The News Article Significance (Важность новостной статьи)

- Ты ведь шутишь? - говорю я, глядя в чокнутые и, одновременно, серьезные глаза Шелдона. - Ты рехнулся? - Нет, - ответил он просто, качая головой. - Мама меня проверяла, - я сжимаю пальцы на молнии моей куртки и встречаюсь взглядом с Леонардом. В этот момент, мы полностью друг друга понимаем. - Дорогой, я думаю, что было бы неплохо учесть чье-нибудь еще мнение, - говорю я резко, проходя мимо них на кухню, чтобы украсть немного кофе. - Ты против того, чтобы жить со мной или против покинуть квартиру, которая тебе не по карману? - вставляет Шелдон, следуя за мной с этим дурацкий Соглашением о соседстве в руках. - Против и того и другого... но, в основном второго, - говорю я, наливая кофе и делая большой глоток. - Ты имела в виду «последнего», - поправляет Шелдон, кладя бумаги на столешницу. - Подумай об этом, Пенни. Арендная плата за твою квартиру составляет семьсот пятьдесят долларов в месяц. Учитывая, сколько ты зарабатываешь в «Фабрике Сырников» и приблизительную стоимость коммунальных услуг... не удивительно, что у тебя затруднения. Если ты станешь моей новой соседкой, твоя часть арендной платы будет составлять четыреста пятьдесят долларов. Мы разделим стоимость коммунальных услуг. С точки зрения математики, ты сможешь это оплатить, и у тебя еще останутся деньги для себя... а для всех совершенно очевидно, что у тебя есть привычка тратить лишнее на аксессуары и одежду, а именно на обувь. Я смотрю на него, раскрыв рот. Он привел сильный аргумент. Арендная плата снизится практически вдвое... но… мне придется жить с Шелдоном. Таким образом, то, что я не выплачу деньгами, я заплачу здоровьем, поглощая алкоголь. Но, все же... деньги на обувь? О, Доктор Чудила знает, чем зацепить меня и, судя по едва замаскированному триумфу в его глазах, он это знает тоже. Вот задница. - Мы убьем друг друга еще в первую неделю, - говорю я ему и слышу, как Леонард тихо сопит. - Ты и в самом деле рассматриваешь его предложение? - недоверчиво спрашивает он. - Вроде того, - я пожимаю плечами. - Ведь он прав, Леонард. Я имею ввиду, было бы неплохо иметь дополнительные деньги на что-то для себя, а не уходить в минус, как это бывает у меня, - я устало машу своим телефоном. - И не то, чтобы у тебя были проблемы с деньгами, Леонард. И ты постоянно говоришь, что хочешь переехать. - В самом деле? - спрашивает Шелдон, снова выглядя так, словно ему немного больно. На бледном и похмельном лице Леонарда опять проскальзывает виноватое выражение. - Дааа, кстати об этом...- говорит он мягко, умоляюще глядя мне в глаза. - Можешь оставить себе диван, - я слышу, как произношу это и крепче сжимаю за кружку с кофе. Что я делаю? - И тумбу из-под телевизора. Единственное, что тебе придется перенести - это твой телевизор и вещи из спальни. - Ты это серьезно? - снова спрашивает Леонард, и я вздыхаю. - Я не знаю, - я прислоняюсь к столешнице и гляжу на черную жидкость в своей кружке. - Да. Думаю, что да. Но мне нужно, чтобы ты кое-что для меня сделал. - Хорошо... - говорит Леонард осторожно, пока Шелдон глядит на меня в совершенном непонимании. Он просто не понимает некоторых вещей. Может, это даже к лучшему. - Ты был... внимателен... к Эми? - я бросаю на него многозначительный взгляд, и он тут же понимает, что я имею в виду. - Пенни, я не воспользовался состоянием Эми, если это то, о чем ты спрашиваешь. Она сама... - он тут же останавливается, качая головой, и смотрит на своего лучшего друга. - Мне так жаль, Шелдон. - Леонард, я уже говорил, что простил тебя. С точки зрения биологии, приматы остаются верны только в период размножения, а... - О, Бога ради, хватит цитировать учебник, Шелдон! - кричу я, заставляя его подпрыгнуть, когда выхожу к нему из-за угла. - Леонард переспал с твоей девушкой! Это не хорошо, парень! - говорю я своему бывшему, судя по виду которого, переезд в мою квартиру уже не кажется ему плохой идеей. - Тебе не понравилось, когда Прия изменила тебе, - указываю я ему, и воспоминание о помолвке Прии заставляет его поморщиться еще раз. - Ты права, - Леонард встречается взглядом с Шелдоном. - Если Пенни согласна, то и я согласен на твое предложение, - они оба поворачиваются и смотрят на меня и, внезапно, я оказываюсь в центре внимания. Жизненно важное решение за пару мгновений... Что ж! - О, Боже, - бормочу я. - Я знаю, что пожалею об этом, но тоже согласна, - Шелдон облегченно вздыхает и направляется к своему ноутбуку. - Прекрасно. Я начну составлять новое Соглашение о соседстве, - говорит он воодушевленно. - Вот здесь не спеши, ковбой, - я подхожу к нему. - Я тоже хочу в этом поучаствовать. Ты меня не обдурачишь, Пирожочек. - Ты меня не обдуришь, - говорит он упрямо. - И не зови меня Пирожочком, - он указывает на место, рядом с собой. - Присаживайся. Можем начинать. Я оглядываюсь на Леонарда, который тут же удаляется в комнату, в которую мне предстоит вскоре заселиться. Срань господня! Что же я наделала? Спустя три часа, два кофейника и одну упаковку китайской еды, у нас есть договор. Он очень похож на предыдущий, за несколькими очень странными исключениями. Например, тот факт, что Шелдон думает, что моя жизнь вращается вокруг моих месячных. - Ты сама будешь покупать себе средства гигиены или я должен снабжать тебя ими? - спрашивает он так неожиданно, что я едва не роняю кружку с кофе. - Боже, Шелдон... разумеется я сама их куплю. Ты их даже не увидишь! - я аж покраснела от ужаса. - Мои месячные... это мое дело. Понял? - Ну, это все облегчает. Что насчет предменструального синдрома? - спрашивает он. Я качаю головой. - Прости... ничего не могу с этим поделать, - говорю я ему. Мы решили, что он принимает душ первым, так как я, в отличие от него, не люблю рано вставать. Также, я согласилась предупреждать его за шесть часов перед тем, как привести парня на ночь. После этого, мы перешли к обсуждению транспорта. Мне надо будет возить его в продуктовый магазин по вторникам и в магазин комиксов по средам. - Я не буду возить тебя на работу, - сообщаю я по пути к раковине, чтобы помыть свою кружку и поставить ее в сушилку. По какой-то причине, мне не трудно мыть посуду в квартире парней (ну, или теперь уже в нашей с Шелдоном квартире). Я замираю, понимая, что я дура, и теперь мне предстоит жить с Шелдоном Задницей. - В этом нет необходимости. Я, по-прежнему, буду ездить с Леонардом, - говорит Шелдон, добавляя. - Я уже согласовал это по смс. - Шелдон, он в шести метрах отсюда, ты что не мог просто зайти в его комнату и поговорить? - говорю я, пока он смотрит на меня этим замечательнейшим покровительственным взглядом. - Я просто уверена, что ему это нравится... - добавляю я вполголоса. Итак, все решено. Мы соседи (по крайней мере, на бумаге). К концу дня, мне ничего не остается, кроме как начать паковать свои вещи. Я быстро прощаюсь с парнями и направляюсь назад в свою квартиру. Вскрикиваю, когда вижу, что кто-то сидит перед моей дверью и мгновенно расслабляюсь, когда понимаю, что это Эми. Мое сердце сжимается. Я не злюсь на нее. Совсем нет... потому что понимаю. Я ненавижу то, что ей и Шелдону было больно, но я понимаю почему. За последний год, я разглядела настоящую Эми за ее монотонным голосом и под слоями шерсти и полиэстера. Она - та девушка, которую никогда не звали на свидания. Та девушка, у которой никогда не было компании друзей, и которая никогда не ходила на выпускной бал... ее никогда не называли красивой. Поэтому, естественно, первый парень, что обратил на нее внимание, затащил ее в койку. К несчастью, этот парень оказался лучшим другом ее парня и моим бывшим. - Эми, - говорю я, покорно вздыхая. Видно, что ее беспокоит и даже пугает то, что она может потерять лучшую подругу. - Заходи, - она поднимается на ноги, и я веду ее внутрь. - Сделаю кофе, - говорю я ей. Ее волосы немного взлохмачены, но все еще свисают каштановыми завитками с прошлой ночи, хотя одета она в ее обычный наряд: юбка, кофта, шерстяные колготки и мокасины. - Хочешь поговорить об этом? - Не очень, - говорит Эми своим обычным тоном, напоминающим Шелдона, но выглядит она совершенно разбитой. - Ну и зря. Говори, подруга, - требую я, рыская по шкафам в поисках чего-нибудь, чтобы предложить Эми. - Как так получилось, что ты лизалась с этим карликом? - я наблюдаю, как моя дряхлая кофеварка пытается выжать из себя кофе. - Я почти ничего не помню после ужина. Я помню, как допила третий «Секс на Пляже», как мы с Леонардом танцевали Ча-Ча-Ча, как он сказал, что ему нравятся мои духи и, что я хорошо выгляжу, как я спросила его, что, он думает, мне нужно сделать, чтобы перейти на вторую базу с Шелдоном. Я подавилась воздухом. Она иногда такая прямолинейная, что я не знаю, что ответить. Эми беспокойно смотрит на меня, но продолжает. - Леонард сказал, что думает, что Шелдон глупо себя ведет, и что любой парень был бы счастлив быть с такой женщиной, как я. Затем, он поцеловал меня. И... - ее голос затих, а глаза заблестели от слез стыда, - мне это понравилось, - я ей сочувствую, наливаю кофе и ставлю стакан перед ней. - Знаешь, хоть ты и должна была сперва порвать с Шелдоном, я не виню тебя. Я имею ввиду, девушка не может долго терпеть безразличие. И вот еще что, если это заставит тебя чувствовать себя лучше... у тебя дела лучше, чем у меня. У меня год не было секса, - я чокаюсь своим стаканом с ее и хлопаю ее по плечу. - Тебе было хорошо с ним? Он был ласков к тебе? - Ты спрашиваешь, довел ли он меня до оргазма? - спрашивает Эми, возвращая меня в обычный шок от ее прямолинейности и привычки резать правду-матку. Я только утвердительно киваю головой. - Он был очень старателен. - Да, он всегда был горазд на предварительные ласки, - говорю я вполголоса и выпиваю, возможно, уже шестнадцатую кружку кофе за день. - Было немного больно, но, думаю, употребление алкоголя приглушило боль. После того, как я разорвала сращение пальцев на собственной ноге в четырнадцать лет, у меня очень высокий болевой порог, - объясняет она, а я пытаюсь ободряюще улыбнуться. - Ну, это... хорошо, - выдавливаю я, похлопывая ее по руке. - Ты уже говорила с Шелдоном? - Она качает головой. - Должна признать, я не жду этого момента с нетерпением. Но мне бы хотелось наконец покончить с этим. Мне жаль, что я причинила ему боль, хоть он и был первоначальным источником моих страданий. - Разрыв - это всегда хреново, - признаю я, вставая с табурета. - Я скажу тебе одну вещь, хорошо? - Хорошо, - Эми скрещивает руки, словно поддерживая себя. Она выглядит так, словно ей почти больно, словно она знает, что случится дальше. - Леонард съезжает с квартиры. Он... мы... я... - я замолкаю, чтобы нервно перевести дыхание. - Мы меняемся. Я переезжаю к Шелдону, чтобы сэкономить деньги, а он переезжает сюда, - ее челюсть отвисает на пару секунд, но она кивает. - Леонард нарушил Соглашение о соседстве, - размышляет она вслух, и я могу только неловко стоять, прижав руки к бокам. - По большей части, это выгодно мне, - говорю я, надеясь, что она не винит себя за переезд Леонарда. - Мой счет в банке ушел в минус, а если я буду жить там, это снизит расходы на арендную плату на три сотни долларов в месяц. И, я думаю, Леонарду нужно больше места. Он уже давно говорит о переезде. - Пенни, у тебя все еще есть застарелые чувства к Леонарду? - вдруг спрашивает Эми, пугая меня. Ее взгляд сосредоточен, что напоминает мне о чудике-бывшем парне, который сидит через коридор, и да, о моем новом соседе. - Знаешь, Эми, я думала, что да... но сейчас, могу тебе честно сказать... Леонард и я - это в прошлом. Теперь я вижу, мы никогда не сможем вернуться к тому, что было. Может у нас и был бы шанс, если бы мы начали действовать раньше, но возможность упущена, - я вздыхаю, потому что хоть это и правда, она отдает горечью. Отношения с Леонардом были поворотным моментом моей жизни. Он заставил меня понять, что я заслуживаю лучшего и что сама могу стать лучше. Возможно. Каковы шансы, что я найду сексуального парня двинутого на науке с потрясающим телом и светлой головой? О, и, возможно, который будет, по крайней мере, выше 178 сантиметров, чтобы я могла хоть иногда носить каблуки? Скорее всего, никаких. - У тебя есть чувства к Леонарду, Эми? - наконец спрашиваю я, наблюдая за ее реакцией. Она хмурит брови и пожимает плечами. - Должна признать, что когда мы вместе пошли на свадьбу, я не была уверена, что мы подходим друг другу. Тем не менее, в течение последних нескольких месяцев, я поняла, что Леонард по-своему довольно привлекателен. Я имею ввиду, что хоть он и мажет слишком много геля на волосы, а проблем со здоровьем у него больше, чем у английского бульдога, но думаю, что он привлекателен. Как сексуальный Смурф. Я начинаю хохотать, напряжение покидает мое тело, и я обнимаю Эми. Обожаю эту девушку. Я хочу, чтобы она была счастлива. Как у Шелдона могло не быть с ней «химии»? Она милая. Жаль, что у меня не было такой подруги, когда я росла. Черт, жаль, что у меня не было хоть кого-нибудь пока я росла. Что опять переводит мои мысли на бабушку, которой нет уже десять лет. Боже, как я скучаю по ней. - Ну, моя бабушка любила говорить, что у всего, что происходит, есть причина. Я уверена, что вы во всем разберетесь. А пока, мне надо паковать вещи. Тебе, наверное, стоит пойти поговорить с Шелдоном. Леонард сейчас пакует вещи, и он один, - я хлопаю ее по плечу и ободряюще улыбаюсь. - Красивая. Мудрая. Нежное прикосновение ангела... почему ты до сих пор не замужем? - говорит Эми, как обычно, заставляя чувствовать себя неловко и польщено одновременно. - И ты такая же, милая, - уверяю я ее и закрываю за ней дверь, когда она идет через коридор к моему будущему дому, чтобы закончить отношения с моим будущим соседом. Серьезно, во что, блин, я ввязалась? Мне придется постоянно находиться в одном помещении с доктором Шелдоном Купером, О.К.Р., Р.Е.Б.Е.Н.О.К., а Леонард перевезет свою задницу сюда и будет наслаждаться тем, что ему только в голову взбредет. Черт. С чего бы мне начать? Вещи валяются на полу, под кроватью, в шкафу, в ванной... я впервые пожалела, что стала такой неряхой после того, как покинула Омаху. Хватаю пустую корзину для белья и начинаю собираться. К тому времени, когда раздается стук в дверь, я уже собрала большую часть вещей с пола, но это все еще слишком медленно. Тук, тук, тук. - Пенни, - о, Боже. Тук, тук, тук. - Пенни, - убейте меня кто-нибудь. Тук, тук, тук. - Пенни. К концу последнего стука я уже возле двери, и перескакиваю через корзину, чтобы распахнуть ее. - Эй, Шелдон, - я перевожу дыхание и отхожу в сторону, чтобы впустить его. Он осматривает мой бардак «я уже почти собралась», и я вижу, как дергаются его глаза и руки, словно единственное, чего ему хочется - это заставить этот ужас исчезнуть с его глаз долой. - Что ты делаешь? - спрашивает он, уставившись на кучу вещей под ногами. Я пожимаю плечами и кидаю взгляд на кухонный стол, на котором призывно стоит наполовину пустая бутылка красного вина. - Пакую вещи, - отвечаю, пожимая плечами. - А ты? - Я собирался зайти и сообщить тебе, что Леонард сказал, что он сможет переехать ко вторнику, но сейчас... - его взгляд нервно кружит по комнате. - Что тут за помойка? - Знаю-знаю... я понятия не имею, что делаю. Когда я в последний раз переезжала, то покидала всю свою одежду в мусорные мешки. Большую часть вещей я оставила у Курта, - прохожу мимо него и случайно касаюсь его руки, когда тянусь к бутылке вина. Вся посуда грязная, поэтому беру пластиковый стаканчик и наполняю его. - Не хочешь? - Нет, спасибо. Я не пью, - сообщает мне он, словно мы не знакомы. Я закатываю глаза. - Шелдон, я знаю тебя уже почти пять лет. Это шутка, - вздыхаю и делаю глоток вина. Что я делаю? Это уже становится проблемой. Я становлюсь похожей на свою мать. Ужаснувшись, выливаю содержимое стакана в раковину, отправляя следом все что оставалось в бутылке. Я не хочу становиться своей матерью. Отскакиваю назад, словно обжегшись, и врезаюсь прямо в Шелдона, который до сих пор стоял оглядывая комнату, словно пытаясь проанализировать ситуацию. - Прости, - бормочу я, обходя его и осматриваясь. Не говоря ни слова, он покидает мою квартиру. Я смотрю на открытую дверь и пытаюсь осознать, что происходит. Мне не пришлось долго смотреть, поскольку через мгновение он уже возвращается с коробкой, полной чего-то. Приподняв бровь, я смотрю как Шелдон садится на диван рядом со мной и начинает что-то доставать. Стикеры, маркеры, скотч и пузырчатую пленку. - На что уставилась? За дело, - говорит он очень по-техасски. Я хочу спросить про Эми, но подчиняюсь, когда он берется за первую кучу одежды. - Что тут грязное, а что чистое? - Шелдон останавливается и вздыхает. - Ой, знаешь что? Давай предположим, что все тут грязное, - он аккуратно складывает всю кучу в корзину для белья. - Это мы постираем сегодня вечером. Где твои чистые вещи? - я тупо указываю на свою комнату, пока он смотрит на меня, как на идиотку. Махнув рукой, Шелдон раздраженно говорит, - так иди и принеси их. А я пока начну собирать сувениры и безделушки. - Безделушки? - спрашиваю я, спокойно глядя на него. - Фотографии в рамочках и предметы Хэллоу Китти, - объясняет он, даже не взглянув на меня. - У тебя есть коробки или ящики? - Внизу, рядом с прачечной, где все выкидывают мусор для переработки, возможно есть коробки, - предполагаю я, и он резко оборачивается, в ужасе глядя на меня. - Нет. Эти коробки просто дом родной для бактерий. Мы пойдем в магазин и купим новые, - говорит мне Шелдон, заставляя меня чувствовать себя, как ребенок. Я покорно иду в спальню и начинаю складывать чистые вещи. Он появляется в дверях комнаты меньше, чем через час. - Я обернул и промаркировал все вещи с тумбы из-под телевизора и с холодильника. Я положил их в коробку, которую нашел под кухонным столом, - устало киваю, гляжу вверх и вижу, как он что-то осторожно держит кончиками пальцев. - Я нашел это на холодильнике и не был уверен в том, что ты будешь с этим делать, - я подхожу ближе и понимаю, что это старая желтая газетная вырезка из бабушкиного дома. Статья о моем третьем месте на родео. - Я просто засуну ее в книгу или еще куда-нибудь, - говорю я ему, протягивая руку, но он не отдает ее мне. - Откуда это у тебя? - спрашивает он, подозрительно глядя на меня. - Ее купила моя бабушка, когда я участвовала в национальных соревнованиях по родео среди юниоров. Только ей это и было интересно... - я замолкаю, чувствуя, что мне не хватает дыхания. - Я заняла третье место... видишь? - указываю на третью из маленьких девочек. Себя. Его лицо дергается, и я еще больше не понимаю. - Ясно, - соглашается он, отдавая мне бумажку. Шелдон обходит меня и начинает складывать вещи в корзины ровными стопками, пока я смотрю вниз на свою газетную вырезку. Он больше ничего не говорит об этом, и я тоже больше не касаюсь этой темы. Мы решаем прерваться на ужин, и я вспоминаю, что у меня есть немного спагетти с соусом. Он предлагает принести сосиски, потому что этому ребенку-переростку надо, чтобы кто-то порезал сосиски ему в спагетти. Я никогда не пойму, как Мэри Купер смогла вырастить его ни разу не убив. Серьезно, ее надо канонизировать как святую. - Ты раньше никогда не говорила о своей бабушке, - говорит Шелдон, когда я уже поставила соус на плиту, а вода для лапши начала закипать. - О, да, - говорю я, внимательно глядя в кастрюлю. - Она умерла, когда мне было шестнадцать, - я сглатываю. Тяжело. Я никогда ни с кем о ней не говорила. Даже с Куртом, с которым прожила четыре года. - Она была моим лучшим другом, - добавляю, ненавидя то, как мой голос превращается в шепот к концу фразы. - Да, как моя Бабуленька, - говорит Шелдон, проводя пальцем по кромке моего кухонного стола. - Да, как Бабуленька, - говорю я, внезапно чувствуя себя опустошенной. А затем, не знаю почему, продолжаю. - Знаешь, те условия, в которых я росла, люди бы не назвали здоровыми. Мой отец выращивал из меня мальчика до двенадцати лет, моя мать была вечной студенткой-тусовщицей, со взглядами подростка, моя сестра залетела в пятнадцать, а мой брат толкает метамфетамин. В общем... можно сказать, что я верхушка этой мусорной кучи, и это не говорит в мою пользу, - я осматриваю бутылку вина, которую недавно вылила и уже жалею о своем порыве. - Не согласен, - говорит Шелдон уверенно. - Ты очень хороший человек. Ты физически привлекательна, ты трудолюбива и очень остроумна, несмотря на ужасные пробелы в твоем образовании и отсутствие тяги к самосовершенствованию. - Ну, какими бы хорошими качествами я не обладала... все они - от бабушки, - отвечаю я ему, кидая лапшу в кипящую воду и проверяя часы. - И спасибо... наверное, - я хоть и уверена, что в том предложении была парочка оскорблений, кажется, он и правда старался. - Ты должна встретиться с моей Бабуленькой. Она просто ого-го, - говорит он мне, и я не могу удержаться от смеха. - Как же она может не быть? - я сбавляю огонь под соусом, потому что он начал закипать, и закрываю кастрюльку крышкой. - Однажды, когда мне было шесть, мой старший брат Джордж подумал, что было бы забавно запереть меня в курятнике... - О боже, это отвратительно! - восклицаю я. - Да, так и было, - соглашается он серьезно. - Я провел там полчаса, пока Бабуленька не заметила, что Джордж слишком тихо себя ведет, и она мыла его рот с мылом, пока он не признался. К тому времени, когда она нашла меня, я был весь покрыт куриным пометом, перьями и поклеван. Оттуда появилась моя боязнь птиц и бактерий. Все в тридцатиминутный отрезок. - Шелдон! - вскрикиваю я в глубоком отвращении. - Бабуленька вытащила меня оттуда и искупала, а Джордж в наказание мыл курятник зубной щеткой, - он издает свой дурацкий смешок. - Она забавная, - внезапно все встает на свои места. Наверное, примерно в это время Шелдон перестал взрослеть. Он так и не смог пережить то заключение в курятнике. - Мне бы хотелось встретиться с ней, - соглашаюсь я, сливая воду с макарон и выключая плиту. - О, хорошо... вчера она написала мне, что приедет с моей матерью навестить меня в мой день рождения в следующем месяце! Она никогда не навещала меня в Калифорнии, - говорит он возбужденно, пока я ставлю перед ним тарелку спагетти. - Я хотел познакомить ее с Эми, но... - он замолкает и снова выглядит потерянным. - Как все прошло с ней? - спрашиваю я, взбираясь на табурет рядом с ним. - Она очень сожалела. Мы оба решили сохранить дружбу и продолжить сотрудничать в наших сферах работы, - говорит он, однако в его голосе слышна грусть. - Мне жаль, что у вас ничего не получилось. Мне нравится Эми, - говорю я ему честно, жуя спагетти с сосисками. Он не отвечает. - Эммм, Шелдон, а что скажет твоя мама, когда узнает, что мы живем вместе? Я имею в виду, мы все знаем, что она думает о людях противоположного пола, живущих вместе. - Молодец, Пенни! - его голос полон похвалы. - Ты построила это предложение правильно! - я фыркаю, не в силах сдержаться. - Ты такой странный, но я все равно люблю тебя, ты чудила, - говорю я, пихая его локтем в ребра. Он ничего на это не отвечает, но я вижу, как уголки его губ слегка приподнимаются. - В ответ на твой вопрос скажу, моя мать против того, чтобы люди, как она это называет, жили во грехе. Пока мы не вступим в половую связь, мы не будем задевать ее чувств, - он так спокойно произнес это, что я едва не подавилась. - Ну, тут ты можешь не беспокоиться, - соглашаюсь я, думая о бедной Эми, которая поцеловала Шелдона всего четыре раза за все пять месяцев, что они встречались. - Твоя бабушка такая же религиозная, как и твоя мама? - Она верит в Иисуса, но не ходит в ту странную церковь, как моя мать, где люди практически катаются на алтаре и вскидывают руки вверх, - голос Шелдона меняется когда он говорит о своей Бабуленьке. Это голос обычного человека. И это странно. На секунду я задумываюсь, каким бы он был, если бы его брат придурок не запер его в сарайчике с кучей грязных куриц. Каким был бы мир, если бы Шелдон был нормальным парнем? Мир был бы хуже. Откуда это сейчас взялось? Я имею в виду, он самый самовлюбленный человек из всех, что я знаю. Он наивен, не понимает, когда мешает людям, и настолько по-детски себя ведет, что это пугает. Но если бы он был другим, он не был бы Шелдоном. И моя жизнь не была бы такой интересной. Да, он ненормальный (и мне все равно, что сказали врачи), но этому миру нужно немного больше ненормальности и немного меньше скуки. Шелдон всегда был рядом со всеми нами, когда был нужен. Он одолжил мне денег не задумавшись, он вытащил мою голую задницу из ванны, отвез в больницу, и оставался со мной, пока я не уснула, он обнимал Эми, когда она была расстроена, хоть он и не любит касаться людей. Когда Шелдон Купер успел стать моим лучшим другом? Эта ночь - последняя, которую я провела в своей квартире. К концу вторника, при помощи Шелдона, Леонарда и Раджа, моя кровать передвинута в бывшую комнату Леонарда, а он переехал в мою квартиру. Комната Леонарда больше, чем моя спальня. У меня даже осталось место для телевизора и маленького компьютерного столика. Забавно, хоть сейчас и все по-другому, на самом деле ничего не изменилось. Этим вечером мы, как обычно, собираемся в гостиной и едим вместе. Мы смотрим эти дурацкие научно-фантастические сериалы, которые так любят ребята. Они играют в видеоигры. Леонард по секрету говорит мне, что Шелдон согласился платить ему двадцать пять долларов в неделю за то, что он будет возить его на работу. Мне становится спокойнее, потому что я не думаю, что выдержала бы работу персонального водителя Шелдона. Это приходит ко мне, когда Радж и Леонард уходят. Я сижу на диване, рядом с местом Шелдона, как и всегда, и смотрю как тот запирает дверь на замок. Я ночевала здесь тысячу раз, но с щелчком замка все становится реальным. Мы молча стоим лицом друг к другу несколько мгновений, пока Шелдон нервно не вытирает руки о свои штаны цвета хаки. - Мне пора идти спать, Пенни, - говорит он, и я киваю. - Хорошо. Спокойной ночи, солнышко, - нормальные люди бы обнялись или сделали что-нибудь еще, но я просто смотрю, как он поворачивается и покидает комнату, не оглянувшись. Я иду в свою комнату и переодеваюсь в шорты и майку, накидывая сверху халат. Когда я иду в ванную почистить зубы, что-то цепляет мой взгляд. Я смотрю вниз и вижу несколько желтых уточек с зонтиками украшающих белоснежно-белую поверхность. «Причина несчастного случая: Отсутствие уточек в ванной». Я улыбаюсь.