Лисенок на воспитание

Около полудня маленький Агацума заснул на груди молодого человека, и Рицка оставил его досыпать, перенеся на постель в спальне, а сам с Саяко и Аяме принялся в срочном порядке готовить к приходу гостей. Обе пары приехали к вечеру, когда дом уже сиял и блестел. Даже проснувшийся днем Намаэ успел помочь Аояги с уборкой и готовкой. Мальчик был уже вполне в своем сознании, только взгляд, как всегда после визитов Агацумы, посерьезнел на некоторое время, да плечи расправились. Соби с нетерпением ждал прибытия друга весь триместр, и теперь просто вылетел ему навстречу, обнял, наплевав на остальных, не видя, как Айки помрачнела, а Ворон присвистнул, держа своего Бойца за руку. Тошидзо и Кёко приехали на следующий день и собирались остаться на всё время каникул: всё же две боевые пары, уже начавшие проходить обучение в Школе, могли стать причиной серьезных проблем, если за ними не присматривать. Аояги беспокоился за своих воспитанников: они стали собраннее и как-то жестче. Даже мягкий спокойный Инари был теперь не слишком спокоен, и Соби пытался помочь ему, веселя друга, но не преуспел. Правда, Рикудо наоборот порадовал обитателей приюта: мальчишка стал несколько веселее, даже Ворон помягчел, веселясь вместе с ними и радуясь приходу Нового года. Едва ребята приехали, Соби прикипел к ним с вопросами о Системе и боях. Рицка тоже слушал, когда ловил такие разговоры, да и Аяме тоже было любопытно, хоть она и скрывала любопытство за занятиями шитьем и вязанием. Всю неделю в доме царила праздничная атмосфера, фейерверки, фильмы, игры, шутки, вкусности. За это время единственной, кто почти не поддался этой атмосфере, была Айки. Девочка почти не улыбалась, оставаясь такой же серьезной, и каждый день продолжала тренировать Инари. Иногда против неё вставала пара Тошидзо и Кёко, и несколько раз старшая пара возвращалась с болью от оков, хоть пока и без поражений. Соби жадно впитывал в себя всё, что было связано с Бойцами и Жертвами, пытался вытянуть сведения из Инари, научился раскрывать Систему… Рицка искренне радовался успехам Намаэ, но его озадачивало то, что с каждым днем Соби становился всё печальнее. В день отъезда пар обитатели приюта тепло простились с Рикудо и Вороном, которого приняли своим, с Инари – и Саяко притянула к себе серьезную Айки, хоть девушка и признавалась потом, что от холодно-недоумевающего взгляда девочки её охватил озноб. Кёко последовала её примеру, прощаясь с Айки ласково и весело, как со всеми. Таково было правило: отношение наставника не должно влиять на обращение к воспитаннику. Тоши и Рицка не стали обнимать девочку, просто тепло попрощались. Соби стиснул Инари в объятии, почти отчаянном, и долго молча смотрел вслед. Через час молодой человек увел дрожащего Намаэ в дом, налил ему горячего чая, а сам сел рядом. - Пей, давай, чтоб опять не простудиться. Чем ты так расстроен? Что-то случилось? Соби порывисто взобрался к нему на колени, обнял за шею и заговорил, часто дыша, выговаривая слова через боль, через слезы: - Она… Инари, она с ним так обращается… Ты не слышал, твердит постоянно, что он всего лишь её оружие, чтобы учился быстрее, что она должна с помощью Инари убить твоего брата и всякого, кто ей помешает.… Говорит, что ей нужен идеальный Боец.… - Его почти трясло от слез. - А сама его волю каждый раз убивает, впихивает свою волю, как в пустой сосуд, ему же плохо, плохо, я вижу! Я как-то пробовал вмешаться, так Айки сказала, что она хозяйка Инари, и как с ним поступать, только ей решать, сказала, что Инари должен, обязан помочь ей отомстить! Он же не собачка какая-нибудь, а Айки его каждый раз убивает, его… Ему же больно.… А он молчит, Рицка, почему? Я не понимаю, не понимаю, он же не вещь! Я думал, связь на любви основывается, а она… Рицка обнял мальчика за плечи, прижал к себе, укачивая. - Соби… Их так учат в Школе, да и в сердце Айки только жажда мести.… Прости меня, я боюсь, Инари нам не спасти. Но я обещаю тебе, ты никогда не станешь для меня просто оружием. Я люблю и всегда буду любить тебя! – Аояги крепче прижал к себе мальчишку, укачивая. – Соби, не плачь. Держи, - он протянул на ладони чашку чая с лимоном, посылая по связи волны тепла и любви. Тихо пробормотал: - То, что ты рассказал о ней, очень напоминает моего брата.… Хотел бы я знать, для кого он так натаскивал своего Бойца… - Нисея? – Соби внимательно посмотрел на Рицку, отпив почти половину чая. Рицка снова послал по связи волну любви, тихо ответил: - Агацуму. - Я… был таким же, как Инари сейчас? - Гораздо тяжелее. Тебе это вбивать в голову начинали раньше. Но сейчас… - Я никогда таким не буду! – вскрикнул Соби, сжимая свободную руку в кулак. – Клянусь, никогда таким не буду!!! Лучше умереть!!! - Не надо умирать, - Рицка принялся поглаживать мягкие ушки. – Тебя никогда так не выучат, и я не заставлю тебя стать вещью. Всё хорошо, Соби. Я люблю тебя. Мальчик кивнул, немного успокоившись, снова глотнул чай. Вздохнул: - А всё же жалко Инари. Он же мой друг…