The Standard You Walk Past

Когда Гарри проснулся, был уже рассвет, небо переливалось разными цветами. На этот раз у него не было ощущения, словно что-то было не так, потому что он был там, в кровати Драко, и каким-то образом ночью они переместились ближе друг к другу. Драко уже не спал, а уткнулся в книгу, которая парила над его кроватью, и рассеянно поглаживал Гарри по волосам. По гриффиндорцу прошла волна тепла. Драко повернулся, на его лице была улыбка. — Доброе утро, Гарри. Гарри улыбнулся в ответ. — А ты не ворчливый по утрам. Драко выгнул бровь и ухмыльнулся. — Если тебя это заводит, я могу, конечно, все время быть ворчливым. Воспоминания о поцелуе нахлынули на Гарри, и он покраснел. — Думаю, теперь я точно гей, — тихо сказал он. — А Чжоу Чанг и Джиневра Уизли? — с издевкой спросил Драко. — Ты тогда выглядел влюбленным. — Ты и Панси Паркинсон? — парировал Гарри. — Она моя лучшая подруга, — нахмурился Драко. Гарри закатил глаза. — Ты первый начал. Драко ткнул парня в плечо. — Я пытаюсь тебе сказать, что не нужно забивать себе голову маггловскими словами. Мерлин, да мы даже принадлежим к другому виду. Гарри поворочался в кровати. — Я не подумал об этом, — он повернул голову к Драко. — Думал? Это, должно быть, впервые для тебя, Потти. Слизеринец открыл рот, чтобы возразить, но Гарри снова перебил. — Ради Мерлина! И это все, что ты смог придумать? Самое оригинальное, да? — Уже лучше, — буркнул Драко. Он достал палочку, взмахом завесил полог и медленно встал с кровати. — Если ты перестал спорить сам с собой, то пора завтракать. — Хорошо, — но Гарри так и не пошевелился, чтобы встать, наблюдая за тем, как Драко первый шел в ванную.

***

Когда Гарри обратил внимание на газеты, которые доставили Драко, его сердце замерло. Ежедневный Пророк опять писал про Дамблдора. — Я не понимаю, — пробормотал Гарри себе под нос, пытаясь выкинуть из головы плохие мысли. — Пророк? — Драко поднял глаза от Придиры. — А что там? Гарри показал на газету. — Для тебя не имеет значения то, что… — парень запнулся, но тут же продолжил. — Для Рона с Гермионой тоже. Но почему Пророк это так волнует? Драко поднял бровь. — Из-за Скитер. Судя по ее статьям, она, без сомнений, живет скандалами, во всех смыслах. — Да, но… Почему это скандал? Драко пожал плечами. — Ты ждешь, что я пойму, о чем думает и что чувствует магическая общественность? Гарри нахмурился. Казалось, что Драко специально делал вид, что ничего не понимал. Слизеринец бесстрастно повернулся и опустил газету. — Ты не хочешь, чтобы нас с тобой видели на публике, — категорически сказал он. — Нет, я… Не в таких отношениях, — Гарри взъерошил волосы, волнуясь, пока Драко с непониманием смотрел на него. — Я хочу подождать сначала, пока все это не уляжется. — Ты хочешь, чтобы у нас были… тайные отношения. Гарри слабо улыбнулся. — Так вот что это. Отношения? Драко сжал губы в тонкую линию. — Я думал, ты понял это еще вчера вечером. — Да, — зашипел Гарри. — Мерлин, да что мы опять воюем? Просто дай мне сказать. Драко слегка наклонил голову. — Я просто хочу держать нас… — Гарри показалось, что он увидел слабую улыбку, но слизеринец не двигался, — …тихо, подожди. Я хочу, чтобы об этом знали пока несколько человек. Тех, кого я… мы знаем. Гермиона и Рон уже в курсе, что ты мне нравишься, поэтому я скажу им. И всем Уизли. — А моя мать и Панси? — тихо сказал Драко. Гарри моргнул. — Если они пообещают не говорить никому… — Они умеют хранить секреты. — Хорошо. — Тогда у нас будут самые тайные отношения, — Драко, наконец, слабо улыбнулся, но Гарри понял, что это трудно далось ему. Сердце гриффиндорца застучало, когда он подумал, что собирался делать дальше. Драко опять отвернулся. Гарри взял его за руку, притянул ближе к себе и заставил повернуться. Другой рукой парень потянулся к его щеке. Гарри увидел, как серые глаза Драко расширились, после чего он поцеловал слизеринца. От всей этой нежности мысли Гарри разлетелись во все стороны. Закончив поцелуй, парень успел удивиться тому, как они прошли весь этот путь от заклятых врагов до этого. — Два, — понял Гарри. Драко кинул на него удивленный взгляд. — Чего «два»? — Два поцелуя. Тот во сне не считается. Драко выпрямился. — И как прославленный спаситель нашего мира, подозреваю, ты требуешь еще? Гарри покачал головой. — Ты Малфой. Я думал, это ты хочешь больше. Может, миллион. Или миллиард. Или даже еще больше. Губы Драко изогнулись в ухмылке. — Ты готов быть моим личным раздавателем поцелуев? — Отвратительно, — Гарри нахмурился, но его губы против воли растянулись в улыбке. Драко рассмеялся.

***

— Прости, Гарри. Гарри посмотрел на Гермиону насмешливым взглядом. — Ты о чем? Девушка украдкой оглядела Большой зал, после чего наклонилась и прошептала: — Я пыталась убедить Риту Скитер убрать эти статьи. Но она, видимо, уже официально зарегистрировала себя как анимаг, — Гермиона состроила гримасу. — Я проверила, это правда. Гарри попытался ободряюще улыбнуться подруге. — Все в порядке. — Малфой что-то сказал об этом? Гарри покраснел, и по тому, как расширились глаза Гермионы, она это заметила. — Я… Я тоже ему нравлюсь. — Ох… — Это пока секрет, — добавил Гарри, но уже передумал об этом. Гермиона одарила его задумчивым взглядом. — Ты собираешься сказать Рону? Гарри кивнул. — Да. Гермиона кивнула сама себе и полностью погрузилась в мысли. — Наверное, мне стоит дать вам пообщаться вдвоем. Я пока найду для тебя книги — у парней это происходит по-другому. — Гермиона! — И, конечно, нам придется пообщаться с Малфоем. Гарри закатил глаза. — Но он может этого не захотеть. Гермиона прищурилась. — Он хотел держать это в секрете? — резко спросила она. Гарри поморщился. — Нет, — теперь он сожалел о принятом решении. — Это я хотел. Гермиона все хмурилась. — Но зачем, Гарри? — Я уже не ребенок, Гермиона, — резко ответил парень. — Я предложу Драко встретиться завтра утром, хорошо? Гермиона кивнула и оставила эту тему, но она все еще выглядела так, словно хотела отругать его. «Прямо как заботливая старшая сестра», — подумал Гарри.

***

— Малфой. Рука Драко сразу же потянулась к палочке, но это была Грейнджер. Он положил книгу, которую держал в другой руке, обратно на стол и повернулся к ней. Профессор Вектор, стоящая возле первых парт, одарила их любопытным взглядом, но не стала ничего говорить. — Грейнджер, — ответил он. Слизеринец чувствовал лишь отвратительную необходимость в этом разговоре. У него была слабая надежда на то, что ему не придется разговаривать на публике весь оставшийся учебный год, чтобы в третий раз избежать того проклятья. Грейнджер уже собрала свои книги и перекинула сумку через плечо. — Можно поговорить с тобой? Не в классе. Гарри, должно быть, сказал ей о чем-то. Драко слегка кивнул. — Да. Он сунул книгу в сумку и последовал за Грейнджер из кабинета. Она повернулась к нему с извиняющимся взглядом. — По правде говоря, мне нужно поговорить с тобой наедине. — Заклятие тишины, — монотонно ответил Драко. Он уже начинал чувствовать раздражение. Грейнджер быстро произнесла заклинание. Она кивнула самой себе и, наконец, заговорила: — Это про Гарри, — Грейнджер выжидающе на него посмотрела, но Драко никак не отреагировал. — Он предлагал тебе присоединиться к нам в субботу в библиотеке? — Предлагал. Грейнджер стушевалась. — Придешь? Гарри уже рассказал нам о ваших отношениях. — Знаю. Приду. Он собирался прийти, потому что был небольшой шанс того, что все будет хорошо, а не испортится и скатится в дерьмо, как обычно. Гарри хотел держать эту тайну за закрытыми дверьми, но он назвал Грейнджер в числе тех, кому хотел поведать правду, и поведал, дав Драко теплящуюся надежду на то, что хотел идти до конца. — Хорошо, — Грейнджер улыбнулась. — Встретимся в гостиной после завтрака и пойдем оттуда в библиотеку. Парень кивнул. Лицо девушки стало суровым. — Послушай, Малфой. Если ты хочешь быть парнем Гарри, то часто будешь в нашей компании. Ради Гарри мы хотим попробовать стать друзьями, но это работает в обе стороны, так что тебе тоже стоит попытаться сделать хоть малейшее усилие для этого, — на этих словах Грейнджер Драко почувствовал, как вспыхнула ее магия, и лениво подумал о том, как же это по-гриффиндорски. — А если ты хотел лишь поиграть с Гарри, то кончай это прямо сейчас. Каким невероятным тупицей нужно было быть, чтобы завести роман с Золотым Мальчиком? Драко медленно сказал: — Я полностью понимаю необходимость этой дружбы, — он твердо встретил ее взгляд, обдумывая фразы, прежде чем говорить. — Я приношу извинения за свое прошлое поведение, за то, что сделал и чего не сделал во время войны. Грейнджер застыла, как будто она была удивлена услышать это. — Прекрасно. Извинения приняты. Драко попытался немного улыбнуться. — В конце концов, ты же одна из самых умных на нашем курсе. Это возымело успех, и Грейнджер смягчилась. — Спасибо. Зови меня Гермиона. — Драко. Грейнджер кивнула. — Увидимся, Драко, — она сняла заглушающие чары. — Да. Грейнджер быстро ушла, а Драко осторожно осмотрел учеников. Один знакомый поймал его взгляд. Парень посмотрел на него и исчез в толпе, выходящей из кабинета после занятия. Драко был замечен в разговоре.

***

Когда Драко провалился в сны Гарри, то он понял, что гриффиндорец, должно быть, или лег спать с ним, или опять во сне добрел до его кровати. Сны Гарри были обрывочные. Драко беспристрастно следовал за ним, проходя от одного дня к другому. Он почувствовал краткий прилив радости, когда Гарри снились их утренние поцелуи. А затем кухня растворилась в шумном Большом зале, где нарастающие голоса повторяли одно и то же: — Дамблдор — гей! — Кто бы мог подумать? Гомик! — Блять, я всегда знал, что он какой-то ненормальный. Драко лишь насмехался над этими утверждениями, которые слышал на протяжении всего дня, и уставал, но Гарри, стоящий в центре, просто смотрел на все это с распахнутыми глазами. Драко подошел к нему и попытался успокоить, но Гарри с выражением горя на лице оттолкнул его. Потом, видимо, поняв, что он сделал, гриффиндорец опять притянул его ближе к себе. — Я в порядке… В порядке, — говорил Гарри себе под нос. Затем изображение исказилось, цвета размылись. То, что Драко услышал потом, было для него ново. — Как думаешь, Дамблдор и из Гарри Поттера гея сделал? — Это объясняет, почему у Гарри Поттера нет девушки. У такого, как он, могла бы быть любая. На глазах Драко Гарри вдруг уменьшился и снова стал маленьким мальчиком. Над ним горой возвышались его дядя и кузен. — Не будь неженкой, мальчишка, — глумился старший магл. — А что, Седрик был твоим дружком? Я всегда знал, что ты ненормальный, — сказал младший. — Гарри, — произнес Драко. Маленький Гарри ненадолго повернул голову в сторону парня, но затем снова опустил. — Все хорошо, я в порядке. Драко, я ведь нормальный? — сказал он тихим голосом, приглушенным складками мантии Драко. Слизеринец погладил мальчика по голове. Это был тот разговор, который нужно было провести с Гарри потом, а не сейчас, когда только Драко мог полностью все осознавать. — Да, нормальный, — мягко ответил Драко. — Надеюсь, — промямлил Гарри. Он зарылся глубже в мантию парня. Сон изменился, и Драко начал петь.

***

Драко перевернулся в кровати и полностью проснулся. Гарри лежал рядом с ним, и Драко рассеянно гладил его по голове. Гарри был источником противоречий и непреодолимого чувства беспомощности. Он заставлял Драко чувствовать и гнев, и привязанность, и страсть. Парень не хотел этого. Он хотел оставаться среди своих родственников и друзей детства. Не хотел впускать кого-то нового в свою жизнь, особенно Гарри Поттера. Чем больше становилось людей, с которыми он общался, тем опаснее это могло быть для него, тем вероятнее, что упало бы охранное заклинание. Драко чувствовал себя беспомощным. Когда Гарри Поттер не захотел стать его другом, Драко не был; когда Гарри Поттер захотел, Драко стал; а когда же Гарри Поттер захотел стать его парнем, то так и получилось. Все всегда было так, как того желал Гарри. Слизеринец чувствовал себя немного виноватым. Он думал, что Гарри хотел сохранить это втайне, потому что это был он, Драко, единственный настоящий Пожиратель смерти, оставшийся в живых на свободе. Казалось невероятным, что Гарри все еще мог думать, что любовь между двумя парнями — это что-то неправильное. Но ведь и раньше казалось невозможным, что у Гарри могло быть дерьмовое детство. И еще Ежедневный Пророк. Драко опять усмехнулся и подумал, что попросит отца подать на них в суд. Гарри был словно не человеком, а идеальным героем. «И еще он сильный», — напомнил себе Драко. Он не ожесточился. Он убил Темного Лорда и спас мир, который, порой, ненавидел его. Гарри зашевелился. Драко убрал руку, и парень уткнулся в нее носом. — Драко? — промычал Гарри, все еще не открывая глаз. — Спи, — прошептал Драко. Гарри пробормотал что-то непонятное. Слизеринец снова стал гладить его по голове и наблюдал за тем, как парень начал засыпать. И он доверяет мне. В этом было главное затруднение. В том, что каким-то образом Гарри верил, что Драко заслуживает доверия. И из-за этого Драко будет держаться за этот подарок судьбы, который он не заслужил.

***

Грейнджер и Уизли ждали их в гостиной после того, как они с Гарри вернулись с кухни. Грейнджер встретила их с улыбкой. — Гарри, Драко. — Привет, Гермиона, — бодро ответил Гарри. Драко склонил голову: — Гермиона. Уизли шагнул вперед. Он посмотрел на Гарри и Грейнджер, а затем протянул руку Драко. — Рон. Гарри обнадеживающе подтолкнул Драко. — Драко, — сказал слизеринец, пожимая руку Уизли. Рыжеволосый не стал скрывать облегчения, когда Драко разжал руку. — Хорошо, — кивнула Грейнджер. — Идем в библиотеку. Они покинули башню и в парах пошли по направлению к библиотеке. К удивлению Драко, рядом с ним шла Грейнджер. — Это хорошо, что ты здесь, Драко. Мне, наконец, будет с кем поговорить о Нумерологии и Древних рунах, — она окинула недовольным взглядом парней, идущих впереди. — Они просто не понимают толк знаний. «А мне, наконец, удастся хоть с кем-то поговорить», — ехидно подумал Драко. — Ты уже начал делать семестровый проект по Заклинаниям? — Да, — ответил Драко. — Вот видите! — громко сказала Грейнджер. Парень нахмурился, но потом понял, что она разговаривала не с ним. Девушка ускорила шаг и легонько ткнула Гарри и Уизли в спину. — Драко начал проект! — Гарри и Уизли подвинулись, и Грейнджер заняла место посередине Золотого Трио. Драко почувствовал, как увеличивалось расстояние между ним и гриффиндорцами. — До Рождества нам точно ничего не грозит, Гермиона, — заныл Уизли. — Мы сделаем его на каникулах, не сейчас. — Рональд Уизли, ты прекрасно знаешь, что никогда ничего не делаешь на каникулах! — сурово сказала Грейнджер. — Тогда мы сделаем потом. Не думаю, что Флитвик думает, что мы уже начали — мы же еще не узнали всего, что потребуется! — запротестовал Уизли. Грейнджер скрестила руки на груди. — Ты уже знаешь достаточно, чтобы начать. Весь смысл в том, что это длительный проект, над которым нужно трудиться, а не сляпать в последнюю неделю, — она повернулась к Гарри. — Как насчет тебя, Гарри? Гарри сделал шаг в сторону. — Я… Я начну до Рождества… — сказал он нерешительно. — И вы с Драко можете помочь мне в случае чего, — он повернул голову и улыбнулся Драко. Драко поднял бровь и удивился, когда Гарри взял его за руку и увлек в толпу восьмикурсников, занимающих большую часть коридора. Гарри быстро отпустил руку, и тепло тут же исчезло. Парень молча подумал о том, чье негодование мог легко вызвать, и ответил: — Это должна быть твоя работа, а не моя или… Гермионы, — вспомнил он в последнюю секунду имя Грейнджер. Девушка энергично кивнула. — Точно! Я не всегда смогу быть рядом, чтобы помочь. О, Мерлин, Драко понял, что, в конце концов, мог поладить с Грейнджер благодаря учебе и домашним работам. Они пришли в библиотеку раньше, чем привык Драко. Грейнджер сразу пошла вперед, направляясь к одному из больших столов, находящихся вдали. Когда они расположились, Драко оказался рядом с Гермионой, а Гарри сидел прямо напротив него. Уизли жалобно смотрел на Грейнджер. — Тебе будет трудно нам помочь, если ты там сидишь. Девушка усмехнулась в ответ. — Хм, так и нужно. Драко не обращал внимания на их спор, доставая свои принадлежности. Он был слегка удивлен, поняв, что Золотое Трио могло спокойно работать. Полчаса спустя, когда он встал, чтобы найти нужную книгу, все трое усердно работали — даже Уизли. Грейнджер кратко кивнула ему, и парень ответил тем же, после чего направился к полкам. Низкий гул голосов раздался из глубины библиотеки, и Драко насторожился. Он вытащил палочку и направился в сторону звука. — Мы читали ее! — Ну, может, мне захотелось тоже… — Но это книга для первокурсников, а ты не первокурсник! Драко через зазоры в полках увидел двух маленьких слизеринцев. Старшекурсник с Рейвенкло держал в руках учебник, слишком высоко, чтобы слизеринцы могли его достать — и держал он ее, скорее всего, слишком сильно, чтобы взять призывающими заклинаниями. Драко вздохнул и подошел ближе. Книги по заклинаниям — по крайней мере, он смог найти достаточно правдоподобное оправдание того, что он находился в этой области. Сначала парень не смотрел на них, но они сразу же замолчали и обернулись, глядя на него. Драко лениво оглядел их, позволяя взгляду упасть на книгу, которую держал рейвенкловец. Он поднял бровь. — Гуссокл, первый курс? Удивлен, что рейвенкловец завалил Заклинания на первом курсе, — протянул он. Рейвенкловец напрягся и оскалился. Он бросил книгу на стол и сделал шаг в сторону Драко, палочка уже была в его руке. — Удивлен, что тебе вообще разрешили вернуться в Хогвартс. Драко шагнул к дальним полкам, подальше от слизеринцев. — Как и я, — солгал он. — Я должен был просить Гарри Поттера. Ведь это он был тем, кто давал показания за меня. Как и ожидалось, рейвенкловец вздрогнул от упомянутого имени и опасно прищурил глаза. Но Драко уже отвернулся и стал искать книги. С тихим вздохом он направился к следующей полке, будто не мог найти то, что искал. Рейвенкловец шел за ним. Драко скользнул в следующий проход, направляясь в сторону Золотого Трио — относительной безопасности, как он это понял. — Ты нашел, что искал? — спросила Грейнджер. Драко покачал головой. Краем глаза он заметил, как рейвенкловец замедлил, сердито посмотрел на него и отвернулся. Грейнджер нахмурилась. — Что ты искал? — Книги, подробно описывающие взаимосвязь между Заклинаниями и Древними рунами. Я вспомнил, что видел что-то похожее, но ничего не смог найти. Грейнджер нахмурилась еще сильнее. — Нет, я читала. Подожди здесь, я поищу. Драко кивнул, благодарный ей не один раз. Если уж Грейнджер захотела с ним подружиться, то она тоже не смогла бы вынести жестокое обращение со слизеринцами. Гарри подозрительно на него посмотрел. — Что-то не так? Драко ухмыльнулся. — Поттер, в моей работе все так, но, может, тебе стоит еще раз проверить свою. Гарри закатил глаза и подтолкнул свои бумаги к Драко. — Тогда исправь. — А если я хочу что-нибудь взамен? Уизли вдруг поперхнулся и покраснел. Драко и Гарри вместе повернулись к нему. — Ты в порядке, Рон? Рон осторожно оглянулся, после чего прошептал: — Я, конечно, все понимаю, но, пожалуйста, не флиртуйте при мне. Гарри стал такого же цвета, что и Уизли, и нервно повернулся к Драко. — Это был флирт? — Нет, Поттер, я всего лишь намекнул на денежную компенсацию. Десять галлеонов за страницу, в зависимости от разборчивости почерка, — серьезно сказал Драко. С лица Гарри тут же сошла краска, и он толкнул Уизли. — Я так не думаю. Уизли закатил глаза. — Дружище, это был флирт, но прозвучал как шутка. Драко перегнулся через стол. — О, ты еще не видел флирт, Рональд Уизли. Уизли пискнул: — Ты же знаешь, что я с Гермионой, да? — быстро спросил он. Драко ухмыльнулся. — Ты уверен, что она не против посмотреть? Или, может, вчетвером… Цветом лица рыжеволосый быстро сравнялся с волосами. — Гермиона! — громко воскликнул Уизли, выпрыгивая со стула. Он поспешил в сторону Грейнджер, только что появившейся из-за шкафов. Она удивленно посмотрела на него. — И я скучала по тебе, — улыбаясь, сказала девушка. Гарри засмеялся, и через мгновение Драко улыбнулся в ответ.