Лисенок на воспитание

- Рицка, - однажды вечером тихо попросил мальчик. – Возьми мои ушки, а? - Мальчик мой, ты сдурел? – Аояги положил ладонь ему на макушку. – Не в тринадцать же лет! - Между прочим, тринадцать – это возраст согласия, - буркнул Намаэ, надуваясь. - Это слишком рано, - Рицка ласково поглаживал мягкое ушко. – Твоё тело не готово. - А что мне, до двадцати пяти лет, что ли, ждать? – громко возмутился подросток, садясь. – Меня ж совсем задразнят!!! - Вот как? – Рицка плавно отвел руку от его волос, и мальчик испугался: такого холода в глазах парня он не видел. – Так ты собрался лишиться ушек только потому, что тебя дразнят? Целочкой обзывают, да? Это было ударом ниже пояса. В голове у мальчишки помутилось. - А ты… ты сам не так лишился ушек? Я же знаю, ты мне их обещал! Тоже, небось, чтобы не задразнили, лишился ушей? Конечно, тебя же не оберегали так, как ты меня, тебе же… Рицка неторопливо уселся, с холодным интересом разглядывая Бойца. - Что ещё скажешь, раз уж ты об этом вспомнил? Соби молчал, застывая в этом гневном холоде. Так вот он какой в ярости? Он проваливался в полные холода глаза, как в детстве проваливался в звездное небо, лежа на траве – бесконечно летя, исчезая в синей вселенной… - Если для тебя это важно, - Аояги рванул его на себя, перевернулся, подминая под себя тело подростка, стягивая с него одежду. – Если для тебя это так важно – я отберу их у тебя прямо сейчас, - на пол полетели штаны Намаэ, и мальчик вздрогнул, поняв, что очутился совсем без одежды. – А потом тебя задразнят ещё за что-нибудь, и я снова предоставлю это тебе, - руки грубо ущипнули мальчишку за соски – и замерли. – Потому что – я люблю тебя, Соби… - Рицка повернулся на бок, прижал к себе застывшего в ужасе мальчишку, накрыл его одеялом. Погладил по волосам, прижимая к себе, чувствуя, как Бойца трясет. – Прости, - почти без голоса прошептал он. – Я… я не хотел, чтобы всё так было. Прости, Соби, - он уселся на край кровати, укутал подростка в одеяло, а сам подошел к окну. Хрустнул леденцом, ненавидя себя. Защитник, ага. Насилующий собственного Бойца… Аояги потер руками лицо. И ведь даже мытье не поможет. Он просто недостоин своего ангела… - Прости, - тихо повторил он. С кровати послышался вздох. - Да ладно, это ж я тебя довел, - Соби уселся, закутываясь в одеяло. – Я тоже не хотел так. - С чего тебе вообще такая чушь в голову пришла? – спросил Рицка, перекатывая во рту очередной леденец. – Кто там тебя дразнит? - Не дразнит, - вздохнул Намаэ. – Мне говорили, что ты… Что ты можешь выбрать себе более опытного Бойца. Ну… который без ушек. Который будет знать, как тебе сделать хорошоооо… - мальчишка рыдал уже в полный голос, хлюпая носом в одеяло. Дребезжание стекла заставило его в удивлении замолчать. Рицка тихо стукался лбом о стекло, то ли икая, то ли смеясь, то ли плача. – Ты что? - Ой, Соообиии… - парень сполз на пол, вытирая слезы, хотя на лице губы кривились в улыбке. – Ангел мой ушастенький, ну, что ж ты мне так не доверяешь, а? - А ты сам от меня полдетства отгораживался, - Соби зафыркал, как пони. – Я откуда знаю, что ты… что тебе со мной… Я же не умею ничего!!! Чтобы тебе, ну… - щеки подростка жарко заалели. Рицка вздохнул, отлип от окна и от леденцов и прошел к нему. Уселся на стул напротив кровати. - Давай-ка по порядку, что там у тебя случилось. Кто тебя так пугает? Этот твой сосед? - Это мои проблемы, - Намаэ надулся, мрачно глядя на Жертву. Тот вздохнул, дергая себя за хвостик из волос. - Нет, честное слово, я сейчас курить начну! – ещё один вздох. – Соби, радость моя, с тех пор, как ты появился в приюте, твоих проблем нет. Есть наши. Мы всегда можем решить, что делать, потому что мы ПА-РА!!! Усек? Я ж не говорю, что вот прям щас пойду выносить всех твоих куросаки во вселенскую задницу! Но знать, что происходит, я должен. Рассказывай. Рассказ занял десять минут, после чего Рицка снова подергал многострадальные волосы. - Так. Значит, ты хочешь, чтобы он не говорил тебе гадостей, но не хочешь, чтобы я вмешивался, так? - Так, - вздохнул Намаэ. - Значит, так, - очередное задумчивое дергание хвостика. – Во-первых, зарядка и тренировки, которые ты забросил. Во-вторых, уверенность в себе. Не эта твоя искусственно выпрямленная спина, а именно уверенность. В себе, во мне, в нас. В-третьих, работай со словами. Отвечай ему так, чтобы это ему захотелось сунуть голову в песок, а не тебе. А будут нападать втроем и больше, - неожиданно жестко закончил он, - зови меня. Чтобы не случилось непоправимого. Обещай мне! - Обещаю, - Соби протянул руку, но Рицка её перехватил и бережно поцеловал в ладонь. - Ложись спать, мой драгоценный. Подоткнуть тебе одеяло? - А ты? – Соби попытался поймать взгляд Аояги, но тот повернул голову в сторону. - Разве тебе не противно со мной спать? Я же… - он сжал губы. Подросток вздохнул. Иногда ему казалось, что он – единственный взрослый в их паре: - Раздевайся и иди сюда, - мальчик потянулся за одеждой, натянул плавки. Рицка отвернулся, послушно снимая джинсы и футболку. – Ложись, - Соби потянул Жертву на себя, выключил свет, обнял его за шею, как можно ближе, как можно плотнее, кожа к коже. – Рицка? - М? – гладившая его по волосам ладонь дрогнула, и Соби прижался сильнее. - А ты меня научишь? - Чему? - Ну… чтобы тебе хорошо было… - ушки в смущении прижались к светлым волосам. Рицка погладил его по лопаткам, обнял за талию, фиксируя рядом. - Научу. Постепенно. Спи давай.