тем, что они могли с тобой сделать! Тони, ты же прекрасно обо всём знаешь, так какого хрена?! И почему, чёрт возьми, без костюма?! Кому и что ты хотел этим доказать?! В просторной, как и все помещения в Башне Старка, кабине лифта становится невероятно тесно. Альфа, сам того не осознавая, нависает над омегой, крепко придерживая его, чтобы не упал от потери крови и головокружения, и зажимая рану своей рукой поверх его. Холмс пытается подсчитать, каков процент вероятности, что такое поведение вызвано течкой, которая вот-вот должна начаться. Но за расчётами на периферии сознания упорно бьётся мысль, что дело здесь вовсе не в течке. Просто, похоже, Старку в действительности гораздо больше повезло с альфой, чем он думает. Раз Стив примчался и привёл всю команду супергероев, чтобы спасти его. Холмс представляет, что сказал бы Тони: «Они Мстители, зачистка логова Гидры – это их работа, их спецзадание». Вот только Шерлок специально наводил справки – этого рейда Мстители не планировали. Стив прижимает тёплую ладонь к кровоточащему боку всё сильнее и обнимает, поддерживая, всё крепче, и сердце альфы в беспокойстве бьётся быстрее обычного. «Ватсон», - очень хочется позвать Шерлоку. У Ватсона другая хватка, руки доктора более гибкие и проворные, чем руки солдата, но не менее крепкие. Ватсон не носит на руках, будто ребёнка, но, когда от боли невозможно идти самому, поддерживает так, что остаёшься в состоянии вести бой. А потом… Холмсу ни к чему был целый штат медиков, он всегда мог довериться лишь одному доктору. Для которого, к сожалению, он не более чем лучший друг. Шерлок чувствует, что уже практически висит на руках у Стива Роджерса, который всё гуще и беспокойнее окутывает его своей альфа силой, пытаясь создать ореол защищённости. - Тони, ты слышишь меня? Смотри на меня. Только не отключайся, сейчас врачи помогут тебе. До чего же высокая башня! И надо было додуматься разместить медпункт на последнем этаже! - Я скачал секретные файлы Гидры, - произносит Холмс, чтобы разрядить обстановку, и протягивает кэпу флешку. «Не знаю, что произошло между этими двумя, но Старку определённо нужно вернуться сюда. Даже такой неудачник в личных делах, как я, способен понять, что этот альфа его любит», - думает Шерлок, прежде чем отключиться. «А ещё приближается гон», - проносится молнией на периферии сознания.