Каким бы ни было название, оно всё равно получится элитным

День начался как нельзя лучше. Нобумэ проспала почти до обеда и проснулась от звона будильника. Хлопнув по надоедливому предмету, она сладко поморщилась от щекочущих солнечных лучей и потянулась. Пора вставать, скоро заявится хмурый и недовольный наставник. Погода выдалась отличной, в меру тёплой и ветреной. Снаружи слышались голоса Шинпачи и Кагуры. Через дверь просачивался чудесный аромат отравы. Нобумэ несколько секунд смотрела в потолок. Солнечный свет отражался от белых стен и щипал глаза. Кровать Нобумэ находилась прямо за письменным фиолетовым столом – иногда, когда девушка смертельно уставала и была не в силах держаться на ногах, она плюхалась на постель и ударялась о выступающую над ней столешницу. Нобумэ давно хотела сделать в комнате перестановку, но её останавливал тот факт, что новое расположение сиреневой мебели будет для неё неудобным и несподручным. Нобумэ поднялась с кровати и направилась к зеркалу. Ничего нового, грудь на месте, кожа чистая, волосы блестят, нужно только расчесать. Ресницы настолько длинные и лоснистые, что красить не было необходимости. Когда она открыла шкаф, первой её мыслью было: «что же сегодня надеть?». И вот, она выбрала плиссированную юбочку, чуть выше колена, и блузку с короткими рукавами, которые как нельзя лучше подчёркивали её худенькие и изящные ручки. «Меня зовут Имаи Нобумэ. Мне восемнадцать лет. Сегодня я и учитель посетим корпорацию моего опекуна, Сасаки Исабуро. Я…» – Что ты делаешь? – знакомый унылый голос оторвал девушку от крайне важного занятия. – Читаю внутренний монолог, – захлопала глазами Нобумэ. – Господи, что за убогий деревенский наряд? Оденься поприличнее, иначе Сасаки убьёт меня, – Гинтоки развернулся и почесал кучерявый затылок. – Спускайся быстрее, я уже вызвал такси. Нобумэ посмотрела ему вслед. «Почему-то вы не соизволили одеться поприличнее», – подумалось ей. Она мигом накинула на себя пиджак и выбежала, захватив сумку. *** Гинтоки вытаращил глаза на огромное многоэтажное здание, светящееся от солнца. Он не замечал лёгкие толчки прохожих. Народу было полно: офисные работники, как муравьи, выбегали из здания и устремлялись либо прочь по тротуару, либо в машины. Гинтоки никогда не понимал прелести работы в больших компаниях, ему казалось, что в офисе годы проходят ещё быстрее, чем вне его. Работа в оживлённом коллективе претила ему – здесь каждый был сам за себя. Никому нет дела до соседа по кабинету или коллеги, с которым можно было выпить после трудового дня. Он был твёрдо уверен – чем больше людей в компании, тем меньше от них остаётся человечности. Он увидел, как Нобумэ зашагала ко входу. Он поспешил не отставать от неё. Девушка в приёмной была очень милой. Она мило чуть не выгнала их, приняв за представителей какой-нибудь фирмы, которые обычно нагло впихивают им свой ненужный товар. Когда Нобумэ возразила, сказав, что у них назначена встреча с президентом, пальцы девушки забегали по клавиатуре ноутбука. – Точно. Извините, пожалуйста, проходите. Гинтоки, который разглядывал элитную приёмную, поморщился от небогатого убранства и нарисованных на людях улыбок. Декоративные фикусы, коричневый диван, скорее всего из секонд-хэнда, небольшой пузатый телевизор на настенной полке и множество служащих, носящихся взад-вперёд, кружась, как комары, вокруг высокой кудрявой персоны. В центре толпы он разглядел человека, с которым не хотел бы встречаться. Саката резко схватил Нобумэ за руку и побежал к лифту. Он судорожно тыкал на кнопку последнего этажа и с каждой секундой всё больше обливался потом. – Что-то случилось? – спросила у напуганного школьника Нобумэ. – Да ничего, просто призрака увидел. Ничего страшного, мне просто показалось, совсем ничего, – тараторил без умолку учитель. Он точно понял, что ему не показалось. Среди толпы он увидел до боли противное и надоедливое лицо в круглых солнечных очках. Этот человек, как обычно, гоготал без остановки и теребил шевелюру. Совершенно точно, это был Сакамото Тацума! Самый приставучий и навязчивый тип на Земле. – Тот парень, которого встречали служащие, что он тут делает? – допрашивал он подопечную. – Рекламный агент. Его часто можно встретить у Исабуро, – утолила его жажду Нобумэ. – Только не говори, что он направляется туда же, куда и мы! – Скорее всего так и есть. Что вы делаете? Гинтоки не хотел встречать старого знакомого. Тем более находиться с ним в одном месте больше пяти минут. Ещё со студенческих времён, Сакамото Тацума был его товарищем. Они познакомились на пирушке по случаю дня рождения их общего друга. С тех пор Гинтоки старался с ним не видеться. Несоразмерно громкий, вечно ржущий, как конь, он превращал любое место в балаган или магазин на диване. Работа рекламщика ему очень даже подходила. Гинтоки лихорадочно искал выход из сложившейся ситуации. И вот он! Рекламный плакат на одной из стенок лифта! С ним и чудотворными руками Нобумэ Саката сможет спастись от нежеланной встречи! – Нобумэ-сан, снимай пиджак! Двери лифта открылись, и репетитор со студенткой предстали перед Исабуро, который уже сидел за длинным узким столом в совещательном кабинете. Стулья, стол, стены кабинета были прозрачными, каждая мелочь в комнате светилась насквозь. – Нобумэ-сан, наконец-то вы... Кто это? – сменил выражение лица Сасаки. – Господин Сасаки, очень невежливо задавать такие вопросы самому Камуи Гакту, – с напряжением выцедил Саката, который, как только увидел работодателя, сразу потерял уверенность. Гинтоки оторвал рукава у брендового пиджака Нобумэ и надел его на голый торс. Брюки же он подтянул заколками, чтобы те казались уже. На его кудрявой голове теперь красовались три косички, идущие ото лба к затылку. Состроив лицо влиятельного и успешного человека, Гинтоки с вызовом глядел на Сасаки. – Точно, Гакт-сама! Я и не надеялся, что вы придёте на моё приглашение, – радушно поприветствовал его Сасаки. «Он поверил! Господи, ну что за идиот!» Гинтоки услышал, как дверь лифта позади раскрылась с сигналом прибытия. Оттуда вышел Сакамото собственной персоной и невысокая женщина, видимо, его коллега. Тацума закинул полосатый бордовый пиджак через плечо и с свойственным ему хохотом чуть ли не напрыгнул на Сасаки. – Изабуро-доно! Давно не виделись! Мне не терпится снова поработать с вами, это доставляет мне одно удовольствие! – Я Исабуро, – жертва домогательств Сакамото стояла по стойке смирно. – Позвольте познакомить вас. Это моя дочь, Нобумэ-сан. А это господин Камуи Гакт, который, я надеюсь, станет лицом нашей компании. – Ого! Гакт-сама, для меня большая честь познакомиться с вами. Знаете, вы – кумир Муцу. Смотрите на её похотливый взгляд, вы определённо в её вкусе. Кстати, мои очки из вашей линейки! Очень удобные и почти не царапаются! Гинтоки понял, что напрашивается на неприятности, но послушно сел за стол переговоров и положил руки на столешницу. Он заметил, что Сакамото слегка изменился. Из полного раздолбая и гуляки он превратился в довольно деловитого бизнесмена. Тацума попросил у Муцу документы и положил перед собой. – Итак, Изабуро-доно собирается запустить продажу новой линейки телефонов. И я здесь, чтобы обеспечить ему успешные рейтинги. Для начала надо определиться с тематикой рекламного ролика, – растолковал Тацума. – Гакт-сама, есть предложения? «Есть! Может, отпустите меня?! Я хочу домой!» – Для начала нужно выбрать фоновую песню, – высказался Сасаки. – Как насчёт «призрака» или «ванили»? – Старикам нельзя доверять. Они никогда не смогут угодить молодёжи, – подала голос притихшая Муцу. – Доверим выбор Нобу… Нобумэ-сан? Все уставились на дочь Сасаки. Точнее то, что от неё осталось. Девушка сменила свой наряд на матроску, заплела два высоких хвостика, и теперь на её лице красовалась борода. – Кто тут Нобумэ-сан? – низким мужским голосом австралийского рестлера произнесла она. Ей с фееричным успехом удавалась подделка голоса. Её умения производили фурор. – Зовите меня Ледибиэрд(1). «Э-э-эй! Что ты творишь?! Никто не просил тебя маскироваться вместе со мной! Что это за борода?!» – истерично орал про себя Гинтоки. Нобумэ поднесла ко рту булочку и надкусила её. – «Японская булочка(2)?! Так твоя борода – это просто размазанные вокруг рта крошки?!!» – Ледибиэрд? Я слышал, что вы не похожи на пятилетнюю девочку, но увиденное превзошло все мои ожидания! – захохотал Сакамото. – Не покажете какой-нибудь приём? – С удовольствием, – ответила девушка. Нобумэ встала в спарринг с Тацумой. Она легко схватила его за руку, пнула по голени, и он, перекувыркнувшись в воздухе, рухнул на пол. – Н-настоящий про-рестлер… «Да нет! Это ты настоящий идиот, Тацума! Просто конченный кретин, болван и дебил!» – В-вернёмся к делу, – Сакамото согнулся в три погибели и пошёл на своё место, держась за ушибленную ногу. – У меня есть пара набросков к ролику. Пожалуйста, выслушайте. Во-первых, клип будет полностью с реальными предметами, без каскадёров, фальшивых декораций и так далее. Молодёжи нужно понять, что мы не шутки шутим и относимся к делу серьёзно. Во-вторых, Гакт-сама будет одет в одни баскетбольные шорты. Возможен вариант с глазной повязкой. – И стразами, – поправила его Нобумэ тем же грубым голосом. – Так милее. Девочки ведутся на милые вещи, я-то знаю. – Хорошо, запишем это тоже, – чиркнул в бумаге Сакамото. – Господи, разбудите меня от этого кошмара, – простонал вполголоса Гинтоки. – Хэй!!! – все до единого, даже Исабуро, подорвались с места и взмахнули руками вверх. Стол и стоявшие на нём предметы гулко задребезжали от неожиданного телодвижения. Ещё немного и стол перевернулся бы на бедного Гинтоки. – Какого чёрта?! – чуть не грохнулся со стула самозванец. – Ну… на ваших концертах постоянно так делают, – оправдалась Муцу. – Продолжим, – прокашлялся Тацума. – В-третьих, будет неплохо, если выльете на камеру пару бутылок воды. – Это ещё зачем?! – Вы же постоянно делаете так на концертах, – удивился Сакамото. – Что с вами? Вы сам не свой. «Чёрт, я ничего про этого Гакта не знаю! Только то, что он мог видеть призраков(3), как Ичиго! Малейшая оплошность – и меня пинком под зад выгонят и отсюда, и с работы!» – Что по поводу рекламной составляющей? – вставил своё слово Сасаки. – Разумеется! Съёмки будут проходить на фабрике, где производят телефоны. Они будут повсюду: на конвейерных лентах, на полу, на шортах господина Гакта. «Больше похоже на двадцать пятый кадр!!! Ни за что не купил бы такой мусор!» – И, конечно же, хореография. Вставим побольше фирменного движения Гакта. «Какого такого движения?! Я двигаюсь под музыку, как пьяный отец, пришедший с корпоратива!!!» – Это самое… Я больше не использую это движение – ноги уже не те, да и приелось оно. Пожалуйста, замените на что-нибудь другое, – занервничал Гинтоки. – Что-нибудь, чтобы девчонки пищали что-то вроде: «кья! Забери меня, Гакт-сама!» – Хэй!!! – снова чуть не перевернули стол все. – Прекратите вскакивать, как ужаленные!!! – Предлагаю снять всё на телефон, который будет рекламироваться, – прорычала пародия на рестлера. Сакамото записал это в свой блокнот. – Возможно рассмотрение варианта с селфи-палкой. – Ну а в конце будет кульминация! Гакт-сама выстрелит себе в висок! – радостно сообщил рекламщик. – Дети в наше время любят насилие, поэтому вы вышибите из боевого пистолета себе мозги. – Что?! Какого чёрта?! Почему мне нужно умирать?! – подорвался яростный Саката. – Гакт-сама, это только ради шоу. Just die(4), – с каменным выражением лица упрекнула его Нобумэ. – Ты хотела сказать “Just do it”?! Ты же не собиралась желать мне смерти?! – Хэ-э-эй!!! – Не “хэйкайте” мне тут!!! С меня хватит! Я ухожу! – Саката пнул стул и уверенным широким шагом направился к лифту. Нобумэ учтиво поклонилась присутствующим и побежала догонять наставника. Саката, пыхтевший от злости, как бык, с ненавистью сорвал свою маскировку и надел старую добрую мятую рубашку. От закипавшей злости он не заметил, как прошёл мимо высокого брюнета в приёмной. Тот рьяно доказывал, что ему необходимо попасть к господину Сасаки. – Простите, но Гакт-сама уже находится у президента на приёме. Покиньте помещение, или я вызову охрану. – О, Иисус… – раздосадовано процедил настоящий Камуи Гакт. *** Унылый репетитор расслаблялся в пивнушке, где он был завсегдатаем. Вместе с Зурой он топил в алкоголе воспоминания о прошедшем дне. В свете одинокого фонаря он наблюдал за светлячками, летящими на него. Воздух был таким прохладным и свежим, что слегка поднимало сенсею настроение. После очередной чашки саке, его понесло на жалобы. – Зура, ты слушал когда-нибудь Гакта? – Кто это? – ответил вопросом на вопрос друг. «Неудивительно, что человек консервативных и устаревших взглядов как Зура, не знает о нём. Я тоже предпочёл бы не знать». За вывеской лавки раздался смех, резкий, как раскат грома. Гинтоки хотел бы спрятаться или сбежать, или, на худой конец, снова прикинуться звездой сцены, но у него не было ни сил, ни желания. Он решил: будь, что будет. Уже плевать, Тацума или Хайд(5) – на пьяную голову всё сойдёт. – Зура? Кинтоки? – нагнулся, чтобы пройти в низкую палатку Сакамото. – Какая встреча! Сто лет не виделись! Как жизнь? – Без тебя была терпимой, теперь просто несносна. Поэтому не создавай людям трудности – потеряйся, – Кацура хмуро сложил руки на груди. На его слова Тацума ответил смехом. – Да ладно вам! Так уж и быть, сегодняшняя выпивка за мой счёт! Как всегда, с полным легкомыслием и пустой головой Сакамото разливал друзьям выпивку. Тацума долго и упорно рассказывал друзьям об инциденте с новым лицом компании Сасаки. Что они приняли самозванца за Камуи Гакта, и что настоящий шоумен чуть не подал на Сасаки в суд. – Ну и поделом ему, нечего заставлять людей застреливаться, – брякнул, не подумав, Гинтоки. – А-а-а, ну-у-у, то есть, я хотел сказать… Короче, забудьте. – А где Такасуги? Наверное, опять за решёткой или ныкается от полиции, – допытывал Сакамото. – Недавно уличные гонки устроил, вроде бы. – Да чёрт его знает. Надеюсь, что во время новых дебошей ему выбьют второй глаз, – осушил чашку Саката. – Хотя, чем меньше у него глаз, тем меньше остаётся мозгов. – Как ты заговорил! А раньше вас с Такасуги нельзя было отодрать друг от друга. Такие дела творили, что у всех волосы на заднице дыбом вставали, – толкнул его повеселевший от спиртного Кацура. – Ты тоже принимал в этом участие. Подумать стыдно, какими придурками мы были, – Саката внезапно вспомнил, что ему на следующий день на работу. – Ладно, засиделся я, пора на боковую. Гинтоки с болью в груди предался воспоминаниям. Проблем, коих они доставили окружающим, было не счесть. Впрочем, он и сейчас продолжает их доставлять. Саката Гинтоки совсем не вырос со студенческих и школьных времён – всё такой же выпивоха с прокуренными лёгкими и мозолью на заднице от вечного сидения. Зура вряд ли вообще старался поменяться. Иногда он говорил странные вещи, например, про свержение системы здравоохранения. Изменился, пожалуй, только Тацума, который единственный чего-то добился в жизни. Гинтоки поправил себя: «нет, я тоже многого добился. Никто, кроме меня, не может похвастаться тем, что носил пиджак члена семьи Сасаки». Суждено ли ему когда-нибудь вернуться на скользкий путь грабежа и разбоя, он не знал. Но одно он решил точно, если это случится, то он попросит Нобумэ называть его “Returner(6)”. (1) Ladybeard – вокалист айдол-группы LADYBABY. Проф. рестлер и кроссдрессер. Известен своей фишкой переодеваться в женскую школьную форму. Также в одном из интервью утверждал, что он – пятилетняя девочка. (2) Nippon Manju (собсна, японская булочка) – клип LADYBABY, почти весь снятый на селфи-палку. (3) В детстве Гакт чуть не утонул и после этого случая стал утверждать, что видит призраков. Его родители из-за этого даже поместили его в лечебницу на некоторое время. (4) Вообще, в песне Jesus есть фраза "Just do it", но никто не запретит мне её переделать (лол). (5) Хайд или на ингришском Hyde – вокалист рок-группы L’Arc-en-Ciel. Снимался с Гактом в фильме MoonChild. Их часто шипперят. (6) Returner – название одной из песен Гакта. У данного слова много значений, но самым подходящим является: воин, который давно бросил своё ремесло, но под гнётом обстоятельств, возвращается в доспехи, и главное, что, по закону жанра, у этих воинов есть враг, с которым тот самый ретёнер должен встретиться в поединке (нагло слямзано у загадочного переводчика). В итоге, всё равно нагрузила читателей сносками. Простите...