Пленённые розой

Хичиго и Карехиме шли на поправку быстро и уже через два дня чувствовали себя вполне сносно — по словам самой Карехиме. Но эти два дня Ичиго пришлось тяжко, потому что ему нужно было то помогать Карехиме с лекарствами, то убираться прочь из дома, прихватив с собой принцессу, чтобы не провоцировать Хичиго на действия, которые ему совершать было ещё рано. "Ты же не хочешь ещё раз проснуться в постели, мокрой от его крови?" — эти слова Карехиме подействовали на Ичиго лучше всяких угроз и уговоров — он только кивнул торопливо и немедленно отправился погулять на весь день, попутно прихватив с собой принцессу Орихиме — от греха подальше. Принцесса, кстати, совсем не унывала и впечатления принцессы не производила — с восторгом тыкала пальцем в каждое незнакомое насекомое, с наслаждением вдыхала аромат многочисленных цветов, окружавших поместье, и с весёлым смехом гонялась за разноцветными бабочками. Ичиго однажды пришлось её схватить, чтобы она не свалилась в канаву — что сразу напомнило ему приют, где он вырос и где ему часто приходилось отлавливать младших детей, чтобы они не натворили глупостей и не поранили себя. А вот принцессе такое, кажется, было непривычно, и она, густо покраснев, немедленно вывернулась из его рук. Ичиго поспешно извинился, принцесса забормотала что-то своё, а потом глянула на него исподлобья и улыбнулась. А потом и рассмеялась. — Всё хорошо, святой отец. Ичиго покачал головой. — Прошу, не называйте меня так, принцесса. Я уже давно не имею права зваться священником. — Хм-м… — принцесса уставилась в небо, в задумчивости прижав указательный палец к нижней губе; перевела взгляд на Ичиго. — Тогда и вы не зовите меня "принцессой" — вряд ли я ею когда-нибудь снова буду, — она махнула рукой в неопределённом направлении, желая, видимо, указать ею на свой дворец. Ичиго слабо улыбнулся. — Да, наверное, вы правы… фройляйн Орихиме. Она улыбнулась в ответ и присела в реверансе. — Благодарю вас, герр Ичиго. И спасибо за то, что не дали мне упасть. — Всегда пожалуйста, — он поклонился, приложив ладонь к груди. — Сейчас расплачусь, — фыркнул Хичиго, а Карехиме шикнула на него. — Помолчи! Они устанавливают близость. Хичиго недоумённо взглянул на неё. — Какую ещё близость? Карехиме с грозным видом отвесила ему смачный подзатыльник. — Да не ту, о которой ты подумал, чёрт побери! Я про духовную, духовную. Друзья они теперь, понимаешь? — Как мы с тобой? Она пожала плечами и откинула назад упавшую на лицо прядь волос. — Ну да… наверное. Хичиго окинул её фигуру оценивающим взглядом; Карехиме прищурилась. — Нет. Не как мы. — Ой, ой, какие мы холодные, — в голосе Хичиго послышались те же урчащие нотки, что заметил Ичиго в их последнюю ночь вместе. — Прямо как будто никогда и не… — Помолчи. Его взгляд изменился. — Не хочу. Карехиме поджала губы и отвернулась. — Нельзя. Раны могут открыться. — Ой ли? — его руки сжали её плечи. — А может, проверим, м-м?.. Она устало взглянула на него. — Ты и правда настоящий вампир — совершенно ненасытный. Хичиго улыбнулся, обнажая клыки, и склонился к её губам. — От настоящей вампирки слышу… * * * …Что они возвратились невовремя, Ичиго понял сразу. Но в панике мчаться обратно на луга любоваться цветочками явно было поздно — Хичиго самым похабным образом уже предложил им присоединиться, а потом раздался грохот — видимо, Карехиме приложила его по голове чем-то тяжёлым и слегка не рассчитала силы — что, впрочем, было неудивительно. Озадачила Ичиго реакция принцессы на всё это (уже в который раз, кстати, озадачила) — она, услышав характерные звуки, только замерла на миг и щёки её слегка порозовели; но она не вскрикнула и не стала ничего говорить, как будто бы так и надо было. Ичиго в очередной раз выдохнул с облегчением — вряд ли у него бы получилось успокоить расстроенную девушку, а Хичиго Карехиме ещё долго не выпустит, вот уж в чём можно быть уверенным точно. Но принцесса и правда была удивительной. Ичиго подумал, что раз королевская семья — помазанники Божьи, то они, наверное, и должны быть особенными… но у Господа, видимо, весьма своеобразные представления об этой самой "особенности". Ичиго потряс головой и мысленно попросил у Господа прощения за богохульные мысли, но в очередной раз подумал, что Он его уже вряд ли слушает. Однако нельзя было сказать, что эта мысль сейчас сильно его огорчила. "Боже мой, — подумал Ичиго, невольно закрывая руками лицо. — До чего же я докатился…". А время между тем шло. * * * Когда через два дня после смерти герра Урахары Карехиме нашла своё и Хичиго состояние удовлетворительным, они, не сговариваясь, подхватили своих доппельгангеров на руки и помчались что есть духу… а куда, не сказали, и Ичиго, честно говоря, немного боялся спрашивать: Хичиго, беря его на руки, велел ему молчать, потому что "я два дня тебя даже пальцем не трогал — боюсь, если ты, находясь в моих объятиях, ещё и рот откроешь, я сразу же заткну его… кое-чем". Поэтому Ичиго молчал как рыба — в отличие от принцессы, которой Карехиме вряд ли угрожала чем-то подобным. — А куда мы бежим? Да ещё так быстро? — Далеко, — Карехиме была как никогда лаконична. По её тону Ичиго сразу понял, что больше она ничего не скажет — точно таким же тоном она закончила свой краткий рассказ про фройляйн Нему. Но принцесса об этом не знала, а потому, задав ещё пару-тройку вопросов и ни на один не получив ответа, заметно погрустнела и потом молчала всю дорогу. Хичиго тоже молчал, из-за чего вся ситуация казалась нереальной, словно сцена чуда из Библии (Ичиго в очередной раз мысленно дал себе по губам за столь неприглядные мысли). Они бежали с самого утра, а уже наступал вечер. Ичиго уже решил рискнуть проверить устойчивость психического здоровья принцессы ещё раз и всё-таки раскрыть рот — вне зависимости от последствий — как вдруг на горизонте стали вырисовываться очертания высокого здания… замка. — Наконец-то! — страдальчески-радостно возвестила Карехиме; Хичиго непривычно тяжело дышал. Ичиго нахмурился: они явно ещё не полностью восстановились, что бы там ни говорила по этому поводу сегодня Карехиме. — Какой высокий замок… — задумчиво протянула принцесса. — А кто здесь живёт? — Наши друзья, — ответила Карехиме, а Хичиго расхохотался было, но тут же перестал, надрывно закашлявшись. — Может, поставишь меня на ноги и пойдём медленнее? — Ичиго постарался заглянуть ему в глаза, но Хичиго почему-то постоянно отводил их. — Нет, — прохрипел он. — Нам обязательно надо добраться до них… там мы будем в безопасности. — А что, за нами кто-то гонится? — принцесса выглянула через плечо Карехиме, словно ожидала увидеть погоню, наступающую им на пятки. — Не в буквальном смысле… но да, — Карехиме выглядела мрачной как никогда, и Ичиго это не на шутку встревожило: если уж такая оптимистка, как Карехиме и такой отчаянный чело… э-э-э, вампир, как Хичиго по-настоящему чего-то боятся… то дела на самом деле очень плохи. Последние мили до замка дались Карехиме и Хичиго очень тяжело, но Ичиго не рискнул ещё раз просить их пойти пешком; принцесса тоже молчала — наверное, и она поняла всю серьёзность сложившейся ситуации. Ичиго уже испугался, что им не хватит сил постучать в ворота и дождаться ответа, но как только они подобрались достаточно близко, ворота отворились сами, как будто уже ждали их. И закрылись они сразу, как только Карехиме и Хичиго ступили во двор и тяжело опустили своих доппельгангеров на землю. — Вот и пришли… — облегчённо вздохнула Карехиме; Хичиго бегло взглянул на неё и вдруг схватил её за запястье, резко дёргая вверх, заставляя встать, когда она только присела отдохнуть. — Выглядишь паршиво, — перевёл взгляд на принцессу. — Эй, девуля, ты ещё не передумала кровью с ней делиться? Если нет, то поспеши её напоить, а то она прямо на пороге в обморок грохнется. — Хорошо, — кивнула Орихиме, а Ичиго спросил: — А ты? Хичиго махнул рукой. — Переживу. К тому же твою кровь мне пить нельзя, а пить кровь чужого возлюбленного, — кивнул на принцессу, — дурной тон у вампиров. Брови Ичиго удивлённо приподнялись. — Значит, приглашать разделить ложе — нормально, а кровь пить — дурной тон? Хичиго улыбнулся и слегка кивнул. — Смекаешь. — Хи-чи-го! Когда это ты успел предложить Орихиме "разделить ложе"? — Он пошутил, — быстро сказал Ичиго, но Карехиме ему явно не поверила; Хичиго рассмеялся и потрепал Карехиме по волосам. — Сладунь, давай мы сначала отдохнём, а потом и разберёмся, хорошо? Она подозрительно сощурилась. — Учти: я это так просто не оставлю. Хичиго поднял ладони в шутливом жесте. — Верю-верю. Ну что, пойдём поприветствуем наших друзей? — Ты кого это здесь "друзьями" назвал? Ичиго обернулся: у самого входа в замок стоял высокий светловолосый мужчина. — О, — он поймал взгляд Ичиго и криво улыбнулся. — Вижу, тебе повезло, Хичиго. А вам не повезло, юноша. Или… — скользнул взглядом по одеянию Ичиго. — Как мне к вам обращаться? "Падре"? "Святой отец"? — Перестань, Рюукен, прошу, — устало перебила его Карехиме. — Мы с Хичиго только недавно восстановились после тяжёлых ран, нам надо отдохнуть; Орихиме и Ичиго с нами совсем недавно и за это время уже многое пережили… окажи милость. Мужчина хмыкнул и развернулся на месте, жестом показывая им следовать за собой. — Кто он? — шёпотом спросил Ичиго, когда Хичиго наклонился, чтобы опереться на его плечо — выглядел он совсем уж неважно, не лучше Карехиме. — Тот, в чьём замке я отдохну, — Хичиго поднял голову, клыки его сверкнули. — А потом выполню своё обещание и заткну твой болтливый рот своим… — ХИЧИГО! — Ичиго подумалось, что от такого громкого крика наверняка мгновенно вымерли все пташки в округе; Хичиго только ухмыльнулся, но заканчивать предложение не стал — и слава Богу. А то принцесса уже как-то с любопытством начала на него смотреть и явно разочаровалась, когда он замолчал. — Ну, ты же меня всё равно понял, не так ли, чудо? — шепнул он еле слышно. Ичиго отчаянно покраснел, но всё же кивнул: конечно, понял, ещё бы не понять — он уже пал так низко, как только можно, и его личный ночной кошмар доппельгангер сделает всё, чтобы он там и оставался, а лучше — пал ещё ниже, если только это возможно. Ичиго даже начало казаться, что это и правда возможно…