Kaiser

— Ох, да что с тобой не так? — тихо сказал Майк, аккуратно пытаясь разбудить Фрэнка. Все снова шло не так, как хотелось бы, но нежелание браться за холодную воду было выше, чем надобность будить принца. Он подумал, что тот может-таки поспать на полчаса больше, но больше он терпеть такого не будет. Не дожидаясь пробуждения Фрэнка, Майк позавтракал и приступил к работе; когда же рыжий уже порядком проголодался, он соизволил встать с постели, медленно подошёл к Майку, в недоумении от такой любезной снисходительности к нему. Со лба пекаря скатывались маленькие капельки пота, а волосы прилипали к коже из-за жара из печи. — Слушай, а покушать чт… — Фрэнк, сегодня для тебя особое задание! — воодушевленно сказал Майк, отрываясь от теста. Он вытер лоб рукавом и присел на лавочку. — Ну, а покуш… — Сегодня ты идёшь на рынок, — Майк улыбнулся и встретился с испуганным взглядом принца, в голове которого мигом пронеслись кадры воспоминаний о времени, проведённом там. — На улицу, что ли?! — он вскинул брови, отступив назад. — Понятное дело. У нас совсем ничего не осталось. Я дам тебе список, а ты купишь, ладно? — Майк выдохнул, снова поднялся и принялся за работу. — Так у нас хлеб есть. Я могу и его поесть, — он махнул рукой на блондина, явно не собираясь уходить за продуктами. — А печь я тебе его из чего буду? — Ну, у нас же есть мука! — Может, ты ещё и яйца снесешь?.. Или одолжишь свои? — Майк улыбнулся и вскинул бровь, взглянув на обиженного принца. — Очень остроумно! *** Фрэнк, скрипя зубами, все же вышел на улицу. Было ли страшно? Безусловно. Он думал, его в этот раз точно либо задавит какой-нибудь негодяй, либо украдут все, что есть. Держа в голове список всего, что нужно купить, Фрэнк сжал в руке монеты, направляясь в толпу. Он стал искать лавчонки, более или менее похожие на то, что ему нужно. Найти что-то среди толпы орущих людей было трудно, особенно когда дипломации принца это было не подвластно. Получается, все, что он до этого так или иначе умел, здесь не стоит ничего. Все его знания, умения, заученные фразы и этикет здесь — всего лишь пыль. В этом диком обществе, где каждый сам за себя и где нет ничего святого ни для кого из людей. Расплодившись, люди стали вести себя как звери, чем больше они узнавали, тем чаще в них возникал так называемый когнитивный диссонанс. Веруя в сотни Богов, они перешли к одному, некоторые совсем перестали верить; из-за собственных убеждений или из-за научных доказательств — не важно, но все постепенно менялось. Общество принимало новый вид. Теперь возникали войны все чаще, и с каждым годом они становились все ожесточеннее. И, осознавая это, Фрэнк понял, как ничтожно все то, что делают эти люди. Их имена никто не запомнит, а их портрет никогда не будет висеть в каком-нибудь приличном доме. Совсем расклеившись, Фрэнк немного подзабыл, что велел купить Майк. Он растерянно стоял посреди толпы, не зная куда идти и что делать. Мимолетно он услышал кудахтанье курицы, и это, безусловно, напомнило ему о самой главной и самой небезопасной покупке, учитывая его некоторую — что есть, то есть, — неуклюжесть. Фрэнк подошёл к мужчине средних лет, небрежно одетому и явно имеющему проблемы со здоровьем. Он держал клетку с курочкой, которая уже явно устала от жары и голода. — Здравствуйте, мне нужны яйца. — Да по тебе видно, что нужны, — мужчина грубо засмеялся, с завистью разглядывая нежную и невероятно бледную кожу принца, его чистые шелковистые волосы и, конечно, здоровые зубы, что было явной редкостью среди его целевого окружения. — Я бы, разумеется, с удовольствием поболтал бы с вами подольше и дал бы вам попрактиковаться в своем остроумии… — Ээ? — …но мне нужны куриные яйца. У вас есть курица. Можете дать? — Смешной ты. Слушай, я смотрю, ты устал слегка? Не хочешь развлечься? — Да, не помешало бы! — Фрэнк вздохнул с усталой улыбкой. Он явно не понимал, что они с этим загадочным мужчиной со странной курицей, которая не может снести яйца, говорят о разных вещах. *** — Во, пришли, — мужчина подвел Фрэнка к слегка покосившимся кибиткам и громко постучал в дверь одной из них. — Антея! АНТЕЯ, КУРВА ТВОЯ МАТЬ! Открывай давай, я привел к тебе человека. — Иду-иду, — из-за двери вместе с воркованием донесся легкий быстрый шаг, и кибитка распахнула свои двери, являя миру женщину лет тридцати-сорока вполне достойного вида с распущенными кудрявыми волосами цвета воронова крыла. — О-о-о, здравствуй-здравствуй, Карл! Кого это ты привел? — Ему бы поразвлечься, — Карл панибратски хлопнул Фрэнка по плечу, и тот отступил, с непониманием глядя на мужчину. — А то он, это… ученый слишком! Женщина, которую, очевидно звали Антеей, с любопытством осмотрела Фрэнка, обойдя его кругом, и улыбнулась, щелкнув пальцами: — Развлечь — это мы запросто, правда, девочки? Спасибо, Карл, он очень-очень мил, как говорят французы, просто charmantè… — она обхватила Фрэнка за плечи — на него пахнуло розами — и подвела поближе к кибиткам. Фрэнк беспомощно оглянулся на Карла, но владелец ненесущейся курицы только усмехнулся, обнажая в ряде мест гнилые зубы, и поднял ладонь, будто говоря: «Ну, бывай». Антея тем временем буквально впихнула юношу в одну из кибиток, которая оказалась совершенно пуста, и попросила его подождать. Обстановка не радовала глаз — потолок был настолько низок, что даже Фрэнк при своем невысоком росте почти упирался в него головой, а стены не были толком ничем украшены, кроме гравюр, при взгляде на которые Фрэнк испытал странную смесь любопытства и стыда. Почетное место в центре кибитки занимала большая постель, очевидно, на соломенных тюфяках. «Наверное, здесь кто-то спит, » — подумал августейший юноша и осторожно присел было на краешек, но решил, что, пожалуй, это невежливо, и снова поднялся, осторожно подходя к одной из гравюр. — А вот и мы! — пропела Антея, открывая дверь, и Фрэнк, все еще красный от увиденного на гравюре, повернулся к ней… Ох, Пресвятая Дева Мария, зачем он это сделал. Нет, на балах он, конечно, кучу раз танцевал с девушками, с некоторыми разговаривал, но все, что он видел — это зона декольте да руки, то есть, то, что открывало платье, а здесь… Он с трудом сглотнул и украдкой расстегнул пуговицу у горла, потому что ему вдруг стало неуютно. На него смотрели облегаемые талии, обнаженные бедра, голые тонкие щиколотки и выглядывающие в самых откровенных вырезах груди разнообразных форм и размеров, и он не мог не глядеть в ответ. Обладательницы всех этих прелестей подхихикивали и переглядывались, но абсолютно раздавленный таким обилием белого, персикового и золотистого женского тела Фрэнк ничего не замечал и реагировал с трудом. — Ну, что скажешь? — Антея махнула рукой в сторону этого сбора прелестей и выжидательно вскинула брови. — О… хм… ну, они… прекрасны… Девушки прыснули. — Да, — Антея терпеливо кивнула. — Но какая тебе больше нравится? Уж сложный выбор, так сложный выбор, однако. Фрэнк еще раз обвел глазами ноги и выделил двух фавориток. Хорошо. Но у одной грудь, объятая мягким кружевом, была значительно лучше, поэтому Фрэнк наконец медленно поднял взгляд на лицо девушки. Бойкие зеленые глаза смотрели весело и без страха, слегка вздернутый носик был усыпан легкими веснушками, а черные, как у Антеи, но, в отличие от нее, кудрявые волосы были заплетены в две тугие косички, которые змейками спускались на тугую, высокую… ох. — Все фрау, — девушки зашлись хохотом, — конечно, очаровательны, но мне больше всех приглянулась вон та… кх-м… с черными косами. Девушка усмехнулась, показывая слегка неровные зубы, которые, однако, не портили ее, даже наоборот, придавая ей какой-то шарм. — Отлично! — Антея хлопнула в ладоши и почти толкнула чернокосую в руки Фрэнка, который тут же покраснел, когда прикоснулся к бархатной коже. — Остальные вон, пошли-пошли! Дверь закрылась. Девушка была с ним одного и того же роста, даже, наверное, чуть-чуть повыше, но Фрэнку было крайне тяжело смотреть ей в глаза. — Как вас… кх-м… зовут, фрау? — Меня? — девушка иронично вскинула левую бровь, очевидно, забавляясь тем, как Фрэнк страдает, глядя в стену, с прилившей к щекам кровью. — Беллатриса. Можно Беллой, некоторые даже Беллкой зовут. А ты чего красный-то такой? Первая я у тебя, али как? — П-первая? — Ну, спал с кем-нибудь? — Эээ, — Фрэнк не был до конца уверен, что правильно понял, — нет. — Это ничего, — Беллатриса пожала плечами и прошла к кровати, на которую полусела-полулегла, откинувшись на согнутые локти. — Тебе тогда, кстати, повезло — я ученая, обскажу все да покажу. — Что покажете, фрау?! Беллатриса вдруг гортанно расхохоталась, выпрямляя корпус, но откидывая голову назад. — Что покажу? Ты че, серьезно? Ты куда пришел, голубь, а? — Да я откуда знаю… Меня вели, я шел, а тут вы все такие, — он изобразил руками две выпуклые полусферы напротив груди. — Вот я и не знаю вообще, куда и зачем… — Ну, даешь, — Белла покачала головой. — В бордель ты попал, милдруг, вот что. А здесь люди трахаются, смекаешь? — В бордель?! — Фрэнк в ужасе замер, а потом на негнущихся ногах дошел до кровати и неосознанно рухнул на нее, сжав голову руками. Вышел за яйцами, язви его. Майк точно его скалкой побьет. Майк… Ужас смешался с чувством вины. — Ты чего? — Белла осторожно тронула его за плечо. — Боишься, что ли? — Фрэнк покачал головой. — Любишь кого-то? — Пожалуй, что… кх-м, да. Я не хочу сказать, — поспешил добавить он, — что вы некрасивая, фрау, прошу, не обижайтесь, но… — Да ты чего? В порядке все. Это нисколько не мешает, — девушка передернула плечами, суставы которых хорошо просматривались, придавая ее декольте некоторую угловатость, несмотря на то, что назвать Беллу худой было нельзя. — Разве? — Конечно, — Беллатриса кивнула с самым серьезным видом и подсела ближе. — Это даже хорошо — сам подумай, ты сейчас все узнаешь, что да как, а потом проблем не будет, — она была так близко, что он чувствовал ее запах, а дыхание щекотало кожу. — А если ты, это, не можешь, представь, что я — это она. «Он, » — мысленно поправил Фрэнк и беспомощно оглянулся на дверь. Белла тем временем решительно села к нему на колени, обхватила шею руками и прижалась к его губам своими. *** Майк, продав очередную партию булочек, устало сел на стул, вытирая пот со лба. Часы на площади пробили полдень. Хм, своего «коллегу» он так до сих пор и не наблюдал. Решив, что Его Светлость просто заблудился, Майк подумал, что нет романтичнее подвига, чем спасение несчастной души, поэтому тут же направился искать рыжего гнома среди сотен голов. Это, правда, оказалось значительно труднее, чем он рассчитывал. Ссылаясь на недалекость разума принца, когда дело касалось хозяйственных забот, Майк направился к рядам с яйцами. Каждый из продавцов старался зазывать к себе оригинальнее, чем сосед, но, узнав цену, многие проходили мимо, не обращая внимания на вопли вслед, обещающие скидки. Майк спрашивал у продавцов про мужчину, которого ищет, но продавцы только пожимали плечами и спешили всучить ему товар. В толпе мелькнуло знакомое лицо в обрамлении угольно-черной гривы волос, и Майк поспешил к бордель-маман, чтобы тоже расспросить, не видела ли она мелкого хама с шикарной кожей — она-то его бы сразу приметила, без сомнений. — Антея, дорогая, привет, — Майк натянуто улыбнулся, опираясь рукой на здание рядом с ними. — Слушай, тут такое дело… — Белла пока занята, подожди, — женщина мягко и немного игриво улыбнулась, заглядывая Майку в глаза. — Нет… Нет. Я не по этому поводу. Мне нужно парня одного найти. Он такой… Ну… Низкий, бледный, странный немного и волосы такие… цвета ржавчины, не видела? — Ну, как это не видела? Видела, — Притчард облегченно вздохнул, но ненадолго. — Он в той кибитке, — Антея небрежно махнула рукой и не успела глазом моргнуть, как Майк решительно открыл двери в кибитку и влетел внутрь. На коленях у принца вальяжно сидела брюнетка с двумя косичками, еще только начинавшая снимать с него штаны, а тот сидел, прикрыв глаза и ничего не предпринимая. — Я что-то не понял! — Голос Майка в этот момент был пропитан ненавистью и даже лёгкой опаской, и, будь у него время все обдумать, он бы обязательно задумался над своими чувствами — с чего бы ему вдруг так злиться? Ведь ярость почему-то пришла не из-за того обстоятельства, что незадачливый помощник вместо лавки с яйцами попал в бордель, а потому, что он, черт возьми, попал в бордель и с ним уже почти занялись делом! Притчард, подойдя к кровати, мягко скинул барышню с колен парня и, взяв того за шиворот, потащил на выход, как нашкодившего щенка. В ответ он услышал только лёгкий писк — принц еще не до конца отошел от ловких пальцев жрицы любви. — Майк? — проворковала девушка, глядя вслед мужчине, на что он не мог не обернуться. — Да? — теперь он точно понял, кто же занял Беллу. — А вы знакомы? — Райт, придя, наконец, в себя, не смог не вставить свои пять копеек, но в ответ получил только тихое «Нет», и его снова развернули и потащили к выходу.