The Standard You Walk Past

Гарри сделал медленный вдох, стараясь не хмуриться. — Мелисса, направь палочку на манекены, а не на учеников. Был вечер пятницы, и в Большом зале было очень душно и жарко от усиленных тренировок более тридцати членов Дуэльного клуба. Гарри знал, что где-то здесь были профессор Флитвик и Невилл, но ему чертовски казалось, что он тут сам по себе. Мелисса, четверокурсница с Гриффиндора, умно кивала на его слова, но Гарри даже не сомневался, что она уже забыла, и ему придется отражать еще одно заклинание от попадания в других учеников. — Гарри, сэр? Поможете мне? Улыбайся, Гарри. Весь день сегодня был странным: проснулся парень очень рано — чего не было больше недели — и чувствовал себя как-то по-другому. За столом он увидел Малфоя, над чем-то усердно работающего. Они просто кивнули друг другу — и все! И когда Гарри подумал, что надо бы что-то сказать, Малфой просто посмотрел на него, даже не ухмыльнувшись, и заставил чувствовать себя глупо. Сдвоенное зельеварение было катастрофой, а во время трансфигурации Гарри так клонило в сон, что ему едва удалось избежать отработки. — Сэр? Гарри повернулся к второкурснице из Хаффлпаффа и кивнул. Он наложил уже девятое Протего и наблюдал за тем, как девушка изо всех сил пыталась разбить этот щит. После нее кучка второкурсников тоже захотели, чтобы им продемонстрировали защитное заклинание. Затем Гарри нужно было пойти к двум шестикурсницам, строившим ему глазки и особо не старающимся практиковаться в дуэли. А потом чертовы Захария Смит и Джеффри Хупер начали забавляться с трансфигурационными заклинаниями, направляя их в манекены… Вдруг, удивленный тем, что кто-то похлопал его по плечу, он обернулся и поднял палочку. Невилл устало улыбнулся: — Расслабься, Гарри. Гарри смущенно опустил палочку. — Да… Невилл кивнул, а зал заполнил его голос. Потребовалось добрых десять минут, прежде чем последние ученики покинули помещение, так как многие из них подходили за советом. Когда Гарри, Невилл и профессор Флитвик возвращали на место скамейки и столы, в зал заглянула Джинни. Невилл тут же поспешил к ней, быстро попрощавшись с Гарри. — О, и Гарри… — позвала Джинни. — Не забудь о завтрашней тренировке по квиддичу. Гарри махнул рукой. — Да, понял. Джинни весело помахала ему и профессору Флитвику, а потом взяла Невилла за руку и утащила. — Молодец, Гарри, — сказал Флитвик. Последний стол вернулся на свое место одним взмахом палочки. — На следующей неделе я проведу тест у четверокурсников. Некоторые из них уже готовы к повышению уровня. Вы не возражаете против короткой демонстрационной дуэли через две недели? Гарри покачал головой: — Конечно. Доброй ночи, профессор. Флитвик кивнул: — Доброй ночи. Бодрым шагом Флитвик направился прочь из Большого зала, Гарри быстро последовал за ним. Двери со скрипом закрылись.

***

Рон и Гермиона сидели в общей гостиной восьмикурсников за одним из столиков возле левого камина. Гермиона почти сразу же поймала его взгляд. — Домашняя работа, — произнесла она через всю гостиную. Гарри кивнул. Он быстро прошел к двери в свою спальню. Она открылась, среагировав на магический жест, и Гарри поспешил к своему столу искать принадлежности. Полог малфоевской кровати был уже занавешен, как и всегда. Взглянув на стол Малфоя, парень нашел его абсолютно пустым. Гарри нахмурился. Он же видел, что Малфой сидел за ним и работал. И не единожды. А собственный же стол Гарри пребывал в творческом беспорядке. Он быстро проверил карту Мародеров, и, да, Малфой был действительно уже в кровати. Гарри выдохнул. По крайней мере, ему все это не привиделось. Он сгреб свои книги и поспешил обратно в гостиную. Гермиона с удовлетворением посмотрела, как он плюхнулся рядом c Роном, который держал в одной руке перо, а в другой — большое печенье. Рон невнятно его поприветствовал и опустил голову под взглядом Гермионы. Гарри сразу же обрушил свои усилия на эссе по трансфигурации, которое нужно было сдать в понедельник, через три дня. Он знал, что Гермиона будет довольна, если парень напишет его не в самую последнюю минуту дня перед сдачей. Но вскоре Гермиона встала сама. — Давайте закончим пораньше, — сказала она, краснея. — Сегодня ведь пятница. Гарри усмехнулся, бросая взгляд на Рона. — Ну, если ты так хочешь. Девушка закатила глаза и взяла Рона за руку. — Спи спокойно, хорошо, Гарри? — Конечно, — небрежно ответил Гарри. — Вы идите, а я еще посижу с этим. Гермиона слегка коснулась его руки. — Хорошо. Просто выспись, ладно? Он кивнул в ответ и вернулся обратно к работе. В глубине души он хотел, чтобы Гермиона и Рон до сих пор провожали его до кровати. — Доброй ночи, приятель, — быстро сказал Рон, и они с Гермионой поднялись по лестнице. Все еще чувствуя себя слегка подавленным, Гарри в конце концов поплелся в кровать.

***

Драко видел, как жирный маггл ударил маленького Гарри по лицу из-за того, что у него не получилось приготовить идеальные ломтики бекона. Гарри бормотал: — Простите… Простите… Мужчина зарычал, пиная Гарри по ноге. — В чулан, мальчишка! И не выходить без моего разрешения! Сон исказился, когда, увеличившись до невероятных размеров, перед ними возникла кремово-белая дверь чулана под лестницей. Мужчина, Вернон — Драко услышал это имя в предыдущем сне — открыл дверь и с громким треском захлопнул, как только Гарри проскользнул внутрь. Как только Драко перенесся в то самое темное замкнутое пространство, слишком маленькое, чтобы стоять там в полный рост, слизеринец с ужасом осознал, что это была комната Поттера. Буквально все там говорило: «уродец» или «никто не любит тебя». Сердце Драко чуть не выпрыгнуло из груди, потому что мать никогда не сделала бы что-то подобное, даже отец бы не посмел, несмотря на все зверства, что он совершал. Драко сел на кровать и посадил маленького Гарри к себе на колени. Он пел колыбельную о звездах до тех пор, пока мальчик не перестал плакать, пока он не перестал дрожать и всхлипывать. Когда Драко проснулся, Поттер свернулся калачиком перед ним, каким-то образом ночью преодолев расстояние между ними. Высохшие дорожки слез на его щеках дали понять, что все это было правдой, и живот Драко скрутило. В этот самый момент Драко искренне ненавидел себя. Даже с предполагаемой слизеринцу догадливостью он не мог сопоставить получаемую информацию и просто всегда выдавал все то, на что был способен его гнев. Почему Поттер ничего ему не говорил? Почему спас его? Драко положил Поттера обратно в его кровать и вытер слезы фланелевой тканью. Уже заученными движениями укладывая Поттера спать, парень расправил полог, наложил утепляющие чары и всего на мгновение запустил пальцы в волосы гриффиндорца. И вздохнул. Он делал это только лишь чтобы отплатить Поттеру по долгам. Ничего больше.

***

Проснувшись ранним субботним утром, Гарри по-прежнему чувствовал себя очень странно. Он был накрыт одеялом, и это, конечно, было удобно, но удивительно: кажется, на этой неделе Гарри его откидывал, как обычно привык. Еще более странным было чувствовать голод, в то время как в голове крутилась какая-то мелодия. Гарри перевернулся лицом к окну — и пустой кровати Малфоя. Был уже поздний рассвет, и вся комната — а располагалась она на восточной стороне — наполнилась золотистым светом. Это было странно. Загадка. Стол Малфоя был пуст, кровать Малфоя заправлена, а полог откинут. Если бы не гладкие камни на тумбочке Малфоя, сундук у подножия кровати и одежда, которая предположительно висела у него в шкафу, то Гарри бы подумал, что он единственный ученик в этой спальне. Складывалось ощущение, что Гарри должен был рассчитывать хоть на какое-то взаимодействие с Малфоем после того рукопожатия на суде после войны. С ощущением дежавю парень достал карту Мародеров и отыскал имя Драко Малфой. Через пятнадцать минут Гарри ворвался на кухню. Там была суета: домашние эльфы неустанно трудились, а воздух был пронизан ароматом пекущегося хлеба. Взгляд Гарри тут же обратился на Малфоя, который спокойно сидел в стороне за столом. Малфой был удивлен увидеть его — серые глаза почти комично распахнулись, рот приоткрылся — но тут же его лицо приняло непроницаемое выражение. Малфой коротко кивнул Гарри и снова опустил голову. Гарри моргнул, но парень так ничего и не сказал. Без оскорблений. Даже никакой ухмылки. На лице Малфоя нельзя было различить ни одной эмоции, как во время суда после войны, когда он покорно сидел перед Визенгамотом, ожидая вердикта. Лишь один раз он показал свои эмоции — когда Гарри подошел поговорить с ним. Он сдержанно поблагодарил, когда гриффиндорец вернул ему палочку, и сузил глаза, когда тот протянул руку. Но сейчас он был безэмоциональным. Какое-то движение отвлекло Гарри от Малфоя. Это был домашний эльф. Широко распахнутыми глазами на Гарри смотрела Винки, она всплеснула руками. — Не желает ли хозяин Гарри позавтракать? Гарри бегло глянул на Малфоя, который по-прежнему сидел, отвернувшись. — Да, спасибо, Винки. Винки кивнула и повела Гарри к столу, за которым сидел Малфой. Два других домашних эльфа поставили тарелки, чашки и кувшин на стол рядом с ним. Гарри слегка смущенно подошел к столу — он, вероятно, раздражал Малфоя, и так как теперь был ближе, то заметил перед слизеринцем кипу книг и пергаментов. Когда Гарри сел, то парень не поднял головы, и он воспринял это как неохотное согласие с его молчаливой компанией. Пока Гарри ел, он прислушивался к суете домашних эльфов и к настойчивому скрипу малфоевского пера. На одно мгновение парень даже залюбовался длинными пальцами Малфоя, выписывающими слова своим ровным изящным почерком. Гарри поморщился, думая о том, что чувствуют преподаватели, глядя на его собственный почерк. Малфой немного повернул голову, когда заглянул в одну из своих книг, и взгляд Гарри переместился к платиновым волосам, которые были достаточной длины, чтобы скрыть глаза. Волосы Малфоя больше не были зачесаны назад, они были гладкие и прямые, но слегка завивались около ушей. Гарри был немного удивлен, когда понял, что все доел. Малфой по-прежнему работал, ни разу не встретившись взглядом с Гарри. Гарри встал, съежившись от скрипа стула. Он снова посмотрел на Малфоя. — Эм… Пока, — сказал он и быстро замолк. Малфой поднял взгляд (да!), кивнул (еще раз?) и опять возвратился к книгам (ох…). Слегка не веря происходящему, Гарри поблагодарил домашних эльфов и побрел обратно в общий зал восьмикурсников. Они сидели. С Малфоем. За одним столом. Целых пятнадцать минут. Не оскорбляя и не проклиная друг друга. (Не важно, что Малфой молчал, да и Гарри не разговаривал). Парень почти пробежал оставшийся путь до спален и схватил карту. Но узнав, что Малфой был все еще на кухне, он не смог избавиться от ощущения смутного разочарования. Мне нужна причина остаться подольше.

***

В тот момент, когда Гарри покинул кухню, Драко выдохнул, даже не поняв, когда задержал дыхание. Теперь, когда Поттера тут не было, Драко позволил себе, всего чуть-чуть, запаниковать. Зачем Поттер пришел на кухню? Зачем сел за стол? И зачем пялился на него все время? Драко осторожно коснулся своих волос, но они по-прежнему были идеальны. Мог ли Поттер узнать про лунатизм? Драко успокоился. А что если узнал? Но Поттер не предъявил ему ничего, да и вообще говорил очень мало. Драко сделал вывод, что Поттер ни о чем не узнал и, была бы воля парня, никогда не узнает. Но Драко помнил об удаче гриффиндорца, точнее, об ее отсутствии. И если он продолжит позволять Поттеру спать в своей постели, то тот непременно узнает. И Драко не был так опрометчиво оптимистичен, чтобы поверить, что Поттер сможет увидеть хорошие намерения в том, что делал парень. Единственным решением, к которому пришел Драко, было или перемещать Поттера обратно в его кровать, или накладывать чары, которые могли его удерживать.

***

Перед кроватью, в пространстве между изножьем и ближайшей стеной, Драко наложил отражающие чары. Его полог со стороны Поттера был плотно занавешен. Однако Драко проснулся, когда Поттер рухнул на пол как раз перед его чарами. Этот мерзавец просто разлегся на полу. Потерев глаза и стиснув зубы, парень левитировал Поттера обратно не-к-себе-в-кровать, кладя сонного Спасителя на смятые простыни, а затем решительно вернулся в свою постель. Драко не удивился, когда проснулся всего несколькими часами позже и обнаружил Поттера, лежащего перед его кроватью. Блятьблятьблять, Поттер! Тебе просто необходимо усложнять мне жизнь, да? Драко уставился на парня, сопевшего на полу. На холодном полу. Скрепя сердце, Драко поднялся с кровати, убрал отражающие чары, взял Поттера и перетащил его на свою кровать. Дыхание Поттера выровнялось. Херов Поттер и весь херов мир. Пусть мне улыбнется удача, и меня не грохнут за это. Драко даже посмеялся над своим глупым заявлением.

***

Гарри проснулся, уставший, сердитый и немного раздраженный. Яркие лучи солнца уже пробивались сквозь окна, так что было слишком поздно, чтобы застать Малфоя. Во время завтрака у Гарри не было аппетита, и он неохотно жевал кашу, кажущуюся ему безвкусной. И вот, когда парень держал в руках чашку кофе, его взгляд переместился на стол Слизерина. В этом году было мало учеников с этого факультета, поэтому они сидели небольшими группами из самых разных курсов. Но Малфоя там Гарри не увидел. Было воскресенье, и большинство учеников еще спали, но он видел Малфоя до того, когда поднялось солнце. — Эй, Гермиона… В глубине сознания Гарри поморщился, запоздало поняв, что перебил рассказ Гермионы, на который не обращал внимания. Но девушка повернулась к нему с растерянным видом, без следа гнева или раздражения на лице. Он смущенно заморгал. — Ты видела Малфоя? Рон, с полным ртом бекона, спросил: — Почему ты спрашиваешь? Разве он не твой сосед? Гермиона немного раздраженно покачала головой. — Ты ведь не стал опять его преследовать, да? Гарри нахмурился. — Конечно, нет! — возмутился он. — Я просто… Понял, что никогда не вижу его в комнате. Обычно только во время занятий. Гермиона спокойно посмотрела на Гарри. — Значит, я, возможно, вижу его чаще, чем ты, — медленно произнесла она. — Он ходит на руны и нумерологию помимо зельеварения и ЗОТИ. Гарри моргнул. Он не мог вспомнить, что видел Малфоя на ЗОТИ или зельеварении. Под взглядом Гермионы парень пожал плечами. — Прости, вы, кажется, о чем-то говорили… Глаза девушки загорелись, и она опять продолжила разговор. Если Малфой делает домашнюю работу по утрам на кухне, то он, вероятно, и завтракает там. Это неплохая идея, честно сказать — Гарри мог бы спокойно поесть, а не болтать, быть объектом разговоров, уворачиваться от сыпавшихся на голову писем или давать очередной автограф (по крайней мере, он сейчас брал за это плату — Рон подумал, что было бы неплохо жертвовать полученные деньги в фонд сирот войны). В голове Гарри родился план.

***

Гарри чуть не подпрыгнул от удачи, когда увидел на обеде Малфоя, сидящего в конце слизеринского стола, ближе к профессорам. Он сидел с прямой спиной и непроницаемым выражением лица. Вокруг Малфоя был словно невидимый барьер, который другие ученики избегали, обходя стороной. Наблюдать за тем, как Малфой ел, было завораживающе: он это делал аккуратно, быстро, но грациозно. Время от времени Малфой лениво осматривал зал, и один раз Гарри случайно встретился с ним взглядом. Слизеринец продолжал смотреть на него, и Гарри, чувствуя некоторую неловкость от того, что был пойман, нерешительно кивнул. Малфой выглядел слегка испуганным, но быстро кивнул в ответ и разорвал зрительный контакт. После этого Гарри отводил взгляд каждый раз, когда Малфой смотрел в его сторону. И после одного такого раза, когда гриффиндорец отвернулся, Малфой уже ушел. Ужин до жути повторял обед: Малфой, сидящий на конце стола, невидимый барьер вокруг него, и Гарри, старающийся не встречаться с ним взглядом. Малфой ушел сразу после того, как закончил есть, и Гарри очень хотел последовать за ним в их комнату. Гарри ждал, когда доедят Рон и Гермиона, с плохо скрываемым нетерпением. Точнее, практически с его отсутствием. — Гарри, что с тобой? — спросила Гермиона. — Э-э-э… — пробормотал Гарри. Он посмотрел к себе в тарелку, еда в которой была почти нетронутой. — Просто устал, — добавил он. Гермиона уклончиво хмыкнула и посмотрела на Рона. Гарри проследил за ее взглядом: Рон еще ел и через несколько секунд медленно поднял голову. — Что? — спросил он. Гермиона закатила глаза, но все равно нежно накрыла его руку своей, а затем повернулась обратно к Гарри. — Почему бы тебе тогда не пойти спать? — Эм… Хорошо, — Гарри быстро встал и почувствовал тошноту. — Да, спать, — слабо согласился он. — Если станет хуже, мы можем отвести тебя в больничное крыло, — нахмурившись, добавила Гермиона. Гарри попытался ободряюще улыбнуться. — Со мной все будет в порядке. Гермиона улыбнулась ему в ответ, а Рон отсутствующе пожелал спокойной ночи. Гарри уже почти привык к хору прощаний, доносившихся с гриффиндорского стола, когда он уходил. Но самое большее, что он мог сделать сейчас, не опустошая содержимое своего желудка, так это помахать в ответ. К счастью, в коридорах было пусто, и Гарри скользнул в общий зал безо всякой суеты перед портретом. Гостиная казалась пустой, когда парень пересекал зал, поднимался по лестнице и направился в свою комнату. Гарри замолчал, держа руку на дверной ручке. Из-под двери виднелась полоска света, и гриффиндорец был переполнен сочетанием волнения и тошноты. Гарри открыл дверь. Его взгляд тут же поймал движение в комнате — дверь в ванную открылась, и оттуда вышел Малфой, одетый в белую майку и штаны, резко контрастирующие с темнотой ванной комнаты позади него. Малфой вздрогнул, дернулся назад и распахнул глаза. Только когда в его руке появилась палочка, и он с опаской направил ее на Гарри, парень собрался с мыслями. Гарри вдруг понял, какой похожей, но в то же время абсолютно другой была эта ситуация по сравнению с шестым курсом. Он быстро сделал шаг назад и поднял руки. — Черт, прости. Малфой сузил глаза. Он не убрал палочку, но руку опустил. Очень медленно, не сводя глаз с Гарри, Малфой закрыл дверь ванной. Гарри, немного испытывая неловкость, зашел в комнату и закрыл за собой дверь. — Наверное, ты собираешься спать? О, отлично, Гарри. Какого хрена ты только что сказал? Малфой не ответил. Вместо этого он кивнул головой в знак согласия и прошел — мимо Гарри — к своей кровати напротив окна. Полог его кровати был уже частично занавешен, Малфою оставалось только закрыть сторону рядом с кроватью Гарри. Гриффиндорец все еще стоял возле двери, когда Малфой посмотрел на него. И встретился с ним взглядом. Между ними уже не было того пространства Большого зала, ничего, что могло бы позволить Гарри сделать вид, что он не следил за Малфоем. Слизеринец приподнял бровь, и Гарри на автомате нахмурился ему в ответ. Он отошел от двери, и подальше от Малфоя, и направился в сторону своей кровати и чемодана. Отвернувшись, Гарри пожелал спокойной ночи. Звук занавешивающегося полога закончил их немой разговор. Гарри старался быстро уснуть, его сильно тошнило, а на глаза давила головная боль. Он небрежно положил очки на тумбочку и привычно наложил заглушающие чары. Он разберется с Малфоем в следующий раз. Головная боль навлекла на парня беспокойный сон.