Не выслеживая Зуко/Not Stalking Zuko

ОоОоОоОоОоО Итак, Суюки довольно неплохо разбирается во многих вещах. Кулинария не одна из них. Я признательна, что она попыталась дать мне отдохнуть, но мне кажется, что будет просто лучше, если впредь готовкой буду заниматься я. Даже не знаю, откуда взялось ее безумное желание готовить. Земля плохих идей? Я поинтересовалась у неё, и она сказала, что ей хотелось попробовать. М-хм, ладно. Нам нужно новое хобби для Суюки. Был ли это несъедобный гигантский кусок дерева? Нет, разве не понятно, это — жаркое. Должна сказать, что у мяса было довольно замечательное хрустящее свойство, которое часто не получается с жаркое. Я решила, что единственное, что можно было бы со всем этим сделать — это нарезать на мелкие кусочки и приготовить тушеное мясо. Ещё она приготовила соус, на вид и вкус напоминавший свернувшиеся грусть и скуку с кусочками ягод. Подобное подходило на десерт на острове Киоши, а не для соуса. Она пыталась повторить рецепт с острова Киоши, который использовала её тётя, приготовление отняло у неё много времени, и она действительно хотела, чтобы всем понравилось. Я попробовала совсем чуть-чуть, обуздав свою мимику, а потом быстро выскочила на улицу и сказала всем съесть то, что подаст им Суюки, и притвориться, что им понравилось. Несмотря ни на что! Тоф ответила, что сегодня не мой день рождения, и она не обязана делать то, что я говорю. Я сказала, что если она не сделает этого — она оскорбит чувства Суюки, и никто этого не хотел. Зуко, которому пришлось съесть множество отталкивающих вещей из вежливости (и чести!), поведал ей о сути трюка, который состоял в том, чтобы взять небольшой кусочек и попытаться его проглотить целиком, так, чтобы не пришлось его разжёвывать/пробовать на вкус. Тоф посчитала, что это звучит немного вульгарно. Сокка произнёс, что уверен — что бы ни приготовила Суюки, оно будет очень вкусным. О, Сокка. Он понятия не имеет. Я пошла за Аангом и, обнаружив его с Аппой, сообщила и ему, на что он ответил, что всё в порядке, он просто поест овощи, а овощи невозможно испортить. Нетушки. Аанг так легко не отделается. Аанг должен был съесть десерт. В десерте не было мяса, так что его «я — вегитарианец» предлог в этот раз не сработает! Аанг сглотнул. Я вернулась и добавила завершающие штрихи к тушеному мясу. И Суюки поблагодарила меня за помощь. Она волновалась, что испортила ужин. Она призналась мне, что готовка не была её сильной стороной, и я притворилась удивленной этой новостью и сказала, что я была уверена — это будет очень вкусно (просто маленькая ложь во благо). Лучшей частью ужина было выражение лица каждого, кто впервые взял кусочек в рот. По правде говоря, Суюки жарила мясо до тех пор, пока оно не стало тенью своего «я». Оно стало таким хрустящим, каким мясо быть не должно. Но она так старалась, и мне не хотелось, чтобы все жаловались, шумели и обижали её, поэтому сначала я всех предупредила. Выражение лица Сокки было самым забавным! Но, после долгого пережёвывания, он воскликнул, что это было невероятно вкусно, и с жадностью и притворным удовольствием набросился на еду. Все странно взглянули на него — кроме Суюки, которая счастливо покраснела и сказала, что, если ему так понравилось, она могла бы готовить так для него каждый день. Тройное «ха»! Отстойно быть тобой, Сокка! — ? — Я и Зуко расположились на веранде после того, как выпустили пар. Ещё одна щекоточная ничья — Зуко заставил меня дать обещание, что я больше никогда ему не поддамся, как в последний раз. Мы пили чай и смеялись над затруднительным положением Сокки, касаемо его будущих порций на ужин. Тем не менее, если что я и почерпнула из этого ужина, так это то, что настоящая любовь настолько же безгранична, как и забота Сокки о Суюки. И я сказала, со всей серьёзностью, что это прекрасно — то, что Сокка и Суюки нашли друг друга. Зуко согласился со мной и сказал, что им действительно очень, просто до смешного повезло. В его голосе слышалась усмешка, и я была немного ею озадачена. В этом есть что-то необычное? Найти того, с кем вы будете сходиться во всём, словно пазлы? Зуко немного грустно улыбнулся и сказал, что, по его мнению, это сложнее, чем кажется. Мы немножко помолчали, а потом он спросил меня, может ли он задать мне вопрос. Я ответила, что он уже его задал, и довольно дерзкий, и он растерянно уставился на меня. Обычно, когда кто-то спрашивает, можно ли ему задать вам вопрос — это довольно-таки важный вопрос, и они хотят дать вам вникнуть в то, что сейчас последует Очень Важный Вопрос. Он снова замолчал, так что я пихнула его и сказала задавать уже свой вопрос. Он прочистил горло и спросил меня, как я думаю — способны ли люди измениться. Хм… Ух ты. Не тот вопрос, который я ожидала. Я ожидала чего-то… чего угодно, кроме этого. Но, мне кажется, этот вопрос не менее важен. По крайней мере, для Зуко он, очевидно, был очень важен. Я ненадолго задумалась. Мне не хотелось отвечать, не подумавши. Я спросила, является ли ответ «может быть» приемлемым. Потому что, как мне кажется, это будет целиком и полностью зависеть от самого человека. Я не уверена, что людям так уж просто измениться. Думаю, самые радикальные изменения в личности происходят после того, как случается что-нибудь страшное. Людей меняет то, что с ними происходит. Я знаю, что смерть моей мамы изменила мою картину мира. Но некоторые люди просто остаются такими, какими они есть, независимо от того, что с ними происходит. Аанг практически не изменился. Он по-прежнему весёлый, беззаботный мальчишка, которого мы с Соккой нашли в айсберге — несмотря ни на что. Даже узнав, что все, кого он знал, были мертвы, и что он последний в своём роде, он не растерял своего оптимизма. Иногда меня поражает то, как Аанг может быть таким весёлым, но, я надеюсь, он никогда не изменится. Так что, как мне кажется, и как я думаю, некоторые люди меняются, а некоторые — нет, и я не знаю, почему так происходит. Я поинтересовалась, почему он спросил об этом, и он просто пожал плечами и сказал: «Мой кузен кое-что написал». Что же именно? Он спросил, был ли в коробке с личными вещами кинжал. Я ответила «да», и тогда он спросил у меня, может ли он его взять. Я сказала ему не быть глупым, конечно же, он может его взять. Мы пошли в мою комнату, я достала коробку и протянула ему кинжал. Он был сделан из гладкой, высококачественной стали. Зуко улыбнулся, когда я отдала его ему, и сказал, что его Дядя говорил ему, что хорошо всегда держать кинжал при себе — на всякий случай. Я подавила маленький смешок, он растерялся и спросил, над ним ли я смеюсь. Я ответила: «Совсем нет». Просто это то, что всегда говорила мне моя мама: «Держи парку при себе — на всякий случай», — таким строгим тоном. Просто это показалось мне забавным, вот и всё. Бежал ли Дядя с кинжалом в руке за Зуко, крича: «На всякий случай!», — каждый раз, как он выходил из дома без кинжала? Моя мама всегда бежала за мной, когда я выходила из иглу без парки. Зуко улыбнулся, сказав, что, будучи ребёнком, он бы, вероятно, сбежал бы от каждого, кто погнался бы за ним с кинжалом. Я разделяла это мудрое гипотетическое решение. — ? — Наблюдение за тренировкой по покорению огня после завтрака! Не могу не заметить, что наблюдение за огнепокорением и одновременное поедание манго с маракуйей — это лучший способ начать день. — ? — Мы организовали трехстороннюю тренировку. Аанг находился в центре и должен был отклонять все наши комбинированные атаки. Мы впервые попробовали подобное. В течение двадцати минут Аанг довольно хорошо справлялся, но потом один из камней Тоф решил немного попроказничать и выбил Сокку из гамака (он расслаблялся за чтением «Любви среди драконов» по рекомендации Суюки). Он приземлился в большую кучу, после чего последовали небольшая возня и жалобы Сокки. Тоф извинилась в своей Тофовой манере, а я помогла Сокке подняться, когда обнаружила, что на его локте осталась ссадина из-за жёсткого приземления. Я объявила, что счастлива, что дождалась этого, и Сокка со страдальческим выражением на лице спросил: «Ты так сильно ждала, когда меня ранят?» Это не важно, настало время исцелять. — ? — Сокка был самым нетерпеливым пациентом. Он корчился и протестовал, не понимая, почему он должен выступать подопытным кроликом. Я приказала ему помолчать и просто позволила Аангу приступить к лечению. Аанг глубоко вдохнул и брызнул водой на Сокку — не так, как нужно для исцеления. Он попробовал вновь, но безуспешно. Он пытался снова, и снова, и снова, начиная потихоньку впадать в отчаяние. Я говорила ободряюще, из раза в раз излагая основную процедуру исцеления, и внушала ему быть просто терпеливее к самому себе. Сокка воскликнул, что его-то терпению пришёл конец, и он просто останется жить с раной, навсегда! Он больше не нуждается в исцелении! И ему не нужен его локоть! Ему нужно просто поесть. К тому же, он хотел вернуться к «Любви среди драконов», потому что, видимо, Зали только что обнаружила, что частично была драконом, обладала драконьими силами и могла летать и покорять огонь одновременно. «Любовь среди драконов» кажется немного глупой, если вы понимаете, о чём я. Давно потерянные близнецы, похожие друг на друга, как две капли воды? Драконьи способности? Я быстро залечила ссадину, несколько раз стукнула Сокку посохом здравого смысла, — с ним было так тяжело, — и отправила его восвояси. Некоторое время посуетившись на кухне, я занялась приготовлением обеда. Аанг сидел на лавке, пока я нарезала овощи, и мы поговорили об исцелении. Он просто не мог представить, как это сделать. Он сказал, что чувствует, словно что-то его сдерживает. Я заметила, что вчера, спустя какое-то время, он сделал это, и он, кинув робкий взгляд, сказал, что, на самом деле, это мои постоянные «наглядные примеры» исцелили мою ногу. Судя по всему, я исцелила её, погружённая в свои объяснения, что даже, казалось, не заметила. Он не хотел меня разочаровывать вчера, рассказав об этом, потому что я выглядела такой счастливой, когда увидела свою исцелённую ногу, подумав, что это сделал он. Я несколько раз стукнула его посохом здравого смысла за то, что не рассказал мне вчера. Мы обмозговали разные идеи, как я могу его научить. Возможно, мне следовало достать один из манекенов, которыми пользовалась Ягода для обучения ци. Так я могла бы показать исцеление наглядно, не задействовав настоящего, живого (и жалующегося/корчащегося) пациента. Аанг думает, что это хорошая идея. После обеда посмотрю, сможет ли Тоф сделать мне один такой манекен. Аанг сказал, что после обеда времени не будет, потому что он должен сделать объявление. — ? — Ну… обед был полон событий. Аанг объявил, что хочет отпраздновать Северный Ветер, и поднялся шум (особо выделилась хромая шутка Суюки про ветер и особенности бобового блюда, которое подала я — Сокка дал ей пять). Так или иначе, Аанг хотел на неделю освободиться от тренировок и отпраздновать Северный Ветер в должных воздушно-кочевых традициях. Зуко был совершенно не впечатлён этим объявлением и сделал собственное объявление. Нет ни малейшего шанса, — ради святой Агни, — чтобы Аанг прохлаждался неделю тренировок. Аанг сказал, что Северный Ветер не был отпразднован должным образом сотню лет, потому что кое-какая нация стерла с лица земли его народ. Зуко замолк. Невозможно спорить с тем, кто взращён Воздушно-кочевым геноцидом, не выглядя при этом последним засранцем. Аанг объяснил, что воздушные кочевники встречали каждый из четырёх ветров. Мы не могли отпраздновать все остальные ветра, так как постоянно находились в дороге, или в гуще других приключений/переделок. Но сейчас мы даже никуда не собирались, околачиваясь дома, и у нас было время хорошенько отпраздновать. Зуко попытался откреститься от голословного утверждения о нашем ничегонеделании, потому что он, безусловно, очень много работал над обучением Аанга. Аанг отмахнулся от этого комментария и продолжил объявлять. Северный Ветер был ветром перемещения. Ветром изменения и турбулентности. Он праздновался в неделю тёмной луны, в последнем месяце лета — то есть, начиная с завтрашнего дня. Воздушные кочевники проводят всю неделю игры и мероприятия, которые развивали качества, нужные кочевникам для полета в условиях меняющегося и необузданного ветра. Был день логики, день терпения, день храбрости, день созидания, день подготовки, день сотрудничества, и последний — день празднования. Аанг считает нас семьёй и хочет, чтобы мы все вместе встретили Северный Ветер в истинных воздушно-кочевых традициях, следовательно, выделив этому всю неделю. Возникло небольшое сопротивление — в основном, от Зуко, а также, совсем малость, от меня с Тоф. Тоф заявила, что она должна ещё столь многое вбить в Аанга и, хотя и не возражала покутить в традициях воздушных кочевников, не считала, что им следует целую неделю гонять балду. Я тоже так думала. Зуко отметил, что был польщён, что его причислили к семье, и так далее, и тому подобное, но, громко воскликнул он, комета Созина была близко, и Аанг должен тренироваться всё то время, пока бодрствует, потому что он и близко не был готов встретиться лицом к лицу с его отцом. Временами Зуко заговаривается и называет Озая отцом, не знаю, осознаёт ли он это. Аанг во всеуслышание попенял Зуко, заявив, что для него было бы унижением со стороны огненной нации отвечать на подобное. Зуко возмутился, сказав, что не унижает его, он просто хотел его подготовить, и они завели небольшой спор о дисциплинарном подходе Зуко в обучении и отсутствии инициативы от Аанга касательно покорения огня и прочих вещей. Аанг в предисловие ко всем своим ответам на слова Зуко вставлял очень дерзко: «Не унижай меня!» Это раздражало Зуко. Неимоверно. Сокка выдвинул идею, которая помогла бы нам всем обрести компромисс и почтить традиции воздушных кочевников: мы бы могли просто проводить одну игру воздушных кочевников в день, вместо того, чтобы посвятить им целые сутки. Так по-прежнему отдавалась дань традициям, при том, что в запасе было ещё очень много времени на тренировки (унижающие или какие-либо ещё). Нас всех устроил подобный расклад вещей. Сокка составил новый график, который позволит играть в игры Аанга, а также предусматривает достаточно много времени для тренировок. Аангу была выделена вторая половина дня для соответствующих подготовок и веселого крышесносного времяпрепровождения. После того, как он ушёл, мы быстро переговорили друг с другом и было решено просто провести эту неделю развлечений Аанга. Вне зависимости от того, что задумал Аанг, мы поддержим его. Суюки заявила, что, как ей кажется, Аанг заслуживает неделю перерыва между интенсивными тренировками — она никогда не тренировала своих воинов Киоши без поблажки на удовольствия. Я произнесла, что, если Аанг хочет почтить память своего народа, мы будем самыми большими свинобразами на всей планете, не позволив ему устроить этот праздник. В конце концов, мы все были согласны на этот эксперимент и внутренне крепились перед лицом Аанговой недели воздушно-кочевых развлечений. Иногда мне в голову приходит мысль, что у воздушных кочевников, должно быть, были другие развлечения, отличные от развлечений обычных людей. Для Аанга было забавой спуститься по почтовой системе Омашу. У меня (обычного человека) не вызывала такого же трепета приближающаяся смерть. Но да ладно!.. — ? — Ужин был таким же насыщенным. Аанг разрывается от волнения, предвкушая неделю развлечений, и уверяет, что нам всем понравится. Воздушные кочевники всегда соревновались командами, они старались соединить в паре людей, обладающих равносильными навыками, чтобы игра была честной. Аанг составил три парные команды. Он решил, что в одной команде должны состоять мальчик/девочка и покоритель/непокоритель. Команды для недели развлечений Аанга: Я и Аанг Тоф и Сокка Суюки и Зуко Суюки и Зуко были не в особом восторге от такой расстановки. Суюки мельком взглянула на Зуко и спросила, можно ли ей быть с Соккой. Аанг сказал «нет», так как это будет значить, что Зуко будет в паре с Тоф, а они оба — покорители, и это принесло бы им несправедливое превосходство. Поднялся небольшой ураган протестов со стороны других участников относительно этого заявления, потому что мы с Аангом — оба покорители, находящиеся в одной команде, да к тому же Аанг был Аватаром — и не даёт ли нашей команде подобный факт громадное несправедливое преимущество. Суюки произнесла, что, если речь шла о преимуществе, самым простым выходом для неё (непокорителя) было бы встать в пару с Аангом, а мне составить команду с Зуко. Зуко выразил одобрение подобной мысли, но Аанг обрубил её на корню. Аанг сказал, что это такая же проблема, что была и до этого — в команде будет два покорителя. Для меня не было проблемой побыть в паре с Аангом — именно потому, что он являлся аватаром. И можно было положиться на его справедливость и честность, так как он аватар и хранитель мира и гармонии во вселенной и так далее, и так далее. К тому же, это был его праздник, так что они оба должны заткнуться (вообще-то, он не сказал прямо «вы оба должны заткнуться» — но таков был общий смысл речи «Я — аватар» Аанга). Суюки ворчала из-за того, что вынуждена пребывать в команде с самым раздражительным человеком во всей стране Огня и последним из тех, кто умеет веселиться, на что Зуко выпалил, что, так или иначе, пребывание в команде с ней не было его идеальным вариантом распределения. Сокка сел между ними и попросил их быть душками — словно имел дело с Соколиком и Момо. По требованию Сокки, Зуко и Суюки рассерженно пожали друг другу руки. — ? — Зуко был немного не в себе из-за того, что его назвали самым раздражительным человеком во всей стране Огня и последним из тех, кто умеет веселиться. Он жаловался на это (весьма пространно), пока мы вместе мыли посуду. Он сетовал на то, что его назвали раздражительным, и это раздражало, что, как мне кажется, довольно иронично. Он признался, что ему бы хотелось провести эту неделю развлечений Аанга в команде со мной. Я ответила, что это было бы славно, но это была неделя Аанга, и мы все согласились позволить ему почтить память своего народа в должных традициях, так что нам всем приходится подчиниться его распределению сил. Я попросила его быть любезнее с Суюки, если они собирались провести эту неделю развлечений в одной команде. Он проворчал, что ненавидел эту неделю развлечений. Я отметила, что его (обоснованная) ненависть к неделе развлечений объясняет, почему Суюки назвала его последним человеком в стране Огня из тех, кто умеет веселиться. Он спросил меня, действительно ли он не умеет веселиться. Его немного волновало то, что он становится одним из таких утех-неумех. Я поддразнила его, заявив, что он не становится утехой-неумехой, он уже им был! Он самый серьёзный человек, которого я когда-либо встречала на протяжении всей своей жизни. Втайне я очень этому рада — до того, как к нам примкнул Зуко, утехой-неумехой была я. Но на фоне Зуко я выгляжу просто королевой юмора. И всё же, я помню, каково это, когда все вокруг дразнят тебя тем, что ты терпеть не можешь развлекаться. Я ласково подтолкнула Зуко локтём, сказав, что, по крайней мере, мне с ним очень весело. На его лице появилась неуверенная улыбка, и он спросил меня, действительно ли я так считаю. Я заверила его в правдивости своих слов, просто Зуко веселится по-особенному — по-своему.