The News Article Significance (Важность новостной статьи)

Первое, что я делаю утром - ну, во второй половине дня (в час дня) – подаю заявку на финансовую помощь в интернете, получив которую, я смогу, надеюсь, вернуться в вечернюю школу. Что я хочу изучать, пока не знаю. Это не имеет значения сейчас. Я делаю первый шаг. И у меня есть другая проблема в данный момент. Найти работу. На улице хорошая погода, так что я решила прогуляться к заправочной станции и купить газету, чтобы проверить списки вакансий, и взять себе дрянной кофе со взбитыми сливками. Вернувшись в квартиру, я услышала телефонный звонок. Почему Шелдон настаивает на домашнем телефоне, хотя у него есть мобильный, я никогда не пойму. Мне не приходится платить за него, так что мне на самом деле наплевать. На данный момент, я просто счастлива, что мне есть, где жить. - Алло? – спрашиваю я радостным голосом и слышу женский голос на другом конце. - О, Пенни? – я узнаю голос Мисси Купер. Мы не очень хорошо знаем друг друга, но мы друзья на Фэйсбуке. Лайкаем статусы друг друга, комментируем фото и тому подобное. - Привет, Мисси! - О, я так рада, что это ты, – выдыхает она. – Я, конечно, звонила Шелли, но думаю, что лучше поговорю с тобой в первую очередь. - О, он все равно на работе, – напоминаю я ей. - Ох, черт! – говорит Мисси устало. – Я всегда забываю, что у нас разница в 2 часа. У меня небольшая проблема. Я знаю, что Шелдон не рад моему браку с Беном, но он мой брат. В общем, Бабуленька сказала мне, что вы двое… - К чему ты клонишь, Мисси? – спрашиваю я, почти пролив кофе, когда задела ногой столик. - Она сказала, что вы живете вместе, а Леонард съехал. Я знаю, что вы хорошие друзья, и мама говорит, что вы с ним ладите. Когда вы поедете на свадьбу, ты можешь просто… Я не знаю… убедиться, что он не будет поднимать какой-нибудь научный бунт? Бен очень упрямый, и он не хочет слышать о науке, потому что он считает, что она идет против Бога. Что? - Я… Это не ко мне Мисси. Я имею ввиду, если Шелдон захочет, чтобы я поехала, конечно я присоединюсь к нему, но… - Ты имеешь в виду, что он не спрашивал тебя еще? Бабуленька сказала, что он получил приглашение еще на прошлой неделе! – ее голос полон удивления. - Неужели? – отвечаю сухо. – Я была в Небраске на прошлой неделе, – сообщаю я ей, вытирая потную ладонь об штаны. - Он написал эээ… - лепечет смущенная Мисси. – О, мне очень жаль, дорогая! Я думала, он уже спросил тебя! - Твой брат не лучший, когда дело доходит до общения, – бормочу я, глотая дерьмовый кофе с ванилью и взбитыми сливками. - Это точно! – смеется Мисси. – Ну, когда он это сделает, я просто… Я была бы очень признательна, если ты скажешь да. Потому что я не хочу, чтобы мой брат и мой муж поругались в день свадьбы. - Ты знаешь, он очень обеспокоен тем, что ты собираешься посвятить себя церкви, как и ваша мама, – осторожно говорю я. - Дорогая, это Техас. Ты либо охотник, либо футболист, либо в церкви. Не такой большой выбор, – вздыхает она. – Если ты не наш брат Джордж, который весь в бурбоне и дешевых женщинах. Как наш папа. - Да, я слышала, – отвечаю я, припоминая наш разговор с Шелдоном. – И, конечно, я приеду. Повесив трубку, возвращаюсь к просмотру вакансий и нахожу одно объявление. «Администратор. Без опыта. 11,50$/час». Ну, это больше, чем я зарабатывала в кафе. Все остальное требует опыта или, по крайней мере, степень младшего специалиста. Будь ты проклята, восемнадцатилетняя Пенни! Я набираю номер и слышу женщину, которая звучит так, как будто она курит 30 пачек сигарет в день. - Макинтош Фотография, – хрипит она мне в ухо. Я съежилась. - Я звоню по поводу вакансии в газете, – говорю я коротко и слышу ее кашель. - Вакансия уже закрыта, извините, – безразлично говорит она. Вздохнув, я благодарю ее, вешаю трубку и откидываюсь на спинку дивана. Что теперь? Отложив газету в сторону, я задумалась. Кафе находится всего в нескольких минутах ходьбы, я могла бы пойти туда и объяснить… Нет! Черт возьми, Пенни! Ты не будешь там работать! Вздохнув, я взяла мороженое из морозильника и села на диван, включив телевизор. Идет какой-то грустный фильм. Конечно, я буду его смотреть. Я всегда думала, что Шейн Уэст милашка. Никогда не была поклонницей Мэнди Мур, но она довольно неплоха. По крайней мере, она не снималась в рекламе средства от геморроя. Ей бы, вероятно, не сказали, что ее лицо слишком среднезападное 9 миллиардов раз. Конечно, может быть, мои плечи широкие, руки огромные, а ноги не симпатичные, но я думала, что привлекательна. «Доктор сказал, что я должна двигаться дальше и жить как все. И я не хотела бы, чтобы рядом со мной был кто-то странный» «Включая меня?» «Особенно ты! Ты знаешь, я со всем этим прекрасно справлялась. Я приняла это, а затем появился ты. Мне не нужна причина, чтобы быть рассерженной на Бога» Я рыдала, мое мороженое таяло. Почему я это смотрю? Это никогда не произойдет со мной - говорю я себе, но не могу отвести взгляд. Я сижу здесь, в луже из своих слез, наблюдая, как Мэнди Мур умирает от лейкоза, в то время как ее сексуальный парень требует, чтобы доктор вылечил ее. Очевидно, что он не может. Я снова плачу, потому что это чертовски мило. Дверь открывается, и появляются Шелдон, Радж и Леонард. - О, Боже, – бормочет Шелдон, проходя мимо меня к своему месту и ставя тайскую еду, которую они принесли. Ах, да, сегодня же понедельник. – Нам обязательно смотреть это? - Заткнись! – всхлипываю я, протягивая салфетку Раджу, у которого уже на глазах слезы. - Это так душераздирающе, – соглашается он, и я поворачиваюсь, чтобы удивленно посмотреть на него. - Ты пил? – спрашиваю я, широко открыв глаза. Он качает головой, все еще сосредоточив внимание на фильме. – Ты разговариваешь со мной! – вскрикиваю я, обнимая Раджа и целуя его в щеку. – Посмотри на себя! - Я все еще работаю над этим, – шепчет он, слегка смутившись. Леонард садится в кресло, принимая еду от Шелдона. Я перевожу взгляд на него. - Ты все исправил с Эми? – спрашиваю я. Он застенчиво смотрит в тарелку. - Я извинился, мы начали целоваться и вот тогда… - его глаза забегали. – Я закончил тем, что наговорил слишком много, как обычно, и мы снова поругались. - Что ты сказал? – простонала я. - Он обвинил ее в продолжении романтических отношений со мной, чтобы оправдать его свидание с Прией. Именно тогда я уехал и пошел к Воловицу, – заканчивает за него Шелдон. Радж смотрит на Леонарда с подозрением. - Когда это ты обедал с Прией? – обвиняющее говорит он. О, черт. - Слушай, – вздыхает Леонард, очевидно, начиная паниковать. – Она использовала твой телефон, когда была в городе пару недель назад, и сделала вид, как будто это ты хотел со мной пообедать, а когда я пришел, вместо тебя была она. - Ты не опозорил мою семью? – спрашивает Радж, забыв, что я в комнате, и начиная говорить в полный голос. - Нет! – настаивает Леонард. – Я сказал ей, что счастлив с другой, мы обнялись, и она ушла! – он встречается со мной взглядом. – Это все, Пенни, я клянусь! - Тогда почему ты обвинил Эми в том, что она все еще имеет романтические отношения с Шелдоном? – требую я, повышая голос. - Пожалуйста, прекратите кричать, – тихо говорит Шелдон, немного поморщившись. - Я был расстроен. Я защищался, а она не успокаивалась, – говорит Леонард. – И я не обвинял ее ни в чем. Я сказал, что не против, что она продолжает дружить с Шелдоном, и что она должна так же доверять мне. - Леонард, - я устало закрыла глаза. – Эми тебя не поняла! Она, вероятно, сейчас расстроена! Она думает, что ты ей не доверяешь! - Пенни, не кричи, – умоляет Шелдон, чуть громче. - Я знаю, что твоя мама воспитала тебя, предполагая, что ты никогда не будешь ни с кем в отношениях, но ты должен прекратить это! – кричу я. – Тащи свою задницу к Эми и заставь ее поверить, что хочешь быть с ней. Что ты выбираешь ее. Исправь это! – Шелдон поднимается и молча уходит из комнаты, закрывая за собой дверь спальни. Мы все трое переглядываемся, и я указываю пальцем на Леонарда. - Ты пойдешь к Эми, – говорю я, и смотрю на Раджа. – Ты останешься здесь. - Я просто пойду… - он замолкает и указывает на дверь, закрывшуюся за Леонардом. Со вздохом, я встаю, ползу в большой ледяной замок Супермена и стучу в дверь. - Шелдон? – говорю я тихим голосом. Нет ответа. Очень плохо. Поворачиваю ручку и засовываю голову внутрь. Он сидит на своей кровати с опущенной головой. – Я сожалею о том, что там произошло. - Я оставил Техас в надежде, что никогда больше не услышу постоянных воплей и препирательств. Я не хочу подвергаться этому в собственной квартире. – Он смотрит на меня, и я складываю руки на груди. - Шелдон, ты не можешь избегать конфликтов всю оставшуюся жизнь. Я была зла. Я выразила свой гнев. Ты не должен запирать эмоции в себе. - Я был довольно успешен в этом в течение последних 32 лет, – парирует он угрюмо. С опаской я подхожу к его постели и сажусь рядом с ним так, что наши руки почти соприкасаются. - Поговори со мной, дорогой, – призываю я. - Не называй меня «дорогой» - бормочет он. Я смотрю на него, не зная, что сказать или сделать. - Я всегда называю тебя «дорогой»! - протестую я и зарабатываю злобный взгляд. - Как и всех остальных, – указывает он, и мне на секунду кажется, что он расстроен. - Я всех зову «дорогой». - Ты распутница. - Хорошо, – я вздыхаю и пытаюсь собраться с мыслями. – Шелдон, мне очень жаль. Я не хотела тебя расстраивать. - Извинения приняты, – говорит он, хотя по-прежнему звучит расстроено. На самом деле, если бы я не знала его лучше, то подумала бы, что он вот-вот заплачет. Боже, как плохо ему было в детстве? Что их отец делал с ними? Не удивительно, что Шелдон отказался от религии в пользу науки. Факты точны, вера слепа… он никогда не был в состоянии верить во что-либо, кроме своей матери и бабушки. Я очень осторожно потянулась и накрыла его руку своей. - Пенни, – говорит он неопределенным тоном, как будто не знает, что он чувствует. - Ты мне доверяешь? – спрашиваю я, встретившись с ним взглядом. Его брови нахмурились на секунду, прежде, чем он кивнул головой. - Да, – говорит он немного удивленно. – Я доверяю тебе. – Через секунду я чувствую, как его рука сжимает мою. Мои глаза расширились. Я не сплю. Это действительно происходит. Шелдон Купер и я держимся за руки. Твою мать. Смутно вспоминаю, что у нас в гостиной осталась недоеденная еда, но я не хочу испортить этот момент. Это странно и страшно, и совершенно замечательно. Его руки слегка розовые, потому что он моет их так часто, как только может, но это делает его еще более милым. - Ладно, послушай меня, дорогой, – говорю я, обращаясь к нему лицом и сжимая его руку. – Не знаю, что произошло у тебя в детстве… и, честно говоря, не думаю, что хочу знать, потому что это убьет меня. Но хочу, чтобы ты знал, – я протягиваю свободную руку, чтобы повернуть его лицо к себе. – Если тебе действительно нужно будет об этом поговорить. Или, если ты захочешь. Я просто за этой стеной. – Указываю на стену своей комнаты. – И тебе не придется беспокоиться, что я причиню тебе боль. Потому что я твой друг, и забочусь о тебе, независимо ни от чего. – Я улыбнулась ему. Он по-прежнему выглядит немного удивленным. - Пенни? – его голос мягкий и нерешительный. - Да, дорогой? - Независимо – не то слово. Ты невнимательна, – он неодобрительно смотрит на меня, но я клянусь, что он почти улыбается. Кладу голову на его плечо и слышу, как он медленно вздыхает. - Идем, Пирожочек, – встаю и тяну его за собой. – Я голодна, съела только один вареник. - Пенни, я был бы благодарен, если бы ты не тянула меня за руку, – ворчит он. - Ты не такой слабый, каким пытаешься казаться, приятель, – сообщаю я ему, похлопывая его по спине, и неохотно отпускаю его руку. – Кстати, Леонард ушел, поэтому нам достанется его Пад Тай! В эту ночь идет дождь и гроза. Я люблю грозы. Всегда находила их успокаивающими. Живя на ферме всю жизнь, я имела обыкновение лежать в кровати ночью и смотреть, как молнии освещают мою спальню. Звук дождя по нашей старой крыше был как странная, тихая колыбельная, а негромкие раскаты грома никогда не пугали меня. Папа и я часто сидели на переднем крыльце под навесом и смотрели на дождь. Так что, я не удивлена, что засыпаю быстро и легко. Не уверена, сколько прошло времени, прежде чем слышу стук. Не в дверь, а в стену. Тук-тук-тук. - Пенни? – что, черт возьми, он делает? Стучит во сне? Тук-тук-тук. - Пенни? Тук-тук-тук. - Пенни? - Что? – спрашиваю я его устало, протирая глаза и проверяя часы, когда гром сотрясает небо снова. 2:30 ночи. - Ты можешь прийти ко мне? – спрашивает он, и я со стоном оставляю тепло и комфорт своей постели. - Что случилось? – спрашиваю я нетерпеливо. - Пожалуйста? Уф, хорошо. Я надела свой фиолетовый халат, споткнулась о порог комнаты Шелдона и ввалилась в открытую дверь. Даже если я признаю, что у меня к нему что-то есть, мне не нравится быть разбуженной в 2:30 ночи. Шелдон сидит, выпрямившись на кровати, прижимая к себе одеяло, когда молния освещает комнату. - Хорошо, что случилось, Шелдор Завоеватель? – спрашиваю я, и он указывает на окно. - Я не люблю грозу, – говорит он мне, съежившись от звука грома. Я бы хотела посмеяться, но слишком устала. Я, вероятно, выгляжу как один из троллей в Ворлд оф Варкрафт, но меня это не беспокоит. Конечно, Шелдон не любит грозу. Он не был бы Шелдоном, если бы не боялся грозы. И пауков. О, Боже. - Дорогой, просто игнорируй это. Она тебя не обидит, – обещаю я ему, и он качает головой. - Ты можешь посидеть со мной, пока я не засну? – говорит он голосом «я прелестный малыш, и я это знаю, и знаю, что ты не сможешь отказать мне, когда я использую этот голос, Пенни». - Да, без проблем, – бормочу я, садясь с ним рядом, как уже делала это раньше. Он ложится и смотрит на меня. – Даже не думай, о том, чтобы просить меня спеть про котенка, – смеюсь я, встречаясь с ним глазами. – Ты знаешь, то, что ты лишил меня сна – это страйк, – добавляю, дразня и ложусь рядом с ним, глядя в потолок. - Тебе не идти завтра на работу, – вздыхает он. – Я даже не знаю, насколько будет бесполезен мой разум завтра, если не смогу поспать. - Я должна найти работу, – говорю я, вспоминая. - Ты могла бы поработать в университете, в качестве моего помощника, – предлагает он и, хотя я очень польщена и тронута, я бы не стала работать на него. Он мне нравится, а я помню проблемы, когда он и Радж работали в одном кабинете. - Спасибо, дорогой, но не думаю, что это хорошая мысль. Я должна найти работу самостоятельно, – тихо отвечаю я ему, поворачиваясь лицом. – Я всегда могу попросить Стюарта… - Ты не будешь работать у Стюарта, Пенни! – рычит он. Я закусываю губу, чтобы не улыбаться. Гремит гром, и он крепко хватает меня за руку. - Я и не знала, что ты так боишься грозы, – смеюсь я, сжимая его руку. Это приятно, лежать здесь вот так. Если закрыть глаза, я могу притвориться, что это реально. - Джордж использовал это, чтобы посмеяться надо мной, – говорит Шелдон с грустью в голосе. Я застонала. Конечно, он это делал. – Я знаю, что гром не более, чем увеличение давления и температуры в результате быстрого расширения в воздухе, но всегда чувствую определенную панику. - А мне это нравится, – доверчиво говорю я, переплетая свои пальцы с его. Он, кажется, не замечает этого, напряженно ожидая следующего раската. – Я всегда чувствую себя в безопасности, когда слышу гром. Несмотря на то, что, когда я была маленькой, торнадо прошел недалеко от нашей фермы и разнес половину нашего сарая. Помню, как мы бежали к погребу, шел град и был сильный ветер. Но я никогда не боялась. - Чего ты боишься, Пенни? – спрашивает он, зевая. – Конечно, не мигающую лампочку «проверьте двигатель» в твоем автомобиле. - Нет, - соглашаюсь я, ухмыляясь. – Не этого. - А чего тогда? – я вздыхаю, глядя в потолок снова. - Я боюсь одиночества, – наконец говорю я. – Боюсь проснуться однажды, и понять, что никому не нужна. - Бабуленька всегда говорит: «Те, у кого есть друзья, никогда не бывают по-настоящему одиноки» - он смотрит на меня. Он выглядит нормально, только подбородок немного колючий и все. – Ты всегда будешь иметь значение для своих друзей, но ты должна сама выбирать свою жизнь. Я не могу сказать тебе, что делать, но, если ты хочешь преуспеть, ты должна решить, чего хочешь. - Это звучит прекрасно, Шелдон, – говорю я ему. Он пожимает плечами. - Меня с детства хвалили, как вундеркинда и научное сокровище, – начинает он, заставляя меня фыркнуть и закатить глаза. Ах, его эго, которое я знаю и люблю. – Тем не менее, я ничего не добился бы без любви к моему самому великому стороннику и поклоннику, – он слегка улыбается. – К самому себе. – Я засмеялась. - Ты действительно немного робот, дылда-переросток, – я качаю головой, все еще посмеиваясь. – Эгоист. - Может быть, – признает он, улыбаясь. – Но в целом, я должен сказать, это того стоит. - Ты сумасшедший, – сообщаю я ему, слушая, как гром медленно затихает в дали и сменяется звуком дождя. Чувствую, как ладонь Шелдона расслабляется, и постепенно засыпаю. Я просыпаюсь расслабленной, мне удивительно комфортно. Моя подушка немного жесткая, но меня это не волнует. Моргнув, я пошевелилась и вздохнула. И широко открыла глаза. Кто-то меня обнимает. Моя первая мысль: что я делала прошлой ночью, и где я? Я начинаю вспоминать стук в стену, грозу и то, как пошла к Шелдону. Я смотрю вниз и вижу это. Зеленая клетчатая пижама. Я судорожно вздохнула. О, Боже. О, Боже. О, Боже. О, черт. Я слегка повернула голову и поняла, что одна из рук Шелдона обнимает меня за спину, а моя нога закинута на него. Границы его контакта сломаны. Ой-ой… это довольно плохо. - Пенни? – слышу я. – Что ты…? – он замолкает, поворачивает голову, а потом выдыхает и резко садится, разрывая наши объятия. - Пенни! – вопит он, паникуя и сваливаясь с кровати. - Все нормально! – заверяю я его, свесившись с кровати и протягивая ему руку. – Мы просто заснули во время грозы. Ничего… - Нет! – настаивает он, вставая с пола. – Ты не понимаешь! - Шелдон, успокойся! – я встаю с кровати и хватаю его за плечи. – Все отлично. - Пенни, уже 10:30! – он в истерике, и я чувствую, как его пальцы впиваются в меня. – Я на два с половиной часа опоздал на работу! О, черт.