Дочь Темного лорда

Первая неделя лета выдалась спокойной, и к ребятам заглянул Добби. Маленький домовой выглянул из угла комнаты, его глаза сияли радостью. — Добби очень рад видеть, что у вас Гарри Поттер всё хорошо, — проговорил он торопливо. — И с вашими друзьями тоже. Добби надеется, что вы не сердитесь на него, и не звали меня только потому, что у вас все было хорошо, а не потому, что злитесь. — эльф печально заламывал руки. — И мое обещание остаётся в силе. Если вам понадобится помощь, пожалуйста, зовите меня. Лия и Гарри обменялись улыбками. — Всё в порядке, Добби, — сказала Лия мягко. — В этом году у нас всё было под контролем. Нам не нужна была твоя помощь. И мы помним о твоем обещании. Домовой слегка опустил голову, смущённо вздохнув. — Добби чувствует, что эта вещь здесь… — сказал он, словно проверяя каждое слово. — Вы взяли её с собой? — Да, Добби, — ответила Лия. — Она здесь, но с ней всё в порядке теперь. Мы держим её под контролем. Добби на секунду замер, прислушиваясь. — Мисс Гранд… вы правы, — тихо произнёс он. — Она теперь другая. Она… тёмная, да, но спокойная. И её спокойствие отходит от вас мисс. Добби верит вам. Я верю, что вы держите всё под контролем. Он сделал шаг назад, склонил голову в поклон и добавил: — Пожалуйста, не забывайте Добби. Хороших вам каникул! С этими словами домовой исчез с тихим хлопком, оставив ребят с лёгким чувством уверенности и тепла. Лето прошло удивительно спокойно — настолько, насколько вообще может быть спокойным лето у детей, которым магия давно стала частью повседневности. Лия и Гарри готовились к новому учебному году: писали домашние задания, ругались на эссе, откладывали их до последнего, а потом сидели допоздна над пергаментами. Иногда они встречались с друзьями — в магловском Лондоне или в магических районах, где всё казалось привычнее и безопаснее. Лия часто писала Тому. Спрашивала, как у него дела, не скучает ли он, нашёл ли что-то новое в книгах и забавное на карте. Он отвечал коротко, язвительно, иногда почти грубо — но она слишком хорошо помнила его рождественские строки, пропитанные одиночеством, чтобы не понимать: ему важно, что о нём не забыли. Даже если он никогда бы этого не признал. Лето пролетело быстро. Слишком быстро. Их дни рождения были в один день и стали общим праздником. Торт на двоих, свечи, задуваемые по очереди, и ощущение, что они давно уже семья, даже если формально это было не так. Лия вручила Гарри подарок первой. — Это… — она немного смутилась и отвела взгляд. — Я знаю, что в Хогвартсе метлы, мягко говоря, не лучшие. Когда Гарри снял обёртку и увидел Nimbus 2000, он просто замер. — Лия… ты… — он сглотнул. — Ты с ума сошла? — Возможно, — пожала она плечами. — Но ты отличный ловец. И я хочу, чтобы у тебя было лучшее. Он долго молчал, а потом крепко её обнял — так, как обнимают не из вежливости, а потому что слов не хватает. Свой подарок он протянул уже после — немного неловко. Это был изящный серебряный браслет с небольшой россыпью сапфиров.Ничего вычурного. На внутренней стороне — едва заметные, почти неощутимые руны. — Я… — Гарри почесал затылок. — Я не знал, что тебе подарить. Это защитный браслет. Не сильный, но… если станет совсем плохо — он нагреется и предупредит, чтобы ты не лезла и не была одна. Лия улыбнулась мягко и по-настоящему. — Это лучший подарок, Гарри. К концу лета Мадам Винтер договорилась с директором интерната: Лии и Гарри позволили возвращаться позже обычного, без постоянного контроля. Они никогда не создавали проблем — учились, соблюдали правила, и потому им доверяли. В тот вечер они возвращались знакомой дорогой к интернату. Вокруг клубился туман, фонари тускло освещали дорогу, улицы были почти пусты. Лия первой почувствовала неладное. Воздух вдруг стал холодным — резко, не по-летнему. Подул пронизывающий ветер, от которого кожа покрылась мурашками. Уличные фонари замигали, свет на мгновение стал еще более тусклым, словно кто-то выжимал из него жизнь. Она огляделась. — Гарри… — тихо начала она. Он схватил её за руку и потянул ближе. — Смотри. В кустах, у самой кромки дороги, светились два глаза. Не отражали свет — именно светились. Тёмный силуэт шевельнулся. Раздалось глухое, низкое рычание. Ребята медленно отступали назад, не отрывая взгляда от темноты. Сердце билось где-то в горле. Они не бежали — просто шаг за шагом отходили, боясь сделать резкое движение. И тут дверь интерната распахнулась. — Мистер Поттер, мисс Гранд! — раздался голос Мадам Винтер. — Мы же с вами договорились возвращаться вовремя. Где вы застряли? Они одновременно обернулись. Всего на секунду. Когда Лия снова посмотрела туда, где были глаза, — улица была пуста. Кусты неподвижны. Тишина. Ни следа, ни звука, будто ничего и не было. — Вы меня слышите? — уже мягче спросила Мадам Винтер. — Да, — быстро ответил Гарри. — Простите. Мы уже идём. Они вошли внутрь, но ощущение холода не отпускало Лию ещё долго. Что-то изменилось. И лето закончилось не так спокойно. Настал день отъезда в Хогвартс. Хогвартс-экспресс, как всегда, гудел голосами и смехом, но ребята успели занять купе без особых проблем. Они устроились с комфортом: пледы были разложены, подушки устроены у окна, на столике появилась еда.  Поезд мягко тронулся. Драко сидел у окна и читал свежий выпуск Ежедневного пророка. Колдография на первой полосе то и дело дёргалась — мужчина с измождённым лицом и диким взглядом нервно оглядывался, словно чувствовал, что за ним наблюдают. Гарри заметил это почти сразу. — А кто это? — он кивнул на газету. Драко поднял взгляд. — Сириус Блэк. Он сбежал из Азкабана. Его сейчас повсюду разыскивают.  Гарри нахмурился. — Из Азкабана? Но… разве это возможно? — Считается, что нет, — спокойно ответил Драко. — Но, как видишь, он сумел. Мама этим очень обеспокоена. — Почему? — тихо спросила Лия. — Он её кузен, — ответил Драко после короткой паузы. — До замужества моя мать была Блэк. У неё были кузены Сириус, Регулус и сестры Андромеда и Беллатриса. Гарри взял газету из его рук и внимательно всмотрелся в колдографию. В лице Сириуса было что-то тревожное — не просто безумие, а боль, застывшая в глазах. — Вы видели новые учебники ? — спросил Драко, переводя тему. — Это что, серьёзно? — он показал толстенную книгу, перевязанную со всех сторон, она двигалась сама по себе, рычала и было ощущение, что хочет покусать всех присутствующих. — Мама чуть в обморок не упала, когда мы её купили, — засмеялась Гермиона, вспоминая, как её собственная мама едва не потеряла дар речи. — Смотрите, она реально пытается нас укусить. — Да, мы её тоже перевязали, чтобы не пострадать, — добавил Гарри с хитрой улыбкой.   И именно в этот момент поезд резко дёрнулся. Сначала стало холодно. Не просто прохладно — будто кто-то открыл дверь в зиму. Окна купе мгновенно покрылись инеем, дыхание превратилось в белёсый пар, а воздух стал тяжёлым, вязким. Поезд остановился. И тогда дверь купе распахнулась. На пороге стояло существо в чёрном, словно сотканное из тьмы. Под капюшоном — пустота, провалы вместо глаз, от которых невозможно было отвести взгляд. Холод усилился, сковывая тело и мысли. Существо медленно двинулось к Гарри. Лия резко вскочила, бросившись к нему, но в проходе появилось второе — и его внимание мгновенно обратилось к ней. В голове вспыхнули обрывки чужих воспоминаний, страх сдавил грудь, ноги подкашивались. Гермиона и Драко сидели неподвижно, словно парализованные. И вдруг… — Экспекто патронум! Яркая вспышка белого света прорезала полумрак купе. Серебристый след, похожий на туманное сияние, смёл оба существа прочь. Холод начал отступать, словно его вытесняли силой. Лия с трудом удержалась на ногах. Голова раскалывалась, тело дрожало, а в груди всё ещё жило липкое ощущение ужаса. Гарри рухнул на пол и потерял сознание. В проходе стоял мужчина. Он был высоким, но худым, словно жизнь обошлась с ним не слишком мягко. Поношенная мантия висела на нём мешковато, тёмные волосы были слегка растрёпаны, а на лице — следы усталости и болезненной бледности. Но глаза… глаза были тёплыми и внимательными. — Всё в порядке, — спокойно сказал он. — Они ушли. Он достал из кармана плитку шоколада, быстро разломил её на части и раздал детям. — Возьмите. Это поможет. Мужчина присел рядом с Гарри и похлопал его по щекам. Гарри медленно открыл глаза. — Съешь. Тебе станет лучше. Он оглядел ребят, словно оценивая их состояние. — Такое иногда случается. Я пойду проверю машиниста и узнаю, всё ли в порядке. Он направился к выходу, но на секунду задержался. — Отдыхайте. Дверь купе тихо закрылась. Лия всё ещё стояла, опираясь рукой о стену. Её знобило, пальцы побелели, дыхание было неровным, будто она только что выбралась из ледяной воды. Перед глазами всё плыло, а в ушах стоял глухой звон. —Вы как?  — Гермиона первой нарушила молчание. — Лия, присядь.  Драко тоже поднялся со своего места, настороженно глядя на неё. — Ты выглядишь так, будто сейчас упадёшь. — Гарри вообще потерял сознание, — тихо добавила Гермиона, — а ты… ты побледнела сильнее него. Лия медленно перевела на них взгляд. — А… у вас? — её голос прозвучал хрипло. — У вас такого не было? Гермиона покачала головой. — Нет. Мы просто… застыли. Как будто всё счастье из комнаты вытянули разом. Было ужасно пусто внутри, но не больше. — Холодно, — подтвердил Драко. — Очень холодно. И… несчастно. Но ничего такого, как у вас. Гарри, сидевший на кресле, внезапно подался вперёд. Его лицо всё ещё было серым, глаза — расширенными. — А вы… — он сглотнул, — вы не слышали крика? В купе повисла пауза. — Какого крика? — осторожно спросила Гермиона. Гарри провёл рукой по лбу. — Женщина кричала. Моё имя. Очень громко… будто прямо в голове. Лия резко вскинула взгляд. — Нет, не было. Драко нахмурился. — Нет. Ничего. Просто… пустота. Давящая. Гермиона обняла себя за плечи. — Гарри, никто не кричал. Было только ощущение холода и… отчаяния. Лия медленно опустилась на сиденье. Сердце всё ещё колотилось, а внутри оставалось странное чувство — будто дементор не просто коснулся её, а заглянул глубже, чем следовало. — Значит, это только ты, — тихо сказала она. Гарри кивнул, уставившись в пол. — Похоже на то. Купе снова наполнилось звуками поезда, но ощущение уюта так и не вернулось. Даже пледы казались холодными, а окна — слишком тёмными. Лия молчала, глядя в стекло, и впервые за долгое время поймала себя на мысли, что дементоры… узнали её. Поезд прибыл на платформу. Воздух был наполнен запахом снега и едва слышимого шума колёс по рельсам. Ученики спешили к выходу, кто-то торопливо проверял сумки, кто-то переговаривался тихо. Ребята прошли через ворота, направляясь в Большой зал. Там уже стоял лёгкий шёпот — слухи о Сириусе Блэке расходились мгновенно. Ученики перешёптывались, указывая на Гарри, который сидел с заметно бледным лицом, и на Лию, которая держалась сдержанно, но едва заметно дрожала. Снейп стоял у края зала, глаза его пронзительно следили за каждым движением. Его взгляд скользнул на Лию. Он слышал о том, что девочка и её друзья стали свидетелями нападения в поезде. Снейп не сказал ни слова, но его молчание и холодный взгляд были почти осязаемы. Поймав ее взгляд, он едва заметно, кивнул. Когда последний ученик занял своё место, а гул разговоров начал стихать, Альбус Дамблдор поднялся со своего кресла. Он слегка постучал вилкой по краю бокала, и в Большом зале воцарилась тишина. — Дорогие ученики, — произнёс он мягко, но его взгляд был необычно серьёзен. — Боюсь, что начало этого учебного года оказалось несколько более волнительным, чем нам бы хотелось. По залу прокатился шёпот. — Как вам уже известно, — продолжил Дамблдор, — из Азкабана сбежал опасный преступник. Министерство магии считает, что этот человек представляет угрозу не только для магического сообщества, но и для нашей школы. Он сделал короткую паузу, давая словам осесть. — В связи с этим Министерство настояло на дополнительных мерах безопасности. В ближайшее время территорию Хогвартса будут охранять дементоры. В зале послышались приглушённые вздохи, кто-то нервно поёжился. — Прошу вас не поддаваться панике, — спокойно добавил Дамблдор. — Дементоры не будут допущены в замок. Им строго приказано оставаться за пределами школьной территории и вмешиваться только в случае крайней необходимости. Его взгляд скользнул по рядам студентов, словно он видел каждого. — Инцидент, произошедший в поезде, — продолжил он, — был досадным недоразумением. Скажем так, излишним рвением со стороны наших новых “стражей”. Подобное больше не повторится. Он слегка улыбнулся, но улыбка не дошла до глаз. — Тем не менее, я настоятельно прошу вас соблюдать правила. Не покидать территорию школы без разрешения, быть внимательными друг к другу и немедленно сообщать преподавателям о любых подозрительных обстоятельствах. Дамблдор расправил мантию и закончил уже мягче: — Хогвартс был и остаётся безопасным местом для обучения. Я обещаю вам, что мы сделаем всё возможное, чтобы так оно и оставалось. Также хочу представить вам новых учителей, профессор Рубеус Хагрид по уходу за магическими существами и профессор Римус Люпин по защите от темных искусств. Надеюсь, вы примите их с должным уважением. Он сел, и только тогда зал снова наполнился голосами — уже тише, осторожнее, чем прежде. Гарри ушёл в гостиную Гриффиндора. Лия с Драко и Гермионой направились в подземелья Слизерина, на пути им встретился Снейп. — Как ваше самочувствие? — его голос был тих, но каждое слово резало воздух. — Мне доложили о том, что случилось в поезде. — Всё в порядке, профессор, — сдержанно ответила Лия. — Уже лучше. — Рад это слышать. — Снейп скользнул взглядом по Гермионе и Драко. — Следите за собой. Любые необычные проявления — сразу докладывайте. — Конечно, профессор. — Гермиона кивнула, сжав руки. Снейп ушёл в сторону, оставив ребят, и Лия повернулась к друзьям. — Идите, пожалуйста, в гостиную, — сказала она тихо. — Я задержусь ненадолго. Драко и Гермиона переглянулись, затем кивнули и развернулись, чтобы пройти дальше. Лия же ускорила шаг к тайной комнате, где её ждал Том. Она открыла дверь, и комната встретила её знакомой прохладой. Том стоял в углу, словно вытянувшись из тени, глаза синие и острые, но на этот раз — чуть мягче. — Ну, вернулась, значит, — пробормотал он, слегка улыбнувшись, но стараясь сохранить привычную язвительность. — Да, — Лия улыбнулась в ответ. — Поезд немного подпортил поездку, но я хотела убедиться, что у тебя всё хорошо. — И как, скучала? — Том слегка ухмыльнулся. — Может быть, — сказала Лия тихо, но с теплом. — Ты держался молодцом, хотя я знаю, что тебе было одиноко. Том посмотрел на неё чуть дольше, чем обычно, и мягко вздохнул: — Не думай, что я это признаю, но… приятно, что кто-то помнит обо мне. — Я буду писать, если скучно, — Лия заговорила решительно, — и надеюсь, что ты не будешь против. — Я? — Том фыркнул, но улыбка играла на его губах. — Я не нуждаюсь в няньке. Но… можешь писать. Я не буду злиться. Что не так было с поездом?  — Всё было хорошо, — ответила она. — Но… мы столкнулись с дементорами во время дороги. Гарри… — она вздохнула, — он потерял сознание. Том нахмурился, напряжённо сжав руки. — Дементоры в Хогвартсе? А я то думал, что это за изменения вокруг, — его голос стал тихим, но напряжённым. — Ты в порядке? Тебя не задело их присутствие? — Немного холодно было, но я держалась, — Лия кивнула. — Гарри пришлось тяжелее. Том задумался, будто пытаясь осмыслить всё это. Его взгляд смягчился, и на мгновение привычная язвительная маска спала. — Хорошо. Рад это слышать. — Он сделал шаг ближе и протянул ей что-то свёрнутым в руке. — Держи. Это карта Мародёров. На будущие шалости, пусть поможет проследить за всем. Лия взяла карту, внимательно рассматривая её. — Ты нашёл что-нибудь интересное? — осторожно спросила она. — Нет, но было забавно, — сказал Том с лёгкой улыбкой. — И думаю, ты тоже это увидишь. Он положил карту на стол, затем добавил: — А теперь иди и ложись спать. Доброй ночи. Завтра начинается первый учебный день. И не оставляй дневник, хочу быть в курсе всех событий. Лия улыбнулась, чувствуя облегчение от его тёплого тона. — Хорошо, — тихо сказала она. — Спасибо, что заботишься. — Забочусь… кто-то же должен, — буркнул Том, но его глаза говорили об обратном. — День у тебя выдался насыщенный. Отдыхай. Первая неделя встретила ребят уроком по уходу за магическими существами с той самой страшной книгой. Когда настал час, класс уже ждал нового преподавателя на открытом дворе. Первое знакомство оказалось довольно тревожным: Хагрид привёл гипогрифа, величественное и гордое существо с золотистыми глазами и размахом крыльев, который заставлял учащихся затаить дыхание. — Сначала подходите спокойно, — предупредил профессор, — никогда не делайте резких движений. И помните: уважение важнее всего, сначала поклон и если Клювокрыл вас признает, можете покататься.  Первым вызвали Гарри. Он осторожно подошёл, поклонялся гипогрифу, и тот, оценивая его взглядом, слегка склонил голову. Когда Гарри забрался на его спину, сердце у него ушло в пятки, но когда гипогриф взмыл в воздух, ветер свистел в ушах, а мир вокруг словно замер — это было невероятно. Следующими были Лия, Драко и Гермиона. Каждый из них получил свой момент — Лия ощущала восторг и лёгкую дрожь в коленях, когда гипогриф поднял её в воздух; Драко хвастливо держался, но всё равно слегка бледнел от страха; Гермиона, внимательная и решительная, смеялась, наблюдая за ними, а когда сама села верхом, смеялись уже друзья. Постепенно и остальные дети смогли почувствовать радость полёта. С каждым новым учеником гипогриф становился более дружелюбным, а атмосфера на дворе наполнялась смехом, восторгом и удивлением. — Всё прошло замечательно, — сказала Лия, когда занятия подходили к концу, — а книга… ну, книга хотя бы не кусается сегодня. Хагрид кивнул, довольный тем, что ученики справились и получили свой первый опыт работы с магическими существами. На первом уроке с Люпином детей ждало испытание с Богартом. Все стояли перед шкафом, где должно было материализоваться их самое сокровенное. — Помните, заклинание «Редикулус» поможет вам превратить страх в смешное или безопасное, — объяснил Люпин. Рон Уизли содрогнулся при виде гигантских пауков и придумал к ним ролики. Невилл боялся профессора Снейпа, что было неудивительно, и при помощи заклинания, одел его в наряд своей бабули. Подошла очередь Лии.  Боггарт выскользнул из шкафа не сразу. Сначала он дёрнулся, затем сжался, потемнел, вытянулся — и снова замер. На мгновение показалось, что он никак не может решить, чем именно хочет стать. В классе повисла напряжённая тишина. Лия сделала шаг вперёд. Боггарт дрогнул ещё раз — и вдруг перед ней оказалось зеркало. В отражении Лия увидела себя — такую же, как есть, — но за её спиной не было ни класса, ни однокурсников, ни профессора Люпина. Только пустая комната. Голые стены. Закрытое пространство. Ни окон, ни дверей. Лия в отражении оглядывалась, делая шаг в сторону, потом другой — и каждый раз вокруг оставалась лишь пустота. Тишина в зеркале была почти ощутимой, давящей, как будто воздух там был тяжелее. Одиночество. Это было именно оно. Лия резко вдохнула, сжимая палочку так крепко, что побелели пальцы. — Редикулус. Поверхность зеркала дрогнула. По стенам в отражении пошли трещины — сначала тонкие, едва заметные, потом шире. Камень осыпался, пустая комната словно начала рассыпаться, открывая свет. Пространство стало ярче, теплее. И вдруг в отражении к Лии подбежали люди и обняли ее. Друзья. Комната исчезла. В зеркале больше не было пустоты. Боггарт дёрнулся, сжался и с жалобным хлопком втянулся обратно в шкаф. — Одиночество, — тихо сказал профессор Люпин, нарушая тишину. — Понятный страх, мисс Гранд. И, увы, довольно распространённый. Он коротко кивнул. — Отлично. Следующий. Лия отошла в сторону, чувствуя, как дыхание постепенно выравнивается. Из шкафа снова донёсся шорох. Вперёд вышел Гарри. И в тот же миг класс наполнился холодом. Не просто холодом, казалось, будто из воздуха кто-то вытащил всё тепло. По спинам пробежал озноб, на стёклах проступил иней. Боггарт вырвался из шкафа — и сразу принял форму дементора. Высокая, закутанная в чёрные лохмотья фигура медленно поплыла к Гарри, вытягивая к нему пустое, скрытое капюшоном лицо. В классе стало тихо, будто даже звуки испугались. Гарри побледнел. — Назад! — резко сказал профессор Люпин, делая шаг вперёд и заслоняя Гарри собой. Но не успел дементор приблизиться ещё на шаг, как его фигура дрогнула — и в ту же секунду он превратился в огромную, бледную луну. — Редикулус! Голос Люпина был твёрдым и быстрым. Луна тут же сдулась, превратившись в жалкий, сморщенный шарик, который легко взмыл в воздух и отлетел в сторону. Профессор молниеносно развернулся, захлопнул шкаф и наложил запирающее заклинание. В классе стало теплее. — На этом мы закончим урок на сегодня, — спокойно сказал Люпин, оглядывая учеников. — Прошу прощения. Думаю, нам всем нужно отдохнуть и перевести дух. Продолжим в другой раз. Раздались разочарованные вздохи. Ученики начали собирать вещи и медленно выходить из кабинета. — Мистер Поттер, останьтесь, пожалуйста, — мягко добавил Люпин. Лия, Гермиона и Драко задержались у двери, переглянулись и вышли последними, остановившись в коридоре — явно не собираясь уходить далеко. Когда дверь за последним учеником закрылась, профессор повернулся к Гарри. — Ты в порядке? Он подошёл к столу и протянул Гарри дольку шоколада. — Съешь. Это поможет. Гарри послушно взял шоколад. — Да, профессор… всё нормально. — Боггарт принял довольно… характерную форму, — заметил Люпин, присаживаясь на край стола. — Дементоры — это олицетворение страха. В каком-то смысле… хорошо, что он стал именно им. — Он мог превратиться в Волан-де-Морта, — тихо сказал Гарри. — Именно, — кивнул Люпин. — Но он этого не сделал. Гарри нахмурился. — Почему дементоры так действуют именно на меня? В поезде… только я потерял сознание. С остальными всё было нормально. Люпин внимательно посмотрел на него. — Думаю, потому что ты боишься не конкретной вещи, а самого страха. А это довольно смело. С хорошими людьми часто случается плохое, в твоей жизни было не так много хорошего, это и делает тебя лучшей добычей для дементоров.  Гарри замялся. — Когда дементор был рядом, я слышал крик. Женский. Очень отчётливо. Люпин медленно кивнул. — Дементоры вытягивают самые тёмные воспоминания. Самые болезненные. — Я думаю… — голос Гарри дрогнул. — Думаю, это была моя мама. В ту ночь. Профессор на мгновение отвёл взгляд. — Когда я впервые увидел тебя, Гарри, — сказал он тихо, — я узнал тебя сразу. Не по шраму. А по глазам. У тебя её глаза. Глаза Лили. Гарри поднял голову. — Вы знали мою маму? — Да. Мы учились вместе. Она… поддержала меня в тот момент, когда от меня отвернулись почти все. Лили была не просто талантливой волшебницей. Она была по-настоящему добрым человеком. Она умела видеть хорошее — даже тогда, когда сам человек этого не видел. Он чуть улыбнулся. — А твой отец, Джеймс… у него был другой талант. Он постоянно влипал в неприятности. Гарри невольно улыбнулся в ответ. — И этот талант ты, похоже, унаследовал. Люпин встал. — Ты очень похож на них обоих, Гарри. И, думаю, со временем ты сам это поймёшь. Учебные дни потекли дальше — спокойно. Уроки сменяли друг друга, коридоры Хогвартса снова наполнились привычным шумом, разговорами и спорами о домашних заданиях. Никаких серьёзных происшествий — по крайней мере, так казалось. Однажды утром Лия, уже одетая и готовая к завтраку, замерла посреди спальни Слизерина, глядя на миски у стены. — Герми, — нахмурившись, позвала она. — Ты не заметила… куда пропали наши коты? Гермиона оторвалась от книги. — В смысле? Лия кивнула на миски. — Корм не тронут. Совсем. Я стала замечать это ещё вчера. Они раньше целыми днями гуляли по замку, но к вечеру всегда возвращались. И еду они никогда не пропускали. Ты же знаешь — стоит только насыпать… Гермиона подошла ближе и внимательно посмотрела на полные миски. Её выражение стало серьёзным. — Ты права. Это странно. — Она задумалась. — Может, просто загулялись где-то. Скоро вернутся. Но тревога никуда не делась. В тот же день, между уроками, к ним буквально подлетел разъярённый Рон. — Я вам в прошлом году говорил! — выпалил он, почти не переводя дыхания. — Следите за своими котами! Вы что, издеваетесь? Лия и Гермиона переглянулись. — В прошлом году они просто иногда гоняли Коросту, — продолжал Рон. — А теперь? Они пробираются в гостиную Гриффиндора, сидят возле её клетки и поджидают! Они её преследуют! Я устал отбивать свою крысу от ваших котов! — Рон, это просто коты, — попыталась спокойно сказать Гермиона. — Это в их приро… — Держите их при себе! — перебил он. — Я серьёзно! Он развернулся и ушёл, всё ещё бурча себе под нос. Лия вздохнула. Про себя они обе подумали об одном и том же: Локи и Живоглот — не обычные коты. Они книзлы. Они умнее. И с ними действительно нужно поговорить… если удастся их найти. Когда Лия и Гермиона, наконец-то, нашли своих котов, они устроили небольшую воспитательную беседу прямо на полу гостиной: о крысе Уизли, о правилах приличного поведения и о том, что бегать за ней без разрешения больше не стоит. Коты внимательно смотрели на ребят, слегка наклоняя мордочки, почти кивали, как будто соглашаясь. — Понимаете? — сказала Лия, чуть строже, но всё же мягко. — Никаких шалостей с крысятами, ясно? Коты только мягко мурлыкнули. Гермиона и Лия переглянулись, слегка смущённо. — Ну… вроде слушают, — пробормотала Гермиона. — Слушают, но что в голове у них — никто не знает, — вздохнула Лия. — Я всё равно боюсь, что этот урок прошёл мимо. И всё же, наблюдая за внимательными взглядами котов, ребята надеялись, что хоть немного их слова дойдут до этих хитрых и своенравных созданий. Через несколько дней пришли выходные. Первая самостоятельная прогулка студентов в Хогсмид — событие, которого ждали все. Ребята отправились вместе, вырвавшись за пределы привычного мира замка. Они бродили по лавкам, разглядывали витрины, покупали сладости и бесполезные мелочи, смеялись и спорили. Всё было новым и немного волшебным — даже для тех, кто вырос в магическом мире. К вечеру они вернулись в Хогвартс. — Жалко, что мы так и не попали в Визжащую хижину, — протянула Лия. — Говорят, там самое большое скопление привидений, — отозвался Драко. — Но прогулки ещё будут. Успеется. У лестниц они попрощались с Гарри. Он направился в гостиную Гриффиндора, а Лия, Гермиона и Драко — в подземелья. Лия, однако, свернула в другую сторону. Она решила забежать к Тому — отнести ему несколько новых книг, купленных сегодня в Хогсмиде. Как только она вошла в кабинет Салазара Слизерина и положила книги на стол, в голове резко прозвучал голос Гарри — через амулет связи. «Лия. Портрет Полной дамы разорван.» Она замерла. «Она убежала. Кричит, что это был Сириус Блэк. Он проник в школу.» Лия побледнела. — О боже… — выдохнула она вслух. Почти сразу раздались голоса Гермионы и Драко. «С тобой все хорошо?» «Никто больше ничего не видел?» «Нет, — ответил Гарри. — Только Полная дама. Но если она права… значит, он в Хогвартсе.» «Но Хогвартс защищён… — прошептала Лия.» «Похоже, не настолько», — мрачно ответил Гарри. Потом добавил мягче: «Успокойтесь. Сейчас уже ничего не сделать. Давайте отдыхать. Разберёмся завтра.» Связь оборвалась. — Что-то случилось? — спокойно спросил Том, внимательно глядя на дочь. Лия подняла на него глаза и быстро рассказала: о Сириусе Блэке, сбежавшем из Азкабана, о дементорах, охраняющих школу, о разорванном портрете и панике в замке. Том нахмурился. — За что его поймали? — Говорят… — Лия замялась, — что он был в твоих рядах. Поэтому его и посадили. Том задумался. — Блэки часто тяготели к тёмной магии, — медленно сказал он. — Но… я не помню его. Скорее всего, тогда я ещё не был с ним знаком. Он поднял взгляд. — Но если он действительно здесь — это тревожно. Следи за картой. Если он появится, ты должна знать об этом первой. Том чуть смягчил голос. — И береги себя. Не ходи ночами по Хогвартсу. Особенно если по школе разгуливает убийца. Лия кивнула. — Хорошо. — А теперь иди спать, — добавил он. — День был слишком насыщенным. Далеко в Запретном лесу, на краю высокого обрыва, огромный чёрный пёс сидел, внимательно смотря на огни Хогвартса, рассеянно мерцающие в ночи. Рядом с ним устроились два кота — рыжий и чёрный, внимательно наблюдая за движением внизу. Позади них, чуть в стороне, стоял домовой эльф, печально заламывая руки, но с лёгкой улыбкой, глядя на пса и огни замка. Недели сменяли друг друга, шепотки о Сириусе Блэке постепенно стихали. Он больше не появлялся, никто никого не видел, но дементоры всё плотнее окружали Хогвартс. В один из дней на урок защиты тёмных искусств зашёл Снейп. — Профессор Снейп, рады вас видеть, — сказала Лия, — но где профессор Люпин? — Сегодня я его заменяю, — хмуро ответил Снейп. — Он отбыл по семейным делам. А теперь откройте страницу 394. Дети переглянулись. — Оборотни? — переспросила Гермиона. — Да, страница 394, — снова строго сказал Снейп. — Но профессор, мы только начали изучать водяных… — попыталась возразить Гермиона. — Я сказал — страница 394, — отрезал Снейп. Он осмотрел класс и спросил: — Кто знает, чем отличается оборотень от анимага? Гермиона подняла руку. — Анимаг превращается по собственной воле и может себя контролировать, а оборотень обречён на это. Во время превращения он теряет разум, что делает его способным убить даже своего лучшего друга. — Молодец, мисс Грейнджер, — холодно похвалил Снейп. — Пять баллов Слизерину. Он ещё раз осмотрел класс. — К утру понедельника вы должны подготовить два больших свитка по этой теме. — Но, профессор, завтра же квиддич! — вскрикнул Гарри. — Значит, мистер Поттер, начнёте писать свитки уже сейчас, чтобы успеть к утру понедельника, — спокойно сказал Снейп. Урок продолжился, строгий, но ровный, с детальной проработкой темы и вниманием к каждой детали. Настал день матча. Гриффиндор играл с Пуффендуем. Погода была ужасная: дождь, молнии, промозглый ветер. Поттер заметил Снич и ринулся за ним. Золотой озорник улетал всё выше, уводя Гарри в облака. Внезапно рядом появился дементор. Он кружил вокруг мальчика. Гарри пытался увернуться от его призрачных рук, но попытки были тщетны. Из-за облаков все появлялись новые дементоры. Холод мгновенно сковал тело, метла покрылась инеем. Миг и Гарри упал с метлы. Снич скрылся в облаках. Видя как тело мальчика стремительно приближается к земле, Дамблдор тут же замедлил падение. Через несколько мгновений Гарри открыл глаза уже в больничном крыле. Друзья окружили его. — Гарри, с тобой всё хорошо? — спросила Лия, сидя рядом. — Гарри, ты упал с метлы, — вскрикнула Гермиона. — Это всё дементоры. Им запрещено заходить в Хогвартс, но они ослушались. Дамблдор ужасно рассердился, он спас тебя, а их отослал подальше. Гарри приподнялся на кровати. Драко держал что-то в руках. — Малфой, что это у тебя? — спросил Гарри. — Когда ты упал… Твоя метла угодила в гремучую иву, — сказал Драко, разворачивая свёрток. — Так что вот… — Боже, Лия, твой подарок! — воскликнул Поттер, глядя на остатки того, что когда-то было его новой метлой.  — Гарри, ничего страшного, главное, что с тобой всё хорошо. А метлу… я тебе ещё одну подарю. Не переживай. После инцидента на поле для квиддича, Гарри некоторое время сидел в больничном крыле, обдумывая случившееся. Холод и ужас, которые принесли дементоры, оставили глубокий след, и он понял: если это повторится, он может быть не готов защитить себя. Гарри вспомнил, как в поезде профессор Люпин быстро справился с дементором, прикрыв его собой и мгновенно подавив опасность. Этот образ навсегда отпечатался в его памяти. Он решился: пора обратиться к Люпину за помощью. На следующем занятии после урока ЗОТИ Гарри, набравшись смелости, подошёл: — Профессор, — начал он, стараясь не выдать тревоги, — мне нужна ваша помощь! Мне нужно научиться защищаться от дементоров. Люпин внимательно посмотрел на него, читая тревогу в глазах ученика. После недолгих уговоров Гарри получил согласие. Профессор объяснил, что тренировки будут проходить вне уроков, постепенно, чтобы Гарри смог научиться контролировать страх и использовать заклинание «Экспекто Патронум» в любой опасной ситуации. Так началась новая, более интенсивная подготовка Гарри — путь к тому, чтобы стать способным защитить себя и других от дементоров. Ребята поднимались вверх по винтовой лестнице на урок. На самый «важный урок» прорицания. Ребята считали его максимально бесполезным, ведь профессор Трелони не вызывала у них доверия. Они расселись по местам, и профессор заявила: — Сегодня мы будем гадать на кофейной гуще. Пожалуйста, возьмите в руки чашки, стоящие перед вами, наполните их кофем, а затем выпейте.  Все в классе последовали ее наставлению.  — Теперь, загляните внутрь чашки и, с помощью учебника, дайте толкование того, что там увидели. Отовсюду начали разноситься шепотки и шуршание страниц.  Гарри рассматривал свою чашку. Трелони подошла и взяла её в руки. — О, Боже, мой мальчик! — ахнула она. — У тебя же грим! С трепетом поставила чашку обратно. Лия всмотрелась, а Гермиона заметила, что грим часто считается предвестником опасностей или даже смерти. — По-моему, она просто хочет навести страху, в связи с последними событиями, не обращай внимания, Поттер, — Драко, ободряюще, похлопал по плечу.  Девочки согласно закивали в поддержку. В очередную прогулку по Хогсмиту ребята разделились, договорившись встретиться позже возле вижащей хижины. Гарри направлялся к месту встречи, когда его внимание привлекли голоса, доносящиеся из окна одного из пабов. Он остановился, прислушался. — Почему дементоры ищут его именно здесь, возле Хогвартса? — раздался тревожный голос. — Потому что Сириусу Блэку нужен Гарри Поттер, — ответил другой, спокойный. — Он ищет Гарри Поттера. Гарри замер. Его сердце забилось быстрее. — Но зачем? — спросил еще один. — Сириус Блэк предал семью Поттеров, — продолжал голос. — Он был в рядах Темного лорда. Он знал, где прячутся Поттеры. И, как известно, Джеймс доверял ему полностью, поэтому Блэк был в курсе их местонахождения и сдал семью Поттеров своему Хозяину.  — Он даже убил их общего друга, — вставил другой голос, с оттенком ужаса. — Питера Петтигрю. Не просто убил, уничтожил! Палец! Все что осталось от бедного мальчика. — Но зачем ему Гарри?  — Конечно же, он хочет закончить дело своего Хозяина. Гарри почувствовал, как побледнел. Его ладони сжались в кулаки, дыхание перехватило. — Но самое страшное не это,  — шептал голос. — Что же еще?  — Сириус Блэк был и останется крестным отцом Гарри Поттера.  Эти слова обрушились на Гарри как холодная волна. Сердце замерло, разум затуманился. Он резко развернулся и побежал к вижащей хижине, к друзьям, к месту встречи, где, надеялся он, сумеет собраться с мыслями. Гермиона, Лия и Драко, смеясь и болтая, подошли к вижащей хижине… и сразу заметили печального, почти шокированного Гарри. — Гарри, что случилось? — подбежала Лия, тревожно оглядываясь. — Близкий друг предал их… — прошептал Гарри сдавленным голосом. — Поттер, о чём ты? — встревоженно спросил Малфой. — Скажи точнее. — Я только что проходил мимо паба и услышал разговор… Сириус Блэк знал, где прячутся мои родители, когда им грозила опасность. Они спрятались, и только он знал точное место… Он донёс эту информацию Тёмному Лорду. Он предал моих родителей и даже убил их общего друга, Питера Петтигрю. Лия, Гермиона и Драко застыла, не в силах сразу произнести слово. — А самое страшное… — продолжал Гарри, — он мой крестный отец. — Поттер, ты, кажется, в панике забыл наш разговор на прошлое Рождество, — вмешался Малфой, строго, но спокойно. — Крёстный отец не может навредить крестнику ни косвенно, ни прямо. Он бы умер в ту же секунду. Но он жив и отсидел 12 лет в Азкабане. — Значит, его подставили? — прошептала Лия. — Скорее всего, — согласился Драко.  — Но как же? Должно же было быть расследование, суд… — Грейнджер выглядела потерянной.  — Именно, — блондин кивнул головой. — Но в те годы Тёмный Лорд пал, ловили множество волшебников. Возможно, его просто посадили, без суда и следствия, нашли козла отпущения. Я напишу отцу об этом, может он, что-то подскажет.  На следующий день профессор Снейп вызвал их к себе в кабинет. — Прошу за мной, — сказал Снейп. И направился к небольшой двери в задней части кабинета. Личные покои. Небольшое помещение, камин и пару кресел. Люциус Малфой сидел в одном, попивая чай. Он перевел взгляд на вошедших детей. — Сын, рад вас видеть в добром здравии. Я получил письмо Драко. Можете объяснить, что случилось? Гарри пересказал услышанный разговор, рассказав о Сириусе, его роли в прошлом и том, что он является его крёстным отцом. Люциус внимательно выслушал. — Хорошо, я вас понял, — сказал он. — Я поищу информацию. В Министерстве хранятся все данные. Где-то должны быть записи о том, что Сириус Блэк — крёстный Гарри. Если это правда, тогда возникает вопрос: почему он до сих пор жив? Вывод напрашивается один — его подставили. Я посмотрю старые документы, процессы над Блэком… Как только что-то найдётся, я пришлю вам сову с письмом. А теперь желаю вам хорошего дня. Люциус растворился в камине, оставив детей на едине со Снейпом. — И во что, позвольте спросить, вы снова ввязались? — с холодом спросил Снейп. — Профессор, мы не ввязывались… Оно само, — ответила Лия. — Конечно, мисс Гранд, — усмехнулся Снейп. — У вас всё само. Всё всегда случается само. Но хоть в этот раз вы попросили о помощи — это похвально. Прогресс на лицо. Ладно, отправляйтесь на уроки. Приближалось Рождество. Письма от лорда Малфоя не приходили. Ребята, как и договаривались, отправились в Малфой-Мэнор полной компанией. Гермиона была в восторге от дома — роскошь, просторные залы, шикарные украшения и уютная домашняя атмосфера. В этом году, как и в прошлом, к ним присоединился Северус Снейп. Всё празднование проходило спокойно, без спешки, в дружеской обстановке. На следующий день после Рождества, распаковки подарков и лёгкого завтрака, Люциус Малфой пригласил ребят к себе в кабинет. Северус с Люциусом удобно расположились в креслах с бокалами чего-то алкогольного. Дети устроились на диване перед ними, готовые внимательно слушать. — Я поднял архив и посмотрел дело Сириуса Блэка, — начал он, — и действительно, в хрониках есть запись, что Сириус Блэк является крёстным отцом Гарри. Соответственно, он не мог ему навредить. Северус, сидевший рядом, кивнул, подтверждая слова. — Из этого делаем вывод: его подставили, — продолжил Люциус, держа бокал в руках, — Но почему не было расследования? Из-за суматохи. Тёмный Лорд пал, ловили всех его последователей. Семья Блеков часто была связана с тёмной магией и делом никто всерьёз не занимался. Ни сыворотки правды, ни нормального допроса не использовали — просто арестовали и отправили в Азкабан. Он сделал паузу, чтобы дети усвоили сказанное. — В связи с этими событиями мы обсудили всё с Нарциссой, — продолжил он, — и решили, что она, как урожденная Блэк, подаст иск в Министерство о пересмотре дела Сириуса. Но доказательств у нас мало, да и сам Сириус сбежал — будет непросто. Также, Гарри, — добавил он, глядя на Поттера, — тебе тоже могут придти письма из Министерства: вопросы о том, виделся ли ты с Сириусом Блэком и всё остальное. Будь готов. — Конечно, лорд Малфой, — ответил Гарри, — спасибо вам за помощь. — Не за что, — спокойно сказал Люциус. — Посмотрим, что из этого выйдет. Наличие самого Блэка и доказательств его непричастности упростило бы дело, но хотя бы этот иск заставит Министерство рассмотреть заявление. Возможно, скоро мы сможем найти Сириуса и доказать его невиновность. — Спасибо, лорд Малфой, — сказала Лия, и ребята попрощались. Снейп и Люциус проводили их взглядом до двери. Рождественские каникулы прошли спокойно: Лия с Гермионой обосновались в гостиной с леди Малфой или проводили временя в библиотеке Малфой-Мэнора, а Гарри с Драко тренировали свои навыки в квиддиче на заднем дворе. Вечерами Лия вела небольшие переписки с Томом о новостях. Каникулы пролетели быстро, и вскоре все вернулись в Хогвартс, готовые к новым приключениям и урокам. В новом семестре учёба началась спокойно и проходила в привычном ритме. Только Снейп, все так же, иногда заменял Люпина на уроках ЗОТИ.  Через некоторое время Гарри получили письма из Министерства с вопросами: видел ли он Сириуса Блэка, встречался ли с ним. В одном из писем сообщалось, что Министерство решило пересмотреть дело Сириуса Блэка, поскольку новые данные подтверждают: Сириус Блэк является крёстным отцом Гарри Поттера. Министерство считало правильным поставить Гарри в известность о начале пересмотра дела, а также задало несколько уточняющих вопросов — видел ли он Сириуса, знает ли о его местонахождении. Гарри написал в ответ короткое письмо: он не встречался с Сириусом и надеется на скорое разрешение дела, ведь Сириус — его единственный родственник, пусть и не кровный, и он бы хотел с ним встретиться. В письме он пожелал Министерству магии как можно скорее принять правильное решение. В один из вечеров Гарри и Лия сидели в кабинете Салазара Слизерина, делая уроки. Том лениво наблюдал за ними, иногда давая комментарии или помогая с домашней работой. Развёрнутая карта Мародёров лежала на столе между Гарри и Лией. — Посмотрите сюда, вы двое, — сказал Том, ткнув пальцем в карту. На карте виднелись шаги, над которыми красовалось имя Питер Петигрю. — Питер Петигрю! — воскликнула Лия. — Но ведь он мёртв! — Именно, — ответил Том, — но он здесь, на карте. Гарри вскочил: — Мы должны его найти. Возможно, он поможет в деле Сириуса! Они схватили карту и побежали по коридорам Хогвартса. В какой-то момент прозвучал звон колоколов, предупреждающий об отбое. — Гарри, нужно быть очень аккуратным, чтобы нас не поймали профессора! — Согласен, но мы должны найти Питера. Следуя по карте, они подошли к коридору, где, по её данным, находился Петтигрю. Палочка Гарри освещала коридор, ничего. Но по карте, Питер должен был быть всего в паре шагов от них. — Не понимаю, — Гарри вертел карту в руках. Вдруг Лия заметила движение за поворотом. На ближайшем повороте появилось новое имя — Северус Снейп. — Туши, профессор идёт! — шепнула она. Поттер погасил палочку. — «Шалость удалась». Снейп стремительно вышел из-за поворота: — Мистер Поттер, мисс Гранд, снова бродите по коридорам ночью. Сколько раз мне стоит вас предупреждать не лазить там, где вас не просят? Вы должны быть в своих постелях или колокол об отбое не для вас?  — Простите профессор, — выступила вперед Лия. — Мы просто заканчивали домашнее задание, вот и задержались.  Снейп смотрел ей прямо в глаза, а потом, со вздохом, перевел в взгляд на Гарри. — Что у вас в руках, Поттер?   — Профессор, — начал Гарри, — это просто пергамент, мы заканчивали домашнюю работу… — Профессор Снейп, мистер Поттер, мисс Гранд, что у вас произошло? — из-за поворота вышел Люпин.  — Ничего, эти двое учеников, ходят по коридорам после отбоя, опять. Я отведу мисс Гранд в гостиную Слизерина, профессор Люпин, сопроводите мистера Поттера, в его комнату, чтобы он не потерялся по дороге. И кстати, минус 10 очков Гриффиндору. — Конечно профессор Снейп, пойдем Гарри. Ах да, минус 10 очков Слизерину. Доброй ночи всем.  Гарри и профессор Люпин скрылись в темноте коридоров.  Лия пошла за Снейпом, и разговор постепенно перешёл к более строгому тону: — Мисс Гранд, вам приносит удовольствие нарушать правила? — Я же сказала, профессор… — тихо начала Лия. — Вы прекрасно знаете, какая сейчас ситуация, — продолжил Снейп, — но всё равно продолжаете ходить по коридорам ночью. — Да, профессор, — честно призналась Лия, — но мы ведь знаем, что Блэк не виноват. — И теперь-то вы считаете, что это снижает опасность? — насмешливо спросил Снейп. — Или вы особенные и можете нарушать правила когда захотите? — Нет, профессор, — ответила Лия, — это совершенно не так. — Тогда что вы здесь искали? — Ничего, мы просто задержались, делая эссе. Снейп слегка наклонился, смотря на неё с иронией: — Мисс Гранд, вы снова мне врёте. — Как я смею, профессор? — с вызовом ответила Лия, слегка улыбнувшись. — Я всего лишь говорю правду… по крайней мере, почти. Снейп остановился, тяжело вздохнул, будто терпел этот «почти». — Почти правда — это всё равно ложь, мисс. Особенно ночью, в пустых коридорах Хогвартса. — Ну, профессор, — спокойно ответила Лия, слегка улыбаясь уголком губ, — иногда нужно просто пройтись, чтобы увидеть, что вокруг происходит. — Пройтись ночью? — Снейп посмотрел на неё с едкой улыбкой. — И всё это время вы надеялись, что меня рядом не окажется? — Если бы я знала заранее, что вы будете здесь, профессор, — хмыкнула Лия, — я бы, может, придумала другой маршрут. — Придумывали маршруты ночью, в обход всех правил… — Снейп сделал шаг ближе, чуть пригнувшись к её росту, — знайте, мисс Грант, терпение у меня не бесконечно. — О, профессор, не волнуйтесь, я об этом осведомлена. Поэтому мы и старались не попасться на глаза строгим учителям.  — Строгие учителя, — Снейп провёл взглядом по её лицу и тихо процедил, — иногда лучше быть просто послушным учеником. — А где же тогда приключения? — почти вздохнула Лия. — Или всё время послушно сидеть в кровати и ждать, пока кто-то принесёт ответы? Снейп отвернулся.  — Вы, как всегда, создаете проблемы. И это, мисс Гранд, талант. Но ночные прогулки закончатся здесь. Сейчас. — Согласна, профессор, — Лия кивнула, слегка поиграв с краем рукава, — хотя, могу ошибаться, иногда приключения сами находят нас. —И что вы делаете на моем факультете, — почти усмехнулся Снейп, — я понимаю, что иногда мир кажется слишком скучным, чтобы просто сидеть на месте, но ночной Хогвартс — не место для экспериментов. Лия подняла брови, но не сказала ни слова. Её взгляд встретился с его глазами, и на секунду между ними повисла лёгкая напряжённость, почти игра — небольшая искра упрямства и смелости. — Прошу, — профессор указал рукой на открытую дверь гостиной Слизерина. — Доброй ночи, мисс Гранд, надеюсь, что не замечу вас больше за ночными прогулками.  — Не переживайте, профессор, я постараюсь не попадаться. Доброй ночи, — со смехом девочка убежала в сторону спален.  — Мэрлин, дай мне терпения. Гарри и Люпин шли по темным коридорам, очередной поворот и они оказались возле кабинета ЗОТИ.  — Гарри, ты хоть понимаешь как это опасно!? Ходить ночью по школе, когда тут в округе находится Блэк? Или ты думаешь, что с этой картой вы в безопасности?  — Профессор, вы знаете про карту?  — Да, — Люпин устало провел рукой по волосам и сел на стул. — Гарри, ты должен понимать опасность, зачем вы ходили ночью по коридорам?  — Карта показала нам одного человека и мы пошли проверить.  — Блэка? Вы рехнулись?  — Нет, Питера Петтигрю, но он ведь мертв. Поэтому решили проверить, но когда мы пришли к месту обозначенному картой, там было пусто. Но имя на карте все еще оставалось. Похоже карта врет.  — Похоже на это Гарри. Она останется у меня, — Люпин ткнул палочкой в карту. — А ты возвращайся в комнату и помни, я слежу. На следующий день Лия долго возмущалась тем, что карта мародёров осталась у профессора Люпина. — Это же почти преступление, — ворчала она, сидя за завтраком. — Такая вещь… и не у нас. — Зато у того, кто понимает, что с ней делать, — заметил Гарри.  В конце концов они сошлись на том, что Люпин — не самый плохой вариант. Возможно, ближе к концу года карту удастся вернуть. А пока оставалось лишь смириться. Дни потекли спокойно. Учёба, домашние задания, редкие тренировки и матчи по квиддичу, вечера в гостиной — всё шло своим чередом. Даже разговоры о Сириусе Блэке стали звучать реже, будто отодвинутые на второй план самой жизнью Хогвартса. В один из таких дней Гарри, Лия, Гермиона и Драко решили навестить Хагрида. До конца учебного года оставался всего несколько недель, и ребятам хотелось узнать, как он сам пережил свой первый год в роли профессора. Хагрид был невероятно рад их видеть. Он усадил всех за стол, разлил чай и с гордостью выставил перед ними тарелку со своими фирменными кексами — такими же твёрдыми, как всегда. Разговор вышел тёплым и спокойным. Хагрид рассказывал о занятиях, о магических существах и о том, как счастлив наконец заниматься тем, что любит. Когда начало смеркаться, ребята засобирались обратно в замок. — Кстати, Гарри, — вдруг сказал Хагрид, почесав затылок. — Я тут кое-что нашёл. Он наклонился и вытащил из коробки крысу. — Это ж крыса того рыжего мальчишки… Рона Уизли. Она тут бегала, заплутала. А коты за ней гонялись, вот я её и забрал, чтоб цела осталась. Лия и Гермиона переглянулись. — Ну вот, — пробормотала Лия. — А то Рон уже был готов обвинить нас в убийстве. — Спасибо, Хагрид, — искренне сказал Гарри. С крысой в руках ребята вышли из хижины Хагрида. Над Запретным лесом сгущались тени, воздух стал холоднее, и трава под ногами тихо шуршала. Гарри нес грызуна, прижимая его к груди. — Отдадим её Рону и извинимся, — тихо сказала Гермиона. — Да, — вздохнула Лия. — Наши «воспитательные беседы» с котами явно не сработали. Драко шёл чуть впереди, засунув руки в карманы брюк. И именно в этот момент крыса резко дёрнулась. — Ай! — вскрикнул Гарри, отдёрнув руку. — Она меня укусила! Крыса вывернулась из рук , упала на землю и, пискнув, рванула по траве. — Чёрт! — выругался Драко. — Ловите её, иначе Уизли нас всех съест! — Стой! — крикнула Гермиона и бросилась за ней. Крыса металась зигзагами, юркая и быстрая, будто точно знала, куда бежать. Они гнались за ней к поляне — туда, где земля становилась неровной, а корни деревьев выпирали из почвы. — Туда! — Лия указала рукой. Гермиона, запыхавшись, прыгнула вперёд и наконец прижала крысу к земле. — Есть! — выдохнула она, поднимаясь на колени. — Всё, больше ты никуда не убежишь. — Мэрлин, это же гремучая Ива, Герми уходи от туда, — Лия взволнованно кричала подруге. — Ребята, — Грейнджер побледнела и указала пальцам за спины друзей, — бегите, это Грим.  Из тени медленно вышла огромная чёрная собака. Она была слишком большой для обычного пса. Шерсть свалялась, глаза блестели странным, почти разумным блеском. Она зарычала. Собака рванулась вперёд с такой скоростью, что никто не успел среагировать. В одно мгновение она оказалась рядом с Гермионой и сомкнула свою пасть на ее ноге.  Грим развернулся и потащил её по земле, к старой гремучей иве. Гермиона вскрикнула, одной рукой хватаясь за траву, а другой удерживая несчастную крысу, но её тянули всё дальше и дальше. — ГЕРМИОНА! — закричала Лия. — Отпусти её! — Гарри бросился следом. — Гарри, стой! — крикнула Лия, но он уже бежал. Собака исчезла в тени корней, у самого подножия ивы, и Гермиону буквально утащило под землю, туда, где открывался скрытый проход. Ребята подбежали к проходу, но не успели спуститься, тяжелая ивовая ветвь сбила их с ног и отправила в короткий полет.  — Какого это было? Как нам достать Грейнджер? — Драко оглядывал дерево.  — Там, возле корней, есть сук, нужно за него дернуть. Мальчики, отвлеките дерево, а я быстро.  И, не дожидаясь ответа, Гранд побежала к проходу. Сзади послышались заклинания и поляна окрасилась разноцветными всполохами магии. Лия безошибочно нашла верную ветку и потянула за нее, дерево, тут же, перестало нападать.  — Ты цела? Откуда знала про сук? — Гарри расспрашивал подругу идя по темному туннелю под ивой.  — Все хорошо, на карте была пометка про сук, а Том рассказал детали.  В полной тишине они шли по узкому туннелю. Каменные стены были холодными и влажными, потолок низко нависал над головами, и каждый шаг отдавался глухим эхом. Лия шла следом за Гарри, сжимая палочку так крепко, что ладонь начинала болеть. Драко замыкал шествие, настороженно оглядываясь. Наконец туннель расширился и вывел их в полуразрушенную комнату. Пол был усыпан пылью и обломками, потолок местами обвалился, сквозь щели пробивался тусклый свет. У дальней стены, прямо на полу, сидела Гермиона. Она прижимала к себе крысу, дрожа всем телом. Из-под штанины на её ноге расползалось тёмное пятно крови, а по щекам катились слёзы — не от страха, а от боли. Рядом с ней на корточках сидел худой, измождённый мужчина с растрёпанными волосами и лихорадочным взглядом. — Прости… — хрипло говорил он. — Прости меня, пожалуйста. Я не хотел так сильно. Я не хотел причинять боль… Мне просто… мне нужно было… — Что тебе нужно было? — перебил Гарри, делая шаг вперёд. Мужчина поднял голову — и в его лице мелькнуло что-то похожее на облегчение. — Гарри… — выдохнул он. — Как я рад тебя видеть. — Он горько усмехнулся. — Мне нужен был всего лишь Питер Петтигрю.  — Он ведь мертв, — Спокойно сказала Лия. — И, честно говоря… — она бросила взгляд на Гермиону, — можно было обойтись без этого. Гермиона подняла глаза, вытирая слёзы рукавом. — Я понимаю, — тихо сказала она, глядя на Сириуса. — Правда. Я… я не злюсь. Просто… — она глубоко вдохнула, — если бы ты просто поговорил с нами, всё могло бы быть иначе. Блэк пристыжено отвел глаза. — Я приношу свои извинения и Питер не мертв, он здесь, в этой комнате. Я слишком долго ждал этого момента, — хрипло ответил он. — Двенадцать лет ждал!  В Азкабане!И каждый день думал только об одном!  В этот момент из туннеля послышались шаги. — У вас тут… всё в порядке? — раздался знакомый голос. — Да-да, профессор, — тут же отозвался Гарри. — Мы просто мило беседуем. Римус Люпин вышел из тени и замер, оглядывая комнату. Его взгляд остановился на Сириусе и в глазах промелькнула радость. — Сириус… — выдохнул он. — Привет, Лунатик, — криво усмехнулся тот крепко обнимая друга. — Давно не виделись. Гарри шагнул вперёд. — Мы уже догадались, — сказал он твёрдо. — Ты не предавал моих родителей. Ты не виноват. Но тогда кто и зачем?  Сириус резко поднял на него глаза. — Тогда ты должен знать правду до конца. — Он перевёл взгляд на Гермиону. — Питер предал их и вон он, живее всех живых. — Что? — нахмурился Гарри. — Но… Питер погиб. Все знают. — Нет, — тихо сказал Люпин. — Я тоже так думал, а потом ты сказал про карту. — Карту? — переспросил Сириус, затем усмехнулся. — Значит, она всё ещё работает. Карта никогда не врёт. Он выпрямился, и в его голосе зазвучала злость. — Мы учились вместе. Дружили. Мы все стали анимагами. Я — собакой. Джеймс — оленем. Римус… — он кивнул Люпину, — ты знаешь. А Питер, — голос Сириуса стал холодным, — был крысой. И внутри тоже. Гермиона медленно опустила взгляд на животное у себя в руках. — Но… — прошептала она. — Это же просто крыса… — Нет, — сказал Сириус. — Это трус, который предал твоих родителей, Гарри. — Он сжал кулаки. — Когда я его настиг, он отрезал себе палец, превратился в крысу и исчез. А меня отправили в Азкабан. Без суда. Без вопросов. Он сделал шаг вперёд. — Появись, Питер. Крыса вдруг вырвалась из рук Гермионы и бросилась к двери. — Лови его! — крикнул Люпин, вскидывая палочку. В тот же миг из входа в комнату раздался холодный, знакомый голос: — И снова вы все в сборе. Северус Снейп шагнул внутрь, палочка была направлена прямо на бегущую крысу. Вспышка света — и на полу, корчась и всхлипывая, лежал человек. — Нет… нет, пожалуйста… — захрипел Питер Петтигрю. — Как трогательно, — язвительно протянул Северус. — Почти вся старая компания в сборе. Блэк, — процедил он, переводя взгляд с одного на другого. — Я жду объяснений. Немедленно. — О, Северус, — усмехнулся Сириус. — Всё так же любишь появляться в самый неподходящий момент. — Заткнись, — холодно ответил Снейп. — Ты не в том положении, чтобы шутить. Люпин шагнул вперёд. — Северус, послушай… — Я слушаю, — перебил тот. — И вижу перед собой беглого преступника, предателя и… — он бросил взгляд на Петтигрю, — труса. Петтигрю задрожал. — Профессор, давайте не будем горячиться и поговорим спокойно.  — Мисс Гранд, лучше бы вы молчали. Отстрочили бы свое наказание.  — Молчание золото, — Лия спряталась за спину Гарри.  — Именно. Что ж, я слушаю. — Снейп наложил парализующее заклятие на Петтигрю.  — Я… я не хотел… я был слаб…, —разговаривать он, все же, мог.  — Ты был предателем, — тихо сказал Гарри. В комнате повисла тяжёлая тишина. Сириус тяжело опустился на край разрушенной скамьи и провёл рукой по лицу, словно собираясь с силами. — Мы дружили, — начал он хрипло. — Вчетвером. Я, Джеймс, Римус и Питер. В школе нас знали как неразлучную компанию. Он усмехнулся без радости. — Мы были молоды, глупы и думали, что сможем перехитрить весь мир. Люпин молча кивнул. — Когда Тёмный Лорд начал охоту за Поттерами, — продолжил Сириус, — они решили скрыться. И им нужен был Хранитель тайны для защиты дома. Изначально… — он посмотрел на Гарри, — они хотели сделать им меня. — Но это было слишком очевидно, — тихо сказал Люпин. — Именно, — Сириус кивнул. — Поэтому мы решили, что Хранителем станет Питер. Никто бы не заподозрил его. — Он резко посмотрел на Петтигрю. — Мы не знали, что ты уже тогда был его крысой. Питер задрожал. — У меня не было выбора! Темный лорд умеет убеждать! Что бы ты сделал на моём месте, Сириус?! — выкрикнул он, почти срываясь. — Я бы умер, — рявкнул Сириус. — Я бы умер, но не предал друзей! В комнате повисла тишина. — Когда я узнал, что произошло в доме Поттеров, — продолжил Сириус уже тише, — я сразу трансгрессировал туда. — Он сжал пальцы. — Я не нашёл никого. Я думал, что ты тоже мёртв, Гарри. — Блэк тяжело сглотнул. — И тогда я понял, что мы ошиблись в выборе хранителя, я понял кто предал. — Я отправился за Питером, — голос Сириуса стал холодным. — Но он был не один. С ним были… — он скривился, — его новые друзья. Пожиратели. А потом… — он усмехнулся. — Этот трус взорвал улицу, убил людей, отрезал себе палец… и исчез. А меня обвинили во всём. Снейп слушал, скрестив руки, с каменным лицом. — Министерство, авроры, Азкабан, — продолжил Сириус. — Двенадцать лет. Я держался в облике собаки, чтобы дементоры меньше чувствовали меня. — Он поднял взгляд на Гарри. — Я жил только одной мыслью — найти его. А потом узнал, что ты жив, и появилась еще одна цель. Встретиться с тобой. — А потом я увидел фотографию, — добавил Сириус. — «Ежедневный пророк». Семья Уизли. И крыса. Такая знакомая. И у неё не было пальца. Тогда я понял, — закончил Блэк. — Время пришло. Я сбежал из Азкабана и прятался в запретном лесу. Два кота составляли мне компанию и помогали охотится за крысой, — добавил он, уже с тенью усмешки. — Рыжий и чёрный. — Живоглот!  — Локи! Одновременно сказали Гермиона и Лия. — Так они ваши, обязательно дайте им что-то вкусненькое, они заслужили.  — Значит, Рон всё время обвинял нас не просто так, — пробормотала Гермиона. Снейп наконец шагнул вперёд. — Хорошо, — холодно сказал он. — Я вас услышал. — Он посмотрел на Сириуса. — По просьбе мистера Поттера, Люциус и Нарцисса Малфой подняли вопрос о пересмотре твоего дела. Мы отправляемся к директору. Затем — в Министерство. Петтигрю будет передан аврорам. Твое слушание пройдёт заново. По всем правилам. Сириус ошеломлённо смотрел на него. — Вы… серьёзно? — Да, — твёрдо сказал Гарри. — Лорд Малфой согласился помочь. Сириус перевёл взгляд на Снейпа. — И ты… не злишься? — Блэк, — процедил Снейп, — мне всё ещё хочется убить тебя прямо здесь. — Он сделал паузу. — Но я этого не сделаю. А теперь — все на выход. Он снял парализующее заклинание с Петтигрю. Процессия двинулась по туннелю. Сириус и Гарри поддерживали Гермиону. Впереди шёл Люпин, рядом — Драко. Позади — Петтигрю. Замыкали шествие Снейп и Лия. — Мисс Гранд, — раздался голос Снейпа после долгого молчания. Лия вздохнула. — Профессор, честно, это всё было случайно. Мы просто зашли к Хагриду, попили чаю, он нашел крысу, попросил отнести ее Уизли, мы и несли, а потом пес, ива, дальше вы знаете…. Мы правда не планировали. Ну… в этот раз. Снейп устало потер переносицу. — Мисс Гранд, — сухо сказал он, — поговорим об этом позже. Сейчас у меня слишком много потрясений для одного вечера. — Понимаю, профессор. Когда Лия и Снейп, замыкавшие процессию, вышли из туннеля, ночной воздух ударил в лицо прохладой. На траве сидела Гермиона, прижимая к себе ногу. Рядом с ней на корточках был Драко — он что-то тихо говорил, стараясь её успокоить. Чуть поодаль Гарри и Сириус стояли лицом друг к другу, переговариваясь вполголоса. Римус Люпин находился в нескольких шагах от выхода из туннеля, настороженно наблюдая за Лией, Снейпом и Петтигрю. Внезапно Гермиона подняла взгляд. — О нет… — прошептала она. Луна. Полная, холодная, беспощадная, она медленно поднималась над деревьями. Лицо Люпина исказилось. Он судорожно вдохнул, словно от боли. — Римус… — Сириус в одно мгновение оказался рядом с ним. — Ты принимал зелье? Ты же знаешь, что сегодня… Ответа не последовало. И именно в этот момент Петтигрю дёрнулся. Он резко толкнул Лию плечом, вырвал у неё волшебную палочку — и через мгновение на траве уже метнулась серая крыса. — Нет! — вскрикнула Лия. Крыса юркнула в высокую траву и исчезла, устремившись к Запретному лесу. — Чёрт! — выругался Снейп. Он молниеносно схватил Лию и подбежавшего Гарри за руки, рывком оттащил их себе за спину — к Гермионе и Драко. — Назад. Сейчас же. Потом он выхватил из-под мантии небольшой фиал с мутной серебристой жидкостью и швырнул его Сириусу. — Блэк! Лови! Влей ему это! Сириус поймал фиал и, не раздумывая, вылил содержимое в рот Люпину. Но превращение уже началось. — Это не помогает! — в отчаянии крикнул Сириус. — И не должно, — холодно ответил Снейп. — Но разум он сохранит. Со временем. Люпин оттолкнул Сириуса в кусты и, уже теряя человеческие очертания, повернулся в сторону детей. — Профессор… — дрожащим голосом сказала Лия. — Вы же сказали… — Я сказал — со временем, мисс Гранд. Снейп вскинул палочку, но оборотень оказался быстрее. Люпин отбросил Снейпа одним резким движением — тяжёлым, звериным. Северус отлетел в сторону и рухнул на землю. На его груди проступили четыре тёмные отметины — следы когтей, быстро наполняющиеся кровью. — Профессор! — вскрикнула Лия. Оборотень повернул голову в сторону детей. И в этот же миг из кустов вылетел огромный чёрный пёс. Сириус сбил Люпина с ног, и они сцепились в яростной, короткой схватке. Земля взметнулась комьями грязи, раздалось рычание, тяжёлое дыхание, скрежет когтей. Оборотень оказался сильнее — он сбросил пса с себя, и тот отлетел в сторону, жалобно заскулив. Но вдруг Люпин замер. Его движения стали рваными, неуверенными. Он тяжело дышал, словно борясь с самим собой. Северус, стиснув зубы, приподнялся и опустился на одно колено в траве, переводя дыхание. — Ну наконец-то… — хрипло пробормотал он. — Слава Мерлину, мозги всё-таки вернулись. — Он скривился. — Столько лет, а зелье вовремя принимать так и не научился. Идиот. Люпин, издав глухой, почти стыдливый рык, развернулся и скрылся в лесу. В этот момент Сириус вернул себе человеческий облик и, пошатываясь, скрылся в тумане.  — Сириус! — крикнул Гарри и бросился за ним. — Ну вот, — фыркнул Драко. — Принесли крысу рыжему, называется. Я всегда говорил, что от Уизли одни проблемы. — Пусть поговорят, — тихо сказала Лия. — Боюсь, не получится, — ответил Драко и ткнул пальцем в небо. Лия подняла голову. Над озером медленно поднималась полная луна — и в её холодном свете к земле скользили тени. Дементоры. — Им нужно помочь! — Лия вскочила. Снейп резко схватил её за предплечье. — Куда вы собрались, мисс Гранд? — холодно спросил он. — Вы хоть представляете, чтособираетесь делать? — Нет, — честно ответила она. — Но мы не можем их оставить. — Она посмотрела на него прямо. — Профессор… вы же знаете, что делать. Вы всегда знаете. Снейп выдохнул. — Неужели вы об этом вспомнили? — язвительно заметил он. — А обычно вы предпочитаете действовать без консультаций. Он поднялся, морщась от боли. — Ладно. Пойдёмте. Блэк будет должен мне до конца своих дней. Картина у озера была страшной. Дементоры окружили Гарри и Сириуса, холод сгущался, дыхание сбивалось, мир тонул в отчаянии. Снейп шагнул вперёд и вскинул палочку. — Экспекто Патронум! Ослепительно-белый свет вырвался наружу, приняв форму лани. Она легко, почти невесомо, пронеслась вокруг, оттесняя дементоров прочь, разгоняя тьму. — Удивительно… — выдохнула Лия. — Это… очень красиво. — Благодарю за оценку, мисс Гранд, — сухо ответил Снейп. — А теперь было бы просто чудесно, если бы мы все отправились в медицинское крыло. Немедленно. В медицинском крыле было шумно. Директор. Министр магии Фадж. Главный аврор. Вопросы, объяснения, сбивчивые рассказы. Все говорили одно и то же. Сириус. Люпин. Дети. И даже Снейп — сдержанно, чётко, без эмоций. — Но где Питер Петтигрю? — нахмурился Фадж. — Он сбежал, — тихо сказала Лия. — Это моя вина. Он вырвал у меня палочку и скрылся. — Тогда у нас нет доказательств… — Почему же? — спокойно вмешался Снейп. — Он посмотрел на министра тяжёлым взглядом. — У вас есть показания группы свидетелей. И, кроме того, наши воспоминания. Омута памяти будет более чем достаточено. А допрос Блэка вы можете провести… по регламенту. С сывороткой правды. Фадж замялся. — Что ж… Думаю, вы правы. Когда посторонние ушли, а мадам Помфри обработала всем раны. Лия подошла к Снейпу. — Спасибо вам, профессор. За всё. — Не за что, — ответил он. Помолчал. — Но не обольщайтесь. — Он прищурился. — Отработки никуда не денутся. Вы умудрились влезть в историю с оборотнем, беглым преступником и дементорами — без предварительного планирования. Это особенно впечатляет. — Мы правда не планировали, — пробормотала Лия. — Именно, — хмыкнул Снейп. — В этом и проблема. Он развернулся и ушёл. Друзья попрощались с Гермионой и оставили ее отдыхать.  — Я пойду к Тому, надо ему рассказать.  — Хорошо, а мы пойдем в гостиную и будем ждать тебя там. Я, заодно, напишу отцу. Министр обещал комфортное содержание для Блэка, без дементоров и все такое, но будет лучше если папа присмотрит за этим.  — Спасибо, Драко, — Гарри счастливо улыбнулся другу.  Лия рассказывала всё Тому. Крыса. Побег. Полная луна. Оборотень. Исчезновения Петтигрю. Дементоры. Том слушал молча, напряжённо. — Это безумие, — наконец произнёс он. — Министерство и школа неспособны защитить даже детей. — Он скривился. — Снейп мне не нравится. Он опасен. Но… В этот раз он поступил правильно. Я ему благодарен. Редл протянул руку и похлопал Лию по голове, но пальцы прошли сквозь.  — Прости, забыл, что мерзко, — Том растерянно смотрел на руку.  — Ничего, у тебя редко бывают приливы нежности, а тут такое. Можешь делать, если хочется.  — Какие такие «приливы нежности», я просто…, — он замолчал, продолжая смотреть на руку. — Ай, ладно  Том снова потрепал Лию по волосам, попытался, по крайней мере.  Через несколько дней их всех вызвали в Министерство.  Омут памяти. Показания. Сыворотка правды. Шок. Сириус Блэк был оправдан. Министерство выплатило ему огромную компенсация за нанесенный ущерб. Но в конце выписали штраф за незарегистрированную анимагию.  Люпина пришлось отстранить, он закончит этот год и все. Министерство обеспокоено, что оборотень обучает детей.  — Я свободен… — тихо сказал Сириус. — Даже не знаю, что теперь делать с этой свободой. Гарри, я понимаю, что это может быть неожиданно, но я бы хотел оформить опеку над тобой и забрать жить к себе, если ты не против.  — Я абсолютно за, — Гарри светился счастьем, — но я не поеду никуда без Лии.  — Конечно, это не обсуждается, — улыбнулся Сириус. — Я оформлю опеку над вами обоими, надо только найти того кто поможет с документами, чтобы успеть до летних каникул.  — С документами могу помочь я, — раздался холодный голос Люциуса Малфоя. Рядом стояла Нарцисса, обнимая Драко.  — Рада видеть тебя Сириус.  — И я тебя Цисси. Спасибо Люциус.  Лорд Малфой в ответ только кивнул.  — Раз все обменялись любезностями, то нам пора возвращаться в Хогвартс, экзамены еще никто не отменял, — холодно сказал Снейп, испортив трогательный момент. — Люпин, вы четверо, пойдемте . Школьные будни окончены, экзамены сданы, Том заверил, что будет писать и постарается сильно не скучать, ведь Лия, похоже, скупила ему все книги в Хогсмиде.  Хогвартс-Экспресс прибыл на вокзал Кингс-Кросс, чета Малфоев встречали своего сына, с одной стороны стояли родители Гермионы, а с другой… — Сириус, — Гарри побежал обнимать крестного.  — Гарри, Лия, — он притянул смущенную девочку в объятия. — Как я рад вас видеть. Люциус помог все подготовить. Так что сейчас едем к вам в интернат, подписываем оставшиеся документы. Нужно ваше согласие и можем отправляться домой.  — Звучит просто чудесно, — Лия повернулась к Малфоям. — Лорд Малфой, Леди Малфой, спасибо вам.  — Что ты, милая, я тоже рада видеть кузена на свободе. Думаю, летом, мы часто будем видеться. А теперь поспешите, думаю та женщина из вашего интернета волнуется.  А дальше, мадам Винтер, такси, интернат, встреча с директором и заверения, что дети согласны на опеку Сириуса Блэка. Впереди их ждет быстрая трансгрессия на улицу Гримо и Блэк-Мэнор.