Стадии надежды

      Другое измерение или нет, но людей в нём будили, кажется, абсолютно так же (хоть и не по-слизерински, заметил Северус, чей метод включал в себя кувшин воды и много хихиканья).       Девушка медленно обошла кровать своего товарища и затем выпустила серию диагностических заклинаний, таких же исчерпывающих, как если бы это делала Мадам Помфри (или Альбус, который сделал именно это меньше, чем двадцать минут назад). Результаты её удовлетворили, она подошла ещё ближе, подняла палочку выше и добавила совершенно профессиональный Эннервейт. Им нужно волноваться о том, что она так подкована в реанимации бессознательных людей?       И опять же пробуждение прошло быстрее, чем ожидал Северус, и окончилось, ничем не выдав очнувшегося парня, кроме как лёгким напряжением мышц и дыхания. Северус был уверен, что они бы этого не заметили, если бы специально не приглядывались.       Ещё раз демонстрируя свой иммунитет к нормальным человеческим реакциям, девушка не кинулась к парню и не попробовала его коснуться. Вместо этого она стояла очень, очень тихо и неподвижно, как будто бы в комнату зашёл хищник, и она старалась не спровоцировать атаку.       Она только подняла левую руку ко лбу, ладонь сложив в символ, который Северусу был не знаком. И как будто бы в ответ, с кончиков её пальцев пролился золотой свет, тянувшийся к парню, формируя светящуюся сферу сначала вокруг неё, а затем и вокруг парня.       — Гарри, — прошептала она, и что-то в звучании имени подсказало им, что на самом деле она сказала парню куда больше. Затем золотой свет запульсировал и втянулся в кожу парня, который никак на это не отреагировал.       Снейп должен был признать, что он восхищён.       — Гермиона, — сказал парень на удивление глубоким и сильным голосом, и, на мгновение ока, кожа девушки засверкала.       Сбоку от Северуса Альбус издал оценивающее мурлыканье, которое он ранее использовал только для выражения одобрения сладостям и действительно выдающемуся волшебству.       — Проверка личности, вызываемая лишь жестом и голосом. Изумительно, по-настоящему изумительно!       Девушка либо его не слышала, либо предпочла проигнорировать.       — Гарри, у нас код красный три-ноль-семь, — быстро произнесла она, и Северус был поражён вихрем эмоций, который отразился на лице парня в ответ на эту зашифрованную фразу.       — Я так полагаю, дракон нас не убил, — ответил парень момент спустя, вновь взяв под контроль собственный голос. Затем он открыл глаза.       Очень быстро девушка встала между своим другом и Альбусом и Северусом.       — Держи себя в руках, Гарри! — предупредила она слегка озабоченным тоном. И что, чёрт возьми, происходит?       И только сейчас молодой человек заметил их присутствие, и Северус по-настоящему оценил спокойную реакцию девушки. Гарри же не моргал, и не пытался хоть как-то оценить происходящее.       Вместо этого он вернулся взглядом к Северусу, демонстрируя истинно клишейную реакцию, которую Северус наблюдал только у Гриффиндорцев и в дешёвых американских фильмах.       Затем парень потёр глаза.       Уставился на Северуса.       Помотал головой, как будто бы отрицание каким-то образом могло изменить ситуацию.       Снова уставился на Северуса.       А затем повернулся к Гермионе.       — Это же не галлюцинации? — спросил он, как будто бы галлюцинации были для него вполне обыденной ситуацией. — Они настоящие?       Гермиона кивнула.       — Я боюсь, что в этот раз действительно не галлюцинации, — спокойно ответила она, — кажется, твоё предположение про магическую цепную реакцию оказалось не таким уж невозможным, Гарри.       Парень всё ещё выглядел шокированным.       — Нифига себе цепная реакция! — прошептал он. — А они в курсе… В смысле, они знают…       Гермиона покачала головой: «Я рассказала директору несколько интересных вещей, которые убедили его, что нам можно верить, но на данный момент они знают только лишь наши имена и то, что мы в беде. Но, конечно, мы им расскажем. Если помнишь мой инструктаж, в этом случае только полная искренность обеспечит нам наиболее полезную поддержку.»       Наконец, парень перестал пялиться. Три четверти мозга Северуса обрабатывали полученную информацию — парень постоянно галлюцинировал? Девушка подготовилась к такой ситуации? — а четвёртая часть мозга заметила плавность передвижений Гарри, когда он поднялся и встал позади Гермионы, образуя идеальную боевую стойку, которая использовалась аврорами.       Взгляд парня опять остановился на Северусе, затем переключился на Альбуса с выражением печали и ещё чего-то, что Северус никак не мог осознать.       Потом, так же резко, как девушка разобралась в ситуации, его настроение изменилось, и он улыбнулся Гермионе широкой и немного маниакальной улыбкой.       — Гермиона, — спросил он, — Ты помнишь, я сказал тебе, что ты сошла с ума, когда ты настаивала на кодах перемещения во времени и по измерениям?       — Да, — ответила она. — Очень хорошо помню, но меня это не задело, позволь сказать.       — Я беру свои слова назад. Ты крутая, Гермиона.       Девушка глубоко вздохнула.       — Я думаю, ты должен был бы уже знать меня достаточно хорошо, чтобы верить, что каждое моё предположение верно, Гарри, даже не видя доказательств.       — Конечно, — сказал он, и наивно ей улыбнулся. Затем парень повернулся, снова обратив внимание на поражённых мужчин. Или, точнее, на мантию Северуса.       — Какого чёрта она красная? — спросил он с нескрываемым удивлением.       «Да что с ними такое вообще?!»

***

      Затем они втянулись в ещё один диалог про измерения, магофизические теории и странную цепную реакцию, который вертелся почему-то вокруг сегодняшней одежды Северуса и его гигиенических привычек, и совершенно не объяснял, каким чёртовым образом эти два психа вообще оказались в Хогвартсе.       Северус почувствовал себя немного обделённым. Девушка Гермиона начала задавать совершенно точные вопросы про его детство, на которые он не собирался отвечать, а Гарри пялился то на него, то на Альбуса, с совершенно пустой улыбкой на лице, которая каким-то образом наталкивала Северуса на мысль о маньяке с топором (он совершенно точно винил в этой ассоциации те ночи, когда они с Сириусом сбегали из Хогвартса и смотрели плохие маггловские фильмы).       Так что Северус, вполне очевидно, с большим чувством облегчения поприветствовал своё спасение, представшее перед ним в образе Сириуса Блэка. Ну, а ещё Северус с нетерпением ждал возможности понаблюдать, как же друг отреагирует на эту девушку и её маниакального товарища. И разве можно было его за это винить?       Стоит сказать, что он не ожидал такой реакции на появление Сириуса. Гермиона побледнела, и снова заморгала — ничего нового — а вот Гарри рванул в конец комнаты, заглушая попытки Альбуса представить Сириуса, бросился на Блэка, и почти задушил его в объятии, которое для всех измерений казалось слишком неуместным.       — Мне так, так жаль, Бродяга, — прорыдал он. — Я не хотел, чтобы всё так произошло, я просто… просто…       Сконфуженный Сириус, после момента нерешительности, начал утешающе похлопывать парня по спине. Он встретился взглядом с Северусом и спросил: «Я должен его узнать?»       Северус не мог ничего с собой поделать. Он расхохотался. А ещё больше он расхохотался тогда, когда Альбус вытащил из одного из многочисленных карманов фотоаппарат, и проворно сделал снимок. Северус бы поспорил на своё Мастерство в зельях, что эта фотография будет звездой на очередном юбилейном вечере у учителей.       Сириус в бешенстве смотрел на них обоих, но эффект был испорчен тем, что к нему с упорством дезориентированной коалы прижимался парень. Северус опять расхохотался.       — Гарри, — строго сказала Гермиона, скрестив руки на груди. — Это не твой Сириус. Немедленно его отпусти, ты же его пугаешь!       — Твой Сириус? — изрёк Блэк над головой Гарри. Он выказал явное облегчение, когда Гарри, повинуясь Гермионе, его отпустил и отодвинулся, пробормотав извинения и став похожим на тринадцатилетнего подростка.       — Послушай, — затем сказал Блэк за неимением никаких других мыслей, — от тебя пахнет горелым.       — Наверное, это из-за дракона, — небрежно произнёс Северус, и пока его друг неверяще повторял: «дракона?!», объяснил детали. «По видимому, они гости из альтернативного измерения, которое уж очень от нашего отличается, судя по тому, как девушка Гермиона отреагировала на красный цвет моей мантии, по отношению к которой они не выказывают ни капли страха.»       — Она же бордовая. Красный слишком аляповатый, — моментально ответил Сириус, и Северус ощутил тепло дружеского понимания. — И она отлично на тебе смотрится. Та юная ассистентка Принца всё никак не может насмотреться на тебя в бордовом, Снейпи!       — Я Северус, — отсутствующе ответил он. — И, очевидно, другое измерение не разделяет наши с тобой утончённые вкусы, дорогой друг.       Их диалог прервал раздавшийся кашель, вырвавшийся у Гарри. Они повернулись к нему и увидели, что на ногах его явно поддерживает Гермиона. Видимо, он ещё не восстановился от психологической травмы и снова собирался впасть в ступор. Северус никогда бы не подумал, что сочтёт это за улучшение.       — Друзья… — сказала Гермиона на выдохе. Северусу захотелось зарычать — теперь они закончили обсуждать его волосы и мантию и перешли к отношениям? А Сириус был куда более доволен. Кроме того, это не ему пришлось страдать последние двадцать минут.       — Конечно! — с готовностью ответил он. — С тех пор, как нас обоих шляпа определила в Слизерин. Конечно, поначалу были несколько серьёзных стычек, но у кого не было? А Снейпи ещё и представил меня нескольким гриффиндоркам, и, позволь сказать, девушки там…       Он свернул тему, заметив суровое выражение лица Альбуса, слишком поздно вспоминая, что он теперь учитель и ему нельзя распространять компрометирующую информацию о других факультетах.       Но он сказал достаточно, чтобы Гарри сделал для себя вывод. Рот парня захлопнулся с громким звуком и на его лице появилось что-то вроде интеллекта. Он выглядел шокированным, и по какой-то причине слегка недовольным.       — Погодите-ка… — Не веря ни одному слову, произнёс он. — Вы… Вы нравитесь друг другу?