Come as you are

      Безумие — вот что ощущал Риз, сидя в чужой квартире и сжавшись в комок напротив пустой стены. Он никогда не строил долгоиграющих планов, да и как это было возможно, когда у тебя нет никого, кроме одного-единственного друга, которого не очень хочется обременять своими проблемами. Ему казалось, что вот уж сейчас его жизнь наладится: его новая работа была просто прекрасной, новая квартира, не его, конечно, была просторной и идеально подходила для утренней разминки, а его любовник, подаривший ему всё это, был страстным, щедрым и иногда даже очень ласковым. Кто бы мог подумать, что всё это может рухнуть так просто лишь потому, что этот самый любовник стал испытывать особенные чувства к Ризу.       Риз об этом, конечно, знать не должен был. Робкие взгляды Ангел и особенное отношение Джека рассказали ему больше, чем любые слова. Это пугало. И делало всё сложнее.       Джек ничего не просил. Ну, кроме того, что просит деспотичный босс и любовник. Но это было мелочью по сравнению с теми запросами, которые мог выдвинуть влюблённый человек, находящийся в отношениях. Ризу от Джека ничего не было нужно. Он бросил бы всё, что тот ему дал, просто чтобы продолжить заниматься с ним сексом и не думать о чём-то возвышенном.       Хотя, конечно, одного секса уже было недостаточно. Джек умел притягивать своей потрясающей аурой власти. Ризу нравилось подчиняться. И подчинять Джека. Ему хотелось бы остаться с ним, делить с ним самые грязные тайны, помогать ему, чувствовать на себе эти долгие, бессмысленные взгляды. Но его пугала возможность обременить себя чем-то большим, чем просто работой.       А потом ещё эти фотографии. Риз ведь не мальчишка, он прекрасно понимал, что Джек проверяет его. Вопрос о доверии между ними не стоял никогда. Джек доверял Ризу достаточно сильно, чтобы оставить свою дочь рядом с ним. Риз доверял Джеку в рамках дозволенного, которые, однако, Джека не смущали. Похоже, он готов был принять всё как есть. Зря, наверное, он так вспылил.       Мысль об этом заставила Риза поморщиться. Он столько терпел выходки Джека. Тот позволял себе слишком много. Пытался убить его, пусть и неосознанно, орал после любого неверного шага, молча ревновал к каждому столбу, включая свою дочь. А ещё он позволил себе то, чего Риз боялся больше всего. Джек влюбился в него. Молча, стиснув зубы и сжав кулаки, он сверкал своими красивыми разноцветными глазами, когда Риз срывался на него, но не сказал и слова. Он жалел Риза лишь потому, что любил его.       Он сглотнул противный ком у горла. Влюблённый в него убийца. Ощущение, будто он коллекционирует этих психов.       В ту ночь Риз не смог уснуть. Он смотрел в окно, где плавно на землю опускался снег, тут же превращаясь в грязь. На его телефон в беззвучном режиме пришёл уже тридцатый дозвон от Ангел. Он не был готов ей сказать в глаза: «Я расстался с твоим отцом». Хотя бы потому, что после этого можно спокойно добавить: «И завтра я буду лежать в ближайшем морге с разбитым лицом. А то и вовсе без головы».       Но вечно прятаться было неправильно. Он, как ни в чём не бывало, пришёл на работу на следующий вечер. И… И ничего. Спокойный и обычный вечер, плавно перетёкший в ночь, прошёл как обычно, даже лучше. Работники всё так же слушались. Видимо, Джек не уволил его. Видимо, Джек ещё отыграется на нём.       Однако, сам хозяин клуба на работу не явился. Впрочем, это не было удивительным фактом — Джек предпочитал либо усердно работать сутками, либо от души развлекаться где попало.       Мысли о Джеке снова заставили Риза тяжело вздохнуть. Казалось бы, их ничего не связывало, они просто… Просто спали друг с другом. Скидывали напряжение. В конце концов, они оба начали с этого. С секса. На нём всё и должно закончиться.       Сложно было переварить и отказаться. Риз каждый раз испытывал желание очистить желудок где-нибудь в ближайшем туалете, когда вспоминал свои не самые лёгкие времена. Конечно, некоторые сцены относились и к недавнему времени. Но последние полгода рядом с ним был Джек. Он искусно создавал ему проблемы. Самые жуткие и самые прекрасные. И разрешал их как по волшебству, взмахнув своей сильной, широкой ладонью. Часто от такого волшебства не хотелось уходить. Ещё чаще Джека хотелось прикончить. Просто чтобы он перестал мучить его. Хотя бы ненадолго.       В клубе было душно, Риз задыхался от этого, ему хотелось сбежать, исчезнуть и начать всё заново.       И что особенного в нём нашёл Джек. Риз правда хотел быть одним из, не более. Ему хотелось бы, чтоб Джек, наигравшись, забыл и бросил. И не смотрел больше своими злыми, прищуренными глазами, блестящими, словно тёмные драгоценности под жёлтым ласковым светом.       — Попался!       Ангел обняла его за талию и прижалась щекой к спине. У Риза больно кольнуло в груди. А если Джек запретит им общаться? Этого он допустить не мог. Ангел была его другом. А он был её единственным другом.       — Отец разрешил тебе приехать сюда? — Риз повернулся к ней, но из объятий не вырвался. Голубые глаза смотрели почти горько, она словно жалела его, хотя повода не было. Пока не было.       — Не думаю, что после вчерашнего ему хочется узурпировать кого-то. Я знаю, что ты поругался с ним, Риз.       — Ты пришла просить за него?       — Не совсем.       На улице было прохладно. Риз не знал, что в этом клубе есть балкон, и тем более не знал, что здесь часто проводит время Джек. Окурки от его любимых сигарет были буквально повсюду. Видимо, сюда больше никто и не ходит.       Смахнув грязь с перил, Ангел прижалась к ним спиной. На улице было холодно, а она была в одном пальто, которое милостиво отдал ей Риз. Сам он холода не чувствовал. У него горело внутри, словно он выпил литр спирта, а теперь пришёл слегка проветриться.       Тяжёлая шерстяная ткань то и дело соскальзывала с узких плеч девушки, обнажая её шею и тонкую одежду, явно не предназначенную для холода. Похоже, что она собиралась наспех: на ней были простые джинсы и лёгкая майка. Голубая татуировка ласково охватывала кожу её тонкой белой руки, оглаживая по линии локтя и запястья. Она держала Риза за руку, и их пальцы были такого одинакового иссиня-белого цвета. Риз ощущал себя так, словно она его дочь. Ведь они были поразительно похожи внешне и характером. Может, поэтому Джек выбрал его.       — Он вчера вернулся домой и сел в своем кабинете. Я… Не смогла подойти к нему. Я побоялась, что не найду нужных слов.       В другое время Риз даже посмеялся бы над этим. Сам Красавчик Джек заперся в четырёх стенах и никого к себе не подпускает. Это выглядело… Смешно. И пугающе. Может, в своём кабинете он строит планы, как бы убить Риза? Это было бы самым простым решением. Самым быстрым и простым.       — А сегодня утром его уже не было. Он уехал куда-то, не знаю, зачем. И если он не здесь, то, вполне возможно, он…       — Стоп. Я не хочу этого слышать. Он может идти на все четыре стороны со своим чувством собственного превосходства.       Она с силой сжала его ладонь. В неправильном свете фонарей её лицо выглядело почти угрожающе, но она не хотела пугать Риза. Отчаянное желание помочь, как и у Джека, вылилось в долю грубой, неосознанной ласки.       — Ты будешь под прицелом, если уйдешь сейчас.       — Я уже под прицелом. Мне не кажется, что я в безопасности, когда он смотрит. Словно целится в затылок.       — Это не самое худшее.       — В худшем случае мой труп найдут в коробке, присланной Джеку курьером.       Ангел покивала, подтверждая его слова. Похоже, у Красавчика Джека и шерифа были достаточно глубокие отношения. Это казалось почти безумием. У кого с Джеком могли быть настолько серьёзные отношения? Хотя…       — Я знаю, ты не хочешь, чтобы он доставлял тебе проблемы своими эмоциями. Иногда он слишком несдержанный. Но он трус. Ты должен всегда помнить это.       Несмело приобняв девушку за плечи, Риз отвел её в душный клуб, провонявший дымом и страстями.       Он не решился сказать ей, что ничем не отличается от Джека. И, как бы ему не хотелось остаться, он просто не мог.       Со стены у кабинета директора на него укоризненно смотрел улыбающийся Красавчик Джек, старый рекламный плакат, не более. Но его взгляд жёг спину.       Риз ушёл из клуба только утром. Он уже подумывал переехать в другой город.       — Ты должен поехать со мной.       Она властно вручила ему билеты в конверте и принялась притопывать ногой, видимо, ожидая.       Риз закатил глаза и решил, что эта черта досталась ей от отца. Всё моё — моё.       На билетах была написана точка отправления. А ниже — точка прибытия. С географией у Риза всё было прекрасно, поэтому он без труда вспомнил, к какой части штатов относится город.       — Гавайи? Ты решила закончить мою жизнь на Гавайях?       — Почему сразу закончить? — Ангел присела рядом с ним, забирая билеты обратно. К слову, Риз успел выхватить из билетов яркую пометку «бизнес-класс». Хотя, кто бы сомневался, — у тебя сейчас заслуженный отдых. Ну, по крайней мере, ты можешь себе его устроить. В клубе останется Вон, думаю, за это время ничего не случится. Да и после тех слухов, что прошлись во время убийств всех бандитов, напавших на клуб…       — Ты отошла от темы.       — Да. Так вот, к чему это я. Ты поедешь со мной. Тебе нужно расслабиться.       — Если твой отец меня уволит — я пойду по миру, ты ведь знаешь это?       — Да, да… Кстати, о моём отце.       Ангел подняла на него взгляд, почти провинившийся и отчаянно-ласковый. И Риз, кажется, понял всё без слов.       — Я не могу поехать. Нет, нет и ещё раз нет. Я должен быть здесь… Он ведь просил меня.       — Это было до того, как вы расстались.       — Мы не встречались.       — Не суть. Ну так?       Ещё раз косо посмотрев на билеты в чужих руках, Риз потёр шею и вздохнул. В конце концов, он ведь ни разу не был на отдыхе… Ну, не считая тех моментов, когда они ездили с труппой по миру. Но там отдыха было мало. И жители пляжей не очень любят балет. Ангел дала ему прекрасную возможность. Так почему бы ей не воспользоваться?       — Хорошо, я в деле. Но…       — Все расходы и злость Джона на мне. Обещаю.       Ангел поцеловала его в щёку и, совершенно довольная, упорхнула куда-то по своим делам.       Может, свалить из города — не такой уж плохой вариант?       У Джека по жизни было два развлечения — решать судьбы людей или убивать их. Так он чувствовал себя подобием бога. Он с лёгкостью мог заставить человека плясать под пулями, а мог одарить его всем, что имел. Всё зависело от настроения.       И пока Джек пребывал в паршивом настроении, жизни не было никому. Он знал это, но всё равно предпочёл не появляться в клубе и дома. Ну просто… Потому что вот так. Оправданий он мог найти себе тысячи, но причина всегда была одна. Ладно, две причины.       Сутки он пропивал своё здоровье в своём домашнем кабинете. Занимался конструированием. Его это успокаивало со времён университета. Маленький робот ездил по столу, пища что-то отвратительным голоском, наворачивал круги по испорченным пеплом и алкоголем документам. Джек то и дело переставлял неуклюжее создание, помогая ему преодолевать препятствия вроде пепельницы и окурков вокруг. Это было глупо — поддаваться меланхолии который день подряд, заниматься невесть чем. Конечно, иногда он приходил в себя, созванивался с людьми, которые работали на него. Отдавал незначительные приказы и проверял, всё ли нормально. Но в остальном он хотел только нажраться и выйти на улицу, чтобы стрелять по живым мишеням.       Он совсем недавно потерял Нишу. Он не мог отпустить ещё и Риза.       — Не хочешь рассказать мне что-нибудь? — раздалось эхом в голове Джека. Голос его бывшей подружки преследовал его и в алкогольном забытье, казалось, женщина вот-вот войдёт в его кабинет, сядет на стол и поправит пистолет на бедре.       — Да о чём мне с тобой разговаривать? — Джек фыркнул и с глухим стуком опустил ладонь на стол. Маленький сконструированный робот подпрыгнул и упал, перестав издавать вообще какие-либо звуки.       Красавчик поднял взгляд и посмотрел на стоящую рядом дочь. В клубах сизого дыма и шёлковом синем платье она была поразительно похожа на свою мать. Даже волосы так же были заколоты. Только молодое белое лицо и голубые глаза отличали её от бывшей жены Джека.       — И куда ты в таком виде?       — К Ризу.       — Даже не… Не произноси его имя в этом доме.       Ангел вздохнула и взяла из его рук стакан, наполненный тёплым виски. Джек попытался возразить, но девушка легко опрокинула его обратно в кресло, зная, что ей он вреда не причинит.       — Ты не можешь злиться вечно, к тому же, ты сам виноват, Джек. Всё ведь было так хорошо.       — Не-а, нет, нет, нет. С этим мудаком ничего хорошего быть не может.       — Забавно, но он то же самое сказал про тебя.       Джек фыркнул и скрестил руки на груди. Он искренне признавал себя засранцем, правда в хорошие дни он больше склонялся к мысли о самопожертвовании во имя чего-то по-настоящему важного. Но чтобы Риз считал его мудаком… Такого он не ожидал.       Ангел накинула на плечи куртку и вздохнула. Конечно, ей хотелось бы помочь отцу, каким бы засранцем он ни был. Но шансы таяли на глазах.       — Он тоже не будет злиться вечно, Джек. Он всё ещё на твоей стороне.       Словно забывший об этом, Красавчик Джек довольно заулыбался. Конечно, на его, ведь Риз не мог сорвать такие планы и амбиции Джека впустую. В это всё слишком много вложено. Риз понимал это и ценил. Маленький умный пёсик.       Решение пришло с захлопнувшейся дверью кабинета. Отступать было нельзя. Джеку нужен Риз. А Ризу нужен Джек. Они зависят друг от друга, не в эмоциональном плане, но хотя бы в физическом.       Джек должен привязать Риза к себе. Любыми способами. До самого конца. А потом пусть катится, куда хочет.       Съездить на Гавайи было идеей Джека. Отдохнуть, расслабиться и забыть о проблемах и немного повеселиться. Конечно, веселье с Ангел было крайне подозрительным занятием: без охраны Джек был вынужден самостоятельно присматривать за девушкой, но та вдруг заявила, что хочет взять с собой кое-кого.       — Надеюсь, это какая-нибудь милашка из твоей школы, — задумчиво протянул Джек, но, почувствовав спиной выразительный взгляд дочери, фыркнул, — ну что? Меня всегда привлекали молоденькие красотки. Неужели у тебя нет красивых подружек?       — Зато у тебя их целое море, — Ангел бросила в него попавшуюся под руку рубашку, вызывая усмешку.       — С этим не поспоришь.       Конечно, Джек говорил не всерьёз. Ему было достаточно проблем и со своими пассиями. Кто-то названивал ему, требуя непонятно чего, кто-то пытался даже шантажировать. Джеку в принципе любые эмоциональные проявления женщин были по боку, исключением из этого была только Ниша. Хотя, она и сама не любила всю эту мишуру. Дело сделано, можно и потрахаться.       Вещей набралось совсем немного, Красавчик собирался вдоволь отдохнуть, а не наведываться в общество — этого дерьма ему хватало и в Пандоре. Ко всему прочему, он хотел как следует разгуляться, подцепить кого-нибудь или перекинуться с местными богачами в карты. Свой собственный дом на Гавайях он купил давно, каждый сосед знал его в лицо, каким бы известным он ни был. Но в последние годы он появлялся там всё реже, хотя бы потому, что его дочь стала чуть более не терпимой к контролю папаши, да ещё и начала сбегать из дома. С появлением в клубе Риза всё немного изменилось, конечно, но не то чтобы радикально…       Джек отогнал от себя мысли о молодом горячем хореографе. За эти несколько дней он осознал, насколько Риз стал частью их жизни. Он как бы слегка привык к такому роду… Отношений. Риз устраивал его. Он был хорошим человеком, прекрасным любовником и неплохим отцом. Конечно, Ангел уже не требовалась чья-то забота, но из них двоих она больше тянулась к Ризу.       Хотя, сложно сказать. Джек просто не мог позволить себе таких слабостей. Ангел могла. Женщина, в конце концов…       Джек уже сидел в самолете, ожидая, когда на посадку пройдёт и Ангел. Она, конечно, пришла. Не одна, как и обещала.       — Привет, — неуверенно сказал Джек, глядя в искренне удивлённые карие глаза.       — Привет.       Поразительно. Он с такой легкостью забыл, как выглядит Риз. И что он не только хороший человек, но ещё и красивый мужчина.       Риз занял место рядом с Ангел. А когда та уснула, укрыл её пледом и перебрался к Джеку, вызвав у того минутное помутнение рассудка. Но он только выгнул бровь, демонстрируя свой скептицизм Ризу.       — Не смотри на меня так, — мужчина тяжело вздохнул и поёжился от холода, — я ничего не знал.       — Я думал, ты вообще уйдёшь из клуба. И от неё.       Джек легко кивнул в сторону спящей Ангел и скрестил руки на груди. Риз вздохнул. Ну, сейчас начнётся.       — Давай договоримся, Джек. Мы, вроде как, не очень хорошо закончили.       — Хмпф.       — Дай договорить. Думаю, то, что мы больше не спим друг с другом, никак не должно влиять на твою дочь. Я уважаю вас обоих, но я не могу… Не могу вечно быть под твоим контролем. Это подло, Джек.       Красавчик Джек долго смотрел в иллюминатор. Риз не ждал его ответа, это очевидно. Он просто хотел убедиться, что совместная поездка кончится так же, как и началась. Без инцидентов, рукоприкладства и ругани. Этого Джек гарантировать не мог.       — Делай, что хочешь. Заебали нудеть.       — Спасибо, Джек.       Риз ласково сжал его пальцы и вернулся на своё место, оставив Джека наедине с собой.       Ему теперь только и оставалось мысленно проклинать свою дочь. Потому что это было одним из самых худших решений в её жизни.