Come as you are

      Дверь в квартиру Риза была открыта. Он и правда ждал. Не так, как ждёт любовница в красивом сексуальном белье и готовая к безумным часам сношений, нет. Он просто вышел в коридор, просто ласково улыбнулся, просто коснулся плеча Джека.       Не то чтобы ему нужен был секс. Свои потребности он удовлетворял всё теми же женщинами из клуба, ощущая их на себе, словно сексуальные игрушки. Да, Риз мог дать каждой из них и всем вместе фору, он был особенным для Джека во всех смыслах этого слова. Но, кроме всего прочего, он был чутким.       Джек не ощутил лёгкое прикосновение металла к своей ноге, слишком увлечённый поцелуем, которым одаривал его Риз, он потерял счёт времени и чувство пространства. Лишь обнимал своего любовника крепче, глядя на доверчиво прикрытые глаза.       Щёлкнул замок, и Джек ощущал себя так, словно его заперли в клетке. Красивые золотые прутья обвивались вокруг спальни, когда Риз усадил его на постель и стал обнажаться. Рука Джека потянулась коснуться мест, где были гематомы, раны и повязки. Широкая мужская грудь медленно двигалась под его ладонью, дыхание Риза было спокойным, он терпеливо ждал, пока его пленник вдоволь насмотрится на всё такое же белое исхудавшее тело.       — Я в порядке, — мягко сказал он, когда костяшки пальцев Джека огладили почти сросшиеся рёбра, — не думай об этом.       Джеку хотелось бы сказать, что он не думает об этом. Что он надеялся, что будет ломать и крошить Риза сам, что это из-за него он будет страдать. Но не так. И не по его вине.       Следующий поцелуй был страстным. Джек не хотел нежности, но и грубо обходиться с едва подшитой игрушкой было бы неприятно. В этот раз они были раздеты полностью, Джек просто не мог оторваться от Риза, который, как и в его давних мечтах, распластался на постели с этой ухмылкой. Её хотелось стереть. Риза хотелось оттолкнуть.       Он огладил ладонями его ноги и колени, прижался всем телом, срывая первый вздох удовольствия. Простое прикосновение обнажённых тел. Риз что-то пробурчал, прося поторопиться, хныча о том, что у него не было секса целую вечность. Джек укусил его в плечо почти до крови, ставя новую метку, на что получил тычок под рёбра.       Постельная возня никогда ему не нравилась. Но с Ризом всё ощущалось по-новому. Тихий шёпот в темноте квартиры, шорох и короткий вскрик, когда скользкие от смазки пальцы плавно растягивают неподатливые мышцы. Джек с трепетом ощущал, как его бракованный любовник чувственно целует, как теплой ладонью касается члена, медленно оглаживая и заставляя дрожать от предвкушения.       Ризу для стимуляции хватало пальцев с лихвой. Он едва сдерживал стоны, крупно дрожа всем телом, то и дело пытаясь отстраниться. Джек мучил его, мягко ласкал, целовал и с силой кусал плечи и шею, но кончить не дал.       Несколько плавных толчков — и Джек тяжело выдохнул. Мышцы плотно сжимались вокруг члена, обилие смазки помогало делать толчки плавными и безболезненными. Но Ризу, кажется, нравилась и та небольшая боль, что Джек невольно принёс в его постель.       Громкие, совершенно несдержанные стоны. Джек раньше не слышал от Риза такого. Он всегда был сдержан, пока они были в стенах клуба. За его пределами они были не более, чем знакомыми, по счастливой случайности никогда не пересекающимися на улице.       — Джек… — сильные и медленные движения внутри сводили его с ума, Риз кусался, царапал короткими ногтями кожу и прикрывал слезящиеся глаза, шепча только имя, не прося ничего.       Джек не помнил, когда они поменялись местами. Одно бесконечное чувство удовольствия и какого-то тёплого забвения окутало его, он держал Риза за бёдра, позволяя опираться руками о свою грудь, он смотрел на него, сквозь него, словно осознавая, что это не сон.       Риз взял его за руку, получая новую опору. Худые бледные ладони сильно вцепились в руки Джека, переплетая пальцы. Риз взмок, слёзы какого-то больного удовольствия скатывались по его скулам, и он весь не мог прекратить дрожать. Удовольствие было слишком сильным для него.       Риз кончил первым, тяжело дыша и кусая губы. Джек впервые позволил себе смотреть, как удовольствие получает кто-то другой. Конечно, минутой позже он получил своё, Риз даже не возражал, когда понял, что Джек кончил в него, но наслаждения от созерцания было гораздо больше, чем от оргазма.       Они лежали в постели. Риз не просил объятий и нежности, но почему-то всё же лежал в руках Джека, спокойно позволяя тому гладить взмокшую спину и зарываться носом в волосы. В комнате было душно, хотелось курить, пить и спать. Риз вдруг засмеялся, как раз когда Джек закурил, прямо так, не вылезая из постели. Серый дым проплыл над постелью, растворяясь в спёртом воздухе помещения.       — Неужели мы сделали это в кровати, — всё ещё смеясь, сказал Риз, глядя на Джека. Тот усмехнулся и пожал плечами, вплетая пальцы в растрёпанные рыжеватые волосы, — серьёзно, я думал, мы так и будем трахаться в твоем кабинете.       — Поздравляю, кексик, мы вышли на новый уровень отношений. Перепихон в домашней койке.       Джек сказал это и нахмурился. Ему не нравилась такая постановка вопроса об их отношениях. Они оба были достойны большего. Друг с другом или по отдельности.       Ему подумалось на секунду, что Риз мог понять это. Но тот лишь забрал из его рук сигарету и втянул в себя дым сам, под искренне удивлённым взглядом.       — Ты не представляешь, как это здорово. В первый раз за всё то время, что ты спишь со мной, у меня не болит ничего. Ну, кроме задницы, — Риз неловко покашлял, смеясь и выдыхая дым. Джек легко поцеловал его. Нет. Он не понимал. И не поймёт.       — Могу сделать тебе укол обезболивающего.       — Только если игла будет большой.       — Других не имеем, детка.       Риз усмехнулся в очередной поцелуй, притягивая к себе Джека и оглаживая ладонью его задницу. И Джек снова забыл о своих проблемах, снова растворился в чувственности Риза, в его обжигающих поцелуях и сильных укусах. Риз томно выдохнул, когда язык Джека медленно скользнул по низу живота, он неловко коснулся пальцами тёмных жёстких волос, пропуская между фалангами седую прядь.       Телефон разразился мерзкой трелью, Джек нехотя потянулся за ним, извиняясь лёгким кивком перед Ризом, который одним взглядом умолял не брать трубку.       Звонил Роланд. Он был в паршивом настроении, поэтому без церемоний перешёл к делу.       — Их отпустили, Джек. Всех. Я не поощряю твои методы, но среди них убийцы, насильники и прочий сброд.       Джек молча посмотрел в зеркало прямо напротив себя. Риз сидел за его спиной и плавно оглаживал руками плечи, грудь и торс Джека, просто наслаждаясь временем вместе.       Может, будь они обычными людьми, у них могло бы всё сложиться? Без всяких трудностей и убийств. Может, Риз бы даже любил его. Если бы он не был убийцей и садистом.       — Дай мне координаты, имена, фото. Всё, что есть. Я займусь этим.       Он убрал телефон и поднялся, собирая одежду с пола. Взгляд Риза был тяжёлым, он знал, что Джек этого не оставит. А Джек не хотел менять это знание. И сам не хотел меняться.       — Тебе не обязательно это делать, — осторожно начал Риз, не поднимаясь со своего места, только наблюдая.       — Ты же знаешь, кексик. Один раз спустишь всяким уродам с рук косяки — в другой раз можешь не проснуться.       Джек ласково огладил пальцами красивое лицо своего любовника, с удовольствием глядя на то, как он целует ладонь и запястье, особенно долго задерживаясь губами на татуировке.       — К тому же, в этот раз они покушались не на меня. А на мою дочь. Это не честно и по-бабски.       Наклонившись, Красавчик Джек чмокнул в лоб хореографа и пригладил его волосы назад, словно возвращая ему чуть менее затраханный вид.       — А ещё они изуродовали мой клуб. И тебя.       — Это такие мелочи, Джек…       — Это не мелочи. Это мой сраный клуб. И ты мой. Я могу сожрать тебя, могу пристрелить, могу заебать до дыр, но ты мой, кексик.       Рука, которая только что приглаживала волосы, мягко потянула за них, заставляя Риза сильнее запрокинуть голову. Джек полубезумно улыбнулся и поцеловал Риза уже в губы.       — Тогда, прошу… Не трогай Августа, — голос Риза дрожал, и в глазах плескался восхищённый страх. Маленький мазохист находил удовольствие в подчинении. По крайней мере, пока его жизнь не стояла под угрозой.       — Малыша Августа? А, я знаю, он помог тебе. Пусть живёт. Могу передать ему от тебя любовное послание, если хочешь.       — Мы не любовники. И никогда не были.       — Правда, сладкий? Ты мне не врёшь? — вторая рука ласково надавила на горло, Риз кивнул.       — Он спас меня. Дважды.       Джек выпрямился и взял с тумбочки телефон. А потом, глянув в зеркало, привёл себя в окончательный порядок.       — Тогда время отдавать долги, Риззи. И твоей уплатой будет его жизнь. Дверь за Джеком захлопнулась, и Риз остался сидеть на постели. Там, где его, наигравшись, и бросил хозяин.       Он прикоснулся пальцами к месту, где ещё недавно его шею сжимал сам Красавчик Джек.       — И на том спасибо, Джек.       Он позвонил ему через три дня, как обычно внезапно, ночью, и за какими-то своими целями. Риз, едва открывший глаза, взял трубку, уже не глядя на экран и точно зная, кто и зачем ему звонит.       — Кексик, — голос Джека был тяжёлым, уставшим и хриплым, — я сделал это. Я нашёл их всех.       — Где ты сейчас, Джек? — Риз поднялся и стал одеваться, нужно было сразу догадаться, что Джек как обычно натворит дел, — я заберу тебя, хочешь?       — Да, детка. Приезжай. Мне хреново.       Риз поймал на улице одинокое такси. Ему сложно было уломать отвезти его в захудалый район с кучей бандитов, но за полсотни долларов таксист готов был везти его хоть на край Пандоры. И это было ему на руку. Риз очень беспокоился за Джека. Мало ли, что тот вытворил в этот раз. О нём ходили весьма красноречивые слухи. И о его характере, и о его темпераменте, и о силе… И об убийствах не одного десятка людей.       С другой стороны, Риз ловил от этого кайф. Контроль и непреклонность Джека, его эгоизм, самовлюблённость и желание быть особенным заводили Риза, он считал это безумным, странным, но неумолимо прекрасным. Он сам хотел бы быть таким, как Джек, держать всё в своих руках и легко помыкать людьми, заставляя их плясать под пулями.       Но в этот раз Риз увидел другую ипостась своего босса. Безумная ухмылка, капли крови на одежде и лице, блестящие от жажды глаза, Красавчик Джек, казалось, наконец-то поправил свою корону на должное место и теперь готов был разорвать любого.       Риз осторожно подошёл к нему, сидящему в каком-то переулке, прислонившемуся спиной к стене и сжимающему пистолет с пустой обоймой. Джек был безумцем, маньяком и убийцей. Но взгляд его изменился, стоило ему взглянуть на Риза.       — Кексик, — довольно протянул Джек таким елейным голосом, каким он обычно желает смерти или чего похуже, — ты пришёл.       — Что ты делаешь в таком месте? — первые снежинки за эту осень мягко спланировали на тёмные волосы Джека. Риз едва сдержал желание пригладить растрёпанные пряди, — давай уедем отсюда. В Перспективу.       — Риззи, я убил их, — голос его словно стал ещё более весёлым, Джек смеялся, размахивал пистолетом, а потом и вовсе бросил его Ризу, — всех. Ну, кроме того чувака, что помог тебе. Но, если бы ты не попросил, я бы точно его грохнул, клянусь.       — Джек.       — Было так приятно вышибать им мозги. Но потом у меня кончились патроны, кексик, и знаешь, что я сделал?       — Прошу тебя…       — Я стал убивать их так, голыми руками. Мне кажется, их проблема в том, что они не разбежались в разные стороны, знаешь, чтобы убить предыдущих, я потратил два дня, а эти сели в кучку и словно ждали, пока папа заберёт их.       — Остановись.       Джек замолчал, увидев протянутую руку Риза. Он не принял её, так и сидя на холодной земле, взгляд его ожесточился, он словно всё это время пытался донести до Риза истину, а тот отмахивался, как от мухи.       — Посмотри, какой я теперь. Уже не такой Красавчик, а? — Джек тяжело выдохнул, прикрывая глаза. Риз сильнее сжал в ладони тяжёлый металл пистолета, всё же оглаживая протянутой рукой волосы.       — Я ведь знал, что ты это сделаешь. Смысла разглагольствовать и плакать по этим бандитам нет. Так что давай я просто верну тебя домой.       Риз помог Джеку подняться, и тот обнял его, утыкаясь в мокрое от снега плечо. Снег никогда не держался в Пандоре больше пары часов, да и вообще климат к снегу располагал очень редко. Улицы здесь всегда были грязными, тёмными и опасными.       — Ты воняешь, — тихо заметил Риз, на что получил слабый, но ощутимый тычок под рёбра. Джек фыркнул.       — Кто-то из этих лохов обделался, только увидев моё лицо.       — Ну и мерзость.       — Ага.       Зачем они поцеловались так, посреди улицы, оба перепачканные в крови и грязи, Риз не знал. Он просто чувствовал, как под его рукой расслабляется спина Джека, как он успокаивается, возвращаясь в состояние колючего босса.       Проходящий мимо бандит вдруг захотел отыграться за свою никчёмную жизнь и заорал:       — Эй, педики! Езжайте отсюда, здесь вам не Перспектива, чтобы сосаться где попало.       Ризу как-то автоматически пришла идея поднять дуло пистолета на него. Джеку пришлось разорвать поцелуй и отстраниться, чтобы показать мелкой сошке, кто тут главный.       — Где ты проебал свой страх, малыш? — Джек говорил спокойно, но плавно выгнул бровь, словно предупреждая, — помочь тебе его найти, или ты справишься без папочки Джека?       — Бог ты мой, Красавчик Джек, я не…       — Блять, просто свали отсюда. И если я услышу хоть маленький шёпоток о том, что ты сегодня увидел, то оторву твои гениталии и скормлю своим собакам, а тебя заставлю смотреть.       Парень трусливо сбежал, и Джек снова позволил себе расслабиться. Риз же, мастерски выудив из кармана босса телефон, набрал знакомый номер.       — Ангел? Привет, это Риз. Нет, ничего не случилось, просто твой отец в слегка разобранном состоянии. Нет-нет, не приезжай. Тебе лучше остаться дома. Просто пришли за нами кого-нибудь из охраны. Да, я вышлю карту. Прости, что разбудил. Пока.       — Опять всё скидываешь на мою дочь? — Джек недовольно заворчал, выпрямляясь и глядя Ризу в глаза. Тот лишь ласково улыбнулся.       — Это твоя любимая привычка. Не моя.       Ещё немного повозмущавшись, Джек снова уткнулся лицом куда-то Ризу в шею и обнял его крепче. Риз, почувствовав под пальцами тёплую кровь Джека, только вздохнул.       Уговаривать самого Красавчика Джека поехать в больницу — это задача не его уровня.