Game "The life"

***

— Мэйбл! — вскрикнула Марси, распахивая веки. Её взору открылся лишь бежевый потолок своей же спальни, который был в тёмном оттенке мрака тьмы, благодаря чему его цвет был более близок к коричневому. Скорее всего сейчас либо поздний вечер, либо ночь. Шторы плотно задвинуты, а окно закрыто, ибо не слышно звуков стрекотания сверчков и ночных цикад — главных исполнителей ночной музыки, под которую обычно засыпает Марси. Осмотрев себя, она обнаружила, что на ней всё та же одежда, что и была на ней на протяжении всего дня, правда, конечно же, за исключением обуви. Марселин с ужасом не понимала, как она тут могла оказаться; неужели он перенёс её сюда? Но эта мысль сразу же отпала: ему бы пришлось столкнуться с её семьёй и убегать со всех ног. Да, Саймон и Бэтти, уже давно взяли с себя обещание разделать его на части. Чем бы это ни было, она просто обязана проверить, что с Мэйбл, надеясь, что это всё было не в серьёз. Осторожными и лёгкими шагами Марси продвигалась по дому, стараясь никого не разбудить, а особенно Эви — ведь маленькие дети спят очень чутко, и одно неосторожное движение вполне способно образовать пробуждение. — И куда это мы направляемся? Да ещё и посреди ночи? — раздался голос сзади, в котором присутствовала некая усмешка. У Марселин аж руки вздрогнули. Да и как тут не испугаться: крадёшься в полной темноте, все вроде бы спят, а тут тебя окликивают. Эффект неожиданности — именно это может заставить сердце человека чуть быстрее отбивать свой ритм. Главное только уметь его подать в нужной сфере и в нужном месте. Иначе никакого толка из этого её выйдет, хотя кто знает… — Саймон… — с явным облегчением выдохнула она. Да уж. Как, однако, хорошо видеть позади себя родного брата. Тут даже выбирать не надо — это точно лучше какого-то там мальчика-убийцы. — Да, ты угадала моё имя. А тебя Марселин, верно? Рад знакомству, — заулыбался он. — Кхем, — он кашлянул в руку, — ну и куда ты направилась? На Саймоне был махровый халат, цвет которого в темноте трудно было определить, а под ним виднелись пижамные штаны. — К Мэйбл, — ответила Марси и чуть замерла. Брат ведь вёл себя будто ничего и не было. Хотя, может, его пока не ввели в курс дела, что слегка радовало. — Саймон, я сама сюда пришла, или что вообще произошло? Ничего не наблюдал ли странного?.. — голосом, в котором пробивалась лёгкая норка дрожи, приговорила она. Парень удивлённо приподнял бровь, но Марси этого не пришлось увидеть с её не очень хорошим зрением в коктейле с темнотой. А жаль. У него смешно выходило. — О чём ты? — вся усмешка как ветром сдулась, а на смену ей пришла серьёзность. — Ты без причины начала плакать, мы с Бэтти никак не могли тебя утешить, вот и дали попить успокоительное, а потом ты заснула прямо у неё на руках. До Марс начали доходить отрывки воспоминаний, но на душе по прежнему не было спокойно. Волнение всё также сидело у неё на душе, свесив ножки. — И всё? Значит, это всё просто сон… — пробурчала себе под нос девочка. — Какой сон? — теперь ещё и волнение. — Никакой. Я сейчас, только схожу к Мэйбл. Саймон её понимал, о чём говорила сестра, но что-то подсказывало, что ей лучше остаться здесь… — Сейчас же ночь! — прикрикнул он. — И Мэйбл видит седьмой сон! Да и тебе тоже пора… Его заставил замолчать плач собственной дочери со второго этажа. Саймон мысленно проклинал себя за свою же неосторожность. Быть отцом, оказывается, так сложно… — Иди. Только быстро. Туда и обратно. Поняла? — быстро проговорил он, попутно поднимаясь по лестнице быстрыми шагами. Марселин кивнула пустоте. …Она с короткими интервалами три раза постучала в дверь. Абадир надеялась, что ей снова не придётся самой входить, и поэтому решила стоять до последнего, пока ей не отворят дверь. Ждать долго не пришлось. Спустя пару секунд на неё смотрела улыбающаяся шатенка с лохматыми волосами, уголки рта которой были перемазаны в шоколаде. Глаза Марси аж засверкали от радости, а на губах расцвела широкая улыбка. Она сразу кинулась обнимать подругу. Мэйбл… живая и невредимая… стоит прямо перед ней. Вот что такое настоящее счастье, а не какая-нибудь там побрякушка. То, что дорогой и близкий тебе человек рядом и так будет всегда. То, что он никогда не превратится, а точнее его не превратят в уродливый труп, из которого вырезают душу… Холодным и острым ножом. То, что ты можешь его крепко-крепко обнимать. — Мэйбл… — тихо произнесла Марси, ещё крепче обнимая Пайнс. — И я рада тебя видеть, Марси. Стоп… Ты хочешь, чтобы я поделилась с тобой шоколадкой? Прости, я уже съела… — виновато опустила голову Мэйбл, как только объятия закончились. Теперь ясно, почему у неё рот в шоколаде. Марси издала смешок. — Мэйбл, это всего лишь шоколад. Просто хотелось тебя увидеть, — улыбнулась она, у Мэй же удивлённо расширились зрачки. — Ладно, я обещала брату сразу же домой идти, так что доброй ночи. Ты же ведь помнишь, что завтра в школу? Мэй улыбнулась в ответ. — Школа? Какая школа? Ничего не знаю, ничего не помню, — засмеялась Пайнс. — И тебе, полки-сроки¹, Марси.

***

А вот уже утро… Птички поют, солнце светит, ветер гонит облака по лучезарному небу, кое-где пролетают жёлтые листочки деревьев — типичная осень. А с осенью приходит и школа. Сегодня, кстати, понедельник — учебный день. Для кого-то это радость, ведь увидишь школьных товарищей, с которыми не виделся целых два дня, а для кого-то обычный день для получения новых знаний, или же для протирания штанов. Мэйбл и Марселин находятся около дома Абадиров и ждут, когда за ними приедет школьный автобус. (Для тех кто не помнит, ибо с тем, как выкладываются главы, можно целую амнезию по этому фф получить: Диппера нет с ними, он в больнице с разбитой головой.) Пайнс прыгает, как зайчонок вокруг Марселин и энергично хлопает в ладоши, скаля зубы и приговаривая: «скажи, что тебе нравится». Марси же искренно улыбается, осматривая себя в новой вещи. Да не просто в вещи, а в свитере, связанном самой Мэйбл Пайнс! Свитер был светло-серого цвета, а на нём было чёрной пряжей написано «Марси» и множество вышитых сердечек, бабочек и прочей милоты. На Мэйбл же был идентичный этому свитер, только с оранжевой надписью «Мэйбл» на ярко-розовом фоне. Через некоторое время приехал автобус, и подруги поехали в школу. …Марси и Мэйбл помахали на прощание уезжавшему в неизвестность автобусу. Когда они уже были внутри здания школы, к ним подбежал белобрысый мальчик. — Доброе, девчули! — звонко протянул он, идя с ними в одну ногу. Мэй, улыбнувшись, кивнула ему в знак приветствия. Марселин же просто проигнорировала. Финн слегка осмотрелся, будто искал кого-то взглядом. — А где Диппер? — поинтересовался он. Эх, Диппер сейчас в больнице, его, возможно, пичкают всякими таблетками, голова жутко болит, приходят разные медсёстры, чтобы поменять повязку. В общем, ничего весёлого не наблюдается. — Не твоё дело, — грубо отрезала Марселин. Мэйбл удивлённо посмотрела на Марси, счастливое выражение лица которой сменилось на что-то наподобие злости. Абадир вспомнила, как он вчера резко разговаривал с ней, когда она всеми силами пыталась ему помочь. (Кто не помнит, перечитайте двенадцатую главу, там ещё Финн Бонни в любви признавался.) Как ушёл, будто посылая её с Диппером куда подальше. Это было так больно… — Ты чего, — в его голосе слышалась лёгкая обида, — я же просто спросил. Ответить сложно… — сложив руки на груди, надул губы он. Марси мысленно посчитала до десяти — какой раз, да и помогает устранить гнев и случайно не сорваться на кого-либо. Мэйбл дружелюбно улыбнулась Финну и прежде чем начать говорить, придумала, как лучше сформулировать предложение. — Финн, Дипперу немного не здоровится, поэтому чуть позже придёт в школу. Не скучай без него, ведь у тебя есть этот стикер. Буп. — Мэйбл приклеила Финну на щёку забавную наклейку с зайчиком. — Так и ходи. И не вздумай отклеивать! — Замётано! — Блондин потрогал щёку, на которой был стикер. А Марселин тем временем уже успела далеко уйти, ведь она даже не остановилась подождать Мэйбл, пока та говорила с Финном. И поэтому Пайнс пришлось её догонять. — Какой у тебя предмет? ² — спросила Мэй, засовывая за щёку конфету. — У меня история. Будешь? — она протянула Марселин такую же конфету. — И у меня. Прости, спасибо, но нет, — Марси отрицательно помотала головой. Мэйбл убрала конфету в карман. — Знаешь, наш старый преподаватель по истории ушёл на пенсию, так что у нас будет новый. Надеюсь, что какой-нибудь симпатичный выпускник университета. Ну, ты поняла, чтобы можно замутить, — Мэйбл хитро прищурила глаза, из-за чего они стали узкими, как щёлочки. Марселин приложила руку ко лбу. Мэйбл… А она всё так же одержима парнями, как и летом. Ну, может не так сильно, но одержима. Девочки пошли к своему корпусу, в котором располагались их шкафчики. Марси заметила, что в её шкафчике вложена какая-то бумажка. Абадир вынула её и, развернув, принялась читать написанный на ней текст: «Марс, ты уж извиняй, я был слишком подавлен, вот сорвался на тебя. Если ты свободна после занятий, то встречаемся на футбольном поле. Оно, если что в западной части школы. Финн». И нарисованная собачка с огромными глазами, которая будто просит прощение. Скорее всего, как и был прав Диппер, Финн всё-таки поразмышлял над её предложением. Если, конечно, её догадки подтвердятся. Хотя, в принципе, ему больше незачем с ней после школы разговаривать. Марси улыбнулась, ещё раз перечитывая его, что не осталось незамеченным от глаз Мэйбл. — У-у, любовные послания. Уже обзавелась поклонниками? — В её глазах аж искры засверкали. Щёки Марселин порозовели, и она положила записку в ящик, и, вытаскивая нужные для предмета книги, закрыла шкафчик. — Нет. Просто Финн извинялся за вчерашнее и попросил встретиться на футбольном поле после уроков, — с уже нормальным цветом щёк, ответила она. — Кабинет на каком этаже? — На втором. Пошли. А что у вас было вчера, за что ему пришлось извиняться? — с таким же проницательным взглядом спросила Мэйбл. — Да так, ничего, потом расскажу. — Нет уж, говори сейчас! Я же так сгорю от нетерпения! — настояла Мэйбл, и Марси пришлось сдаться. Она рассказала про то, как, гуляя с Диппером, они совершенно случайно наткнулись на Финна в не очень хорошей ситуации, и она предложила ему помощь. А закончила рассказ на его уходе. Мысли, что вертелись в голове у Пайнс подтвердились: она всегда нутром чуяла, что Финн неравнодушен к Бонни, ведь это было очень заметно. Он постоянно крутился возле неё, провожал до дома, помогал с изучением науки, делал вид, что всё понимает, и ему это интересно. Одним словом всё, лишь бы проводить с ней как можно больше времени. — Привет, Фиби! — обратилась к девочке с огненно-рыжими волосами Мэйбл. Фиби поставила вылезшую на лицо прядку волос. — И тебе привет, Мэйбл. — Позже она заметила скромно стоявшую рядом с ней Марси, которая ей помахала рукой. — Тебе тоже, Мурселин. — Я Марселин, — Абадир чётко произнесла своё имя, особенно выделяя «а». Фиби чуть покраснела. Да и кому хочется неправильно сказать имя человека, ведь ему было бы обидно. — Ну уж прости. Вчера в поездке про тебя говорили, и я… — не успела она закончить, как Марси перебила её: — Видно кому-то нравится коверкать моё имя. Ничего страшного, — Марселин всем видом показывала, что её это не особо волновало, ведь так оно и было. — Как прошла поездка? — вопросительно сказала Мэйбл. — Замечательно. Там было столько всего интересного. Жаль, что вы не поехали. Фиби рассказала о том, куда они ездили, что видели и прочее. Мэйбл, как она и сказала, даже пожалела, что отказалась; но если бы она поехала, то никакой ночёвки с Марселин она бы не устроила, а значит они бы не были настолько лучшими подругами, какими являются сейчас. Раздался звонок, Мэйбл, Марси и Фиби, которые слишком задержались в коридоре, зашли и сели по местам. Мэйбл и Абадир сели вместе³ и ждали, когда в класс войдёт учитель, которого они увидят впервые, так как он будет являться для них новым человеком. Глаза Марси расширились от удивления, когда в класс зашел её брат — Саймон. Правда, он выглядел слегка иначе, чем обычно: на нём была белая выглаженная рубашка (Бэтти постаралась), чёрные штаны со стрелками и бабочка на шее. Вот что, а то, что ее брат записался в учители, а уж тем более ничего ей об этом не сказал — удивило Марси. — Итак, класс, я ваш новый учитель истории. Имя моё — Саймон Петриков. И все, абсолютно все, без исключений, должны обращаться ко мне именно так… Мэйбл и Марселин переглянулись, обе ведь точно знали, что у них с Марси одинаковая фамилия. Хотя может быть он сделал так, чтобы никто не считал, что если он её брат, то она сразу будет у него в любимых учениках. Это было пока единственное шокирующее событие за этот учебный день. Возможно…

***

— Так Марси, уроки закончились, а значит нам пора идти к Финну. Ты же ведь сегодня свободна? — еле сдерживая смех, проговорила Пайнс. Марселин обиженно фыркнула на неё. — Ну, по крайней мере, ничего важного не запланировано, — Марс задумчиво прищурила глаза: — И почему это «мы»? Он же ведь сказал мне идти на футбольное поле… Мэйбл разразилась смехом: — Уговорила. Не буду мешать вашему свиданию. Подруги попрощались. Мэйбл пожелала ей удачи с Финном. Марси отправилась искать футбольное поле, но сначала ей нужно найти выход в западную часть. Через некоторый промежуток времени она уже стояла перед воротами поля. Финн пинал футбольный мяч, то есть играл сам с собой, так как никого на поле не было. Марселин кашлянула, чтобы он обратил на неё внимание, что как раз-таки подействовало. Парень прекратил пинать мяч. — Ты всё-таки оказалась свободной сегодня, — обрадовался он. — Ну, как видишь… Финн подошёл к ней поближе. — Знаешь, Марси, я тут кое-что подумал насчёт того, что ты мне сказала, — сказал он, смотря ей в глаза. — И?.. — Я понял, что мне кое-кто более симпатичный из девочек, если, конечно, не считать Бонни. А вот это для Марси было уже интересно. — Кто? — ей просто не терпелось узнать, кто она. Марселин всей душой надеялась, что это Мэйбл, ведь ей не хотелось, чтобы подруга флиртовала со всеми подряд, тем более, что у неё с Финном нормальные отношения. — Ты.