Дочь Темного лорда

Первый месяц лета прошёл на удивление спокойно. Гарри и Лия постепенно привыкали к возвращению в интернат: к его размеренному ритму, прогулкам по территории, знакомым коридорам и голосам других детей. Днём они гуляли, читали, выполняли задания на следующий учебный год, а по вечерам долго разговаривали, обсуждая Хогвартс и всё, что осталось позади. Иногда, получив разрешение у мадам Винтер, они выбирались в Косую аллею. Женщина сопровождала их не чаще раза в пару недель, но даже этого хватало, чтобы ребята могли пополнить свои запасы книг — не только учебных, но и тех, что просто хотелось прочитать. Эти вылазки стали для них маленьким праздником. Была лишь одна вещь, которая не давала покоя. Письма. Первую неделю все было хорошо, а потом наступила тишина. Гарри и Лия писали Драко и Гермионе. Потом ещё. И ещё. Букля исправно улетала — и так же исправно возвращалась ни с чем. Ни одного ответа. Ни одного письма в ответ от друзей. Прошла неделя. Потом вторая. Потом почти месяц. Это было странно. И больно. Слишком уж тяжело было принять мысль, что после всего пережитого — клятв помогать друг другу, ночных разговоров и опасностей — между ними вдруг повисла тишина. Однажды утром их разбудал стук в дверь. Мадам Винтер сообщила, что у них гости. Через несколько минут Гарри и Лия уже спускались вниз — и застыли на месте. В холле стояли Гермиона и Драко. Рядом — родители Гермионы, немного смущённые, но доброжелательные. Гермиона первой бросилась к ним, обняв обоих сразу и заговорив слишком быстро: — Мы так переживали! Мы писали вам, но вы не отвечали. Мы уже не знали, что думать! — Да, — перебил её Драко, нахмурившись. — Мы писали постоянно. В конце концов мой отец связался с родителями Гермионы, и мы решили приехать сами. Гарри и Лия переглянулись. — Мы тоже писали, — тихо сказала Лия. — Постоянно. И не получили ни одного ответа. Поттер кивнул, подтверждая слова подруги. — Значит дело не в нас. Что-то случилось с письмами.  В тот же день родители Гермионы оформили разрешение, и ребята отправились гулять вместе. Они зашли в Косую аллею — и там, среди шумных лавок и витрин, решили приобрести амулеты-связи для Малфоя с Гермионой. Магические, надёжные, не зависящие от сов и почты. С того дня они почти не расставались, даже находясь далеко друг от друга. Лето продолжалось спокойно, но загадка с письмами так и не была решена. Ближе к концу каникул было решено встретиться ещё раз — уже для подготовки к школе. Машина семьи Грейнджер подъехала к «Дырявому котлу», и вскоре дети, пройдя через знакомый проход, оказались в Косой аллее. Там их уже ждал Драко с семьёй. Леди Малфой с миссис Грейнджер решили остаться в кафе, чтобы насладиться отдыхом от шумной компании. Отцов отправили на сопровождение детей. Почти все покупки были сделаны быстро: мантии, ингредиенты, мелочи. Оставалась последняя лавка — книжная. — Я думаю с книгами вы справитесь сами, мне нужно отлучится. Как закончите, ждите меня на улице возле магазина, — с этими словами, Лорд Малфой, направился в другую сторону.  — Я тоже подожду вас снаружи, меня притомило такое количество людей. Здесь прохладнее, — мистер Грейнджер ободряюще улыбнулся детям и присел на лавочку рядом с магазином. Внутри книжного царил настоящий ажиотаж. Людей было так много, что приходилось протискиваться между стеллажами. Причина стала ясна почти сразу: в центре магазина, окружённый вспышками и восторженными голосами, стоял Златопуст Локонс — знаменитый волшебник, автор двенадцати книг о собственных «подвигах». Он раздавал автографы, позировал для колдографий и с удовольствием сообщал всем желающим, что со следующего года станет преподавателем Защиты от тёмных искусств в Хогвартсе. Гермиона смотрела на него с нескрываемым восторгом. Гарри усмехнулся. Драко — скептически прищурился. — И вот это будет нас учить? — тихо спросила Лия. — Серьёзно? Если уж выбирать, лучше бы Снейп. Хорошего зельевара найти проще, чем толкового преподавателя Защиты. Мальчики переглянулись и молча кивнули. В этот момент в магазин зашла семья Уизли. Гарри сразу заметил Рона и близнецов, последние приветливо помахали всей компании и поспешили к ним. — Ребята, как ваши дела? Заценили нового преподавателя ЗОТИ? Он хоть палочку держать умеет? — близнецы тоже были неудовлетворенны выбором профессора. — Конечно может, он ведь столько подвигов совершил, — Гермиона сердито топнула ногой.  — Ну да, совершил,— фыркнул Малфой. — Весь мир спас и даже укладку не помял.  — Именно, — Лия рассмеялась вместе с мальчиками, одна Гермиона осталась насупленной. — Герми, он тебе понравился? Не знала, что твой типаж самовлюбленные блондины. Малфой без обид.  — Обиды? — Малфой приподнял бровь. — Ты переоцениваешь его и недооцениваешь меня. Он усмехнулся, но Лия всё равно заметила порозовевшие кончики ушей друга.  — Дети, это психушка. Давайте выбираться отсюда. О, мистер Поттер. Мои сыновья рассказывали о вас. Я Артур Уизли, очень рад с вами познакомиться, — Гарри пожал руку протянутую руку. — Мистер Поттер, я хотел спросить… В дверях появился Люциус Малфой. Он окинул зал холодным взглядом, заметил сына — и тут же заметил Артура Уизли. Его выражение изменилось. — Мистер Уизли, — протянул он. — Всё так же покупаете подержанные книги? Он взял одну из стопки маленькой рыжей девочки, мельком посмотрел и с явным презрением положил обратно. — Поразительно, — продолжил он спокойно, — как некоторые семьи умудряются растить детей в таких условиях. Смысл работать сверхурочно, если тебе за это не доплачивают?  —  Я работаю не ради сверхурочных, Малфой, — отозвался Артур. — А ради того, чтобы мир вокруг был хоть немного чище. — Ооочень благородно, — по ухмылке лорда Малфоя было понятно, что он абсолютно другого мнения. Гарри и Лия растерянно замерли. Они никогда не видели Люциуса таким. — Драко,дети, — холодно сказал он. — Мы уходим. Уже снаружи, заметив замешательство на лицах друзей, Драко коротко произнёс: — Отец не всегда такой. Просто… с Уизли у него старая история. Очень старая. На этом разговор был закрыт. Мистер Грейнджер присоединился к компании и все направились к месту встречи. После покупок они зашли в кафе, поели мороженого, попрощались. Родители Гермионы отвезли Гарри и Лию обратно в интернат. До отъезда в Хогвартс оставались считанные дни. В тот вечер всё было спокойно. А ночью, когда Лия ушла в душ, в их комнате внезапно появилось странное существо — маленький домовой эльф с большими глазами. — Добби, сэр, — пропищал он. — Добби пришёл предупредить мистера Поттера. Гарри насторожился. — Предупредить о чём? — Мистеру Поттеру нельзя возвращаться в Хогвартс, — прошептал Добби. — Там опасно. — Я поеду, мне там нравится, — твёрдо ответил Гарри. — У меня там друзья. — Друзья, которые не пишут мистеру Поттеру, — прошептал эльф. — Откуда тебе это известно?  В руках эльфа появились письма. В этот момент в комнату вошла Лия — и замерла. — Что это такое? Добби вздрогнул. — Мисс… тоже не должна ехать. Это опасно. Лия медленно выпрямилась. — Ты не можешь решать это, — сказала она спокойно. — У тебя есть хозяин. Кто дал тебе приказ напугать нас? — Добби не может говорить! Не может говорить плохо о добродетелях! Добби должен наказать себя!  Эльф вскрикнул и начал биться головой о стену. — Но если приказа не было, — тихо продолжила Лия, — почему ты здесь? Добби замер. В комнате повисла тревожная тишина. Его большие глаза наполнились тревогой, тонкие пальцы сжались в складках наволочки, будто он пытался удержать себя на месте. Несколько секунд он молчал, словно взвешивая что-то внутри себя, а затем тихо, почти шёпотом, произнёс: — Добби пришёл сам, — сказал он. — Никто не приказывал Добби. Добби знает, что это опасно… в Хогвартсе происходят плохие вещи. Они могут нанести вред мистеру Поттеру. Добби думал, что великий волшебник все исправит… Он снова вздрогнул, словно ожидал боли за свои слова, но продолжил: — Добби не может говорить всего. Добби не может называть имена. Но мистеру Поттеру грозит большая опасность. Очень большая. И мисс тоже, — его взгляд метнулся к Лии. — Добби не мог сидеть и ждать. Гарри сделал шаг вперёд. — Ты рискуешь, — сказал он. — Если твои хозяева узнают… Домовой эльф резко дёрнул головой. — Добби знает, — тихо сказал он. — Но Добби обязан был предупредить. Добби видел, что мистер Поттер хороший. Настоящий хозяин очень любит мистера Поттера… В комнате снова повисла тишина. Лия внимательно смотрела на эльфа, затем медленно покачала головой. — Мы благодарны тебе, — сказала она спокойно. — Правда. Но ты ошибаешься, если думаешь, что мы беззащитны. Добби поднял на неё взгляд. — У нас есть друзья, — продолжила она. — Мы не одни. Гарри кивнул. — И у нас есть преподаватели. Даже те, кто не всегда нас любит, — добавил он с едва заметной усмешкой. —Снейп может злиться, кричать и назначать отработки, но если будет опасно… он поможет. Добби слушал, не перебивая. — Мы сами справимся, — уверенно сказал Гарри. — Мы не собираемся прятаться. Домовой эльф опустил голову. — Добби надеялся, — прошептал он, — что мистер Поттер будет в безопасности, если не поедет. — Безопасность — не всегда в бегстве, — тихо ответила Лия. — Тогда… Добби больше ничего не может сделать, — сказал он глухо. — Но Добби всё равно будет пытаться… как сможет. Он посмотрел на них обоих — долгим, странно серьёзным взглядом — и внезапно исчез с негромким хлопком, оставив после себя ощущение тревоги, которое не рассеялось сразу. Гарри и Лия ещё долго стояли молча. — Добродетель, великий волшебник…, — протянула Лия, — тебе не кажется, что это один человек?  — Кажется, что это директор. Других великих волшебников больше нет. Значит он хозяин Добби? — Не похоже, он бы тогда и называл его хозяин. Такое ощущение, что он просто его слушает или прислушивается. Повисла тишина, каждый обдумывал слова эльфа.  — Мне это не нравится, — наконец сказал Гарри. — Мне тоже, — ответила Лия. — Но он сказал одно правильно. — Что? Она посмотрела на друга. — В этом году в Хогвартсе действительно будет опасно.