Пророчество. Обратно к истокам

— Располагайтесь, гости дорогие, — Гарри (или Килгарра?) обвел широким жестом кухню. — Знаешь, — тихо заметил Мерлин, — я, когда понял, что ты приехал в Англию, очень удивился, но… Драконы ведь что-то чувствуют, да?..  — Ага, — ответил Николас, — они очень хорошо ощущают ложь. — Понял, исправлюсь, — усмехнулся второй дракон. — Меня зовут Килгарра. — Николас и Элисон Стоун, — кивнул брат. — Стоун? — переспросил Килгарра. — Правда Стоун? — В чем дело? — поинтересовалась я. Мужчина поджал губы, подозрительно отвел взгляд и предложил: — Виски, водка, ликер?.. — Чай, — прервала я его. На возмущенный взгляд брата пояснила: — Ты сопьешься такими темпами! — Обрадую тебя или нет, — Килгарра поставил на стол чашки и небольшой чайник, из носика которого шел пар, — но даже самое сильное опьянение дракона длится от силы пару минут. Дракон в принципе неуязвим к ядам. — Всё равно чай, — не поддалась я. Меня наградили двумя недовольными взглядами, но промолчали. Перед Мерлином почему-то поставили стопку с прозрачной жидкостью. — Для храбрости, — усмехнулся Килгарра в ответ на удивленный взгляд волшебника. Маг выпил залпом и скривился. — Эх, Мерлин, — наглая усмешка, — за столько лет пить всё ещё не научился. — Да не пригодилось как-то, — прохрипел волшебник и запил горючую жидкость чаем. — Мы слушаем, — складывая руки на груди, напомнил Николас. — А как много вы знаете? — спросил волшебник. — Хорошая попытка, — похвалил братец, — но с собеседниками промашка, профессор. — Моё имя — Мерлин Эмрис, — вздохнул маг. — Великий волшебник Камелота, — прошептала я. Меня услышали. — Я был не просто волшебником Камелота, — проговорил Мерлин, — я был слугой короля Артура. — Ты был не просто слугой, — в тон ему ответила я, — ты был его лучшим другом. Эмрис вздрогнул и поднял на меня глаза. Прекрасные, синие-синие, как весеннее небо, как бушующий океан, как летнее васильковое поле… Волшебные глаза. Внутри что-то дрогнуло. — Я был его другом. Моё пророчество, великое древнее пророчество заключалось в защите Артура, в охране Камелота. В преданности. Я отдал себя королевству без остатка, я делал всё, что было в моих силах, я делал даже больше. Этого оказалось недостаточно. Я потерял не просто короля, я потерял друга, — голос Мерлина дрогнул, я сморгнула и поняла, что по щеке скатилась слеза. — Я не смог ничего сделать. Ничего. Несколько лет я защищал Артура от многочисленных опасностей, а в самый решающий момент я оказался бессилен. Из-за недостаточного опыта, незнания нужных заклинаний, из-за недальновидности. Из-за того, что когда-то, много лет назад, не послушал совета мудрого Дракона, — маг грустно взглянул на молчавшего Килгарру. — Я поступал так, как считал нужным, а не так, как этого действительно требовала ситуация, — волшебник замолчал. Вообще все молчали. За окном тихо пели птицы, шумели улицы, гудели автомобили, а здесь, в небольшой кухне, время словно замедлилось. Пожилой мужчина задумчиво рассматривал чай в своей кружке, Килгарра гипнотизировал вазочку с печеньем, Николас глядел словно сквозь Мерлина, а сам волшебник, опустив голову, напряженно замер. — Он погиб от руки ведьмы, — когда Эмрис заговорил снова, голос его был хриплым и глухим. — Осколок меча, убившего Артура, был зачарован огнем Дракона. Дракона, которого разбудил я. Дракона, который служил ведьме, которую я не смог убить. Друид, которому, вопреки словам Килгарры, я помог, вонзил в Артура магический клинок. Как ни взгляни, в гибели величайшего правителя виноват я. — Несмотря на то, что ни один человек, как велик бы он ни был, не может знать наперёд свою жизнь, судьба некоторых людей предрешена, Мерлин. Артур не просто король, он Будущий и Единый король. Не печалься. Знай, что когда придёт нужда и Альбион позовет — Артур придет вновь, — произнесла я. По мере продолжения фразы все присутствующие практически синхронно поднимали на меня взгляды, Николас — изумленный, все остальные — недоуменно-настороженные. — Мои слова, — тихо заметил Килгарра, глаза его опасно сузились, мужчина медленно поднялся. Николас вскочил следом. — Откуда ты их знаешь? Отвечай! — Тон смени, — холодно потребовал мой брат. — Отойдите от нее, — неожиданно попросил Мерлин. Драконы синхронно повернулись к нему и в голос спросили: — Что? — Отойдите, — со странным упрямством повторил маг. — Ищи дурака, ага, — усмехнулся Ник. — Килгарра? — Мерлин вопросительно приподнял бровь. Поколебавшись, брюнет вышел из кухни и развернулся к нам уже в районе прихожей. — Николас? Пожалуйста. Не знаю, что было в тоне волшебника, но брат подчинился, хотя настолько далеко отходить не стал. — Удивительно, — шепотом заметил Мерлин, вставая и направляясь к настороженному Нику. — Невозможно… — Что? — нетерпеливо прервал его дракон. — Подойди чуть ближе, — скомандовал профессор, отойдя к окну. Ник подчинился. — Еще немного. Так… Ещё чуть-чуть. Пару сантиметров… Стой! Килгарра, подойди сюда. Николас замер в довольно странной позе, наградил волшебника недоуменным взглядом, Килгарра обошел застывшего и приблизился к Мерлину. — Смотри, — пробормотал Эмрис и снова окликнул брата: — Николас, отклонись назад. Братец недовольно ругнулся, но выполнил просьбу. — Удивительно, — уподобившись Мерлину, проговорил Килгарра. — Вперед, — снова обратился к молодому дракону великий маг. Скрип зубами прозвучал отчетливо. — Невероятно! — воскликнул Килгарра. — Издеваетесь? — прошипел Ник и подошел ко мне. — Ты тоже это видишь? — подозрительно уточнил Гарри у Эмриса. — Удивительно, — снова повторил волшебник. — О чем вы говорите? — не выдержала я. — Я не ошибся… — протянул Ник. — Ты не ошибся, — кивнул Килгарра. — Именно так ты и понял, кто я есть, верно? Я устала наслаждаться недомолвками и, развернувшись к брату, пригрозила: — Сожгу! — Помнишь я говорил, что увидел ауру дракона, — парень кивнул в сторону хозяина квартиры, — только когда ты была рядом? — Такое вряд ли забудется… — Ты маг, девочка, довольно неслабый, — потянулся, хрустнув костями, Килгарра. — Спорный вопрос, — пожал плечами Мерлин. — Но ты уникальна. Подавить драконью защиту в принципе невозможно. Я демонстративно взглянула на часы на микроволновке. — Что? — раздраженно спросил Гарри. — Да вот, пытаюсь понять, как долго я вас не понимаю. — Не одна ты такая, — по-доброму улыбнулся пожилой мужчина, кажется, Гаюс. Я невольно улыбнулась в ответ. — Ладно, с этим мы разберемся позже, — окликнул нас Килгарра. — Сейчас я задам самый актуальный на данный момент вопрос. Мерлин, какого чёрта? — В смысле? — не понял волшебник. — В смысле? Ты меняешь имя, находишь Гаюса, вваливаешься ко мне… — дракон вдруг осекся и посмотрел на Повелителя. — Ты видел Моргану? Кое-кто старательно отводил от меня взгляд, настолько старательно, что я потребовала: — Говори сейчас. Мерлин взглянул прямо на меня, взглянул пристально, словно пытаясь отыскать что-то в моих глазах. Рассерженно выдохнув, маг повернулся к Гарри. — Это началось на лекции. Призрак Морганы, он появился из ниоткуда. — Ты уверен, что рассказал мне всё? — поинтересовался Килгарра. — Ты его видела? — проигнорировав друга, спросил у меня Мерлин. Сказать, не сказать? — Брюнетка в платье? Да, — созналась я. — Тогда это всё лишено смысла, — вступил в диалог Гаюс. — Какой смысл Моргане появляться перед тобой в виде призрака, а после и в виде нее, — палец указал на меня. — В поступках Морганы никогда не было смысла, — грустно заметил Мерлин. — То есть я не реинкарнация Морганы? — сдерживая облегченный вздох, спросила я. — Нет, — пожал плечами Мерлин и добавил: — Наверное. На наши с Ником сердитые взгляды волшебник оправдался: — Я действительно не знаю, как это работает. Проблема в том, что тело Морганы я сжёг. Если бы я этого не сделал, то вероятность того, что Моргана возродится в своем теле была бы максимально высока. — А почему она вообще должна возродиться? — возмутился вдруг Ник. –Может, побудем оптимистами? На Николаса с упреком посмотрели все, даже я. — Просто предложил, — проворчал брат. — Боюсь, Мерлин прав, Моргану стоит ждать в ближайшее время, — заметил Гаюс. — Возможно ли как-то отследить её появление? — спросил Мерлин. — Я не слышал о таких заклинаниях, но могу попробовать что-то придумать, — предложил Гарри. — Дерзай. Ребят, — Мерлин подошел к нам, а я с легкой радостью заметила, что брат уже так не напрягается в его присутствии. — Мне жаль, что вы стали свидетелями этого. — Чего конкретно? — с усмешкой уточнил Ник. — Этого разговора. Лучше не знать, что ждет этот мир впереди. — Будто ты знаешь? — прищурился брат. — Лично для меня ничего хорошего. Единственный плюс в сложившейся ситуации в том, что я увижу Артура, — Мерлин снова грустно улыбнулся. — В любом случае, — маг тряхнул головой, отгоняя наваждение, — мне приятно знать, что нормальные волшебники ещё остались в этом мире. — Нормальные? — иронично переспросила я. — Да. Я встречал очень мало магов с момента смерти Артура. Они все будто попрятались, правда, большинство из тех, кого я встречал, были Жрицами Древней Религии… И пытались меня убить… Это так странно, — Мерлин начал рассуждать вслух. — Каждая Жрица пыталась меня убить… Неужели среди Жриц нет ни одной доброй ведьмы? — Вопрос, видимо, риторический, — натянуто усмехнулся Ник и взглянул на меня. — Вы собираетесь искать Моргану в одиночку? — уточнила я. — Нет, нас трое. — Ты понял, о чём я. Знаешь, как говорится, одна голова хорошо, а две… — Нет. — Резко прервал меня Мерлин, перевел взгляд на Николаса и повторил: — Категорическое нет. Ребят, я могу обучить вас многим вещей, но об этом даже не мечтайте. — Ну, знаешь, — фривольно заметил Ник, — это такая себя мечта. А вот вам не помешают, как ты выразился, нормальные маги. — Нет. Вы не понимаете, во что вмешиваетесь. — Как ты сказал, иногда лучше не знать, что ждет тебя в будущем. Теперь мы знаем, спасибо, да. Заодно сможешь научить эту, — кивок на меня и немного злое: — Не палить что попало! — Спасибо, — мрачно отозвалась я и спросила напрямую у Мерлина: — Чего ты боишься? Маг вскинул голову, вгляделся в меня и уже открыл рот, как я вновь перебила: — Ты всё ещё винишь себя в смерти Артура? — в комнате резко стало тихо. — Я наверняка не первая, кто тебе это говорит, поэтому повторюсь: его смерть — это не твоя вина. Пророчество, помнишь? Ему было предназначено умереть там, в той битве, понимаешь? Но только от тебя сейчас зависит, в каком мире возродится Артур: в том, где он будет знать, что за его спиной стоит верный друг, или в том, где Моргана найдет короля раньше, чем ты. Тебе надо найти ведьму, Мерлин, найти как можно скорее, это раз. Два: тебе надо найти Артура. Три: тебе надо выяснить, что конкретно случится, ведь если вернулась Моргана, то вернулся и Артур, если вернулся Артур, это значит, что Альбион позвал его. Вопрос: зачем? Ставить цели и добиваться их — это, конечно, круто, Мерлин, но секрет любого успеха в команде. Мы нужны тебе, а ты нужен нам. Если конкретно, то мне. Мерлин пристально смотрел мне в глаза, а синий омут затягивал всё сильнее, но, тряхнув головой, я так же пристально посмотрела на него. Пауза затягивалась. — Я не могу позволить кому-то ещё пострадать из-за меня, — тихо проговорил чародей. — А им, значит, можешь позволить? — я кивнула на прислушивающихся Гаюса и Килгарру. — Они знают, на что идут! — Так мы тоже в курсе, — лениво отозвался Ник. — Вы не знаете, что было, вас не было в Камелоте в то время и… — Ну так покажи нам. Научи, — оборвал Ник. — Позволь нам помочь, Мерлин. — Ты, — сделав акцент на это слово, сказал историк, — просишь? — Да, — ничуть не смутился брат и добавил уже с другими интонациями в голосе, — если и ты впредь будешь просить. Мерлин снова замолчал, меня же молчание начало нервировать. — Чай, наверное, остыл, — волшебник развернулся и направился к столу. — Что встали? Садитесь, я сейчас быстро воду подогрею. Давайте, Стоун, вы же хотели узнать? Вот и будет у вас незапланированный урок истории. Мы с Ником не сдержали улыбок, переглянулись и улыбнулись ещё шире. — А, Гарри, — позвала я хозяина квартиры, — а где у тебя тут… — Прямо по коридору, направо и вторая дверь слева, — мгновенно отозвался Килгарра. Кивнув, направилась в указанном направлении. Всё-таки большая у него квартира, хотя и планировка немного другая, нежели у нас. Я резко остановилась. Сначала даже не осознала остановки, потом удивилась и обернулась назад. Странный звон, очень тихий, плохо различимый, но немного надоедливый раздавался из комнаты, мимо которой я только что прошла. Сделав нерешительный шаг, я всё же ступила в, как выяснилось, гостиную. В правом углу расположился широкий кожаный диван кофейного цвета, слева от него — стеклянный журнальный столик, напротив них на всю стену расположились книги. Огромный книжный шкаф на всю стену. Просто огромный. Но даже не это привлекло меня, я направилась к картине, висящей чуть правее от дивана. Ужасная картина, безвкусная, на мой взгляд: странные голубые мазки на алом фоне. Фи. — Интересная работа, не правда ли? — Килгарра подошел так бесшумно, что я вздрогнула от неожиданности. — Может, я чего-то не понимаю, — честно ответила я, — но объясни: что в ней такого особенного. — Ну, во-первых, то, что это оригинал. Я недоверчиво взглянула на мазню. — А во-вторых? — А во-вторых, в том, что это оригинал Ван Гога. Я посмотрела на мазню уже внимательнее. — Тогда что она делает у тебя? — Винсент написал её лично для меня, — пожал плечами Килгарра. Я же подумала только о том, насколько, должно быть, стар этот дракон. Очень, очень стар. — Но эта картина привлекла тебя не из-за этого, не так ли? — вкрадчиво заметил Гарри. — Да она меня вообще не привлекла, — честно созналась я. — Ты слышишь звон? — Звон? — дракон удивленно выгнул бровь и предположил: — Может, он исходит от этого? В следующий миг оригинальная мазня была снята со стены, а перед нами оказался встроенный в стену сейф. Добротный такой сейф, ага. Монолитный камень. — И что же ты там хранишь? — поинтересовалась я, выискивая взглядом замок и не находя его. Действительно монолитный камень. — Вопрос на миллион, — усмехнулся Килгарра, прошел к книжному шкафу, достал откуда-то нож для писем, легко порезал ладонь, после вернулся, мягко дотронулся до сейфа, и тот просто растворился. — Магический замок — лучшая вещь. Кровавая магия — одна из сильнейших. — Впредь буду знать, — кивнула я. А в сейфе лежало что-то довольно объемное, завернутое в черный шелк. Брать неизвестную находку в руки не хотелось, более того, я всей кожей чувствовала исходящую от этой вещицы опасность. — Хочешь взять? — Н-не, обойдусь, спасибо, — я даже попыталась отойти. Гарри протянул руку, схватил сверток и отточенным движением раскрыл. Звон резко усилился и мгновенно оборвался. Я во все глаза смотрела на огромный, на мой взгляд, белый кристалл. — Это алмаз? — шепотом спросила я. — Если бы, — усмехнулся дракон. — Перед тобой лежит кристалл Неотида, именно в нём Мерлин увидел, как, кхм, я сжигаю Камелот. Просто день открытий! Мой сосед — дракон с вековым опытом, пытавшийся спалить Камелот. Очаровательно. — Там же он увидел, как Моргана попытается убить Утера. — То есть это как шар предсказаний? — уточнила я. — Почти. Одно небольшое различие: в шар смотреть можно, а в кристалл нежелательно. Я отошла ещё дальше. — Что? — Килгарра удивленно выгнул бровь. — И никакого научного интереса? — Я поверю на слово, — заверила я. — Можешь попробовать, — предложил дракон. — Ты же сам сказал, что нежелательно, — ответила я. — Но я и не запрещал, — заметил мужчина. Килгарра был неправ — научный интерес присутствовал, и ещё какой, но… Но любопытство пересилило осторожность, я приблизилась к кристаллу и аккуратно коснулась его поверхности. Гладкая, прохладная, прозрачная, я не выдержала и, взяв в руки артефакт, подняла его на уровень глаз. Кажется, где-то в другой комнате разбилось стекло, но мне было как-то фиолетово. Интересовало другое: прозрачная поверхность на мгновение перестала казаться такой прозрачной, в следующую секунду, как по волшебству, кристалл заполнила сплошная тьма. Это была не простая тьма, вернее, она не пугала, как сам кристалл, скорее наоборот, чем дольше я в нее всматривалась, тем спокойнее становилось на душе, и… — Хватит, — магическую штучку выхватили у меня из рук, тут же завернув в шелковую ткань. Килгарра пристально посмотрел на меня, после положил кристалл обратно в сейф, а стена и вовсе стала монолитной. Вернув на место картину, дракон поинтересовался: — Что видела? — Тьму, — не видела смысла скрывать. — Клубящуюся тьму. — Это хорошо. Только маги способны увидеть что-то в кристалле Неотида. — Почему я не чувствую особой радости? — грустно спросила я, присаживаясь на диван. — Потому что пока ты чувствуешь только ответственность. Все относятся к этому по-разному. Например, молодой Мерлин понимал, что магия — это он сам. Как-то он сказал, что если нельзя колдовать, то он умрет. Не помнишь за собой суицидальных наклонностей? — Нет уж, — покачала головой. — Я чувствую страх. — Перед Морганой? — Перед собой. Дракон изумленно на меня посмотрел, но перебивать не стал, лишь промолчал. Я почему-то продолжила: — Знаешь, я всегда не понимала, почему в большинстве книг или фильмов, когда главный герой выясняет, что он маг или кто-то ещё, он хочет от всего отказаться. Я считала, что это круто, если бы со мной такое случилось, я бы помогала другим. В реальности всё иначе. Я принесла одни проблемы, — я уткнулась лбом в колени и замолкла. — Эй, — меня аккуратно потрясли за плечо, — ты только учишься. Первый блин всегда комом. — Твой пирог — это не первый блин, — фыркнула я. — Ладно, пошли чай пить. Возвращение на кухню ознаменовалось тихим матом от брата и ворчанием Гаюса. — Давайте, — приговаривал мужчина, — я, что ли, должен убирать это. — Что происходит? — громко спросил Килгарра. — Ничего хорошего, — выполз из-под стола Мерлин, в одной руке держа веник, а в другой — совок. — А магией не, нельзя было? — поинтересовалась я. — Должны же они хоть иногда работать руками, — возразил Гаюс и хитро улыбнулся. — Это несправедливо, — сгребая осколки от стеклянного шкафчика, пожаловался Ник. — Было бы справедливо, если бы мы всё разбили, но вот это всё, — он обвел руками кухню, где всё, что некогда было стеклянным, превратилось в осколки, — не наша вина… Брат осекся, вскинул голову и посмотрел на меня. — Что? — удивилась я. — Килгарра? — присоединился к переглядкам Мерлин. — Я пытался обучить её одному трюку, — не стал юлить Гарри. — Как видите, вышло не очень. — А я сказал, что мы тут не при чём, — вставил Николас. — Отлично, — почему-то обрадовался Гаюс. — На, — он протянул хозяину квартиры веник и совок, — убирай. Дракон спорить не решился, всунул предметы мне, сам отобрал у Мерлин веник и прошел к раковине. — Вернемся к нашим баранам, — предложил Николас. — Мерлин, я ставлю весь Букингемский дворец на то, что если ты хоть немного отойдешь от чертежа, изменив угол преломления на 4 секунды, то заклинание не сработает, — парень хлебнул чая, а я краем глаза засекла светящиеся золотым глаза Килгарры и стремительные осколки, склеивающиеся обратно в вазу. — Вернее, оно сработает, но не так, как надо. Оно найдет всех девушек, которые хоть как-то похожи на Моргану. Пояснить? Это зеленые глаза, аристократические черты лица, волосы цвета вороного крыла, белоснежная кожа… Сложи всё вместе, Мерлин. Это как алгоритм, который ищет человека, у которого есть хотя бы один из названных критериев. И нам, кстати, повезет, если это будет девушка. Надо сужать круг. — А ты знаешь, о чём говоришь, — медленно произнес Мерлин. — Чертежи — моё второе имя. Так что я займусь чертежом, а ты заклинанием. — А я? — поинтересовалась я. — Учебой, — не поднимая глаз от какого-то листка, лежащего на столе, отозвался Николас. — А конкретнее? — Конкретнее? Чтением. И это, Мерлин, маги же вроде как на твоей совести, — ничуть не смущаясь, спихнул всю ответственность на Эмриса мой брат. — Так вот, научи её ауру скрывать. — Мерлин, — позвал Килгарра. — Почитай про Темных странников. — Э-э-э, — глубокомысленно протянул волшебник. — Ладно. — Есть что-то, чего ты не знаешь? — удивилась я. — Есть ещё очень много, чего он не знает, — вредным тоном отозвался Гарри. — Да хватит наезжать на него, — вступился за нашего историка Гаюс. — Лучше придумайте способ, который поможет нам найти Артура. — Может, понадеяться на судьбу? — предложила я. — Мне не нравится эта идея, — ответил Мерлин. — Но в ней есть смысл, — покачал головой врач. — Судьба же привела тебя в Камелот и свела с Артуром. — Да, а потом он умер, — напомнил маг. — В этот раз ты не сделаешь всё иначе, — поправил Гаюс. — Но как ты… От звонка в дверь мы все вздрогнули, открывать отправился Килгарра. — Хорошая новость! — донеслось до нас уже из коридора. — Ваша квартира обновлена. — Тогда мы, пожалуй, свалим домой и не будем вам мешать, — решил Ник. — Вернее, вы не будете мешать ему, — объяснила я. — Почему я не обижаюсь? — улыбнулся Эмрис. — А, кстати, — вспомнил брат, — что там с твоей аудиторией? — Да не знаю, — пожал плечами маг. — Если честно, мне как-то всё равно было после последних событий. — Завтра пары будут? — Конечно, — усмехнулся Мерлин. — И первую пару вы со мной. — А можно проспать? — спросила я. — Рискни, — каким-то недобрым голосом предложил лектор, — и потом посмотрим, допустят ли тебя до сессии. — Ясно-понятно, — грустно отозвалась я. — Пошли, Ник, мне, видимо, еще и к истории на завтра готовиться.

***

Над Авалоном бушевала гроза. Настолько сильная, что люди, проходящие недалеко от, казалось бы, обычного озера, невольно останавливались и изумленно осматривались. Было чему удивляться, да и вряд ли англичане наблюдали такое погодное явление прежде: свинцовая темно-синяя туча нависла над берегом, простираясь по всему диаметру Авалона, а за пару метров от берега начиналось лазурное светлое небо, такое, какое и должно быть в апреле. Молния разрезала тучу на две неровные половины, изогнутой линией устремилась к темной воде озера и, врезавшись в неспокойную зеркальную гладь, разошлась мелкими змейками от центра к берегу. Это точно не входит в понятие нормы для лондонской погоды.

***

Надо же, поврежденную в результате борьбы драконов мебель действительно заменили на идентичную. Да ещё и так быстро. — Это магия? — тихо спросила я у Килгарры, решившего довести нас до соседней (нашей, то бишь) двери, будто бы мы маленькие дети и сами не справимся. — Взятка, — опроверг веру в чудо дракон. — Ладно, спасибо за бодрящее утро, и чай, и всё такое, — Николас просто сама любезность. — Но нам пора. Всего доброго. Перед удивленным Килгаррой дверь эпично захлопнулась. — Так, — распорядился Ник, устремляясь, конечно же, к холодильнику, — я засяду за чертеж, ты — за мамины дневники. Свистнешь, если узнаешь что-то интересное. К слову, свистеть я не умею, но брат уже усвистел в свою комнату с сэндвичем в одной руке и бумагой — в другой. — Да, конечно, — сказала я в никуда и направилась в свою комнату. На полу валялись книги. Книги, книги, книги. Хотя, как книги? Дневники, все, как один, в бордовом кожаном переплете, окованном тяжелым железом. Не понимаю. Зачем брать такие тяжелые вещи, если их даже с собой в дорогу не возьмешь. Впрочем, в действиях мамы частенько не было логики. Эх, женщины. Едва я взяла первый попавшийся дневник с характерной надписью «Дневник» на обложке, начались сюрпризы. Сюрприз первый: дневник не открывался. То есть вообще никак. Как бы я не пыталась, только ногти сломала. Сюрприз второй: ногти сломала об, казалось бы, металлические листы. Будто бы это была книга-обманка, как сундучок. Например, открываешь книгу, а это и не книга вовсе, а шкатулка. Сюрприз третий и, надеюсь, последний: на задней стороне книги я наконец обнаружила что-то, напоминающее ключ. Сюрприз четвертый: это был не ключ, а пластина. Довольно острая, стоит сказать. Мысль промелькнула так же быстро, как и исчезла, но основную суть я засекла: что, если мама была волшебницей. Во всяком случае, теперь это имеет смысл. Вздохнув, я совершила ещё одну глупую вещь. Слегка порезав ладонь, я аккуратно прислонила её к обложке и тихо вскрикнула: руку обожгло болью, а надпись «Дневник» вдруг зашипела, пошла пузырьками и вовсе исчезла, являя миру нетривиальное «Добро пожаловать, Кларисса». Встав с пола и сев на край кровати, я перевернула первую страницу.

«11 февраля, 2014 Вторник

Который ты у меня по счету? 48? Кажется, у меня скоро юбилей. Впрочем, перейдем к делу, начну с плохих новостей. Эмрису снова удалось избежать смерти, даже больше. Как этот мальчишка так умудряется? Наверное, в попытках убить его мне всё же не везет, нужно придумать новый план. Я связалась с Жрицами на Сардинии, в Гонконге, в Калифорнии, в Брюсселе… Никто не видел артефакт! И никто не видел Эмриса. Знаешь, иногда мне кажется, что я единственная удостоена этой чести, этой возможности привести великую королеву к победе. Я единственная достаточно сильна, чтобы возродить Моргану раньше, чем магический выродок вообще поймет, что произошло. Да, Нимуэ снова приходила во снах, именно она и рассказала об артефактах больше. Способны менять реальность… Кто бы мог подумать, что великий шарлатан действительно может сделать что-то полезное для Древней Религии. Коллекция Калиостро должна оказаться в наших руках прежде, чем у Эмриса, это огромное преимущество в борьбе за этот мир. Моргана будет довольна».

Если до этого я хоть как-то удерживала дрожащими руками дневник, то сейчас он выпал из ослабевших пальцев и с глухим стуком приземлился на ковер. Продолжая тупо смотреть на собственные руки, на порез на левой ладони, снова на ковер, на дневник, на покрывало, на котором сидела, я всё ещё не могла осознать, что именно я сейчас прочитала. «Эмрису снова удалось избежать смерти…» Удалось. Избежать. Смерти. Удалосьизбежатьсмерти. И это написано в дневнике моей матери. Её почерком. Её красивым каллиграфическим почерком, которому она меня пыталась научить в пятом классе. И которому я научилась, хотя и далеко не всегда получалось так, как у неё. Её почерком. Почерком моего идеала написано, что моему нынешнему преподу по истории удалось избежать смерти. «Наверное, в попытках убить его мне всё же не везет…» Не. Везет. Ей не везет. Моя мать пыталась убить человека. И писала об этом в дневнике, который открывается с помощью крови. Я в немом ужасе осмотрела остальные дневники, разбросанные по всей комнате, гадая, что же ещё я могу там прочитать. Меня затрясло. Я ошиблась. Ошиблась так крупно, как не ошибалась ещё никогда. Моя мать не волшебница. Она ведьма. С огромным трудом встав с кровати, я прошла в ванную, посмотрела на бледное чудище в зеркало, включила теплую воду и, не в силах больше стоять, просто сползла по раковине на пол. И из ванной открывался живописный вид в мою комнату, на мой ковер, на разбросанные повсюду дневники ведьмы. Дневники Жрицы Древней Религии.