The News Article Significance (Важность новостной статьи)

В пятницу утром у меня случился нервный срыв. За последние две ночи, я прошла от своей нормальной жизни к шаткой неопределенности, потому что запуталась и встревожена… и… я даже не знаю. Бабуленька Шелдона, к счастью, занимает его большую часть времени и балует его конфетами. Я быстро понимаю, что любовь Шелдона к пению песен, для ускорения работы, была еще одной вещью, которой он научился у бабушки, наряду с игрой на фортепьяно. Еще хуже то, что Бабуленька любит меня. И я люблю ее тоже. Она похожа на мою бабушку, и я не хочу, чтобы она уезжала обратно в Техас, потому что впервые не чувствую себя как девочка, которая приехала в Калифорнию и впустую потратила 8 лет, работая официанткой. Я чувствую себя Пенелопой – женщиной, которая может сделать что-то со своей жизнью, пока кто-то верит в нее. Я не видела такую непоколебимую веру ни в ком, с тех пор как умерла бабушка. Это подводит нас к утру пятницы, когда Бабуленька и Мэри готовятся к отъезду домой, и мы должны везти их в аэропорт. Я чувствую тяжелую меланхолию в своей груди, желая, чтобы она больше времени провела с нами. Это почти заставляет меня хотеть позвонить маме… почти. Шелдон, кажется, понимает это хорошо, как всегда. - Я ожидаю, что ты напишешь мне первым делом в понедельник утром, Пирожочек, – говорит Бабуленька Шелдону. - Конечно, я напишу, – уверяет он ее. – И, так как я обязан там быть, я увижу тебя на свадьбе Мисси, если, конечно, она произойдет. - Шелдон! – Мэри шипит на своего сына, ударив его по руке. – Я не позволю тебе так говорить за спиной Мисси о ее помолвке. - Я ничего не сказал кроме очевидного утверждения, – говорит он спокойно, заставляя меня поморщиться. – Ее жених был женат дважды, и, видя его третью попытку вступления в брак, я могу только предположить, что если два из трех его браков закончились разводом, то статистика не в его пользу. Я только надеюсь, что если это закончится ужасно, то это произойдет до свадьбы. – Шелдон поворачивается, чтобы посмотреть на меня насмешливо. – Пустая трата денег и времени. - О, милый… Бен сам оплачивает прием, – уверяет его Мэри. Шелдон фыркает, сложив руки. - Я имею в виду для меня, – отвечает он поспешно. – Мне, естественно, придется оторваться от работы и приехать. - Шелдон, заткнись! – я зарычала и сжала его ребра, заставляя его вскрикнуть. Встречаясь глазами с его матерью, говорю. – Скажите Мисси, что он волнуется за нее. - Но я не… - начинает он, и я прерываю его, закрыв рот ладонью и кидая предупреждающий взгляд. Бабуленька тянет меня в свои объятия и отводит в сторону, в то время как Шелдон и его мать обсуждают полет. - Я буду скучать по вам, – говорю я Бабуленьке, уже чувствуя комок в горле. Я на самом деле пока не готова попрощаться с ней. - Ох, печенюшка… ты можешь писать мне тоже, – говорит она мне, и я улыбаюсь. - Конечно, я буду, – обещаю. Она берет меня за руки, и ее глаза смотрят туда, где Шелдон теперь слушает громкие слова своей матери, о том, как Джордж живет во грехе со своей подругой. - А теперь послушай меня, – говорит Бабуленька заговорщицки. – Я знаю, что мой внук не самый простой человек. Он - заноза в заднице и упрям, как осел. Я очень люблю его, но даже я несколько раз с трудом давила в себе желание задушить его, – признается она, и я хихикаю. - Ох… Шелдон? – говорю я в шутку. – Я всегда считала, что он был вашим Пирожочком. – Бабуленька усмехается. - Я знаю, это настоящий шок, не так ли? – она соглашается, сжимая мои руки. – Но я прошу, Пенни, милая. Не разочаровывайся в нем. Ты ему нужна. Он – хороший мальчик, и заслуживает намного больше лучшего, чем он натерпелся. Ты знаешь, за прошедшие 4 года, из всех людей, о которых он пишет и жалуется, ты единственная, кого он когда-либо действительно хвалил? - Я… да? – опешив, смотрю на нее. – Это невозможно. Ее брови поднимаются, и она сжимает губы. - Он говорит о том, как ты заботишься о нем, как вы любите проводить время вместе, – Бабуленька вздохнула. – Ты должна понять, печенька, Шелли никогда не нравились сборища вокруг него, потому что он не знает, как себя вести. Он терпел Мисси и, даже, Джорджа, но у него никогда не было друзей, пока он не переехал сюда. И он обожает этих парней, несмотря на то, что делает вид, что они не имеют для него значения. Но только когда ты переехала сюда, Шелли начал меняться. Он рассказал о том, как ты подарила ему салфетку и отвезла в Диснейленд, и пела ему про котенка, – она усмехается. – Эта чертова песня. Я пела ее Мэри, когда она была девочкой…, но Пенни, ты же знаешь, Шелдон считает, что солнце светит из его задницы. Я смотрю на то, как Шелдон закатывает глаза, разговаривая с матерью. - Мама, я уверен, что Бог не собирается насылать огонь, только потому, что Джордж имеет коитус с неприглядной женщиной, – говорит он, и я переглядываюсь с Бабуленькой. Неприглядной? Он, что ворует свои слова из исторических любовных романов? Да, он на самом деле, кажется, думает, что солнце светит из его задницы. - Не понимаю, – говорю я, повернувшись к бабуленьке. - Я просто говорю, что даже если он ведет себя так плохо, что ты хочешь его убить, просто будь терпеливой, – она наклоняется и целует меня в щеку, так, чтобы сказать мне на ухо. – Мой Шелли стоит того, чтобы ждать. Чего ждать? Она, что, думает, я собираюсь сдать Шелдона на поруки и оставить его жить в одиночестве, чтобы он стал таким, каким был, когда Леонард впервые переехал сюда. Шелдон, конечно, огромная заноза в заднице, но я никогда не оставлю его. В конце концов, надеюсь, я выйду замуж, и, возможно, у меня появится ребенок или два, но я должна буду убедиться, что у нас будет комната, где Шелдон может состариться. Ах да… И я уверена, что мой муж будет любить его. «Да, дорогой… кстати, это Шелдон. Я пою ему, когда он болен, и должна убедиться, что он не проживет остаток жизни в лаборатории физики перед доской». Мне нужно выпить. Когда мы уже были на шоссе, я чуть не съехала с дороги и ахнула. Подождите-ка секундочку! Бабуленька думает, что мы вместе? Я гляжу на Шелдона, который с обожанием смотрит на свои карманные часы. Шелдон? И я? Громко смеюсь, и он поворачивает голову в мою сторону. - Что такого забавного произошло, что ты подвергаешь наши жизни опасности, хихикая, как гиена? – ворчит он, очевидно, немного расстроенный прощанием с Бабуленькой. - К твоему сведению, Шелдон, – отвечаю я насмешливо, - я смеялась потому, что твоя бабушка, кажется, думает, что между нами, что-то есть. - Что-то? – его брови нахмурились – Что ты имеешь ввиду? - Шелдон, я думаю, что Бабуленька думает, что ты и я… что у нас есть… - о, Господи. Я перевожу дыхание. – Думаю, что… Бабуленька считает, что ты и я любим друг друга. - Ну конечно мы любим друг друга! – утверждает Шелдон, до сих пор не понимая, о чем речь. – Я никогда бы не предложил переехать тебе в комнату Леонарда, если бы не любил тебя. Я считаю тебя своим самым близким другом. Я чувствую небольшой всплеск привязанности к этому идиоту, тянусь и накрываю его руку своей. Он, кажется, хочет в очередной раз вырваться, но, к его чести, не делает этого. - Спасибо. Но это не то, что я имею в виду, дорогой, – осторожно сообщаю я ему. – Бабуленька думает, что у нас романтические чувства друг к другу. - Ой! – отвечает он, глядя на наши руки. – Ох. - Да, – я глажу его по руке и отстраняюсь, прикусив губу, чтобы не рассмеяться, когда вижу, как он вытаскивает дезинфицирующий гель. – Забавно, не так ли? – добавляю я, поворачиваясь к дороге. - Почему я должен считать, что это забавно? Во всяком случае, это странно. Я никогда не показывал, что питаю какие-то романтические чувства к тебе, – настаивает он, глядя на меня, с каким-то отчаянным выражением в глазах. Его голос даже немного повысился к концу предложения. - Никто не обвиняет тебя, Шелдон! – говорю я. О, Боже, мне нужно выпить. – Твоя Бабуленька просто хочет, чтобы ты нашел хорошую девушку, чтобы она была спокойна. – О, Иисус, он до сих пор бормочет. Он не слышал ни слова из того, что я сказала. - Я не понимаю, что ты нашла в этом смешного. Как я уже говорил раньше, тебе бы повезло найти такого парня, как я, – заканчивает он сердито. Сжалившись над ним, я улыбнулась. - О, милый… я не это имела в виду. Просто… мы знаем друг друга так долго. Это забавно, потому что мы друзья! - Я понял, – отвечает он, сложив руки вместе. Немного помолчав, выдает свой обычный смешок, и я вздыхаю. Мы пришли к нормальному состоянию. Когда мы вернулись домой, Шелдон засел за свой ноутбук, чтобы поиграть в World of Warcraft, а я решила принять душ и посмотреть фильм, чтобы провести остаток своего выходного дня. Я только что упала на кровать с бокалом вина и включила «Блондинку в законе», когда меня прервали. Ой, блин. Тук-тук-тук. - Пенни. – Со вздохом ставлю фильм на паузу. Интересно, что его привело ко мне этим вечером. Тук-тук-тук. - Пенни. – Я прикончила свой стакан и хожу вокруг кровати, чтобы подождать, пока он закончит стучать. Тук-тук-тук. - Пенни. – Рывком открыв дверь, я усмехаюсь. - Ты пришел признаться в любви ко мне? – дразню я его. - Сарказм? – Шелдон изогнул бровь. - Ага, – я закатила глаза. – Что ты хочешь? - К тебе пришла Эми, – его голос так сух, как будто выдерживать мое присутствие слишком тяжело для него. - Ой, ну спасибо, – восклицаю я и похлопываю его по щеке. - Пенни! – скулит он. Я фыркнула, подавив смех, когда проходила мимо него. Эми сидит на краю дивана, нервно играя с концами ее длинных волос. - Эй, привет. - Привет. Что происходит, дорогая? – спрашиваю я, надеясь, что она и Леонард не поссорились. - Мне нужна твоя помощь, – говорит она, принимая стакан воды от Шелдона. Я подмигиваю ему, и он хмурится на меня. Его так легко спровоцировать. - Хорошо, валяй, – говорю я ей, и она смотрит на меня в недоумении. - Что валять? - Говори, дорогая, – исправлюсь я, вспомнив, что Эми иногда похожа на своего бывшего бойфренда-робота. - Хорошо, Пенни. Ты мне нужна, чтобы сделать меня сексуальной, – прямо говорит она, заставая меня врасплох. Моя челюсть отвисла, и я выгляжу так, будто у меня случился инсульт. - Я, ох… - смотрю на Шелдона, который глядит в экран своего проклятого ноутбука, и не собирается никак мне помогать. Поэтому я поворачиваюсь обратно к Эми. – Что привело тебя к этому? Эми разглаживает свою юбку и смотрит вниз. - Я хочу удивить Леонарда. Я прочитала в женском журнале, что, когда вы хорошо выглядите, вы себя чувствуете хорошо. Как нейробиологу, мне любопытно, правда ли это. – Эми поправляет свои очки, гляди на меня сквозь стекла. Я, должно быть, все еще выгляжу, как золотая рыбка. - Хорошо, милая… Я готова тебе помочь, если тебе на самом деле просто любопытно. Но мне нужно знать, что ты не пытаешься изменить себя, чтобы просто угодить своему парню. - О, это не так, – уверяет меня Эми. – Хотя, я заметила, что Леонард предпочитает женщин, которые имеют круглые ягодицы, а не женщин, у которых нет груди. – Я смотрю на нее безучастно мгновение. - Ха… Что? – бормочу я, и Эми поворачивается к Шелдону. - Скажи ей, – инструктирует она его. Вздохнув, тот отворачивается от ноутбука и кидает на нас обеих испепеляющий взгляд. - Леонард – «человек задницы» – объясняет Шелдон спокойно, делая воздушные кавычки пальцами. - Прости, у меня просто галлюцинация, или ты сказал «человек задницы»? - Да! – он раздраженно стискивает челюсть. – Разве ты не слушаешь? - К сожалению, слушаю, – ворчу я, повернувшись к Эми. – Хорошо, давай подумаем, что мы можем сделать. Для начала, мы сходим в салон и сделаем что-нибудь с твоими волосами, а потом пойдем в торговый центр и прикупим несколько вещей. - Пенни, я думал, что мы собирались пойти в Биг Бой позже, – протестует Шелдон, вставая. - А как насчет того, что я зайду в Биг Бой на обратном пути и все принесу? – предлагаю я компромисс. Он думает секунду, прежде чем кивнуть. - Это приемлемо, - соглашается он, и я закатываю глаза. - О, просто отлично, – язвительно говорю я. - Потому что я не давала тебе выбора, Пирожочек. Я иду в свою спальню и роюсь в ящиках, доставая узкие джинсы, топ, и сапоги. Делаю хвост и закрепляю его красным пенни-цветиком. Смотрю в зеркало, и удовлетворенно киваю. - Ты должна быть на обложке Космополитен, – говорит мне Эми, когда я выхожу в комнату. - Я сомневаюсь в этом, но спасибо. - Да кто хотел бы быть на обложке этого ужасного женского журнала, который ничего не привносит в мир, кроме поверхностных советов и картинок для женщин? – говорит Шелдон со своего места. - Я, – говорю я ему, протягивая руку к своей сумочке. – Буду дома около шести. Выбери фильм. – И взяв Эми за руку, тяну ее к двери. - Может быть, Бернадетт с сестрой присоединится к нам позже? – спрашиваю я, но Эми качает головой. - Я уже спрашивала, но Бернадетт сказала, что ее мать устраивает семейный ужин в честь возвращения Бриджет обратно в Калифорнию. - Что ж! – улыбаюсь я. – Давай сделаем тебя сексуальной. Через час Эми выходит из салона. Стилист не изменил ее радикально, к счастью. Все, что было изменено - это стиль. Яркие локоны, цвета красного дерева, вьются вокруг ее лица. Мне нравится это, потому что они подчеркивают то, что у нее уже есть. Затем мы идем в магазин Виктория Сикрет, она растерянно смотрит вокруг, пока я настоятельно призываю ее померить стринги. - Черный – всегда лучший выбор, – сообщаю я ей. – Парням это нравится. - Но это непрактично. Это неестественно, иметь кусок ткани между ягодиц. Нижнее белье было сконструировано для того, чтобы защитить верхнюю одежду от телесных выделений и для поддержки. - О, нет, – останавливаю я ее. – Дорогая, они для красоты. Она осторожно цепляет пальцами стринги. В ее глазах сомнение. Я убираю челку с ее лица. – Доверься мне. - Хорошо, я поверю тебе на слово, – соглашается Эми, и я улыбаюсь. - Теперь позволь показать тебе кое-что еще, – говорю я, потянув ее в сторону. – Это бюстгальтер с пуш-апом. Мы выходим из Виктория Сикрет с двумя пакетами, полными белья для Эми. Факт в том, что я помогаю своей подруге купить сексуальное женское белье, чтобы показать ее парню, который, оказывается, мой экс-парень и лучший друг ее экс-парня и… О, черт… это действительно дурдом, не так ли? После быстрой поездки в торговый центр для покупки симпатичной одежды (которая не связана с кардиганами, коричневыми колготками или мокасинами), качественной косметики и руководства по ее использованию от девушки за прилавком, я довольна нашим прогрессом. - Ах, черт! – бормочу я, проверяя свой телефон. – Уже почти семь! – Я не поняла, куда мы дели столько времени. Шелдон, вероятно, сойдет с ума без своего гамбургера. Я удивлена, что у меня нет 20 пропущенных вызовов или 95 смс. Быстро звоню и заказываю еду. Тщательно осматриваю пищу, чтобы убедится, что она соответствует стандартам Шелли, прежде чем заплатить, и мы, наконец, возвращаемся в квартиру. Эми и я расстаемся на стоянке, она направляется домой, чтобы подготовиться к свиданию с Леонардом в 8. По-видимому, они собираются в какой-нибудь бар с Говардом и Бернадетт. - Повеселитесь там, детки, – говорю я ей, прежде чем подняться в квартиру и съесть ужин на диване с шестифутовым первоклассником и посмотреть фильм, который я не понимаю. Открывая дверь, я уже приготовилась оправдываться, и осторожно кладу свои ключи в чашу. - Шелдон, милый, я так сожалею, я… - прекращаю говорить, тяжело дыша и практически падаю перед видом, открывшимся передо мной. Позвольте мне найти слова, чтобы попытаться объяснить всю абсурдность ситуации перед моими глазами. Доктор Шелдон Купер лежит на своем месте, на диване, со своими длинными ногами, свисающими через спинку, головой на сидении. Он лениво вертит в пальцах пульт ДУ. Его рубашка задралась, обнажив живот. Какого черта? - Эй, Пенни… - говорит он, звуча, как будто из-под воды. - Привет, Шелдон, – говорю я ему, ставя еду на стол и пытаясь выяснить, что произошло. – Что за дела? - Я смотрел телевизор, – говорит он, немного хихикая и пугая этим меня. – Ты когда-нибудь слышала о шоу, которое называется Jersey Shore (шоу на MTV)? О, Боже. - Ага, – говорю я и подхожу ближе, наблюдая, как он выронил пульт и тут же забыл об этом, попытавшись одернуть подол рубашки, чтобы прикрыть живот. - Ну, там есть девушка по имени Снуки и она оранжевого цвета! – еще один легкомысленный смешок. – Она так забавно смеется, и ее волосы выглядят глупо. Он что, что-то принял? Здесь был Говард и дал ему валиум своей матери? - Эээ… дорогой, что здесь происходит? - Спрашиваю я, подвинувшись к нему ближе и пытаясь одернуть его рубашку, чтобы прикрыть живот. Он хватает меня за руку и быстро подносит ее к своему лицу, изучая. Я оглядываю комнату и обращаю внимание на пустой графин на кофейном столике. Ох, блядь. - Шелдон, что ты пил? – спрашиваю я строго. - У меня было немного чая со льдом, что ты сделала, – говорит он мне, подтверждая подозрения, одновременно играя с моими пальцами. (Я сделала кувшин Лонг-Айленда, чтобы завтра угостить девочек). – Забавный вкус. - И ты все это выпил? – спрашиваю я, отворачивая свое лицо, когда он тянет меня за руку к своей щеке. - Я хотел пить, – шепчет он, как будто открывая мне страшную тайну. - Хорошо, – шепчу я в ответ. У кого-то завтра будет похмелье. – Ты хочешь съесть свой гамбургер? – я убираю волосы со лба свободной рукой. Шелдон пытается сесть, его длинные ноги задевают меня. - Привет! – говорит он мне с глупой ухмылкой. Я иду за едой и распаковываю ее. - Дорогой, ты же знаешь, что в чае был алкоголь… – начинаю я, подавая ему коробочку. - Это многое объясняет, – кивает он, чуть не выронив гамбургер. Пьяный Шелдон пугает. – Эй, – он смотрит расплывающимся взглядом. – Ты дала мне выпить алкоголь… Это, вероятно, страйк, – он икает. - Я сама себе выпишу страйк, – бормочу я, кусая бутерброд. Посмотрим, что ты будешь чувствовать утром. - Я должен сказать тебе один секрет, – произносит он нечленораздельно, доев гамбургер. Боже. Я отставляю еду в сторону. - Хорошо. – Я с опаской смотрю на него, а Шелдон улыбается, как будто увидел коалу. - Но ты не должна рассказывать это Леонарду, – добавляет он озабоченно. - Конечно, нет, – соглашаюсь я, чувствуя волнение в животе. - Или Эми, – продолжает Шелдон. Я вздыхаю. - Хорошо. - У тебя зеленые глаза, – бормочет он, и я хмурюсь. - Это не секрет, Шелдон. - Это не секрет, Пенни, – снисходительно говорит он мне. – Ты красивая. - Ты пьян, – смеюсь я, качая головой и вставая, чтобы убрать мусор. Он ловит меня за руку чуть выше локтя, и тянет обратно на диван. - Не уходи! - Дорогой, я просто хочу выбросить мусор, – заверяю я его, погладив по щеке. - Нет, – он энергично качает головой, по-прежнему сжимая мою руку. - Шелдон, дорогой… тебе нужно немного воды, – я осторожно разжимаю его пальцы, один за другим и быстро иду на кухню с мусором. Беру воду из холодильника и стакан. Я должна сделать его трезвым. – Я не помню сколько льда тебе… - оборачиваюсь, врезаюсь в грудь Шелдона и вскрикиваю. - Тсс! – он прикладывает палец к моим губам, и я замираю, широко раскрыв глаза. Я нервничаю. Понятия не имею, что этот извращенец собирается делать, но я не готова к этому. Я не знаю, что делать с таким Шелдоном. Я скучаю по старому… снисходительному, тупому и дотошному. Пусть выдаст мне страйк. Пусть даст мне двадцать. Просто, пусть он будет нормальным. - Это не было секретом, – наконец говорит Шелдон, прижав меня к холодильнику, и не отводя взгляда. - Ой... – бормочу я дрожащим голосом. Мои глаза, должно быть, как блюдца. Я чувствую его руку на своей шее. Я не боюсь, что он может мне причинить боль. Я просто не понимаю, что происходит. - Секрет… - он снова замолкает, и я ничего не говорю, в основном потому, что жду, когда он закончит. – Этот секрет… - Я закрыла глаза, боясь смотреть. Через секунду я чувствую теплое дыхание на лице. И сладкий запах алкоголя. Ооо, Боже. - Секрет… вот это. – Едва он заканчивает, я чувствую что-то мягкое на своих губах. Мои глаза распахиваются. Его глаза закрыты, но он придвинулся ближе, и наши губы слились в поцелуе. Мои руки вцепляются в его футболку с рисунком Флэша. Шелдон Купер целует меня в нашей кухне, и у меня только одна проклятая мысль. Кот жив! (Кот Шредингера)