You have 7 days to change your mind

Только слова и остались Эхом, вдавленным в память, Поезд уносит меня. В небе звезды Падают, падают, падают, падают, падают больно. Стоп-кран, так больше нельзя.

Глава 2.

- Ну, и сколько еще сигарет ты собираешься повалять по земле, прежде чем закурить? – прохладный, немного ироничный и совсем не презрительный голос раздается у меня за спиной, когда я в очередной,- наверное, уже пятый, - раз наклоняюсь за упавшей из оледеневших пальцев сигаретой. Я не могу не узнать его. Денис Морозов, собственной персоной. Ну, и почему ты не на уроке, педик? - Ровно столько, сколько захочу, - ровным, бесстрастным голосом отвечаю я. Хотя так и хочется развернуться и разбить ему нос. Это как минимум. Сейчас я не думаю о том, что это как раз-таки я его поджидал, а не он меня. В любом случае виноват только он. – Тебе-то какое дело? Иди, куда шел, петух. - Никакого, - Денис, не обращая внимания на холод, ловко запрыгивает на перила, удобно усаживаясь на них. Светлые волосы треплет ветер, в стеклах очков отражаются блики заходящего на западе солнца. Он сидит, сгорбившись, словно какой-то груз тяготит его. - Тогда чего приперся? – сигарета опять чуть не падает на землю, но мне каким-то чудом удается перехватить ее в воздухе и зажать между губами. Хлопаю себя по карманам в поисках зажигалки. Ее нет на привычном месте, не иначе, как Яр «позаимствовал». - Кто знает? – Морозов вытаскивает из заднего карман джинсов пачку тонких сигарет. Вроде бы обычное движение, но у него оно полно такой грации и изящества, что мне делается завидно. Не стоит говорить о том, что из-за Яра мне теперь придется просить зажигалки у Мистера Само Совершенство. - В тебе только что умер еврей, - зачем-то брякаю я, спиной прижимаясь к тем же самым перилам. Когда-то мне нравилось вот так вот стоять рядом с ним и говорить обо всем на свете. Оказывается, я еще способен вспомнить о нем и что-то хорошее. – Огоньку не одолжишь? - Ну, вот ты и сам ответил, зачем я здесь, - Денис криво усмехнулся. Он на секунду задумался, после чего достал из верхнего кармана куртки потертую зажигалку. И, пока я удивленно моргал, пытаясь понять, откуда у нашего местного принца такая дешевка, он поджег свою сигарету и пытался проделать тоже самое с моей. Мне осталось только сделать затяжку и раскурить сигарету. – Зачем ты хотел меня видеть? - Еще, может, скажешь, что я готов встречаться с тобой? – кисло улыбаюсь. Денис передергивает плечами, пряча глаза за стеклами очков. Образ хорошего мальчика, он всегда его использовал. А в душе. А в душе он был, пожалуй, самым испорченным представителем «золотой молодежи». – Ты много возомнил о себе в последнее время, Дэн. - Правда, что ли? – он делает такую глубокую затяжку, что сигарета успевает истлеть до середины. У меня бы уже внутри все легкие умерли от такого количества яда во рту. О чем он думает? – Ты последнее время какой-то чудной стал. Начал качаться, волосы отрастил, а теперь прогуливаешься под моими окнами, виляя задницей и выставляя ее напоказ. - Хлебальник закрой, придурок, - я чуть не подавился, услышав то, как он истолковал все то, что я делал. Боже, ну у него и самомнение. – Что за чушь ты несешь? - А я думал, что ты уже и забыл, как это делается. Значит, еще помнишь, как огрызаться? – Мороз закрыл глаза. Догоревшая сигарета выпала из пальцев и прямиком спланировала в скопившуюся у крыльца лужу, покрытую тонкой корочкой льда. – А я уже было подумал, что ты совсем свихнулся на своих игрушках. Из кумира школьниц превратился в задрота, который ничего не видит вокруг себя. Позор! - Чем тебе не угодили видео игры? – мне сразу делается обидно, что человек, говоривший о том, что ему важно все, что связано со мной, сейчас обвиняет мои увлечения. За последнее время игры стали моим миром. Миром, где нельзя разочароваться в друзьях, потому что ты сам за себя. - Они заменили тебе реальность, Кир, - Денис спрыгнул с перил и, глянув на наручные часы, направился к парадному входу. Видимо, на пару ему возвращаться бесполезно. Мне так уж и подавно делать нечего. – Но, раз ты выпал в реальный мир, то воспользуюсь шансом и спрошу: что ты хочешь от меня? - Конкретно от тебя я хочу приглашение на вечеринку, - зачем-то иду за ним, хотя чувство самосохранения вопит о том, что лучше остаться у входа в здание и подождать, пока Морозов скроется из виду. - Чего? – Денис резко останавливается и, обернувшись, смотрит на меня так, словно инопланетянина увидел. Я, не успев затормозить, налетаю на него. Сильные руки обхватывают меня за талию, не давая упасть. – Я не ослышался? Наш геймер-натурал хочет ко мне на вечеринку? И не боишься, что о тебе подумают окружающие, как они отнесутся к тому, что ты тусуешься с гомиком? - Оу, так ты уже успел рассказать всему вузу, что ты у нас по мальчикам? – от его ироничного тона мне делается не по себе. И, вместо того, чтобы извиниться и предложить дружбу, я начинаю ерничать и дальше выводить его из себя. – Но, что-то мне подсказывает, что ты этого не сделал, раз все красотки нашего универа хотят попасть к тебе в постель именно в твой День Рождения. Так что моя репутация не пострадает, Дэн. - Ты это из-за своей зазнобы делаешь? – ладони Морозова забираются мне под куртку и поглаживают по пояснице. Они холодные, почти ледяные, что я вздрагиваю несколько от прикосновений, сколько от дискомфорта. Сил, чтобы скинуть его руки со своих бедер, почему-то нет. – Тогда я тебе его точно не дам. - Чем тебе не угодила Марина? – я запрокидываю голову, стараясь заглянуть ему в глаза. Он почти на голову выше, чем я. И вместо холодного блеска его глаз через очки мой взгляд натыкается на полуоткрытые губы, которые Морозов спешно облизывает кончиком языка. – Бесишься от того, что самая популярная девчонка отказала такому красавцу, как ты, Дэн? Только я не пойму, зачем она тебе, если ты девчонок рядом с собой только в гробу видал. - Тем, что из-за нее ты хочешь попасть на private party, darling, - Денис прожигает меня ненавидящим взглядом. Ну, вот и поговорили. Значит, на вечеринку мне вход заказан. Не пустит, скотина. – Тебе плевать на самого именинника, лишь бы подстилке своей угодить. - А если я не из-за нее хочу попасть к тебе на вечеринку? – отвожу взгляд, сглатывая. С трудом удается проглотить его оскорбления в адрес Марины. Но, если я этого не сделаю, то он окончательно уверует в то, что я все это затеял ради нее. А тогда никакого пригласительного я вовек не увижу. - А вот это уже интересно, - Морозов смотрит на меня, закусив губу. Нет, я, конечно, могу сказать, что мне глубоко не фиолетово на него, но это тогда придется доказать. А вот на такой подвиг я даже ради самого крутого ноутбука не готов. Принципы дороже. – Ну, и из-за чего же ты хочешь попасть ко мне на День Рождения, Кирочка? - Ноутбук. Мне Яр обещал новый ноутбук отдать, если я за неделю подружусь с тобой и разживусь пригласительным, - почему-то краснею, чувствуя, как Денис сжимает меня сильнее. Еще немного, и будет больно. Но именно ему мне врать никогда не получалось, так что пусть знает правду. - И зачем тебе этот белый монстр? Тебе компьютера уже мало стало? – по голосу Морозова я не могу понять, расстроен он или нет. А посмотреть на него у меня не хватает смелости. - Его Мюнс пометил. Системный блок сдох, - со всей трагичностью в голосе сообщаю я. Не поверит. Но вот если он, как и Марина, предложит просушить его, то я ему двину. Честное слово. - А кто такой Мюнс? – спрашивает Денис. Он каким-то чудом умудряется поймать мой взгляд, и я теперь в его глазах могу прочесть непонимание и удивление. - Мюнхгаузен, наш с мамой золотистый ритривер. Ему три года, и он метит все, что ему незнакомо и интересно, - поясняю я. Морозов лишь сосредоточенно кивает, обдумывая что-то. - Знаешь, Кир, - Дэн кладет мне голову на плечо. Мне безумно хочется дать ему в под дых, но я уговариваю себя дослушать его, а уже потом избить. За то, что слишком много себе позволяет. Его дыхание щекочет неприкрытую шарфом шею, отчего я невольно улыбаюсь. – Я дам тебе приглашение в память о старой дружбе. Но, с одним условием. - Каким? – голос внезапно пропадает, и я удивляюсь, как Морозов вообще смог меня услышать. Мое хрипение-сипение я сам бы не смог разобрать. - Всю эту неделю ты ведешь себя, как мой самый лучший друг, - я замираю, не веря своим ушам. А как же поцелуи? Объятия? Попытки завоевать? Почему он не просит этого? Решил поиграть в порядочного мальчика? Или, и правда, изменился? Удивительно, но в последнее верить мне не хочется. - Что у тебя входит в понятие «лучший друг»? – решаю уточнить я. Мы слишком долго не общались с Денисом, чтобы я без труда понимал его с полуслова. - Тусовки вместе, выпивка, обсуждение девчонок… - Морозов практически касается губами моего уха. По спине пробегают мурашки от того, что я вдруг ловлю себя на мысли, что хотел бы почувствовать касание его губ на своей коже. – Ну, в общем все, что ты сейчас делаешь с этим, как его… Яром? - И не будет никаких приставаний с разводом на секс? – вопрос-таки срывается у меня с языка. Боже, ну почему мне это так важно? Словно я школьница какая-то. - Нет, Кир. Тогда это был прикол, прости, - голос Дениса звучит виновато. А мне становится обидно. Получается, что он тогда посмеялся надо мной? Замечательно, блин. А я его лучшим другом считал. Не следует ли мне ожидать такой же шутки и от Яра? - Что? Прикол? И как такая чушь могла прийти в твою светлую голову, Дэн? Сам придумал, или кто-то подсказал? – упираюсь руками ему в грудь и отталкиваю от себя. Я столько лет считал его педиком, а это оказалось глупым разводом? А он хоть в курсе, что я потом год чувствовал себя голубой мечтой извращенцев? - Ты с таким обожанием всегда смотрел на меня, что я не удержался, - Денис отвернулся. Ну, и почему ты не хочешь посмотреть мне в глаза? Стыдно, значит? – Но как-то не подумал о последствиях… - Ты никогда и ни о чем не думаешь. Для тебя жизнь, это сплошное развлечение, а люди – клоуны, которые созданы, чтобы поднимать тебе настроение, - обхожу его, намереваясь на этом окончить наш с ним разговор. Уж лучше бы он был гомиком, чем лжецом. – Ну, а чтобы ты делал, если бы я вдруг оправдал твои домыслы? - А черт меня знает, может, поцеловал бы тебя, - равнодушно пожал плечами Морозов, догоняя меня. Он явно не ожидал, что я буду спрашивать его о таких вещах. – Хочешь, я еще раз признаюсь в любви, а ты ответишь взаимностью? Сможем проверить, что я сделаю в таком случае. - Знаешь, иди, куда шел. Меня от твоих приколов уже тошнит, - оборачиваюсь к нему. Мне о многом нужно ему рассказать, и лучший способ это сделать – кулаки. - Не кипятись. Ты уже весь красный, Кир, - Денис примирительно поднимает руки вверх, капитулируя. – Больше не буду шутить, раз ты шуток не понимаешь. Извини. - И все равно пока, Дэн. Мне на остановку, а тебе на автостоянку, - говорю я, выходя за ворота университета и собираясь повернуть налево. Но, прежде чем я успеваю это сделать, Морозов хватает меня за рукав куртки и тащит направо, в сторону парковочных мест. – Ты чего творишь? - Мириться будем, заодно и со своим Мюнсом меня познакомишь, - все так же, не отпуская рукава моей куртки, Денис тащит меня к своему автомобилю. Упирайся я или нет, результат бы все равно получился тем же, что и сейчас – Морозов запихнул меня на заднее сидение своего BMW. ----------------------------------------------- Мюнхгаузен не давал Денису проходу – стоило последнему переступить порог нашей с мамой двухкомнатной квартиры, как пес оглушил нас лаем, а потом повалил Морозова на спину и принялся вылизывать лицо. Угомонить Мюнса удалось лишь оттащив того за ошейник. Но и этого хватило ненадолго, уже через пятнадцать минут ритривер уселся у ног Морозова, положив рыжую морду тому на колено. - О чем ты думал, когда выбирал имя ему? – нарушил повисшую тишину Денис. Он гладил пса по золотистой шерсти, указательным пальцем второй руки обводя ободок чашки, из которой пил чай. Черный, с двумя ложками сахара без горочки. До сих пор помню, иногда даже Яру делаю такой же чай машинально. - Как только он переступил порог нашей квартиры, он тут же принялся шкодить. Но его шалости были такие забавные, что я его в шутку обозвал бароном Мюнхгаузеном, он обернулся и радостно залаял, - я с улыбкой вспомнил ту радость, которая переполняла меня, когда я играл с маленьким еще щенком. – Мама согласилась с такой кличкой. - В школьные годы это был мой любимый книжный персонаж, - Денис улыбнулся, отпивая чай. На мгновение в его глазах промелькнуло удивление, после чего улыбка стала еще шире. – Так ты еще и помнишь, какой чай я люблю! - Ты мне им весь мозг проел, что я даже Яра приучил пить именно такой! – прячу улыбку в своей чашке. Еще не хватало, чтобы он знал, что я рад тому, что ему угодил. Мелочь, а приятно. Я ведь когда-то и не такое о нем знал. – И маме именно в такой пропорции нравится. - Оправдываешься, вместо того, чтобы признать, что еще помнишь мои вкусы? – Морозов хитро подмигивает и переключает свое внимание на Мюнса, которому только это и нужно. Такой радости в карих глазах я еще не видел никогда. Ритриверу Денис понравился. – Кстати, что у тебя с Яром? - Он мой лучший друг, - прикрываю глаза, не знаю почему, но смотреть на Дениса в этот момент мне совершенно не хочется. Мне даже закралась мысль, что я ему своим ответом причинил боль. Но эту идею я тут же гоню прочь, мне тоже было больно из-за его «прикола», что даже теперь трудно поверить в этот развод. – Единственный. - Ну, тебе никто не мешает подружиться и с остальными парнями в группе, - не вижу, но откуда-то знаю, что Морозов пожал плечами и снова принялся чесать Мюнса за ухом. Ох, не нравится мне этот допрос, а ему словно интересно, чем и кем я жил в эти четыре с лишним года. – Уверен, люди бы к тебе потянулись. - Мне хорошо и в его компании, - зеваю, прикрывая рот ладонью. Стоит мне закрыть глаза, как меня сразу тянет спать. Об этой привычке знает только мама. И, судя по довольному хмыку, Денис. – Не надо ожидать подвоха. Ненадолго на кухне повисает тишина. Меня уже так и тянет открыть глаза, сказывается любопытство. Но я креплюсь, развлекая себя мыслью о том, сколько барашков за этот момент сможет перепрыгнуть через невысокую изгородь. Тридцать девять, на сороковом меня прерывает Морозов: - И тебе веселее с ним, чем со мной? – голос почти не выдает эмоций. Звучит холодно и отстраненно, но именно этого мне хватает для того, чтобы понять, как задела самолюбие Морозова моя дружба с Яром. – Только честно. Я не обижусь. - Не знаю, Дэн. Он, это не ты, - стараюсь разобраться в себе. Мне никогда не приходило в голову сравнивать их. По идее, ответ очевиден, мне с Морозовым есть о чем говорить даже сейчас, с Яром мне кроме юбок обсуждать нечего. Но, тем не менее, я ведь с ним дружу, а это значит, что мне интересно и с ним тоже. – Но от него я не ожидаю в любую минуту подвоха. А ты мне врал. Что тебе мешало все эти четыре года подойти ко мне и извиниться. - Ты бы не стал меня слушать, - Денис усмехается. В этом он прав, если я решил, что не хочу больше общаться с человеком, я этого никогда не стану делать. А Морозов не привык бегать за кем-то, упрашивая простить. Мы в этом с ним похожи. Гордость и самомнение. – А если бы я стал за тобой бегать, то ты бы точно уверовал в то, что я гомик. А оно мне надо? - Ну, за педика я тебя держу до сих пор. Так что ничего не изменилось от того, что ты не стал пытаться вернуть нашу дружбу, - теперь моя очередь пожимать плечами. Только почему я себя сейчас чувствую жалким. Почему у меня такое ощущение, что это я предал Дэна, а не он меня. Разве от друзей отказываются, узнав о них что-то новое. Я, как оказалось, да. - Упертый, - беззаботно улыбается Морозов, склоняясь к развалившемуся на спине псу и почесывая ему подставленное брюхо. Вот это доверие! - А почему ты не обиделся из-за ноутбука? – внезапно спрашиваю я. Любой нормальный человек обиделся бы, узнав о том, что его используют в своих целях, а этот еще и подружиться пытается. - Потому что узнал в тебе прежнего Кира, который, во что бы то ни стало, дойдет до своей цели, - Денис умоляюще взглянул на меня, взглядом прося забрать пса. Подзываю Мюнса к себе, хватая его за ошейник и не позволяя снова пристать к новому другу. – Ну что, друзья? - Только испытательный срок у тебя – неделя, уяснил? – усмехаюсь, делая и его зависимым от себя. Все же, как друг, Дэн неплохой парень. И мне его не хватало. Но об этом ему знать не обязательно. - Да хоть месяц, Кир! – как-то уж очень радостно говорит Денис. И куда делся тот зануда и выпендрежник, которого он изображает на людях? Я уже и забыл, что он может быть таким. ----------------------------------------------- Вечер протекал медленно. Еще никогда мне не казалось, что одна минута тянется дольше, чем целый час. За отсутствием компьютера мне даже заняться было нечем. С Яром, который совсем недавно прекратил «обрывать» мой телефон, разговаривать не хотелось. Его волновало лишь то, о чем мы говорили с Денисом. Я бы мог ему пересказать весь диалог, но, не рассказав причины ссоры, объяснить его сути я бы не сумел. А причину рассказывать было нельзя. - Кирочка, у нас кто-то был? – мама положила ключи на тумбочку, принимаясь расстегивать зимнее пальто и снимать сапоги. – Соседка сказала, что тебя сегодня какой-то мальчик на дорогой машине привез… - Помнишь Дениса Морозова? – я выглянул из комнаты, придерживая рвущегося в радостных порывах приветствия пса за ошейник, чтобы не мешал маме раздеваться. – Это был он. - Денис Морозов? – мама нахмурилась, вспоминая. Толстая морщинка пролегла через весь лоб. – Это тот Дениска, с которым ты дружил в школе? - Да, тот самый, - киваю, подтверждая, что ее догадка верна. - В кафе встретились, да? – интересуется мама, проходя в ванную комнату и намыливая руки, раскрасневшиеся с мороза. - Нет. Он со мной на одном факультете учится, - прохожу на кухню, включая чайник и наливая в чашку заварку. - Тогда почему ты его не приглашал к нам раньше? Такой хороший мальчик! Образованный, интеллигентный, порядочный мальчик… - хмыкаю, вспоминая настоящего Дениса, которого знаю я и ровесники, но не родители с учителями. - Мы только сейчас помирились, - поясняю, разглядывая то, как закипает вода в чайнике через прозрачную стенку. – Представляешь, мы даже не смогли вспомнить, из-за чего поссорились! - Ох, мальчишки! – смеется мама, заходя на кухню и садясь на стул у окна. – Но я буду рада, если он станет бывать у нас чаще. - Ты его все равно в ближайший месяц не увидишь, работа у тебя допоздна, - машинально напоминаю маме, а заодно ищу повода, чтобы Морозов больше не появлялся у нас в квартире. Во всяком случае. пока. - Так пригласи его остаться у нас на ночь! – улыбается мама, когда я ставлю перед ней чашку крепкого черного чая. Такого, какой любит она. – Скажем, завтра я освобождаюсь не в девять вечера, а в шесть. Будет время наверстать упущенные в общении годы…