Лисенок на воспитание

- Ну, что, к нему можно? – Ворон появился на пороге приюта через две недели после происшествия. Рикудо и впрямь выздоровел за это время, и постоянно проводил дни в общей комнате, повернув лицо к солнечным лучам. Он чувствовал солнечный свет. Ребята утешали его, как могли, и постоянно что-то рассказывали, независимо от того, было ли это задание по урокам, содержание книги или просто описание того, что творится вокруг. - Можно, - Рицка, вздохнув, открыл дверь шире, пропуская хамоватого мальчишку. – Только… помягче с ним, пожалуйста, - почти умоляюще произнес он. Юноша уже тысячу раз успел пожалеть о случившемся, пока подписывал бумаги в школе, где учился Рикудо, и носил копии документов, объясняющих, почему ученик Хайке Рикудо покидает первый класс средней школы, не сдав экзамены. Этот мальчишка, Ворон, чем-то напоминал Рицке Сеймея. Того Сеймея, о котором он слышал от боевых пар в Семи Лунах и далеком детстве. И Аояги боялся за своего воспитанника. Иногда, правда, казалось, что хуже уже не будет. Просто не может быть. Услышав незнакомые шаги, подросток повернул голову каким-то птичьим движением: - Кто? - Я твоя Жертва, - буркнул Ворон, нахохлившись. – Какого хрена ты влез тогда в неприятности? Хайке сник, снова отвернулся к окну. - Потому что идиот, - вздохнул он. – Но… почему ты говоришь, что ты моя Жертва? Разве я тебе нужен после того… - Не говори глупостей, - Ворон принялся разглядывать парня внимательней. - Но ты же ушел из больницы, мне Рицка говорил… - Ну, не умею я лечить, не умею! Доволен? – огрызнулся Ворон. Его собеседник лишь пожал плечами, ероша волосы на безухой макушке. - Давай уточню. Тебе так уж нужен слепой Боец? - Ты… правда, что ли? – голос Жертвы ощутимо дрогнул, а короткий хвостик растерянно заметался. - Врачи сказали, ударили слишком сильно, - подросток снова пожал плечами. – Даже Аяме не вылечила. Так что я пойму, если… - Совсем идиот? – парень встряхнул его за плечи. – Ты был рожден для меня, понял? И даже не надейся, так просто от меня не избавишься. И эту твою Такаяги я тоже из твоих мозгов уберу! Мы – пара, усек? Губы Рикудо дрогнули в неуверенной улыбке. - Понял. Спасибо. - Иди нафиг со своими спасибами, щас приду, - фыркнул явно покрасневший Ворон и вышел из комнаты. — Это, - он подошел к Рицке. – Вы тут главный, что ли? - Я, - отозвался Аояги несколько настороженно, наклоняя голову. – Что вы хотели, юноша? – он слышал весь разговор, стоя за стенкой, и теперь был относительно спокоен за Рикудо. - Моё имя Кири Карасу, - парень сжал губы, ему явно не нравилось представляться, да так, что хвостик хлестал его по бедрам. – Я Жертва Рикудо, и я хочу остаться рядом с ним, пока нас не увезут в Школу. Что я должен сделать, чтобы вы на это согласились? – хоть тон его был вызывающим, глаза не были уверенными. Рицка чуть улыбнулся, положил ладонь ему на макушку. - Будь с ним помягче, пожалуйста, - повторил он и развернулся подогреть обед, слыша, как идут Саяко и остальные ребята. – Сейчас пообедаем, а потом я найду для тебя постельное белье. Кири растерянно захлопал глазами, потом кивнул, не найдя слов и подозрительно косясь на Аояги - младшего, и ушел обратно в комнату. - Рицка! – Соби влетел в кухню, довольный. Юноша потрепал его по ушкам. – Руки вымыл? Садитесь кушать. У нас гость, это пара Рикудо, не обижайте его, пожалуйста. Дети закивали, радуясь. Все старались сохранять прежнюю атмосферу тепла и радости в доме, чтобы ободрить Рикудо. Через четыре дня пара Беспредельных была отвезена в Школу Рицкой. Все эти дни за детьми приглядывала Саяко, и теперь все могли немного расслабиться. Придя в субботу после цирка, все трое младших принялись строить город вместе с Рицкой. Он помогал им, что-то рассказывая, и сам не понимая, что, пока Саяко не присела рядом, а мальчишки не начали собирать конструктор абсолютно самостоятельно. - Рицка, там тебя к телефону. Ответь, ага? А я им сказку расскажу про девятихвостую лису - оборотня. «Господи, неужели снова Ритсу или учителя?» - мелькнуло в голове вымотанного вконец парня, пока он шел до телефона. А потом поднес трубку к уху, твердо произнося: - Аояги Рицка. - Какая официальность! – рассмеялся голос в трубке, и юноша облегченно вздохнул, подходя к окну. – Я слышал, у тебя трудности. — Это не трудности, - Рицка попытался не пустить в голос усталые нотки. – Всё в порядке. - Ну, я же чувствую! Ещё ты меня не обманывал! – голос с веселого стал теплым, сочувствующим, и Рицка прижался лбом к прохладному стеклу, чувствуя, насколько ему нужно сейчас это тепло. – Я приеду? - Приезжай, - он закрыл глаза. – Я буду ждать. Когда через полчаса Сеймей вошел, Рицка даже не дотронулся до него: просто встал у косяка, ожидая, пока брат разуется. - Чай, кофе? - Да, но только я тебе сделаю кофе, а не ты мне. Вижу, ты себя просто выматываешь возней с этими мелкими! – Сеймей недовольно поморщился и потянул брата на кухню. – Пошли-ка. - Ага, - Рицка улыбнулся, идя за ним. От осознания того, что брат рядом, на душе становилось легче. - Рицка, а ты меня поцелуешь на ночь? – из комнаты выскочил Соби. Юноша обнял его и звонко чмокнул в щеку – но мальчик стоял, с любопытством и симпатией разглядывая черноволосого красивого гостя. Хотя за шесть лет черты Сеймея стали жестче, он мало изменился. Японцы вообще медленно стареют. А потом мальчик шагнул вперед, протягивая руку. - Я Намаэ Соби, а ты? – он даже рот приоткрыл, глядя на старшего Аояги. Тот обернулся, фыркнул пренебрежительно: - Я – тот, кто с такой мелочью, как ты, не водится! Соби стоял, как оплеванный, около минуты, а потом побежал в спальню. Рицка с укором покосился на брата и пошел за воспитанником. Конечно, ему пришлось утешать мальчика, прижимая к себе, потому что Намаэ плакал. Конечно, он остался слушать с Соби сказку, поглаживая доверчивые ушки, и встал только тогда, когда убедился, что Соби спит и тепло накрыт одеялом. - Кофе остыл, - укоризненно сообщил Сеймей, сидя в кресле уже в его кабинете. – За кем это ты так? Я думал, я тебе дороже всех. - Сеймей, ты всё так же себя любишь, - улыбнулся Аояги – младший, садясь на подлокотник и беря кофе. – Не оставлять же мне было ребенка в слезах, - он вздохнул и сделал первый глоток. «Он…всё ещё тебя любит, брат? Или ты просто напомнил ему сны о боях?». Теплые руки бесцеремонно сгребли юношу за талию и усадили на колени. Рицка плавно отставил чашку с кофе на стол, прижался к брату, утыкаясь лицом в мягкие черные завитки. - Что у тебя случилось, что ты на взводе ходишь? – Сеймей ласково взъерошил волосы братишки. Когда он успел стянуть резинку, Рицка даже не заметил. - Ни-че-го, - отозвался он, вдыхая аромат брата. – Просто устал. - А конкретней? - Просто.… Это я виноват. Я не уследил за ним, и… - и юноша рассказал Сею всю историю Рикудо, под конец уже всхлипывая. – Это по моей вине! - Успокойся, малыш. Это было не в твоей власти, - глаза Сеймея, глубокие, завораживающие, тянули к себе, звали, просили, повелевали сбросить с себя все беды и остаться рядом со старшим братом, любящим своего маленького Рицку…